ГЛАВА 2

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ГЛАВА 2

«Пэтриот» проигрывает. Семейство «трехсотых». Готовясь к боям с гиперзвуковыми роботами. С-400. Меч против «стелсов»: рассказывает главный конструктор «Алмаза». Системы обретают «боевую тоталитарность». Охотники за крылатыми ракетами. И снова – «линза Кумахова». Лучевое оружие ПВО? Вторая жизнь старых ракет

1

Зимой над аравийскими пустынями бесновались песчаные бури. Шла война Запада с Ираком, и системы противовоздушно-противоракетных комплексов «пэтриот» были развернуты в Саудовской Аравии, в Катаре и Объединенных Арабских Эмиратах, в Бахрейне и даже в турецком Курдистане. Бояться стоило ударов ракет Р-17 русской модели в исполнении Северной Кореи (техники еще середины 1960-х) – они могли нести химические и бактериологические заряды. Но иракцы снаряжали их только обычными головками. Запад очень опасался этих ракет, названных им «скадами Б». Хотя по силе удара с обычной взрывчаткой они вряд ли превосходили гитлеровские Фау-2 1944 года. К тому же арабы очень неудачно переделали Р-17, увеличив емкость баков ради дальнобойности и утончив стенки ракеты, изрядно ухудшив ее управляемость и полетные качества. А еще иракцам пришлось вести стрельбы при полном господстве в воздухе западной авиации, при разбитой системе централизованного боевого управления, при настоящей электромагнитной буре помех, обрушенной западной коалицией на их страну. У них почти вырубилась вся связь, ослепли устаревшие радары. Да и сконцентрировать удары этих ракет на одном направлении иракцы не могли – приходилось бить по очень растянутым позициям так называемых многонациональных сил, по враждебным странам, в кольце которых оказалась их родина. Вместо удара сжатым кулаком выходил удар растопыренной ладонью.

Тем не менее Р-17 стала ночным кошмаром для Израиля и для западного экспедиционного корпуса. Потом американцы подсчитают: к цели прорвались сорок четыре процента выпущенных оперативно-тактических ракет Ирака. Удар «скада» в казарму на саудовской авиабазе в Дахране превратил ее в братскую могилу для нескольких десятков американцев. Зенитно-противоракетные системы «пэтриот» оказались малоэффективными во тьме и при песчаных бурях. Тысячи людей в Израиле со страхом смотрели на несущиеся в черном небе огоньки – летящие на цель «скады».

У нас, у русских, было кое-что посильнее «пэтриотов». У нас появились компоненты для создания высокотехнологичной, интеллектронной ПВО. Она становилась достойным ответом, который Запад бросил нам в ливанской войне 1982 года.

2

Впрочем, из «Сломанного меча Империи» вы уже знаете достаточно много о первом таком компоненте – великолепной «Системе-300». Или просто С-300, до сих пор непревзойденном на Западе «быстром оружии» Великого Союза.

Особенно сильной стала ее модификация С-300ПС (С-300ПМУ в экспортном варианте), созданная в 1982-м. По дальности боя она в полтора раза превзошла «пэтриот». И если для американской системы самолет или крылатая ракета, летящая на высоте менее 60 метров, становятся недосягаемыми, то наша «трехсотая» бьет летательные аппараты, прижавшиеся к земле на десять метров. Наша система великолепна: она развертывается в боевое положение всего за пять минут, вшестеро скорее американского аналога. И если американское высокотехнологическое чудо показало вероятность поражения цели в пределах 0,4–0,6 одной ракетой, то С-300 дает коэффициент в 0,8–0,95! Огромной удачей русских оружейников стала система вертикального старта в системе: ракета вылетает строго вверх из трубообразных, поставленных «на попа» контейнеров, разворачиваясь на цель уже в воздухе. А вот американский комплекс куда медленнее – там нужно разворачивать тяжелую пусковую коробку в сторону мчащейся цели.

«...Антенны „пэтриота“ неподвижны, и для кругового обзора ему нужны несколько станций. Наши же РЛС – вращающиеся, совмещают точность секторного обзора с электронным сканированием и круговой охват... Раннее обнаружение целей американцы выполняют самолетами ДЛРО, „летающими радарами“, а баллистических ракет – даже спутниками, без них комплекс буквально слепнет. С-300 также может использовать внешнее целеуказание, но работает и в полностью автономном режиме...» – писала «Техника – молодежи» в октябре 1999 года.

Когда Североатлантида принялась методично убивать Югославию, сербы молили только об одном: русские братья, дайте нам С-300! И хотя Росфедерация могла забросить эти комплексы рейдом кораблей Черноморского флота, Москва трусливо уделалась...

Создавали наше чудо ПВО опять-таки на фирмах «Факел» и «Алмаз», родившихся из СБ-1 Куксенко и Берия-младшего. На энергии мощнейшего сталинского импульса. И делали С-300 как ответ на очередной западный вызов – самолеты с компьютерным автопилотом, способные обеспечить сверхзвуковой полет истребителей и бомбардировщиков на бреющем. И как ответ на низколетящие крылатые ракеты. Этакую «рапиру» точечных ударов против этих русских медведей, вооружившихся грубой дубиной баллистических ракет с мощнейшими термоядерными зарядами. Мол, мы этих русских будем бить умными роботами-снарядами. Даже с обычными боеголовками они могут натворить бед почище атомного взрыва. Это здорово укладывалось в любимую находку США 70-х годов: возможную войну, в которой обе стороны не решатся палить друг в друга ядерным оружием. Или «молниеносной войны», в результате которой массированный удар невидимых для русской ПВО низколетящих крылатых ракет за считанные минуты парализует Империю.

