Повторное решение

Повторное решение

Теперь о том, что я называю «повторным решением». После нескольких лет жизни на Западе большинство наших эмигрантов вновь возвращается к вроде бы уже решённому вопросу. Прожили год-два — и снова задумались: всё-таки, я остаюсь здесь на всю жизнь, на долгие десятилетия, или хватит экспериментировать и пора возвращаться? И вообще, зачем я здесь?

Приходят к этому все, даже те, кто, уезжая, был абсолютно уверен, что данный вопрос ими решён раз и навсегда. Поначалу, сразу после перехода из одного общества в другое, многие русские, даже несмотря на возникающие перед ними многочисленные трудности, полны энтузиазма. Оно и понятно — открываются новые возможности и перспективы. На родине вот это и это было невозможно, а здесь всегда пожалуйста. Помимо этого больше не действуют многие привычные дома рамки и ограничения. «Вот здесь-то мне не придётся жить на сто баксов в месяц. И в Париже у меня никто не будет проверять регистрацию, это вам не Москва». А вот рамки и ограничения, накладываемые новым обществом, равно как и трудности адаптации в нём, поначалу многократно недооцениваются.

Однако постепенно, по мере освоения нового мира, вы приходите к адекватной оценке и трудностей адаптации, и налагаемых здесь на вас ограничений. Западный мир становится в вашем сознании тем, чем он действительно является. Энтузиазм уходит, аж самому странно — куда же он подевался? «Как хорошо было на родине в таком-то, таком-то и таком-то аспектах!» — такие мысли появляются у эмигранта всё чаще, даже если он их старательно от себя отгоняет. Со временем каждый дозревает до возвращения к вопросу, который он уже решал однажды, перед отъездом: «Нужно ли всё это?». Повторное обдумывание обычно происходит следующим образом: «Я, в отличие от всех вас, не привязан безальтернативно к вашему образу жизни. У меня есть запасной мир, где всё совсем по-другому. Мне только билет на самолёт купить, и уже завтра ни одна собака не будет меня спрашивать how am I! Уже завтра я буду пить пиво с друзьями, рассказывать им неполиткорректные анекдоты, охмурять красивых девушек, ходить за бухлом в три часа ночи в любой ближайший ларёк, ругать чёрных и демократию, да просто нарушать правила дорожного движения!» Так во второй раз появляется энтузиазм к переезду. Есть старый анекдот о том, как в Средиземном море встречаются два теплохода: один везёт эмигрантов из Одессы в Израиль, другой назад — из Израиля в Одессу. Пассажиры обоих теплоходов удивлённо смотрят друг на друга и крутят пальцами у виска.

Но существуют и мощные удерживающие факторы. В качестве примера приведу здесь интервью с Александром Журбиным, АиФ, № 9, 2003. Один из самых популярных советских композиторов, его песни пели Пугачёва, Пьеха, Кобзон. Всё было у человека, но в 1990 он ни с того ни с сего уехал в Америку.

«А. Журбин: В Америке к тому времени уже бывал, мне казалось, что я понимаю эту страну. (Курсив мой. — С.З.)

Корреспондент: Массовый отток туда сменился не менее массовым оттоком оттуда.

А. Журбин: К сожалению, возвратиться могут не все. Кто-то, как Шнитке, умер в эмиграции, другие слишком стары, чтобы ещё раз менять свой образ жизни. Есть и такие, кто хотел бы вернуться, но не может из чувства ложно понятой гордости: боятся, что кто-нибудь им скажет, что они вернулись, потому что там ничего не добились. В Америке я встречал великое множество соотечественников. Видел в их глазах тоску и убеждён, что многие из них рано или поздно вернутся».

Всё так, но дело тут не только в гордости. Запад затягивает людей, искажает их системы ценностей, лишает способности здраво рассуждать. Многие эмигранты в той или иной мере всё-таки впитывают особенности местного менталитета, искажающие их мировосприятие. Около половины русских этому подвержены, если не две трети. Вроде и жизнь не стала ни лучше, ни веселее, но уже ставшие отчасти американцами или французами люди боятся себе в этом признаться. Упорно продолжают жить в эмиграции. Страдают, но не устают верить в ни на чём не основанный миф о том, что они выбрались из дикой страны в цивилизованный мир, что это величайшая в их жизни удача, и что зачеркнуть это достижение было бы поступком совершенно сумасшедшим. Многие испытывают странное ощущение, что возвращаться нельзя ни в коем случае, а почему — лень думать, даже сама постановка вопроса о целесообразности дальнейшего пребывания на Западе кажется идиотской. Но стоит приехать в Россию, и понимаешь: боже, в какой тоске я живу!

Нередко подвержены этому зомбированию даже те, кто изначально эмигрировать не собирался. Вот русская девушка, приехала на полугодовую стажировку. Покрутившись здесь, всего через месяц вынесла итоговое заключение: «Русский человек на Западе жить не может, только существовать». И она же через полгода: «Назад не поеду, буду здесь жить и в университете учиться». Я так и удивился, выражаясь окультурено. Чего тебе дома не живётся, с двумя востребованными высшими образованьями, тем более что «здесь можно только существовать»? Да и денег ты там гораздо больше заработаешь, чем здесь тебе в качестве стипендии дадут. Если ещё дадут, а так официанткой по вечерам работать будешь. Куда весь твой здравый смысл подевался?

Итак, когда вы дозреете до повторного возникновения вопроса о целесообразности жизни на Западе, постарайтесь не врать себе, а также не руководствоваться расхожими стереотипами. Реально оцените, какие перспективы есть у вас в России и на Западе. А главное, честно ответьте самому себе, хотите ли вы здесь жить, приятна ли вам здешняя обстановка. Если нет, пора уезжать. Не совершайте распространённую среди русских эмигрантов ошибку — не вкладывайте свои силы, время и деньги в мир, жить в котором вам не нравится. Не надо идти вперёд с бараньим упорством. Не надо связывать свою жизнь с неподходящим для вас миром, не надо вязнуть в нём. Лучше уж сразу рвать, меньше ущерба будет. А то потом, ещё лет через пять, когда жить на Западе станет уже совсем невмоготу, вы всё равно вернётесь, но с гораздо большими потерями — в России вновь придётся всё начинать с нуля.