Сергей Черняховский -- Безумие «ИНСОРа»

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Сергей Черняховский -- Безумие «ИНСОРа»

В. АЛЕКСАНДРОВ

Интеллектуально-политическая единица "Юргенс-ИНСОР" всё больше начинает напоминать пушку на корабле, отвязавшуюся и катающуюся по палубе во время шторма. Год назад они вместе порадовали Россию своим "видением будущего" — в составе Европейского союза, НАТО и живущей по законам колониальной администрации.

Теперь они претендуют на право "перезапустить в России демократию" — и намерены свою программу сделать избирательной платформой Медведева, если тот пойдет в качестве кандидата на президентские выборы 2012 года.

Конечно, сам по себе постулат: "Демократия для России" — бесспорно, верен и замечателен. Ясно, что сама по себе демократия — по определению лучше, чем авторитаризм. Только, с одной стороны, мало кто в XX веке не клялся именем демократии: и Гитлер, и Пиночет относили себя к ее поклонникам. А после "демократического эксперимента" в России в конце 1980-х и 1990-х гг. само замечательное слово "демократия" вызывает некоторый испуг и ожидание, что клянущийся ее именем может оказаться то ли Гитлером, то ли Горбачевым или Чубайсом.

И если оно используется в привязке со словом "перезапуск" — то сразу вызывает подозрение, что речь идет о перезапуске 1990-х гг.

А сама расшифровка Юргенсом постулатов инсоровских творцов даёт основание, с одной стороны, подозревать именно последнее, с другой — что под словом "демократия" эти люди понимают не линкольновское "власть народа, руками народа в интересах народа" — а свое собственное "власть меньшинства, именующего себя демократами, руками этого меньшинства и в интересах этого меньшинства". То есть вполне авторитарный режим, игнорирующий волю и интересы большинства.

В очередном блоке юргенс-инсоровских идей можно выделить три основных утверждения:

— Главное препятствие на пути развития России — это Государство, поэтому полномочия властных органов и структур нужно ограничить;

— В этих же целях нужно вернуться к системе "свободных выборов" на всех уровнях;

— Главный двигатель общественного и экономического развития — бизнес, поэтому его нужно максимально освободить от любых ограничений и дать ему максимальную свободу — то есть вернуться к идеям рыночного фундаментализма, в основе своей отвергнутого давно как раз теми странами, которые наши квазилибералы по привычке относят к "рыночным".

Самое внешне бесспорное предложение — это "возврат к свободным выборам". Просто потому, что выборы, конечно, нужны, и они, конечно, должны быть "свободными". Только "свобода выборов" равно как и их честность — сама по себе зависит даже не от юридических установлений — пусть юргенс-инсоровцы покажут, какие именно нынешние юридические нормы выборного законодательства они считают негодными. Это зависит от сложившейся практики и привычек действия ведущих политических игроков.

Если они считают, что практику "свободных выборов" в России можно "перезапустить" — значит, они считают, что такие выборы в России были и нужно к ним вернуться. Тогда пусть покажут, что они готовы взять за образец. Возможно, они таковыми считают практику 1999 года с грязью, которая выливалась на блок Примакова и Лужкова. Возможно — практику 1996 года с травлей Зюганова и откровенным мошенничеством при подсчете голосов. Возможно — 1993 года, когда часть лидеров оппозиции просто была брошена в тюрьму, а оставшаяся часть вела кампанию при запрете ее прессы и постоянных угрозах снятия с выборов в случае, если они позволят себе призывать голосовать против предложенного проекта Конституции; а сама Конституция была объявлена принятой. Хотя, как известно всем и каждому, реальная явка не достигла тогда необходимых 50% от общего числа избирателей, и сам референдум о Конституции был проведен по нормам, противоречащим требованиям действовавшего Закона о Референдуме.

Если же инсоровцы видят образец свободных выборов в опыте 1989-90 гг., то пусть сначала восстановят советское устройство, КПСС, да еще найдут такую правящую партию, которая будет на выборах работать на кандидатов, призывающих к суду над ней.

И, что самое главное, пусть они заранее смирятся с тем, что на этих свободных выборах победу одержат не их маргинальные единомышленники, любящие рыночную фразеологию, левые и государственники того или иного толка.

Но еще важнее, пожалуй, другое. Они сами не могут понять и решить, чего именно они хотят: развития и модернизации, рынка и бизнеса или демократии. То есть сами они наверное хотят всего вместе. Только особенности их менталитета не позволяют им понять, что так в современном мире не бывает.