Все говорило в их пользу. Казалось, «умные» самолеты и ракеты, умеющие летать, огибая рельеф местности, смогут нанести безнаказанный удар по нашим гидроэлектростанциям, АЭС, химическим заводам. Вызвав наводнения и цунами, огромные выбросы ядовитых газов – настоящий Апокалипсис. Низколетящий аппарат действительно трудно засечь – мешает кривизна земной поверхности. Планета-то наша круглая! К тому же все русские ракеты времен Вьетнамской и ближневосточных войн не были рассчитаны на сверхнизкие высоты прорыва. А западная авиация уже могла выпускать крылатые ракеты, не входя в радиус огня С-75 и С-125.

Я представляю сладострастие, с которым их аналитики прогнозировали эффективность ударов. Выброс ядовитого хлора на комбинате компании «Юниор Карбайд» в индийском Бхопале (1984 год) привел к гибели нескольких тысяч человек и к массовой панике. А если устроить такую же катастрофу на русском химическом гиганте – ударом крылатого «томагавка»?

А теперь представьте, что несколько «томагавков», выпущенных по Москве, поразили Капотненский нефтеперерабатывающий и Курьяновскую станцию аэрации с тысячами тонн ядовитого хлора.

Но почти двадцать лет назад Империя еще стояла над миром грозным исполином, и потому всего этого нельзя было допустить даже в вероятности. И потому мы создаем С-300 – оружие интегральное, способное сбивать как самолеты, так и ракеты. Причем не только крылатые, но и баллистические. Когда Горбачев заныл о непосильности гонки вооружений, Империя могла поставить на поток производство тысяч комплексов на питерском Северном заводе. Как писал еженедельник «Коммерсантъ» (28 января 1997 г.), «пэтриоты» во время войны на Аравийском полуострове часто отказывали от песка, набивавшегося в генераторы. Наш же комплекс способен работать в диапазоне температур от пятидесятиградусного мороза до пятидесятиградусной жары, прекрасно пройдя испытания на пыльных среднеазиатских полигонах.

Когда мы говорим «С-300», то подразумеваем целое семейство грозных комплексов. Каждая разновидность этого «быстрого оружия» русских несет свой буквенный индекс. Каждая имеет свою главную цель.

Вот С-300В, разработанная еще в конце 1960-х в НПО «Антей» под рукой генерального конструктора В. Ефремова. Ее главное предназначение – бить тактические и оперативно-тактические ракеты врага в полете, обстреливая 24 цели сразу. Это – машина противоракетной обороны поля боя. Она может отбить одновременную атаку четырех американских ракет-«тактиков» типа «лэнс», прикрыв площадь в пятьсот квадратных километров. Или нападение двух «Першингов-1А», защитив 240 квадратных километров. Или даже атаку одного «Першинга-1Б», прикрыв 310 квадратных км площади. С-300В приняли на вооружение в 1985-м.

С-300Ф делали в НПО «Альтаир» для вооружения русских боевых кораблей – для защиты их от атак крылатых ракет Североатлантиды.

Семейство С-300П делали для борьбы с самолетами, вертолетами и беспилотными аппаратами. Поэтому на них, например, нет локатора секторного обзора.

Модификация С-300ПМУ – это поистине супероружие, способное сбивать и крылатые цели, и ракеты. Единый комплекс защиты воздушного пространства большой дальности. Система «длинной руки».

В «Сломанном мече Империи» мы рассказали о С-300ПМУ-1. Но в 1997-м КБ «Алмаз» и «Факел» показали миру еще одну ступень совершенства комплекса – С-300ПМУ-2 «Фаворит». Систему уничтожения всего летающего – как с крыльями, так и без оных. Ракеты «фаворит» по силе поражения направленным снопом осколков стали вдвое сильнее ракет ПМУ-1, и их направленный разрыв поражает строго головные части вражеских баллистических ракет. Учитывая силу нынешнего НАТО, «фаворит» сделали более устойчивым к помехам. А памятуя о том, что западные ВВС будут выпускать по позициям зенитчиков рои противорадиолокационных ракет, «фаворит» прикрыл специальный агрегат «Газетчик-Е», который выстреливает в воздух тучи обманных целей и ставит помехи. Зона поражения самолетов огнем этого комплекса – двести километров.

Уникальны ракеты комплексов С-300. Как рассказали генеральный конструктор «Факела» Владимир Светлов и ведущий инженер фирмы Владимир Коровин (Военный парад. 1994. № 8–9), мы еще в середине 1960-х создали снаряды 5В55. Впервые в мире ракета оказалась закатанной в герметично укупоренный цилиндр-контейнер. В такой «консервной банке» снаряд может храниться десятилетие, в любой момент готовый к пуску. Ведь вместе с ракетой в ней укупорен и компактный газогенератор стартового выброса. И одновременно эта «банка» служит и пусковой установкой. Компактность такой транспортно-пусковой установки дает возможность втиснуть оружие на любой свободный пятачок – между зданиями, в ущелья и овраги, в закрытые от ударной волны лощины. Ведь наш УР взлетает-то вертикально. А вот ракетам «пэтриота» нужно чистое пространство. Ему мешают холмы и постройки, заслоняющие горизонт.

Когда 5В55 идет в начальной стадии своего полета, ею по радио управляет наземный оператор. На последнем же, атакующем участке управление меняет режим на «сопровождение через ракету». Иными словами, она становится глазами, «другим Я» оператора, чьи мысли и реакция сопряжены с быстродействием компьютера. Такое наведение хорошо защищено от радиоэлектронных помех вражеских станций электромагнитной защиты. И становятся бесполезными выбрасываемые жертвой ложные цели.

