ИТАЛИЯ

ИТАЛИЯ

Новая волна пиратского телевидения поднялась в Италии, где этому способствовали два фактора: медиа-диктатура премьера Сильвио Берлускони (в его руках сосредоточено более 90 % национального телевидения), и сильная традиция медиа-активизма, основу которой положила волна пиратских радио в 1970-х (см. главу о радио). За последнее десятилетие Италия стала мировым центром антиглобализма и радикальной левой теории. Секция четвертого фестиваля next5minutes называлась "Лаборатория Италия". Начиная с массовых беспорядков в 2001 году, посвященных саммиту G8 в Генуе, включая первый Европейский Социальный Форум во Флоренции (2002), — она снова и снова демонстрирует новые интереснейшие модели бескомпромиссного действия. Здесь в течение относительно долгого времени (1998–2004) существовал политический блок, вызывавший необыкновенно яростные споры среди левого движения — блок между автономистскими, экологическими организациями и левым крылом коммунистического молодежного движения, под общим названием «Disobbedienti». Также во всем мире обсуждается итальянская критическая теория — от книг Франко Берарди Бифо, от знаменитой «Империи», написанной ветераном итальянской революционной борьбы Тони Негри и американцем Майклом Хардтом, до работ более молодых коллег Маттео Паскуинелли, Алессандро Лудовико, Стефано Бонага.

Активисты видят в городском телевидении возможность будущей общественной организации на основе горизонтального демократического соучастия. В 2003 году про-правительственное большинство в итальянском парламенте приняло закон о телекоммуникациях ("закон Гаспарри", министра коммуникаций), согласно которому возможности цензуры и контроля за корпоративным вещанием стали практически абсолютными. Но это только подхлестнуло развитие в области альтернативного телевидения. Как правило, тактические ТВ действуют "на улице" — то есть, передают новости о происходящем в городском пространстве (например, антиглобалистских демонстрациях), или о проблемах городского окружения, района, коммьюнити. Небольшие самодельные антенны позволяют вещать в радиусе нескольких сотен метров, поэтому, чтобы распространить сигнал на большее расстояние, по городу устанавливаются дополнительные антенны-передатчики, или же вещание ведется из передвижного вана. Обыкновенно ТВ-станции имеют также свои интернет-клоны: в самом деле, если передача уже снята, а оборудование налажено, то почему бы не выложить готовые материалы заодно и в сеть? Главное объединение ТВ-активистов, включающее более двух десятков различных ТВ-инициатив, получило название Telestreet (www.telestreet.it). В июне 2002 года в Болонье, в том же городе, где когда-то появилось радио «Alice» и всего в паре кварталов от его бывшего штаба, начинает свое вещание Orfeo TV. Считается, что именно «Orfeo» породил по всей стране цепную реакцию, приведшую к образованию Telestreet. Первая совместная акция 28 тактических ТВ-станций — одновременная трансляция одной видеозаписи — произошла 22 февраля прошлого года. Однако исторически пальма первенства принадлежит коллективу Candida TV, состоящему из 12 человек и стартовавшему еще в прошлом тысячелетии — летом 1999 года, но в качестве кабельного телевидения. Их первый опыт имел место в течение восьми месяцев 1999–2000 гг., когда, имея на римском городском канале один час в неделю, они пытались построить "коммунитарное телевидение", приглашая зрителей присылать собственные кассеты, музыку, выступать, сообщать новости, и подобное. "Мы черпали идеи из хакерской этики, примененной к телевизионной технологии: ТВ может стать таким предприятием, в котором каждый сможет принять участие".

Продолжая традицию, большинство из молодых тактических ТВ-станций делает основной упор на то, что по-английски называют «neighbourhood» и «community». Активисты стараются делать не передачи "для своих", а массовое вещание. Весной 2003-го транснациональной империей Руперта Мердока был куплен фактически последний из независимых итальянских каналов Sky TV. Для привлечения внимания и увеличения числа кабельных абонентов, Мердок сразу же приобрел, ни много ни мало, право на трансляцию футбольных матчей. Чтобы посмотреть встречу "Рома"-"Лацио", любителям теперь приходилось платить (это в Италии, где страстью к футболу одержимы все, от младенцев до стариков). Несколько тактических телеканалов перехватили сигнал и транслировали футбол бесплатно, информацию же об этом распространяли, обходя районы и сообщая о трансляциях по домофонам. После этого в одном из «рекламных» роликов появилась сцена, где активист тактического ТВ идет с переносной антенной по улице, а встречные говорят ему "Grazia".

