Наши земляки – защитники Бреста

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Наши земляки – защитники Бреста

Совместный проект "Подмосковье"

Наши земляки – защитники Бреста

К 70-ЛЕТИЮ НАЧАЛА ВОЙНЫ

В ночь на 22 июня 1941 года основные военные подразделения находились на работах по сооружению укреплённого района за пределами города Бреста, в лагерях, на стрельбище. В крепости оставалось военных от 7 до 8 тысяч человек. Почти половину личного состава успели вывести из крепости, но большая часть боевой техники и солдат были уничтожены в результате бомбардировки и артобстрела в первые минуты войны. 4000 ударов в минуту из 500 орудий фашисты обрушили на крепость площадью в 4 квадратных километра, на берега реки Мухавец и обводных каналов.

В первый день к девяти часам утра крепость была полностью окружена. Оставшимся в ней стало ясно, что выйти в намеченные районы сосредоточения не удастся, и 24 июня командиры и политработники собрались, чтобы выработать единый план обороны цитадели. Одни предлагали всё же пробиваться сквозь кольцо врага к своим, другие?– оборонять крепость. «Мы не получали приказа об отходе и должны защищать крепость», – горячо и решительно заявил капитан И.Н. Зубачёв. После уточнения обстановки на участках собравшиеся единодушно пришли к выводу?– организовать единое руководство обороной. Исторический приказ № 1 об обороне крепости доверили подписать Зубачёву. Оборона крепости приняла организованный, по тем условиям, характер. Заместителем командира был назначен вдумчивый, неторопливый полковой комиссар Е.М. Фомин.

В трёх томах книги «Память» города Бреста и Брестского района, в которую занесено более двух с половиной тысяч россиян, журналистке Смирновой удалось найти данные о 68 бойцах и командирах Красной армии, призванных из тридцати одного района Подмосковья. Среди них, конечно, один из руководителей обороны Брестской крепости?– Иван Зубачёв, который родился в 1898 году в селе Подлесная Слобода Луховицкого района. Оттуда он добровольцем ушёл на Гражданскую войну, где вступил в партию. Вернувшись с фронта, работал секретарём волостного, а потом Коломенского уездного партийного комитета. Как кадровый офицер Красной армии командовал стрелковым батальоном в боях на финском фронте. Там он служил в 44-м стрелковом полку под командованием П.М. Гаврилова и вместе с ним в составе 42-й дивизии в 1939 году прибыл в Брестскую крепость. Зная его дисциплинированность и ответственность, Гаврилов назначил Зубачёва своим заместителем по хозяйственной части. Но душа у Ивана Николаевича рвалась назад, в батальон. И не знал он, что вскоре опять станет боевым командиром, организатором защиты, а потом?– боёв на прорыв из окружённой врагом и сражавшейся насмерть Брестской крепости.

Оказавшиеся в окружении командиры и солдаты, не имея ни танков, ни артиллерии, приняли на себя огонь, отвлекая огромные силы вооружённых до зубов фашистов. «Теперь мы уже не отличали день от ночи: рукопашные схватки с врагом почти не прекращались, – рассказывал вернувшийся из плена бывший писарь 84-го стрелкового полка. – Капитан Зубачёв бросался вместе с нами в самые опасные места. Иногда я старался удержать его, тем более что он был не единожды ранен». Но силы были неравные. Вместе с группой своих бойцов, оказавшись под завалом, тяжелораненые Зубачёв и Фомин попали в плен. Фомин был выдан предателем, и его расстреляли у Холмских ворот. А Зубачёва как рядового отправили в лагерь военнопленных.

О дальнейшей его судьбе писатель Сергей Смирнов узнал после долгих поисков, когда ему удалось разыскать майора Гаврилова, получившего позже звание Героя Советского Союза. Оказалось, что судьба свела Гаврилова со своим заместителем в 1943 году в лагере Хаммельсбург в Германии. Только один раз удалось им увидеться. Измождённые, измученные, оборванные, униженные, они стояли по обе стороны колючей проволоки, разделявшей их блоки, и, глядя друг на друга, молча плакали. «Да, не оправдали мы с тобой своих должностей», – только и сказал Гаврилов. Даже в эти минуты их не покидало чувство невыполненного долга. В 1944 году Зубачёв умер от туберкулёза в том же лагере, там и был похоронен товарищами. Всего год не дожил он до Победы, в которую так верил с первых дней войны и до последних дней своей жизни. Посмертно И.Н. Зубачёв награждён орденом Отечественной войны I степени.

