Золотая середина

Золотая середина

Литература

Золотая середина

ПОЭТОГРАД

Дмитрий ЦЕСЕЛЬЧУК

СВАДЕБНЫЙ ПОРТРЕТ                                                                                                           

Я стою на снимке боком,

Ты сидишь почти анфас.

Виден в фокусе глубоком

Стул, разъединивший нас.

Прижимают к спинке стула

Пальцы краешек фаты.

Отчего так сводит скулы,

Ведь на стуле этом ты?

Электрический, прозрачный

Озаряет лица свет.

Жалко, что мой профиль мрачный

Портит свадебный портрет.

***

Ты замираешь на моей руке,

непокорённая за годы брака.

Какая близкая и нежная, однако

щека… И жилка на виске

пульсирует, как ящерка на камне.

Во сне – ногами ногу обвила.

Соображаю я, зачем рука мне

дана – чтоб ты на ней спала.

Ты замираешь на моей руке.

Вот на лице улыбка появилась,

и тяжести, что на душе копилась,

не удержать – в разжатом кулаке.

***                                                                                                                        

Кружевные веера

бабочек и пятна...

Было весело вчера,

было всё понятно:

отчего уходит грусть,

отчего приходит –

вдоль по строчкам

наизусть

длинным ногтем водит.

В ПОЛНОЛУНИЕ

                              Нине

Жаль, что утром тебя не увижу,

Не услышу и не обниму.

Опускается вечер всё ниже,

Ночь вымарывает синеву.

Появляются первые звёзды.

Кто Медведицы выследит след?

На купавах настоянный воздух

Над Купавной качается, сед.

Виснут рваные клочья тумана

На ветвях тут и там. А луна,

В полнолунье войдя без обмана,

Всё вокруг освещает до дна.

Открывая за бездною бездну

В каждом из озарённых дворов.

Я рождён и когда-то исчезну

Где-то в сосредоточье миров.

Но пока я сижу, как сельчанин,

Ухватясь за перильце крыльца,

На меня, словно я марсианин,

Звёздная облетает пыльца.

На лице и плечах серебрится.

Вот в такую же лунную ночь

Я вспорхну, как огромная птица,

Чтобы тягу Земли превозмочь.

И не буду отбрасывать тени

На провалы полян и жильё.

Жаль, что ты не оценишь мой гений,

Что трубил лишь во имя твоё.

***

Я слышу, как плещется рыба в реке.

Гляжу на закат. Обжигает саке

Морозного стихотворенья

И рифм подо льдом шевеленье.

ВАЛУЕВО*

Тут круче склон – быстрее воды,

Заснеженней прудов каскад.

И этим воздухом свободы

Дышать я бесконечно рад.

Над Ликово’й проходит лыжник,

Ликуя, пёс бежит след в след…

А Мусин-Пушкин, чтец и книжник,

Из вечности им шлёт привет.

Вон там, где лодочная пристань

И жёлтый, с вёслами, сарай,

Махая вёслами неистово,

И я вплыву за ними в Рай.

_____

* Граф Алексей Иванович Мусин-Пушкин после московского пожара 1812 г. и гибели оригинала «Слова о полку Игореве» тяжелобольной прожил последние годы в своей подмосковной усадьбе  Валуево, продолжая и там собирать книги и рукописи.

В ВАЛУЕВСКОМ ПАРКЕ

Шоссе блестит на повороте.

Прокаркал ворон never more.

А мог бы петь, как Паваротти,

Будь соловей он, а не вор.

В былинах Соловей-разбойник

Свистал у дуба на суку.

Читал: «Пойдёшь налево, – конник, –

Направо – всё одно – ку-ку!»

Как золотую середину,

Мы выбрали крутой маршрут:

Гуськом спускаемся в лощину

За санками, что мчались тут.

Чуть-чуть подскальзывают ноги,

Но вот к реке закончен спуск,

А след исчез на полдороги,

Но манит ивы голый куст,

И пристани под снегом остров,

И жёлтый давешний сарай,

Где лодочники сушат вёсла,

Храня там прочий инвентарь.

Мы не дошли туда по насту –

Вот так растаяла мечта:

Приладить парус свой на мачту.

Что жизнь без паруса – туфта.

Успели вовремя к обеду –

В срок завершили терренкур...

Я с этой горки завтра съеду,

Хотя и будет чересчур…

НОВОГОДНЯЯ ФУГА

Мой нотный стан разбит

в безлюдье бивуаком.

Язык отцов забыт –

черёд за нотным знаком.

Доколе быть немым –

за колья и за вилы!

На волю – из тюрьмы

под мерный рокот лиры.

…Чернеет виноград,

тугой увит лозою.

Хвалёный Вертоград

ничто перед слезою

младенческой любви

к магическому звуку.

Лишь только позови –

и с головой в науку

судьбы перипетий

чудных переплетений.

А паузы петит

Затем – чтоб вызрел гений…

ПОСЛЕДНЕЕ СТИХОТВОРЕНИЕ ЕСЕНИНА

Что поразило? – Весь без запятых

записан стих – ни запятых, ни точек,

как будто он совсем забыл о них,

не смог остановить ничем свой почерк,

возможно, понимая, что от них –

одна морока – да куда их ставить?

Что поразило? – Кто исправил стих,

смог знаки препинания расставить?

***

На полку ставлю чей-нибудь роман,

иду на кухню приготовить ужин.

Всё в свой черёд, и мне теперь не нужен

чужих страниц отчёт или обман.

Так вот она, свобода, какова –

на сковородке рыбья голова

шипит, разбрызгивая масло по стене,

так что бегут мурашки по спине,

и чудится мне, будто бы моя

чуть золотится в масле чешуя.

***

Что будет с моими стихами?

Они во мне затихают,

затягиваются, словно шрамы,

безрадостны и упрямы.

Ещё не на полном серьёзе,

по прихоти, на курьёзе

срастаются в целое строки,

порою точны и жестоки,

но чаще – распятые позой,

стихами ещё, а не прозой,

считающиеся по привычке,

их вынести нужно в кавычки,

прочесть, как чужую цитату,

как собственной жизни растрату,

как недостающую смелость

сказать лишь о том, что имелось,

что было не мифом – а в яви,

в чём был сомневаться не вправе,

что было моей судьбою,

любовью, дыханьем, тобою.

МОСКВА

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 1 чел. 12345

Комментарии: