«Ищу своих по духу»

«Ищу своих по духу»

«Ищу своих по духу»

Геннадий Лысенко.

До красной строки, до упора: Книга избранных стихотворений. - Владивосток: Изд-во "Рубеж", 2012. - 234 с. - (Серия "Архипелаг ДВ"). - 2000 экз.

Первые два сборника Геннадия Лысенко - "Проталина" (Владивосток, 1975) и "Листок подорожника" (М.: Современник, 1976) я, как это ни странно, купил в середине 80-х в букинистическом отделе одного из книжных магазинов Белгорода. Книги сохранились. На последних страницах обложек прежние цены перечёркнуты, стоят новые - 18 и 20 копеек соответственно. Третью  книгу поэта "Счастье наизнанку" мне прислал Александр Колесов, главный редактор издательства "Рубеж", в котором она вышла в 2010 году. И вот ещё одна книга поэта, ушедшего из жизни по собственной воле 31 августа 1978 года. Если бы не то роковое решение, в минувшем сентябре мы бы могли отметить 70-й день его  рождения.

Истинной  поэзии присущи  два качества: с годами она, как драгоценный металл, становится ещё дороже и, как доброе вино, крепче. Сегодня, перечитывая стихи Геннадия Лысенко, понимаешь, что лучшие из них как раз обладают этими качествами: они, как говорится, пережили время и приходят к нынешнему читателю так, словно написаны в наши дни.

Ищу своих по духу,

ищу своих средь живших и живых,

чтоб поделить корявую краюху,

а в ней - и хлеб, и лебеда, и жмых.

Она на вкус немного горьковата,

она не всем сегодня по зубам,

и в том судьба отчасти виновата,

но больше всё же виноват я сам[?]

В этих строках, в общем-то, вся судьба, жизненная и поэтическая, Геннадия Лысенко и даже, зная сегодня её завершение, предсказание трагического будущего.

[?]Мы познакомились в июне 1974 года, в Иркутске, где проходило  совещание-семинар молодых литераторов Сибири и Дальнего Востока. Наша амур[?]ская делегация (тогда я жил в Благовещенске) поселилась в одном гостиничном номере с  частью приморской делегации, в част[?]ности, с прозаиком из города Артём Александром Плетнёвым. Он-то и привёл в один из вечеров в наш номер на вид несколько нескладного и застенчивого парня, сказал, что тот тоже из рабочих (Плетнёв был шахтёром), что во Владивостоке и Москве у Геннадия готовятся к выходу сборники, что совещание рекомендовало принять его в Союз писателей  и что этот радостный повод стоит отметить.

После того как призыв Плетнёва был осуществлён, Геннадий Лысенко словно раскрылся, разговорился, стал читать стихи. Тогда мне запомнились такие строки о Владивостоке:

И у меня есть город,

весною, рано-рано,

распахнутый, как ворот,

на горле океана.

Как видим, в далёком 1974 году у Геннадия Лысенко всё было хорошо, всё шло, как надо, слом, вероятно, произошёл несколько позже, когда он, казалось бы, уже достиг многого, но в судьбе внешнее не всегда соответствует внутреннему состоянию души, особенно если это душа поэта.

Книгу "До красной строки, до упора" составил и сопроводил обстоятельной и умной статьёй владивостокский критик Александр Лобычев. Он, в частности, пишет: "В общем, сказать, что поэт остался и при жизни, и после смерти без издательского и читательского внимания, конечно, нельзя. Как и нельзя утверждать, что этот крупнейший  поэт Тихоокеанской России в полной мере открыт и узнан читателями современной страны".

Что ж, будем надеяться и верить, что новое издание стихотворений Геннадия Лысенко привлечёт к его творчеству со[?]временных читателей, тех, чьи сердца открыты для настоящей поэзии. А мы, те, кто знал его, любил и любит его стихи, перечитаем их ещё раз.

Валерий ЧЕРКЕСОВ