Жену его Александру Андреевну Зубачёву удалось разыскать недалеко от Бреста, в небольшом городке Жабинка. Мужа она видела последний раз в первые минуты войны. Даже не попрощавшись с ней и двумя сынишками, с первыми взрывами поспешил он к своим бойцам. Больше ничего о судьбе мужа и отца семья не знала до встречи с писателем Смирновым. Его имя увековечено в названиях улиц в городах Брест, Жабинка, Минск, Луховицы. О Зубачёве рассказывают материалы Музея истории Коломенского тепловозостроительного завода.

В мемориале «Брестская крепость-герой» захоронены найденные на территории цитадели останки 254 её защитников, имена которых занесены в книгу «Память. Брест». Из неё удалось узнать, что под мраморными плитами в крепости покоятся пятеро земляков Зубачёва из Подмосковья, а двое из них сражались под его непосредственным командованием. В одной из групп сводного отряда Зубачёва сражался Владимир Николаевич Абызов. Родился он в 1919 году в городе Ногинске Московской области. Оттуда в 1939 году ушёл в Красную армию. Войну встретил в ранге политрука, заместителя командира телефонно-кабельной роты по политчасти 37-го отдельного батальона связи. В книге «Письма войны» помещено одно из них:

«Я теперь буду спокоен за вас. Итак, мама, ты 13-го числа едешь в дом отдыха... У меня к тебе пожелание, как можно полнее использовать недели отдыха. Если будет возможность, то и загореть. Я уже загорел, особенно лицо. А нос даже начал лупиться. Сапоги мне выдали новые. Когда встаешь утром, бывает очень прохладно, ибо подъем у нас в лагерях в 5.30, но после физзарядки и умывания становится тепло. Наша работа по строительству лагерей проходит в благоприятных условиях. Мама и Славочка, международная обстановка в настоящий момент напряжена до крайностей. И неслучайно мы находимся на границе, от нас требуется боевая полная готовность, чтобы в любую минуту защитить наши границы, а если надо?– разбить врага.

11.06. 1941 г.»

Уроженец Ногинска Московской области, заместитель политрука В. Абызов встретил начало войны на боевом посту, в карауле в северной части кольцевой казармы цитадели. Взял на себя командование группой бойцов. Участвовал в штыковом бою. Погиб в ночь на 28 июня, прикрывая отход бойцов-связистов, пытавшихся прорваться из крепости и переправиться через реку Мухавец. Один из переправившихся при прорыве из крепости рассказал, что у сержанта Абызова кончились патроны и он с гранатой остался на том берегу. А на прощание сказал: «Вы переправляйтесь, я свою жизнь дёшево не отдам». Потом были слышны взрывы гранат, пулемётные очереди… Через 8 дней ему бы исполнилось 22 года.

В сводном отряде Зубачёва сражался ещё один его земляк?– младший лейтенант, командир взвода батареи 45-мм орудий 333-го стрелкового полка Владимир Васильевич Зиновьев, уроженец города Верея Московской области. В Красную армию был призван Верейским РВК в 1939 году. Погиб в крепости в июне 1941 года. В прославившемся с первых минут войны упоминавшемся 17-м Краснознамённом погранотряде рядовым сапёром взвода служил Пётр Алексеевич Архаров, родившийся в селе Никиткино Егорьевского района и призванный в армию в 1940 году. Погиб в июне 1941 года.

* * *

На углу улиц Пушкинской и Советской в Бресте, на здании дома № 18, в котором с 1939 года находилась аптека № 4, установлена мемориальная доска в память партизанки Галины Аржановой, которая работала в этой аптеке и была связной партизанского отряда.