5В55 поступила в имперские арсеналы еще в 1979 году – в эпоху длинных волос, гигантских воротников и расклешенных джинсов. Аккурат в год, когда «Пинк Флойд» сыграл свою знаменитую «Стену». Но вскоре развитие имперских технологий и электроники родило новый снаряд для С-300 – 48Н6Е с вдвое увеличенной дальнострельностью. С тем же уникальным контейнером! Скорость полета новой ракеты выросла с 1300 м/с у 5В55 до 2800 м/с. И если прежний снаряд С-300 бил на 90 километров, то новый поражает цели уже на дальности в полторы сотни километров (100 километров у американцев).

Когда 48Н6Е поражает цель, ей и взрываться-то необязательно. Ибо сила удара четвертьтонной массы, мчащейся на скорости в 2,8 км/с, превосходит силу удара чудовищного морского снаряда Второй мировой калибра 406 миллиметров. От такого «толчка» развалится на куски любой самолет. И все же наш УР несет 143 кило взрывчатки – против девяноста килограммов у «пэтриотов».

Эта ракета стала ответом на другую затею Запада – создать в начале XXI века беспилотные боевые самолеты, обладающие скоростью в три-четыре «звука». Живые пилоты просто не выдерживают таких перегрузок при боевом маневрировании. США планируют создать армады таких роботов, управляемых с пилотируемых истребителей из безопасной дали. Наша же ракета способна уничтожать аппараты, несущиеся почти на восьми скоростях звука!

Но еще более совершенным оружием борьбы за небеса стала ракета для «Фаворита» – ЗУР 48Н6Е1. Ее дальность довели до двухсот километров, сделав ее разрывную часть куда более убийственной.

Наконец, этими же ракетами С-300 может поражать и наземные, и морские цели!

Империя успела поставить на вооружение около трех сотен С-300. На 1999-й в строю у России осталась только сотня этих грозных комплексов. Множество их попало на консервацию. Из этого запаса и черпаются ЗРК, которыми мы торгуем на мировом рынке.

Уже в 1999 году миру сообщили о разработке «Алмазом» нового русского оружия «дальнего огня» – комплекса С-400. Того, который уничтожает воздушные цели на расстоянии в четыреста километров – почти на дальности действия истребителя-перехватчика. Ракета «четырехсотого» идет на цель по баллистической траектории, включая головку самонаведения на заданной дальности. В мгновение ока включается головка самонаведения. С этим оружием можно вести бой даже с полноразмерным авиакрылом США, в котором за боевыми порядками истребителей-бомбардировщиков идут летающие «командные пункты», воздушные радары. С-400 способен поражать такие самолеты-радары почти на предельной дальности обзора их локатора, лишая ударные самолеты НАТО поводыря. Они же должны сшибать крылатые ракеты.

«Триумф» – так будет названа новая сверхсистема ПВО. Заряжать ее смогут ракетами нескольких типов.

«...Семейство „трехсотых“ при всех своих достоинствах имеет черту, ограничивающую возможности комплексов, – радиокомандное наведение ракет. И если со всевозможными постановщиками помех локаторщики научились неплохо бороться, то проблема повышения дальности стрельбы этими средствами неразрешима в принципе. Да и постоянно работающие стрельбовые РЛС в современных условиях все-таки уязвимы. Снимает эти вопросы семейство „400“...

В нем могут использоваться как существующие ракеты для С-300П, так и новая (вернее – только рассекреченная) 9М96Е, заслуживающая отдельного рассказа. Это – ПЕРВАЯ действительно отработанная и готовая к серии зенитная ракета с активной головкой самонаведения. Первый результат почти 40-летней работы! Лишь сейчас стало возможным не только создать сверхкомпактные радиолокатор и блоки с удлиненным двигателем... Это достигается легкой – всего 24 килограмма – боевой частью, которой достаточно при полученной точности попадания. А также – траекторией полета в верхних, разреженных слоях атмосферы с последующим снижением до высоты цели. Повышению точности способствует газодинамическая система управления, реализующая режимы сверхманевренности на любых высотах...» – писала «Техника – молодежи» в октябре 1999-го, предупреждая: этот комплекс – плод неимоверного усилия обнищавших конструкторов. Дальше они без средств просто надорвутся...

Но если такой комплекс был создан в нищей Россиянии, то неужели его еще быстрее не создала бы могучая Империя? И если сейчас он существует в нескольких экземплярах, то в СССР у нас уже были бы целые дивизии такого оружия дальнего боя!

Эти ракеты и эти комплексы – лучший ответ многочисленным картавым умникам, которые до сих пор брешут о русском отставании от Америки в гонке вооружений. И она же – молчаливый свидетель предательства великой страны ее ничтожными правителями. Ибо такое оружие, которое мы имели уже в 80-е годы, могло отразить агрессию года этак из 2015-го. Даже если бы США сумели построить флот гиперзвуковых робото-бомбардировщиков, УРы русских зенитных комплексов превращали бы их в клубы дыма и фейерверки горящих обломков. И никто на Западе – пока стояла наша Империя – и представить не мог того, что уже в 1999-м они будут строить планы ковровых бомбардировок русских городов, мечтая о новом «плане Маршалла».

И еще, дорогой читатель: «трехсотку» делали для совмещения ее действий с действиями великолепных истребителей МиГ-29, о которых вы уже знаете. Если, конечно, читали нашу предыдущую книгу. Так, чтобы не тратить суперракеты на цели, с которыми может справиться авиация. Мы осуществляли практику создания боевого симбиоза разных видов техники, создавая почти непробиваемые пояса воздушной обороны. Мечты западной «аэрократии» снова безнадежно рушились!

Все это значит, что у Горбачева не было НИКАКИХ оснований ни для подписания череды капитулянтских договоров с США, ни для развала страны по их указке.

Наконец, С-300 зато могли сыграть другую важнейшую роль: роль имперского дипломата. Именно эти комплексы, поставленные союзникам русских на Ближнем Востоке, давали им надежный «стальной зонтик» от еврейских налетов. С-300 могли бы сбивать израильские низколетящие самолеты и вертолеты. Даже те, которые зависают на месте.

