Глава 20

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Глава 20

Сева был заинтригован столь ранним звонком одного из своих помощников:

– Извини, Сева, но ты сам просил сообщать обо всем важном в любое время. Короче, ты не поверишь… У меня, в общем, сын увлекается боевыми искусствами. Ну, и жена меня заставила тоже вникнуть в тему, чтобы с ребенком найти контакт. Беру, короче, его книги пролистать, ищу в Интернете все, что можно… ххххх, читаю и понимаю, что где-то это видел уже, что-то это мне напоминает.

И точно – весь путь Героя и стилистика Вокров похожа на нравы самураев. Представляешь, в XVII веке в Японии был такой реальный культовый мужик – непобедимый самурай Мусаси Миямото. «Бог меча». История его жизни, его знаменитой «Книги пяти колец» – один в один история Героя. Я был просто в шоке. Герой говорит, что заканчивает свой дневник. Если я понимаю правильно, то скоро Герой исчезнет.

– То есть, как исчезнет?

– Откуда я знаю как?! Вспомни, Герой предупреждал уже не раз, что скоро закончит свой дневник: «Последняя глава моего дневника является первой главой большой книги, которую напишут уже другие – молодые Вокры». То есть, его путь воина на этом заканчивается, как и у Мусаси. Слушай, прочти-ка сам подборку материалов о Мусаси. Я тебе сбросил по мейлу, там не очень много.

Прочитанное озадачило Севу. Все сходилось слишком складно.

«Я иду по пути Великого мастера боя», – вспомнил он фразу из дневника Героя.

* * *

Журналистка Маша всю неделю чувствовала себя самым счастливым человеком на планете. Еще бы, молоденькая девчонка, пришедшая стажером в крупнейшую газету страны, всего за два месяца стала звездой. Написав четыре громких материала подряд, она уделала многих именитых коллег. Пожалуй, единственный, кто не завидовал ей, – главный редактор. Своими последними материалами Маша фактически спасла его «пятую точку», по которой он с великой грустью уже приготовился получить от хозяев издания.

Редактор всячески демонстрировал Маше свое покровительство и не уставал повторять каждому встречному, что именно он открыл миру новую звезду. Узнав, что Машу засыпали предложениями о переходе в другие СМИ, редактор всячески старался ублажить ее, чтобы она и в мыслях такого не держала: повысил в три раза зарплату, дал служебную машину с водителем и пообещал златые горы в будущем.

Нынешнее сказочное полуобморочное состояние Маши было связано с тем, что на нее пал выбор нового креативного бога – Героя.

В своем знаменитом сетевом дневнике Герой обещал дать всего одно интервью и только начинающему журналисту. Из тысячи заявок на интервью выбор Героя пал именно на Машу. Ну разве можно сказать, что она невезучая?!

Интерес к интервью был обеспечен, потому что Герою симпатизировали очень многие по самым разным причинам. Например, коллеги Маши по газете уважали за рейтинг креатива. После того, как объективно начали оцениваться рейтинги статей и заголовков, произошел передел гонораров в пользу более талантливых журналистов. А вот Машина мама, преподаватель музыки, симпатизировала Герою за активную поддержку высокой культуры. Герой показал себя не только одним из самых активных спонсоров театров, библиотек, музеев, но и вовлекал в этот процесс последователей.

В своем дневнике Герой многократно повторял: «Мы – один из последних форпостов сохранения высокой культуры страны, национальной истории и традиций. Мы – один из последних защитных слоев национальной идентичности перед черной дырой глобализации. Несмотря на причастность к массовой культуре, высокое искусство первично для любого Воина Креатива!»

С помощью «Молота Героя» непрерывно шла эффектная пропагандистская кампания для родителей, чьи дети вместо чтения книг, изучения истории страны и традиций, приобщения к искусству и музыке тратили свободное время на компьютерные игры и пустые развлечения или вообще были предоставлены сами себе.

«Если Вы не скажете что-то важное своему ребенку сами, ему расскажет телевизор или компьютер, – бил по сознанию обывателей «Молот». – Так и вырастают «дети телевизоров» и «дети компьютеров»…

– Проходите! – раздумья Маши прервал голос помощника Героя.

Маша глубоко вздохнула и открыла дверь… К величайшему разочарованию девушки, Героя в кабинете не оказалось. Ей пришлось довольствоваться интервью со знаменитым собеседником по видеоконференции.

– Читая ваш дневник, мы думаем, что все знаем о вас. Тем не менее, вы – несомненная загадка. Расскажите, чего нет в вашем дневнике? – голос Маши возвращался эхом в большой полупустой комнате.

