ФОНТАНКА. ТАВРИЧЕСКИЙ САД. НАРОДНЫЙ ДОМ

С раннего утра дивы гомосексуального мирка уже на работе. Уже с часов десяти они направляются веселою гурьбою в сад около цирка и обсуждают там планы текущего дня.

Зайдите в это время в так называемый «собачий сад» на Фонтанке и вы увидите целую банду подозрительных молодых людей.

Но вот наступает полдень, жадная хищная стая направляется на Невский.

Главная квартира переносится в Пассаж и в Кафэ де Пари.

Эта излюбленная улицей кофейная в подвале Пассажа есть действительная клоака, мрачная и отвратительная, где задумываются наглые экспроприации и мошенничества, которым так дивится терроризованный хулиганами Петербург.

Дневная биржа живого товара продолжается вплоть до закрытия Пассажа, а затем хулиганы снова отходят к Фонтанке.

С 8 ч. вечера и до 12 по Фонтанке от дворца графа Шереметева до «Собачьего сада» образуется род гуляний гомосексуальных «Фрин», причем самых неимущих и ободранных; более оперившиеся отправляются в Таврический сад.

Я конечно говорю о летнем распределении времени, так как зимою прогулки сильно затруднены холодами.

В эти часы на Фонтанке творятся вещи, превосходящие всякую фантазию, для глаз прохожих они почти не заметны, так как испуганные наплывом оборванцев пешеходы поскорей спешат миновать опасную встречу и буквально закрывают глаза и затыкают уши, чтобы ничего не видеть и не слышать. Около «общественного места» у цирка образуются целые вереницы любителей гомосексуальных ощущений в ожидании очереди; что происходит «там», походит ближе всего на предварительное ознакомление собак. Они знакомятся с интимными подробностями сложения, а уже затем сговариваются куда ехать и за сколько.

Вы думаете, читатель, что полиция не знает обо всем, о чем я говорю сейчас; да любой из городовых, стоящий на посту, подтвердит сказанное мною, ведь не особенно давно «Катя Золотые Спицы» был нещадно избит городовым за то, что раз двадцать направлялся в это злачное место и производил шум.

После 12-ти «незанятые» из Таврического сада направляются сюда же и на задних дворах прилегающих к этому району домов начинаются настоящие «собачьи свадьбы».

Так проводит время гомосексуальная «улица», развращенная и обученная всем тонкостям разврата аристократическими отпрысками, которые в этот час безмятежно почивают в постелях со своими мальчиками.

Ведь кричал же во всеуслышанье граф Ш-ев в Европейской гостинице: «я покупаю весь ликер буфета, меня ждет мой мальчик».