К сожалению, жизнь Империи оборвали раньше, чем мы успели сделать это.

3

И все-таки воздушная силища НАТО впечатляет. Возможно ли противостоять ей? И хотя зенитно-ракетные системы С-300 всемирно признаны, при виде печальной участи иракцев и сербов нет-нет, да и закрадываются сомнения. Что ж, направим стопы свои на станцию метро «Сокол», в окрестностях которой, на Ленинградском проспекте, возвышается колоссальное, тяжеловесное здание с портиками и колоннами – резиденция ныне акционированной фирмы «Алмаз». В этой огромной сталинской храмине располагалось еще СБ-1, и стены ее помнят Расплетина, Куксенко, Грушина, Серго Берию. Побеседуем с главным конструктором «Алмаза» Александром Леманским.

– И в Ираке, и в Югославии янки давили противовоздушную оборону, нещадно слепя ее электромагнитными помехами. Их самолеты РЭБ лютовали так, что ни в сказке сказать, ни пером описать. Радиолокаторы оказывались бесполезными. Конечно, им не противостояли С-300. Но насколько защищены эти комплексы от насылаемых врагом электронных бурь?

– У югославов были комплексы тридцатилетней давности. Там, конечно, есть помехозащищенность, но она достаточна для уровня 1960-х годов. В современной войне они, конечно, надежной защиты обеспечить не могут. Что же касается нашего С-300ПМУ, то в них заложены новые возможности адаптации к помеховой обстановке. За счет компенсации помех, когда внутри станции есть аппаратура, которая обеспечивает автоматическую компенсацию тех из них, которые принимаются по боковым лепесткам.

(Здесь необходимо пояснить то, что радиолокационная станция посылает сигналы не в виде прямого «луча», а с некими побочными ответвлениями – лепестками. В радиоэлектронной борьбе неприятель всегда старается уловить боковые лепестки излучения нашего локатора, распознав его частоту и режим работы. Уже зная это, можно поставить радару помеху в том же диапазоне волн. – М.К.)

– Второе – сам уровень боковых лепестков на РЛС «трехсотой» изначально сведен до минимума. Противнику трудно их засечь и поставить помехи основному радиолучу локатора.

Внедрены алгоритмы автоматической компенсации помех самоприкрытия. То есть для помех, которые ставит сама цель. Например, самолет с бортовой станцией постановки «радиозавес». Это – помехи с различными «уводами», когда оператор станции видит цель не на истинной высоте, когда она искажает отраженный сигнал локатора так, что зенитчики получают ложную информацию о скорости вражеского самолета, о дальности, на которой он находится. В этих случаях вражеская аппаратура радиоэлектронной борьбы применяет так называемый «допплеровский шум».

(Современные радары давным-давно применяют эффект Допплера. Вкратце его суть такова, что радиосигнал локатора, отражаясь от засеченной цели, будет разным в зависимости от того, летит ли засеченный самолет по направлению к локатору или, наоборот, от него удаляется. Если же аппаратура врага искажает сигнал, то оператор РЛС получает совершенно ложные данные о направлении полета цели. Сам же набор постановки помех находится на борту натовских самолетов в специальном контейнере. Впрочем, такие же аппараты стоят и на машинах наших ВВС. – М.К.)

– Нами разработаны и специальные меры работы в условиях сильных помех – за счет взаимодействия систем, которые управляются с центрального командного пункта ПВО. С получением информации о целях от различных источников, с решением триангуляционных задач...

Снова прервем Александра Алексеевича для популярного изложения сказанного. Говоря проще, у развернутого дивизиона С-300 не один радарный «глаз», а несколько. И если помехи обрушатся на один, то информация для стрельбы по врагу поступит с других локаторов. Ведь данные-то стекаются на один командный пульт. И даже если вражина станет действовать помехами на все радары, все равно несколько РЛС с помощью своей аппаратуры противодействия дадут истинную картину обстановки.

Здесь же применяется и метод триангуляции – треугольника. Если два радара отстоят друг от друга, скажем, на километр, и оба «щупают» самолет врага своими лучами, то видят они его под разными углами. Зная расстояние-базу между радарами и углы-азимуты, под которыми они наблюдают цель, можно очень быстро построить треугольник, в основании которого – база, а в вершине – засеченная цель. То есть быстро определить ее координаты. Компьютер сделает это за какие-то ничтожные доли секунды. Способ триангуляции очень стар, но зато весьма надежен. Так еще наши деды в Отечественную, разводя наблюдателей или микрофоны на определенную базу-расстояние, засекали точное положение немецких пушек по звуку выстрелов или вспышкам орудийного пламени. И таким же манером с помощью двух приемников-пеленгаторов засекали вражеские радиостанции. Триангуляцию применяли еще древние астрономы для определения дальности до Луны, например.

...Триангуляцией можно определить то, где находится чужой постановщик помех. Это, конечно, сложная задача, особенно если он не один. Возникает неоднозначность результатов. Но разработаны специальные приемы, позволяющие ее снимать.

– А не может ли противник нарушить связь между элементами боевых порядков С-300? Когда смотришь на схемы построения зенитной обороны, то видишь: стрельбовые установки, командные пункты и станции наведения, дивизионы ЗРК разбросаны там и сям, прикрывая большую территорию. А если враг поставит помехи связи между всеми ними? Единая система распадется?

– И на этот случай есть «противоядие». Мы применяем помехоустойчивые системы связи, в которых есть сигналы по перестройке частот. Они меняют частоты – а у противника просто нет возможности «забить» весь диапазон. Нужна такая мощная заградительная помеха, что создать ее нереально.

– А если неприятель бросит в атаку на позиции С-300 истребители-бомбардировщики с противорадарными ракетами, со всеми этими «шрайками» и ХАРМами? Если они понесутся на излучение наших локаторов?