Одни станции вещают почти круглосуточно, другие — один или несколько раз в неделю. Это уже зависит от мощностей станции, в смысле редакции и количества корреспондентов (как правило, добровольных). Есть специализации по темам: спутниковое No war TV посвящено репортажам против войны (возникло в дни начала операции в Ираке); Global TV сообщает преимущественно политические новости и аналитику. Самое интеллектуальное Urban TV обсуждает утопические проекты, высокие технологии, и именно из его недр появился "Манифест Городского ТВ", на котором нельзя немного не задержаться.

"Мы убеждены, — пишет автор Маттео Паскуинелли, — что на сегодняшний день общество достигло достаточного уровня демократического развития, чтобы организовывать свои медиа в форме Городского Телевидения: каналы с открытым доступом, посвященные жизни города… Период интернета открыл нам возможности для обучения медийной демократи и участия. Но центральную роль для общества, культуры и политики по-прежнему выполняет телевидение. По этой причине необходимо переустроить его на поистине демократическом фундаменте. Надо, чтобы телевизионный медиум встретился с сетевым медиумом. Телевидение можно считать новым этапом в расширении сети: но для того, чтобы избежать превращения его в еще одно альтернативное медиа-гетто, надо, чтобы горизонтальность сети встретилась с социализирующей силой телевидения".

Манифест заявляет о необходимости построения общественного ТВ, управляемого городскими сообществами; об отказе от общегосударственных программ в пользу городских программ; о "новом муниципализме" и экономической автономии без коммерции (чтобы не повторить историй коммерциализации радио 1970-х). Он является ни много ни мало проектом революции. Его заключительная часть называется "Общественная автономия", и в ней мы читаем: "Городское телевидение открывает новый тип взаимоотношений между обществом и экономико-политическими институциями. На этом пути они отказываются от вертикального посредничества и представительства, с тем, чтобы перейти к новым, горизонтальным и автономным сетевым структурам, более соответствующим реальности современного пост-фордистского общества".

Условия противостояния государственной монополии трудны. В 2002 году по решению министерства коммуникаций была закрыта станция Telefabbrica, открытая незадолго до этого в интересах тактической кампании по защите прав рабочих завода Fiat в городке Термини Имерезе. Летом 2004 года произошел еще более крупный скандал, связанный с прекращением деятельности одной из известных тактических ТВ-станций Disco Volante, вещавшей из небольшого южноитальянского городка Сеннегаллия. Сотрудникам было предъявлено требование прекратить вещание, под угрозой уголовного дела с возможными последствиями до 18 месяцев тюрьмы.

Disco Volante работала с совершенно аполитичными темами — социальной адаптацией инвалидов и душевнобольных — хотя и являлась видным участником медиа-активистского содружества. Но у активистов есть сторонники. В защиту сеннегалльской станции в парламенте страны было собрано более сотни подписей (делу это не помогло). Вообще, активисты ссылаются на "свободу выражения" в Конституции: как выразился Стефано Бонага, "мы нелегальны, но конституционны". Когда на одной из встреч коллективов Telestreet проект Disco Volante был только запущен, то стало известно, что полиция ищет источник сигнала. Чтобы избежать неприятных столкновений, на следующий день один из редакторов проекта отправился в комиссариат полиции, где услышал от начальника что-то вроде: "Да я этого Гаспарри и сам (…), но сам понимаешь, я человек семейный, работой рисковать не могу…" Дэвид Гарсиа замечает: вечером того же дня "я был поражен, увидев, что эта небольшая встреча и Disco Volante заняли целые пять минут в вечерних новостях… Итальянцы, может быть, иправы, говоря, что живут в условиях медиа-диктатуры, но их работа вызывает больше эффекта и внимания, чем, вероятно, где-либо еще в Европе… Что же до нас в северной Европе, то мы по-прежнему переживаем диктатуру безразличия". От мягкой поддержки, или лояльности, органов правопорядка, до (местами) заступничества и помощи муниципальных властей — активисты черпают поддержку в факте относительной децентрализованности итальянской власти и играют на противоречиях ее отдельных уровней.

Параллельно с созданием собственного телевещания активистами предпринимаются атаки на государственную монополию и альянс государственной медиа-бюрократии с коммерцией: Сюда входят как временные кампании (например, "Basta Auditel!" — атака на крупное рейтинговое агентство, обслуживающее интересы телекорпораций), так и более стратегические проекты типа Megachip.info, работающие в духе «mediawatch» (можно условно перевести этот жанр как "критический медиа-мониторинг") — аналогичный другим международным проектам гражданского мониторинга масс-медиа, таких, как "PR Watch" и FAIR ("Fairness and Accuracy in Reporting"), или "Eye on the Media", проект иорданского радио Ammannet.