* * *

В кабинете главного редактора Микроб читал распечатку интервью Маши с Героем. Интервью получилось большим, почти на полосу, и содержало много любопытной информации. Внимание Микроба привлек ответ на вопрос о ближайших планах Героя. Герой планировал по согласованию с региональными органами власти превратить один из российских городов в мировую столицу креатива. Статус мировой столицы город (самыми подходящими Герой считал Санкт-Петербург или Сочи) должен будет приобрести благодаря одновременному проведению дважды в год на своей территории всех значимых международных фестивалей, конкурсов и премий мирового рынка РИТМа. Добиться лидерства Герой планировал размахом и финансами. По словам Героя, он сможет перебить деньгами все нынешние международные премии и привлечет к организации и проведению все значимые имена на мировом рынке РИТМа.

– Дважды в год сюда будут съезжаться на самую большую тусовку креаторы со всего мира. А представьте себе поединки между самыми известными креаторами… Фантастика! – увлеченно рассказывал Герой журналистке Маше.

Ну и венцом коллекции премий в новой столице креатива станет главная мировая премия по креативу, сравнимая по статусу и помпезности с киношным «Оскаром».

– Ххххх тебе, а не «Оскар», – усмехнулся Микроб. – Хотя, спасибо за красивую идею. Сам потом сделаю, все равно теперь никто о ней не узнает.

Вторым большим пунктом в планах Героя на будущее стояло развитие образовательных проектов в регионах страны. Герой заявлял о расширении спонсорской программы зарубежных стажировок креаторов из регионов, имеющих высокие рейтинги. В регионы же он обещал бесплатно привезти всех самых известных мировых креаторов-звезд с мастер-классами.

– Я мечтаю раскрепостить сознание креаторов. Посмотрите поближе на звезд – это обычные люди, просто очень талантливые. Разрушая мифы о сакральности лучших мировых креаторов, я помогу обрести веру в себя будущим российским звездам! – уверял Герой.

Микроб закончил читать последний абзац и швырнул бумаги к потолку. Цели, на которые рассчитывал Микроб, интервью не достигло: от самых острых вопросов, которые Микроб через главреда поручил Маше задать, Герой технично уклонился.

– Значит, сам виноват, – Микроб бросил испепеляющий взгляд на главреда. – Так, аудиофайл с интервью точно в единственном экземпляре?

– Конечно, Алексей. Я ведь Машку в машине ждал. Она вернулась с интервью, и я сразу забрал файл.

– Отлично. Завтра получишь правильное интервью с Героем. – Микроб встал.

– Алексей, я ведь ничем не рискую? Все ведь пройдет гладко?! – жалостливо промямлил главред, чувствуя, как потеют ладони.

Микроб одарил его леденящим душу взглядом. Эта свинья в дурацком желтом пиджаке получила годовой заработок за один дурно пахнущий, но абсолютно безопасный проект.

– Не ххххх, я тебя никогда не подводил! – бросил Микроб и вышел из кабинета.

* * *

Все громкое и скандальное начинается, как всегда, внезапно. Заголовки изданий информационных агентств кричали во весь голос: «Афера века раскрыта!», «Монстр в золотой маске», «Дутый рекламный бог!», «Попался!», «У страны украдены десятки миллиардов!», «Герой прокурорского романа» и т. д.

Известный депутат Государственной Думы активно раздавал интервью, трансляции которого шли бесконечно по всем каналам: «Уникальные технологии, разработанные в семидесятые годы прошлого века лучшими учеными страны, оказались утерянными. Исследования, когда-то оплаченные государством, позволили обуздать творческую энергию, рождающуюся в умах гениев. Однако группа аферистов присвоила себе эти технологии и с их помощью заработала миллиарды. Негодяи обязаны понести заслуженное наказание».

Интернет пестрел кадрами обысков офисов Героя, крупным планом показывали перепуганные лица сотрудников. О местонахождении самого Героя никто не знал, и он был объявлен в международный розыск. «Человек слова, – иронизировали журналисты, – провалился сквозь землю, как и обещал в самом начале».

Сестры Влюбленные после общения со следователями дали подписку о невыезде. Сайт дневника Героя стал недоступен.

Политики и представители общественности клеймили Героя и его «секту», требуя суровой расправы. Со ссылкой на разные источники шла речь об аресте счетов и имущества компании Героя. Часто звучала фраза «конфискация в пользу государства». Все наперебой выдвигали версии о том, нашли ли то волшебное специальное оборудование.

Следующий день начался двумя громкими событиями в рамках скандала вокруг Героя. Событием номер один стало интервью Героя, опубликованное популярной газетой. То единственное, что он дал молодой журналистке Маше. Сам Герой в своих ответах выглядел настоящим мерзавцем, которого каждый добропорядочный читатель обязан был придушить лично.