– Первое – самое, на мой взгляд, правильное решение в «идеологии» С-300 – это поражение носителей высокоточного оружия до рубежей сброса ими этого оружия. Противорадиолокационные ракеты выпускаются на рубеже где-то в 80– 90 километров. А «трехсотка» имеет дальность боя в 150 километров, а «фаворит» – до двухсот. Далее мы имеем специальный алгоритм поражения отделяющейся цели. Если произошел сброс ракеты, мы сразу захватываем отделяющуюся цель и бьем ее как цель основную. Не только ракеты можно таким способом уничтожать, но и управляемые бомбы. То есть в первую очередь разить носитель, а если это не случилось – отделившуюся от него цель. Эта возможность в С-300 реально заложена и проверена.

– Сейчас все более необходимо уметь сбивать «стелсы» – западные самолеты-«невидимки». Ведь именно они должны уничтожать важные узлы обороны и жизнеобеспечения страны – жертвы агрессии. Именно «стелсы» задумывали для уничтожения мобильного ядерного оружия нашей страны. Везде говорится о том, что С-300 бороться с этой нечистью может. Но за счет чего? Только за счет увеличения способности локаторов видеть все меньшие и меньшие цели, все меньшую и меньшую ЭПР – рассеивающую поверхность? Или же применяются более оригинальные методы? Например, засечение «стелсов» по следу взвихренного воздуха? Ведь есть и такая отечественная технология.

– Конечно, технология «стелс» снижает ЭПР цели. Но совершенно невидимой она при этом не становится. Мне еще в 1960-х довелось защищать по этой теме кандидатскую диссертацию. Полностью невидимое, так называемое «черное тело» – это философская абстракция. Надо, чтобы это тело обладало строгой осевой симметрией и облучалось радаром по этой оси. Такого у реальных объектов нет. Другое дело – рассеянный сигнал от «стелса» снижается по мощности, локатор видит «невидимку» ближе, чем цель обычную. Но мы по расчетам обеспечиваем поражение и «стелсов» в глубине зоны действия С-300.

О том, что все это – не плод нашего воображения, говорит реальный случай. Даже старая система «Печора» С-125 смогла поразить один F-117 в Югославии. А может, и не один. Но об одном я знаю совершенно достоверно, поскольку беседовал с тем, кто сам лично сидел в станции комплекса. Мне сказали: мы его видели и поразили на приличной дальности. Конечно, наблюдаемость оказалась сложной, но тем не менее мы решили задачу. Югославы рассказывали и о других сбитых «стелсах», но за эти факты я ручаться не могу. Кстати, весь мир обошли фотографии обломков «невидимки», уничтоженного «Печорой».

Отслеживать «стелсы» по турбулентному следу? Понимаете, есть много приемов, благодаря которым они становятся видимыми. Обнаружение самолета – «стелса» или обычного – тем эффективнее, чем больше длина волны локатора соизмерима с размерами цели. Она попадает в область так называемого Рэлеевского рассеивания, где все определяется объемом тела в соотношении его с длиной волны. Этот принцип и используется.

Правда, для этого нужны длинноволновые станции, которые для стрельбовых задач не используешь – точность не та. Но для обнаружения они хороши. Дал «длинноволновик» целеуказание, а дальше мы можем на определенной дистанции обнаружить цель в нашем диапазоне и решить боевую задачу. Проще говоря, мы будем знать, куда направить стрельбовой локатор.

Есть и другой метод – «разнесенного приема». Из одной точки цель «подсвечивается», в другой – принимается отраженный от нее сигнал. Правда, это требует больших «разносов». В идеале вообще, когда идет локация «на просвет», когда цель обнаруживается при пересечении ею луча между передатчиком и удаленным от него приемником, нет никакой разницы – «стелс» пролетел или не «стелс». Все определяется площадью тени. Хотя такая локация – сложная задача. Наконец, есть и вообще «дубовый» путь – наращивание энергетического потенциала станции. Предложение же об обнаружении «невидимок» по их следу в воздухе известно, но оно требует проработки...

—...Что при нынешнем плачевном положении «оборонки» сделать весьма и весьма непросто. Тогда спрошу Вас о другом. Моделируется ли борьба с таким врагом, как будущие боевые самолеты-беспилотники? Вот планируемый в США «Тайер 2+». Длиннокрылая тихоходная «стрекоза», управляемая со спутника, построенная по технологии «стелс», эта штука должна сутками держаться в воздухе на 20-километровой высоте. На ее борту может быть не только разведаппаратура для наведения ударов тяжелой авиации, но и ракеты с тепловыми головками самонаведения, которыми можно прямо в воздухе перехватывать взлетающие баллистические ракеты России. Иными словами, вроде бы можно будет наслать на нас тучи таких «тайеров» в районы расположения наших ядерно-ракетных частей и просто перебить нашу последнюю защиту от НАТО. А перестреляв ее, расправиться с нами так же, как и с сербами. Тем паче, что с нынешними «дырами» в ПВО страны и в ее радиолокационном поле такие «стрекозы» действительно могут «просочиться» к нам почти без труда.

– Наши С-300 работают до высоты в 27 километров. С тихоходными целями проблем не будет. Если ваш «тайер» окажется в пределах досягаемости ракет нашего комплекса, он будет уничтожен.

– А что случилось бы, будь у Ирака или Югославии С-300? Я слышал от американцев такое мнение: ПВО с конца 1980-х безнадежно проигрывает усилившейся авиации. Не проводилось ли моделирование возможного исхода боев 1991 и 1999 годов с участием наших последних систем?

