ВЫРАБОТАННЫЕ СКВАЖИНЫ

ВЫРАБОТАННЫЕ СКВАЖИНЫ

Сопротивление Детердинга слиянию Royal Dutch и Tank Syndicate пришлось на время интенсивного, дипломатического маневрирования, в котором принимали участие не только две эти компании, но и Standard Oil.

Поскольку Рокфеллер к тому времени был уже стар и слаб, Standard Oil находилась под управлением Джона Д. Арчболда. Этого мужественного, веселого, решительного и обаятельного ирландца боготворили все сотрудники офиса на Бродвее, 26, видя в нем антитезу назначившему его на эту должность «Его Величеству».

Но, подобно Рокфеллеру, Арчболд был противоречивой фигурой и человеком, хорошо знакомым со свидетельским местом в зале суда. В одном случае он проявил «немыслимую изворотливость» при даче показаний во время расследования деятельности Standard Oil Trust, в другом – был обвинен в получении взятки.

Под его простецким обаянием и еще более простецкой улыбкой скрывался закаленный профессионал нефтедобывающей индустрии, который объединял в себе такие качества, как агрессия и гибкость. Подобно Рокфеллеру, чью деятельность он однажды жестко и публично осудил во время скандала с железнодорожными перевозками, Арчболд с ранних лет «крутился» в нефтяном бизнесе. В свое время он служил секретарем в Titusville Oil Exchange и знал почти каждого, кто имел какой-либо вес нефтяной индустрии. Он был единственным американским представителем этого бизнеса, еще в 1893 г. настаивавшим на том, что на деятельность Маркуса Сэмюэля следует обратить самое серьезное внимание.

В 1897 г. Арчболд дал задание послу по особым поручениям Standard Oil В. Либби наладить контакты и с Маркусом, и с Ротшильдами, а также начать переговоры с Кесслером и Royal Dutch. Арчболд и Standard Oil прекрасно понимали, что американские месторождения были близки к истощению, поэтому стремились создать себе плацдарм в России и на Дальнем Востоке.

На первый взгляд казалось, что Royal Dutch имеет сильные рыночные позиции. Под квалифицированным и энергичным предводительством Кесслера, который, рискуя своим здоровьем, в ужасных условиях джунглей удержал компанию на краю банкротства, Royal Dutch теперь имела достаточное количество источников нефти. Но хотя Кесслер и принимал все меры для продвижения на рынке принадлежащей Royal Dutch марки керосина – Crown Oil, – их дистрибьюторская сеть, равно как и маркетинговая служба, была слишком слаба, и продажи не отличались стабильностью.

Tank Syndicate, напротив, имела превосходные транспортные, дистрибьюторские и коммерческие сети, но все еще тяготилась зависимостью от контракта с Bnito и от своего единственного источника нефти в Кутей. В сложившейся ситуации многое указывало на возможность союза между Арчболдом и хищной Standard Oil.

Однако Маркус, несмотря на категоричную позицию Детердинга, был настроен оптимистично. Он и Кесслер уже долгое время питали друг к другу большое уважение и пришли к соглашению о том, что в будущем могли бы объединить свои усилия.

Но кроме этого дела Маркус и Сэмюэль имели и множество других неотложных забот, требовавших их внимания. Во-первых, они переехали из своего старого офиса на Хаундсдитч в более просторное и внушительное помещение, которое нашли на Лиденхолл-стрит. Новый офис от старого отделяло совсем небольшое расстояние, немногим более мили, но разница в престиже была огромной.

Процесс переезда превратился в фарс: мебельные фургоны застревали на узких улицах, блокируя уличное движение во всех направлениях, пока братья раздраженно пыхтели над документами. Каждый пытался доказать, что в первую очередь следовало перевести именно его бумаги. С горем пополам канцелярские шкафы, наконец, удалось убрать с дороги.

Братья отпраздновали свой переезд весьма своеобразным, но очень удачным способом – размещением в Сити в 1896 г. первого японского правительственного займа. Огромный для того времени объем – 4,5 млн фунтов – был полностью размещен Сэмюэлями в течение нескольких часов. Это был триумф, который подчеркнул уникальную степень доверия, которую братья заработали в Японии; следующими проектами, рассчитанными на годы вперед, должно было стать создание инфраструктуры и железных дорог в провинциях Иокогама и Осака.