Главный редактор был готов к тому, что журналистка Маша устроит истерику, когда увидит подметный материал вместо настоящего интервью. К его радости, улыбающаяся Маша не задала ни одного вопроса, кроме об «особой премии». Главред с облегчением обнял девушку и выдал увесистый конверт. Он уже рисовал радужные планы новых достижений Маши, которая оказалась способной играть «как надо».

На следующей полосе этой же популярной газеты красовалась огромная фотография с подписью «Фото главаря аферистов!». Далее шла статья о знаменитом Болельщике, зарабатывающем огромные деньги на использовании секретных технологий профессора Смирнова. Назывались даже суммы. Далее следовали комментарии политиков и экспертов с требованием возврата ноу-хау и денег в пользу государства.

Главным героем разоблачения, безусловно, был Алексей Караваев, подробно описывающий многочисленным СМИ детали противостояния и невероятных результатов собственных расследований. Герой, как выяснялось со слов Караваева, хотел убить своего патрона Болельщика и продать технологию профессора Смирнова зарубежной разведке недружественной страны.

«Герой проиграл Караваеву свой последний бой!» – единодушно объявили СМИ.

Многочисленные эксперты и бывшие ученики Героя наперегонки делились версиями о том, что сам Герой никогда не писал дневник. В итоге все свелось к тому, что Герой – редкий сексуальный извращенец. Аудитория с яростью топтала своего кумира.

Через несколько дней шумиха стала утихать, осталась только одна тема – «оборудование пока не нашли, Герой скрылся в неизвестном направлении».

Джеймс Баунти чуть не прыгал от счастья. Он пообещал Микробу встречу через две недели, чтобы начать обсуждение новых грандиозных планов. Микроб чувствовал себя Покорителем Мира.

* * *

Тот, кто точно не порадовался бы сейчас за Алексея Караваева, сидел в тесной кухне уютной квартирки и пил утренний кофе.

Семен Ефремович, будучи человеком зрелого возраста, в душе ощущал себя совсем юным. Молодые девы, не дававшие ему прохода еще совсем недавно в надежде хотя бы на маленькую роль в его фильмах, больше не звонили и не ждали у подъезда. Уже второй год он перебивался мелкими заказами, в одночасье потеряв все. Падение в бездну отдавало банальностью: ранее популярный кинорежиссер стал жертвой разгромной статьи в известной газете. Семен Ефремович был виноват сам, но это не мешало ему ненавидеть весь свет. Истинная подоплека была известна лишь узкому кругу: Семен Ефремович отказался взять на главную роль талантливую, но чрезмерно капризную артистку, оказавшуюся фавориткой некоего могущественного Алексея Караваева. Заступничество Караваева за актрису Семен Ефремович проигнорировал, за что и поплатился.

Семен Ефремович как раз перечитывал злополучную газету с разгромным материалом о Герое, чье падение с Олимпа воспринял с обычным злорадством, когда раздался звонок телефона. Старик быстро собрался и ушел – появился новый щедрый заказчик, с которого он намеревался содрать приличный куш.

Семен Ефремович вернулся домой в приподнятом настроении. Переговоры прошли успешно, и он даже получил аванс. Дочь встретила его сообщением о том, что приходил молодой человек, представившийся поклонником его творчества, оставил несколько бутылок дорогого спиртного, сигары, диск и свой номер телефона. Старик, отвыкший от внимания к себе, несмотря на осторожность, решил все же позвонить незнакомцу. Любопытства прибавилось при просмотре диска. На нем оказался старый французский фильм, неплохой детектив. К чему бы это?

Парень по имени Костя оказался на редкость любезным и приятным собеседником. Полчаса ушло на обсуждение старых фильмов Семена Ефремовича, отчего старик невероятно расчувствовался. Он почти забыл, что разговаривает с совершенно незнакомым человеком.

Наконец Семен Ефремович опомнился и уточнил суть появления в его жизни незнакомца. Костя посоветовал ему перемотать запись французского фильма на определенный хронометраж. Перемотав детектив на нужный момент, старик увидел фоторобот преступника, которого полфильма разыскивал комиссар полиции. Что-то знакомое показалось ему в этой фотографии, а Костя в трубку подтвердил догадку. Фото из фильма было ни чем иным как… снимком Болельщика из газеты.

Старик совершенно растерялся. Костя настаивал, что фото Болельщика и вообще весь материал в газете – фальшивка. По словам Кости, старик мог бы обелить свое имя, отомстив и Алексею Караваеву, и газете. Молодой человек предлагал рассказать об этой истории конкурирующим изданиям и даже обещал собрать пресс-конференцию.

– Но почему я? – искренне недоумевал Семен Ефремович. – Если вам все известно, почему вы молчите?

– Если об этом заявите именно вы, многие поверят в справедливость и неотвратимое возмездие, – горячо убеждал его невидимый Костя, и нажимал на больное. – Вы должны снимать большое кино! И это последний шанс вернуться!