– Мнение о полном превосходстве самолета над ПВО – глубокое заблуждение. К сожалению, не было у югославов современных комплексов. Они располагали только «Печорой» С-125, да и то в ограниченном числе. Поэтому говорить о серьезном противодействии авиации НАТО не приходится. Хотя «125-я» поразила самолет типа «Cтелс» F-117А. Моделирование? Будем говорить так: оно не проводилось. Сами знаете, почему. В 1991-м погибал Советский Союз... Оценки мы для себя делали. Но ведь у нас нет полной картины по налетам в Ираке и далее...

– Хочу задать волнующий нас вопрос. Расхожее мнение заключается в том, что отечественная электроника, наша элементная база по сравнению с западной – дрянь. Как же удается достигать фантастических качеств на С-300?

– Должен сказать о том, что в свое время развитие комплекса С-300 дало сильнейший толчок развитию электронной промышленности СССР. Совершенствуясь, наша система все время подтягивала отечественную электронику, нашу элементную базу. По сути дела, Минэлектронпром СССР благодаря нам создал новое ее поколение. Например, интегральные схемы-чипы средней интеграции, электровакуумные приборы. Работали и Воронеж, и Зеленоград. Мы работали в основном с последним, но ведь его дочерние предприятия и кооперационные связи охватывали всю страну. Зеленоград разрабатывал технологии и передавал их дальше, на освоение. Выпуском элементной базы занимались очень многие предприятия страны.

Но в чем трудность сейчас? Если на «трехсотке» вкладывались огромные деньги в элементную базу и она применялась не только в С-300, но и во многих других сферах жизни, в оружии и промышленности Советского Союза, то сейчас, разрабатывая новую систему, мы вынуждены новую элементную базу поддерживать только сами. Разработки-то другие в основном зачахли. Сейчас мы по-прежнему привлекаем к работе предприятия бывшего Минэлектронпрома СССР, но широкого применения новейшей элементной базы в стране нет. То есть у себя-то мы ее используем, а в других разработках ее не востребуют. Электронная промышленность живет лишь тогда, когда выпускаемая ею элементная база потребляется в больших количествах. Ведь раньше-то как было? В Союзе электронику брали авиастроение, корабелы, производители сложных станков, телевизионные заводы. В «оборонке» помимо нас элементная база требовалась тем, кто делал радиолокаторы и системы связи, аппаратуру для танков, управления воздушным движением – и так далее, и тому подобное. А сейчас покупателями электроники, создаваемой по нашим заданиям, выступаем только мы. Но производство самих-то комплексов С-300 в России мизерно. Само собой, отечественные электронщики не могут работать мелкими партиями, их заводы разоряются. И хотя потенциал отечественной электронной промышленности сохраняется, по элементной базе мы все больше отстаем от мирового уровня...

Выключим диктофон. Вдумаемся в сказанное Леманским. Слова-то страшные. Они означают то, что пройдет всего лишь несколько лет – и наши комплексы, которыми страна все еще похваляется на мировых рынках оружия, которые все еще могут оборонить русских от налетов натовских ВВС, попросту устареют. Потому что полностью умрет отечественная электронная промышленность – ведь ныне она влачит жалчайшее существование, стремительно старея и разваливаясь. Власть «чужих» уничтожила почву для ее жизни, убив станкостроение, радиотехническую индустрию и авиапромышленность. Открыв границы страны для ввоза в нее целых «рек» импортной электронной техники, камарилья «чужих» не сделала ничего, чтобы прибыли от продажи в России заграничных телевизоров, аудио и видео вкладывались бы в развитие русской электронной базы. Еще чуть-чуть – и наступит финал...

Следующий вопрос я задал Леманскому, держа в уме неосуществленные возможности нашей науки. Ту же «линзу Кумахова», с помощью которой можно наладить производство субмикронных микросхем высокой интеграции, которые будут превосходить американо-японские. Ведь это позволяет нам построить компьютеры, превосходящие западные по быстродействию. Я вспомнил об отечественных разработках физиков МГУ, которые предложили способ в сотни раз увеличивать память ЭВМ. И еще – о разработках группы Сведе-Швеца, которая предлагает оптико-электронный отечественный компьютер с быстродействием не в миллиарды операций в секунду, как у американских супермашин, а в триллионы. Просто все эти светлые головы и их изобретения оказались ненужными нынешней власти воров и недоучек.

– Быстродействие компьютеров в наших ЗРК играет большую роль?

– Очень большую. Причем не только оно, но и объемы памяти – оперативной, командной, кратковременной. Потому что эти характеристики определяют решение не только современных задач, но и модернизационный потенциал наших комплексов. Мы же ведь не только новые системы создаем, но и обновляем прежние образцы. Неразумно создавать ЗРК, который ориентирован на сегодняшний уровень развития военно-воздушных сил, с которыми ему надо бороться. Он должен служить долго, быть в состоянии оборонять владельца и от оружия завтрашнего дня. А какой способ модернизации у нас самый лучший? За счет совершенствования боевого программного обеспечения. А это обеспечивается тем, что мы всегда использовали и используем вычислительную технику, которая имеет запас по производительности и по памяти. Мы используем отечественные разработки вычислительной техники. Хотя предприятия, которые ее делают, вынуждены пользоваться импортными элементами и технологиями. Хотя и с перспективой освоения производства этих элементов у себя.

– А что, если допустить: Империя не распалась? В каком направлении шло развитие ПВО Советского Союза?

– Ну, предугадать это полностью не могу. А вот если бы не нынешний экономический кризис, то нынешние работы шли бы куда более быстрыми темпами. То, что могло развиваться в СССР, мы сохранили. Это – наращивание зоны поражения за счет увеличения потенциала, применения специальных сигналов, создания модульных систем, в которых используются зенитные ракеты разных дальностей действия. Ведь это позволяет поражать цели и расходовать боекомплект наиболее рационально. То есть бить по дальним целям дальними ракетами, по ближним – ближними. В управлении – это внедрение локаторов с активными решетками, которые позволяют сделать качественный скачок потенциала радара. Но из-за резкого сокращения финансирования все это делается чересчур замедленно...