Политическая карьера Маркуса также процветала. По завершении срока пребывания в должности шерифа Сити в Лондоне, он был назначен одним из двух олдерменов по лондонскому округу, а также председателем специального комитета, учрежденного Королевской комиссией и отвечающего за лондонский порт. Кроме того, до него доходили слухи о том, что он будет назначен мировым судьей в графстве Кент, а также избран Мастером одной из самых древних гильдий Сити.

Маркус уверенно шагал по пути к тому, чтобы стать публичной фигурой, и, хотя это влекло за собой вполне ясные и существенные выгоды для бизнеса, политическая деятельность отнимала у него все больше времени. Но было одно дело, которому он уделил необходимое количество своего внимания: после того как юристы согласовали все нюансы, 18 октября 1897 г. состоялось слияние Shell Transport и Trading Company Limited. Основной капитал составил 1,8 млн фунтов в обыкновенных акциях с номинальной стоимостью по 100 фунтов каждая. Из них Маркус получил 7500, а Сэм – 4500 акций, что соответствовало полной стоимости принадлежавшего им флота Shell и некоторых других активов, составлявшей 1,2 млн фунтов. Другие члены Синдиката получили акции пропорционально долям своих вложений.

Акции, принадлежащие Маркусу и Сэму, однако, имели особое право голоса 5 к 1 по отношению ко всем другим простым акциям. Это гарантировало, что Маркус сохранил за собой полный контроль над компанией. Он сохранял эту привилегию на протяжении более чем 20 лет, фактически до 1919 г., когда согласился отказаться от этого права по специальному требованию британского правительства.

Если для Сэмюэлей и их новой компании Shell 1897 г. заканчивался очень удачно, то для Royal Dutch это был период бедствий. На 31 декабря скважины Кесслера начали выдавать смесь нефти с водой, что было верным признаком их скорого истощения. В течение трех месяцев большинство колодцев высохли.

Производство скважин Shell в Санга-Санга упало до 15 баррелей в день, когда 15 апреля 1898 г. Марк Абрахамс, пробурив первую же скважину глубиной в 750 футов, снова нашел нефть на новом месторождении Балик Папан. Это открытие пришлось очень кстати, поскольку позволило немедленно поднять показатель производства до 130 баррелей в день.

Фортуна улыбнулась Маркусу и еще раз, при этом экстраординарным образом. 15 февраля британский военный корабль «Победный» сел на мель при входе в Суэцкий канал. Этот инцидент вызвал громкий политический скандал в Великобритании и массу спекуляций за границей, которые были только подогреты опубликованным в газете Daily Mail от 16 февраля предположением, что все это было уловкой Адмиралтейства, «дабы предотвратить возможность быстрого продвижения военных кораблей других стран на Восток».

Первый лорд Адмиралтейства, стремясь предотвратить перерастание разыгравшейся драмы в полноценный кризис, немедленно приказал крейсерам «Гибралтар» и «Хоук» следовать к месту событий для оказания помощи. Но и они не смогли ничего сделать. Ни один из имеющихся буксиров не обладал достаточной мощностью. Когда Маркус прочел эти сообщения в газетах, военный корабль все еще перегораживал канал. Он немедленно телеграфировал представителю Shell на канале, приказав привлечь для оказания помощи севшему на мель кораблю принадлежащий компании буксир «Пектан» – самый мощный в мире. В результате операции, продолжавшейся 21 час, «Победный» был снят с мели.

Команда «Пектана» получила от благодарного Адмиралтейства награду в 500 фунтов, такую же сумму вручили капитану корабля. Награда в сумме 5 тыс. фунтов была предложена и владельцам буксира, но Маркус отклонил ее, заявив, что, будучи патриотом своей страны, всегда рад оказать посильную помощь. Однако он с удовольствием принял предложенное ему взамен денежного вознаграждения рыцарское звание и 6 августа отправился в королевскую резиденцию, где королева Виктория сделала его сэром Маркусом Сэмюэлем.

Это был момент, которым Маркусу следовало наслаждаться, потому что в бизнесе хорошие времена для него практически закончились.