До поздней ночи режиссер продолжал сравнивать снимки из фильма и газеты, дочь также нашла сходство между фотографиями. Старик чувствовал шанс восстановить репутацию. А, может быть, даже престижную работу. Либо пан, либо пропал. Эх…

История с фото, озвученная на пресс-конференции, вызвала замешательство аудитории. Через день произошло нечто абсолютно неожиданное. Представители следствия официально заявили, что никаких признаков реального существования технологий профессора Смирнова нет! Более того, их и не могло быть – работы оказались бесперспективными. Все архивы работ Смирнова, включая переданные его сыном месяц назад бумаги, не представляют ни научного, ни прикладного интереса. История жизни самого Смирнова говорит о том, что он сам выдумал эту тему, рассчитывая сделать в науке карьеру. Посему дело прекращено, а представители закона желают успеха талантливым российским креаторам, способным на многое без всякой научной техники.

В СМИ, как грибы после дождя, появились материалы о заговоре Пяти Королей против Героя. В эпицентре СМИтрясения, конечно, находился Караваев. Известный креатор Виктор Масляник рассказывал журналистам о том, что Герой-Николаев – истинный автор всех прошлых заслуг Караваева. Масляник сделал упор и на то, что Караваев работает против некоего Болельщика в интересах УША, а это, мягко говоря, непатриотично.

Это стало официальным концом карьеры для Караваева.

Журналистка Маша обнародовала текст настоящего интервью с Героем, хотя уверяла главного редактора, что не делала копий аудиофайла. Кампания против газеты, напечатавшей фальшивые интервью Героя и фото Болельщика, привела к ее бойкоту, уходу рекламодателей и закрытию.

Герой так и не открыл свой сетевой дневник. Его компания заявила о своей ликвидации и передала контракты третьим лицам.

Стихийная акция «Прости нас, Герой!» так и осталась без ответа. Тысячи людей плакали от отчаяния и обиды.

Хорошо сказал в те дни один известный креатор:

– Герой ушел не из-за скандала. Он ушел, потому что наша вера слишком слаба. Мы оказались способны быстро предать. Он ушел, чтобы мы поняли многое в себе и поверили в силу добра. Возможно, когда-нибудь он вернется, и мы уже будем достойны его. Он воспитал десятки тысяч последователей, своих учеников. Он хотел, чтобы мы продолжили его дело. Прости нас, Герой! Вокры будут ждать твоего возвращения!

* * *

Сева, после скандала вокруг Героя, уже в который раз просил сестер Влюбленных о срочной встрече. Сестры отказывались, но Сева проявил настойчивость. Его люди все-таки выследили машины сестер у офиса, и Сева пулей примчался по знакомому адресу. Охрана долго согласовывала его проход в офис, и, наконец, прорваться удалось.

Сестры встретили Севу приветливо, он даже удивился их выдержке, учитывая произошедшее.

Сева сразу взял быка за рога:

– Говоря начистоту, мне очень жаль, что все так случилось с Героем и с вами. Это возмутительно, и счастье, что зло наказано. Понимая ваше состояние, я все же хочу поговорить о волнующем меня деле.

– Не переживай, Сева, контракт будет выполнен в сроки и с неизменным качеством. Даже без Героя. Если ты хочешь расторгнуть контракт, мы готовы это сделать хоть сейчас.

– Я не об этом, – Сева перевел дух. – Девочки, помогите мне выйти на Болельщика. Умоляю!

Сестры переглянулись.

– Я просто уверен, у вас есть такая возможность. Заплачу любую сумму. Просто пообщаться, без всяких обязательств.

Следующая минута в кабинете прошла под аккомпанемент хлопающих ресниц и пронзительных взглядов сестер. Сева смотрел в пол и боялся дышать. Наконец, Вера, посмотрев на сестру, улыбнулась:

– Зачем тебе это, дорогой?

«Неужели получается?» – у Севы забегали мурашки по коже.

– У меня есть очень серьезный повод для встречи. Я уполномоченное лицо господина Ли «Самого».

– Мы знаем! – отозвалась Настя Влюбленная и подошла к окну. – Ты в курсе, зачем Ли «Самому» нужен Болельщик?

– Не буду врать. Я в курсе. Я не маленький, понимаю, куда вляпался. Такие люди и такие игры…

Сестры заразительно засмеялись. В кабинет вошел секретарь с подносом: шампанское, бутерброды, фрукты.

Настя подняла бокал:

– Ну, за знакомство!

– А что, мы тогда, в первый раз, не выпили за знакомство?

– За новое знакомство, наш чиннайский друг! Мы с сестрой и есть… Болельщик.

– Но как? Это ведь Костя… – Севе показалось, что он ослышался.

– Костя? Которого мы придумали для тебя с Витей Масляником?!