В Империи дело шло к созданию и лазерного противовоздушного щита. Именно «Алмаз», опережая США, работал над сильным газодинамическим лазером на мобильной установке, и лазер этот способен не только выводить из строя оптико-электронные системы врага, но и жечь его ракеты, его самолеты. Самым перспективным направлением была постройка самолетов Ан-124 и Ил-76 с лазерным оружием на борту. Стрелять лучом лучше всего с большой высоты, где не мешают плотные слои атмосферы, гасящие энергию лазера. При этом дальнобойность такого авиалазера достигает 400–450 километров.

Опережать-то мы янки опережали, да вот пришла всякая сволочь к власти, и теперь на эти работы идут жалкие гроши. Тогда как в США – миллиарды долларов. Приходится выкраивать на эти секретные работы кое-что от продажи зенитных систем за рубеж. (И недаром Запад все время пытается сорвать эти сделки.) А ведь какое было бы сочетание: прекрасные С-300, дальнобойные С-400 с радиусом действия в 400 километров – и воздушные лазеры!

4

Если семейство С-300 и С-400 – оружие очень высокой степени сложности, то комплекс «Бук» тоже стал подвижным имперским ЗРК для войны с врагом, оснащенным оружием высокой точности, закутанным мощными полями радиопомех. По сообщению журнала «Военный парад», на учениях 1992 и 1993 годов ракеты этого высокомобильного комплекса уничтожали не только самолеты, но и вовсе трудные цели: аналоги американских оперативно-тактических ракет «Ланс-2» и «Першинг-1», летящие снаряды установок ракетно-залпового огня – современных «катюш».

Вы уже знаете создателя «Бука» – Ардалиона Растова. За это свое детище он был награжден Золотой звездой Героя Труда.

«Бук» приняли на вооружение в 1979-м, «Бук-1М» – в 1983 году. Это – оружие фронтовое, поле боя, способное разить летающего врага от высоты в 15 метров до заоблачной выси в 22 версты. Обстрел он начинает с дистанции 35 километров и ведет его до расстояния в три версты. От него не уйдет ни одна западная крылатая ракета, ни один фронтовой истребитель или штурмовик. Ощетинившийся пушками и связками ракет вертолет огневой поддержи не сможет спастись от огненных змей «буков», даже если снизится и зависнет на очень малой высоте. «Бук» разносит на атомы пущенные с самолетов ракеты и несущиеся на цель управляемые бомбы с лазерной наводкой.

ЗРК стал оружием новой волны. Прежде каждая установка весьма слабо связывалась с собратьями. А вот каждые шесть подвижных «буков» (самоходок с четырьмя ракетами) образуют как бы растянутый в пространстве боевой организм, замкнутый на один командный пункт, одну станцию обнаружения целей – самоходку с плоской волноводной решеткой радара, сканирующей окружающее пространство по специальной программе. Той, которая варьирует частоту и мощность импульсов, защищаясь от искусственных помех. Территория, охваченная таким многоголовым драконом с десятками «глаз и ушей», наблюдающими все в радиусе 160 верст. Нет, каждая из самоходок может драться и самостоятельно, однако соединившись, они удесятеряют разящую мощь.

Каждая цель, засеченная таким боевым организмом, классифицируется по своей опасности, и центральный «мозг» командует локаторам «подсветку» самой опасной, готовя ракеты к пуску. Через 14–15 секунд они уже срываются с направляющих, мчась на перехват. В каждой ракете заложена программа погони, и с земли идут только корректирующие команды. На последнем этапе включается головка самонаведения. Русский «гостинец» разрывается, даже не касаясь жертвы, – срабатывают чуткие радиовзрыватели.

УР «Бука» живет всего 11–12 секунд, мчась со скоростью 1,1 км/с, питаясь электричеством от бортового электрогенератора, движимого пороховыми газами. Каждая самоходка бронирована, обладая скоростью в 65 км ежечасно. В «обозе» движутся 3–6 пускозаряжающих машин с восемью запасными ракетами каждая. Но случись что – и они заработают как обычные огневые позиции. Днем любой «бук» может и не включать локаторы, дабы избежать атак противорадарных ракет, паля по врагу с помощью телевизионно-оптического прицела.

Конструкторы сделали так, что батареи этих ЗРК могли соединяться и в более крупные соединения – командные пункты наделены способностью обмениваться информацией с вышестоящими КП, образуя тем самым огромные защищенные районы.

Вы по-прежнему верите, что до 1985 года Империя была отсталой страной?

Откроем вам еще один секрет: Растов поработал над тем, что «буки» могут поражать и вовсе невоздушные цели. Оснащенные новейшими ракетами, они способны уничтожать и наземные, и морские цели. Был сделан шаг к созданию универсального оружия – оружия напряженного боя!

Эти планы были воплощены учениками Растова в 1994–1997 годах уже в условиях ельцинского развала страны и оборонной индустрии. Но даже в этих условиях НИИ приборостроения имени В. Тихомирова вместе с партнерами сумел построить и испытать суперкомплекс «Бук-М1-2». Этот комплекс из шести стрельбовых самоходок, трех заряжающих машин, командного пункта и станции целеуказания может обстреливать сразу шесть целей, идущих на разных высотах и с разных сторон. Но самое главное заключено в том, что эта разновидность «бука» может сбивать уже и баллистические ракеты тактического назначения, и управляемые бомбы, и головки высокоточных снарядов. И эта же установка бьет и по морским, и по наземным целям! Например, эсминец ракета этого комплекса может поражать в диапазоне дальности от 3 до 25 километров. А самолеты на стоянке, пусковые установки и крупные командные пункты уничтожаются на дальностях в 10–15 километров.