Галя Аржанова родилась в 1922 году в селе Ивановское, что в трёх километрах от Волоколамска, в семье бухгалтера Александра Михайловича и Марии Федотовны Аржановых. Окончила семилетку и поступила в Московскую фармацевтическую школу. В 1940 году после окончания её с отличием Галина по направлению приехала работать в Брест, в аптеку № 4. Началась война, и девушка осталась одна в малознакомом городе. Но она быстро устанавливает связь с брестскими подпольщиками. Вместе с ними разносит листовки, следит за передвижением вражеских воинских частей. А когда был создан подпольный горком комсомола, Галина была избрана секретарем первичной комсомольской организации подпольного горкома комсомола.

Когда партизаны стали просить медикаменты, у подпольщиков возникла острая необходимость направить в аптеку своего человека. Но посылать надо было того, кто бы разбирался в лекарствах. Выбор пал на Галю. Её не уговаривали, не скрывали трудностей и опасностей предстоящего дела. Секретарь подпольного ГК партии П.Г. Жуликов советовал ей подумать, не торопиться с ответом. Но Галя с твёрдой уверенностью сказала: «Я готова выполнить задание. Моя жизнь принадлежит Родине».

Она стала работать в той же аптеке, где работала до войны. Теперь это была частная аптека пана Яновского. Хозяин, видя трудолюбие Гали, стал доверять ей закупку лекарств и мединструментов, для чего она не раз выезжала в Минск. Многое из привезённого было переправлено партизанам отряда имени Чернака Брестского партизанского соединения.

Галина также участвовала в организации побегов военнопленных из лагеря, переправляла их к партизанам, устраивала конспиративные встречи партизанских связных с подпольщиками города. В 1942 году родные получили последние сведения о дочери. В село Ивановское приезжал представитель штаба партизанского соединения, который и сообщил о Гале, очень хвалил её. Вот как старались ободрить родственников!

В октябре 1943 года по доносу предателя Галину Аржанову арестовало гестапо. В тюрьме её пытали, спрашивали о подпольщиках и партизанах, куда и кому передавала медикаменты. Не раз проводили очную ставку с подсаженной в тюрьму предательницей Гертрудой Вагнер. Да, конечно, и такие были в Бресте. Эта «заключённая» опознала многих арестованных подпольщиков. И Галю она «отрекомендовала» как подпольщицу, связную партизанского отряда, собирающуюся тоже уйти в партизаны.

Сведения о мученице Гале подпольщикам передавала цыганка Люба, которую из тюрьмы вместе с другими женщинами-заключёнными водили в город на дезинфекцию мест общего пользования. Гале удалось передать подпольщикам четыре записки. В одной из них она писала: «Допрос ведёт высокий гестаповец. Требует признаний, как связалась с партизанами. Не бойтесь, умру, но никого не выдам. Тайну унесу в могилу. Прощай, Родина! Прощайте, советские люди! Мстите за нас фашистам!»

Записка, которую она написала своей знакомой Е.Т. Сименковой, была криком души: «Сжалься надо мной, моя родная, пришли отравы?– семь граммов стрихнина… Судьба моя решена. Мучительна не смерть, а пытки! Больше не могу терпеть. Пожалейте меня! Прощайте! Галя». Все попытки подпольщиков выкупить Галю были тщетны. Фашисты с жадностью забирали деньги, сало, мёд, обещая её выпустить… Галина Аржанова выдержала 26 зверских пыток, но ни слова не сказала фашистам, не выдала своих товарищей. В конце декабря 1943 года палачи повесили Галю во дворе Брестской тюрьмы. На груди у нее была дощечка с надписью: «Партизанка». Зое Смирновой довелось это видеть своими глазами, когда в декабре 1943 года она вместе с бабушкой ходила в тюрьму, чтобы в очередной раз отнести передачу арестованным подпольщикам.

В 1968 году Указом Президиума Верховного Совета СССР Галина Аржанова посмертно награждена орденом Отечественной войны I степени. Решением исполкома Брестского городского Совета депутатов трудящихся её именем в северной части города Бреста названа улица. Барельеф Аржановой расположен среди портретов героев на аллее «Их именами названы улицы Бреста».

В год 70-летия начала Великой Отечественной войны хотелось бы, чтобы и в Луховицах, Ногинске, Волоколамске и других городах Подмосковья вспоминали своих земляков, первыми вставших на защиту самых западных рубежей великой страны!

Александр БОБРОВ

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 0,0 Проголосовало: 0 чел. 12345

Комментарии: