Рутина

Рутина

С Ро не встречаюсь совсем. Похоже на то, что она совсем бросила меня и переключилась на нового сотрудника. Он моложе меня, выше ростом, атлетически сложен, имеет маленькую голову и, надо полагать, большой пенис. Сейчас это усиленно рекламируется. Разработана целая наука, как увеличить свой пенис по крайней мере вдвое. У нас поголовное увлечение этим. Ив делает видеофильм на эту тему. Намекнул мне на то, что хотел бы снять мои упражнения на этот счет, – он не сомневается в том, будто и я не избежал всеобщего увлечения.

Лю посещает школу группового секса и приглашает меня составить ей компанию. Одновременно она «обрабатывает» сотрудника из администрации, который вдвое старше ее, но зато имеет большую зарплату и большой счет в банке.

Та выполняет какие-то важные поручения, связанные с операцией «Кари», и ей теперь не до меня. Я этому даже рад. Не знаю, насколько серьезно то, что она говорила о Партии. Но мне не хочется включаться в ее Актив. В Аппарат меня все равно не допустят, я не способен командовать другими людьми. И не хочу. Я хочу остаться одиночкой, выполнять добросовестно свои служебные обязанности и не спеша накапливать знания и понимание мира. И все! Но возможно ли это? Вряд ли. Пожалуй, Фил прав. Оценка моих служебных качеств зависит от Ива. А он не может не использовать свое положение в своих личных интересах. Я пропустил один видеосеанс у него. И сразу почувствовал его власть.

Оценка моих социальных качеств зависит от таких, как Та. А она ведет себя как фанатик западнизма. По всей вероятности, она аппаратчик. Так что уклониться от ее забот тоже не так-то просто.

Пару раз съездил в БЗ с надеждой завести там какие-нибудь знакомства. Но безрезультатно. Меня игнорировали все, как будто меня вообще не существовало. Мне уступали место у столиков в кафе, на скамейках в парках, на картонках в Подземном Западе. Но никто не проявил любопытства в отношении меня и не сделал попытки заговорить. И все те люди, среди которых я был, почти не разговаривали друг с другом, ограничивались какими-то нечленораздельными звуками. Или делали секс на глазах у прочих, которые на это не реагировали никак. Да и сами они делали это совсем не так, как показывают страсть в фильмах, а так, как будто выполняли скучную рутинную работу.

Когда я последний раз возвращался из БЗ, я сделал для себя открытие. В нашей реальности дело обстоит вовсе не так, будто есть какой-то человечный уровень и уровень сверхчеловечный, будто какая-то часть западоидов живет по принципам человечности, а другая – по принципам сверхчеловечности. У нас просто нет никакого уровня человечности. И нет никакой части западоидов, живущих по принципам человечности. Наше общество целиком является сверхчеловечным. Западоиды все сверхлюди. Все – и бедные, и богатые, и преуспевающие, и неудачники, и больные, и здоровые, одним словом, все. Наша эпоха вообще есть в целом сверхчеловеческая.

Для того чтобы только помечтать о человечности, нужно находиться хотя бы на низшем уровне сверхчеловечности. А чтобы позволить себе какие-то крупицы человечности, надо карабкаться вверх по ступеням сверхчеловечности, теряя при этом всякие потенции и иллюзии человечности. Мы ушли слишком далеко вперед по пути сверхчеловечности, назад пути уже нет.

Если ты выпадешь из сверхчеловеческого общества, ты не окажешься в обществе человечности, не опустишься на уровень человечности. Все то, что сохранилось от эпохи человечности, вошло в нашу эпоху сверхчеловечности, приспособилось к ее условиям, растворилось, модифицировалось. Чтобы быть человеком, надо быть сверхчеловеком. А чтобы быть сверхчеловеком, надо вытравить из себя все человечное.

Толпы, скопления, свалки и т.п. живых существ, какие можно видеть в Аду, в Подземном Западе в Старом Западе и многих других местах ЗС, суть отходы жизнедеятельности нашего сверхчеловечного общества. Это не сверхлюди, а значит, уже вообще не люди. Они еще сохраняют внешнее обличив людей. Но искать в их среде возможность жить на уровне человечности бессмысленно.

От этого открытия мне стало страшно. Если меня не оставят в МЦ на основной срок, я окажусь в положении, которое ничуть не лучше положения, в котором оказался бы житель Земли, выпавший из космического корабля, уносящего остатки землян куда-то в мировое пространство.