И если прежние «буки» поражали самолеты на дальности в 35 километров, то эта модификация благодаря новой ракете увеличила досягаемость еще на десять километров. Знаешь, читатель, во время боев 1982 года и западно-иракской войны 1991-го зенитно-ракетные комплексы подавлялись массированными атаками противорадарных ракет типа ХАРМ, которые массами выпускали самолеты групп борьбы с ПВО. «Бук-М1-2» может сбивать и эти ракеты – с дальности в 20 километров.

Такое оружие, на создание которого в ельцинской Россиянии ушло три года, в Империи могло быть рождено всего за полгода-год. Оно становилось ответом на ливанский вызов 1982 года. Оружием новой, высокотехнологической войны.

5

Вообще-то слово «тор» означает геометрическую фигуру, в просторечье именуемую бубликом. Мне же в этом слове слышится имя грозного германского бога Тора, исполина в рогатом шлеме, высекающего искры-молнии своим чудовищным небесным молотом. И что молот Тора изображали в виде креста с загнутыми концами.

«Тор-М1» – таково название еще одного грозного оружия Империи, подвижного зенитно-ракетного комплекса. Оружия, предназначение коего – разить самолеты и крылатые ракеты, винтокрылые «стрекозы» и беспилотные аппараты. Туполобая гусеничная машина с вращающейся башней, над которой возвышается решетчатая ферма мощного радара. Мы сумели создать машину, способную разить летающего врага от высот в 10 метров над землей до «потолка» в шесть километров. Всего три человека экипажа «тора» могут сразу обстреливать две цели, выпуская в них четыре ракеты. И каждый комплекс образует вокруг себя поражаемую зону радиусом в 12 километров. Лишь приблизившись к комплексу на километр, враг оказывается в безопасности. Но «торы» перекрывают зоны огня друг друга, защищая колонны войск от нападения с воздуха.

«Тор-1М» – ответ на западную тактику воздушной войны с небольших высот. Твердотопливные ракеты комплекса наводятся на цель радиокомандами. И если противник забьет эфир мощными радиопомехами, то ракеты перейдут на управление с помощью телевидения.

И снова русские конструкторы применили принцип «боевой тоталитарности». Каждый «тор» включен в автоматизированную систему противовоздушной обороны дивизии. Каждые четыре «тора» могут управляться с командного поста «Ранжир». Самое главное преимущество этой машины – подвижность, способность быстро менять огневую позицию. Эх, если б такая техника была у наших воинов в Египте 1970-го! Ведь в бою с авиацией Североатлантиды мобильность важна не меньше, чем точность огня. Печальная судьба малоподвижных комплексов С-75 и С-125, не успевших выйти из-под удара, учтена здесь в полной мере.

Без «Тора-М1» описание имперских зенитных арсеналов было бы неполным. Жаль, что он не воевал ни в Ливане 1982-го, ни в Ираке 1991-го, ни в Югославии в 1999-м...

6

Однако, читатель, и все это еще не завершает картины. И у богатой Империи, и у нынешней, разоренной, стиснутой врагами страны есть еще один козырь в запасе. Особенно он важен теперь, когда опасность воздушного нападения Запада растет год от года, а денег у русских маловато.

Речь идет о старых комплексах С-125 «Печора», так славно воевавших во Вьетнаме и Египте. В Империи их накопили очень много, и казалось, они уже мало на что годны. В самом деле, ведь С-125 не спасли ни Ирак в 1991-м, ни Югославию в 1999-м. Громоздкие, малоподвижные комплексы с устаревшей электроникой, которые имеют мало шансов противостоять новейшим авиакосмическим армадам НАТО.

Но не спешите. Доброму хозяину и старая вещь сгодится. «Алмаз» и «Факел» разработали программу глубокой модернизации С-125, создав фактически новый комплекс ближнего и среднего радиуса боя – «Печору-2». Поменяв вычислительную технику на современную, цифровую, снабдив ЗРК современным радаром с фазированной решеткой, наши сделали уже многоканальную противовоздушную систему. Сами ракеты упрятали в трубчатые контейнеры на манер С-300, и теперь каждая ракетная батарея состоит из четырех пусковых установок на шасси КАМАЗа. Один КАМАЗ – двенадцать ракет.

Переделать старые «печоры» в новые ЗРК куда дешевле, чем делать С-300. И это стоит того: отслеживая сорок целей в своей зоне прикрытия, «Печора-2» сбивает врагов от дальности в один километр до крайнего предела в 50 километров. Досягаемость ракет по высоте все та же – до 25 тысяч метров. Но зато если от старых С-125 можно ускользнуть, бросив самолет впритирку к земле, то «Печора-2» может сбивать цели, скользящие всего в десяти метрах над поверхностью. А значит, она может бороться и с крылатыми ракетами. При этом радар дополняется телевизионной системой наведения, которая может видеть и ночью – в инфракрасных лучах.

Если старые С-125 засекали «стелсы» на расстоянии 10–16 километров, то этот «апгрейд» – уже на дистанции примерно в 30 километров. В несколько раз выросла способность бороться с выставляемыми врагом электронными помехами.

Вы понимаете, что это значит? Это – громадные объемы зарубежных заказов из стран, которые вооружены нашими С-125 и которые хотят усилить свою оборону после того, как НАТО решила сделаться мировым диктатором. Это возможность еще в Империи усилить оборону неба, затрачивая всего третью часть от варианта, при коем старые «печоры» менялись на С-300. Наконец, сейчас мы еще имеем шанс избежать воздушно-космического нападения Запада, обойдясь наименьшими тратами, прикрыв обновленным оружием хотя бы важнейшие центры нашей силы, сочетая «Печору-2» с С-300 и С-400. Хотя бы позиции ядерных ракет и бункеры управления ими. И если будет так, то Запад на войну не пойдет. Страшно...

Данный текст является ознакомительным фрагментом.