Если их приоритет — развитие и модернизация (в первую очередь — производственная), то она не достигается на рыночных началах. И это почти азы науки. Во-первых потому что таких примеров в современной истории нет. Во-вторых, и это важнее, потому что рынок предполагает максимально быструю отдачу вложенных средств, а модернизация — требует долговременных вложений, лишь в перспективе дающих непосредственную экономическую выгоду. Поэтому со второй трети ХХ века производственная модернизация всегда основывалась на ограничении рыночных механизмов и опиралась на государственное регулирование.

Соответственно, и при капитализме, и при социализме производственная модернизация требует не сокращения, а расширения полномочий властных структур — причем в первую очередь структур исполнительной власти.

Основная проблема, почему сам по себе бизнес, особенно мелкий и средний, никакую модернизацию провести не может — это то, что он не располагает возможностями долговременного вложения средств. Кроме того, бизнес на то и бизнес, что он должен делать то, что может принести выгоду, должен делать то, что выгодно сегодня-завтра — а не то, что нужно для общественного и социального развития. Поэтому для него вкладывать деньги в производство порнографической литературы — более приоритетно, чем в издание Чосера и Толстого, производство лекарств имеет смысл тогда, когда их можно продавать дорого, а производство глупых комедий и сериалов всегда нужнее, чем выпуск киноклассики. А производство отечественных компьютеров или автомобилей с самолетами вообще не нужно, если дешевле то же самое покупать за границей. И, соответственно, серьезное и высокотехнологическое производство в своей стране вообще при прочих равных не нужно, потому что выгоднее вывозить сырье и полуфабрикаты за рубеж, а в своей стране торговать предметами потребления, привезенными из-за границы.

И если даже и есть теоретическая возможность привлечения бизнеса к реальному и масштабному участию в модернизации своего производства — то это возможно лишь в рамках т.н. концепции "Большого Бизнеса" — когда крупные корпорации выполняют заказы, полученные ими от государства и оплачиваемые государством в целях, установленных государством.

Кстати, если по безумию и пытаться провести модернизацию силами рыночных субъектов и на рыночных основах — то это уж точно невозможно сделать при сохранении, а тем более — при развитии демократии. По той простой причине, что подобная попытка тут же потребует сокращения государственных расходов в первую очередь на социальные нужны — то есть вызовет обострение социальных отношений и социальный протест, который тут же приведет к радикализации политического процесса; и инициаторы такой политики должны будут либо бежать из страны, либо, отказавшись от демократических процедур, подавлять социальные выступления вполне авторитарными и карательными методами.

Если бы авторы инсоровского коллектива вообще интересовались жизненными реалиями, они бы знали, что рынок, с точки зрения теории демократии, сначала исторически вызывает к жизни демократию — на прежних исторических этапах. А на современных является основным препятствием для ее развития. Во-первых, потому что в своем функционировании наносит ущерб тем или иным группам населения. Во-вторых, тем, что порождает неравенство и в обоих случаях препятствует учету и выявлению интересов значительных групп населения. Эти постулаты принадлежат не Марксу и не Ленину. Они принадлежат классику современной политической теории и теории демократии Роберту Далю. Что российским квазилибералам, как "либералам" хотя бы по самоназванию, положено было бы знать. А авторам, собравшимся в ИНСОРе, прежде чем предлагать свои рецепты установления или "перезапуска" демократии, нужно было бы знать, что в современном мире демократия укрепляется и развивается там, где она преодолевает рынок и бизнес и ограничивает их свободу. Равно как нужно было бы знать и то, что последний мировой кризис был преодолен лишь в той степени и потому, в какой и почему по нему современными демократическими государствами был нанесен удар чисто антирыночными средствами. Да и в России последствия мирового кризиса удалось преодолеть лишь благодаря ограничению рыночных механизмов, государственному вмешательству в экономику и тому, что у государства для этого оказалось достаточно полномочий, равно как и для того, чтобы заставить бизнес выполнять необходимые, в частности — социальные правила игры.

Если юргенс-инсоровцы хотят демократии и выступают за ее развитие, пусть начнут даже не со "свободных выборов". Пусть посмотрят хотя бы недавние левадовские опросы, согласно которым, во-первых, 51% граждан России предпочитает экономическую систему, основанную на государственном планировании и распределении, и 31,5% — ту, которая основана на рынке и частной собственности (http://www.levada.ru/press/2011020803.html), а во-вторых, 51% полагает, что Сталин сыграл в истории нашей страны положительную роль, и 30% — что его роль была отрицательна (http://www.levada.ru/ press/2011012601.html).

Демократия — так демократия. А то у известной части политического класса РФ демократия начинается там, где им можно попасть в парламент — и заканчивается там, где этот парламент должен выполнять волю большинства граждан. И они будут считать честными только те выборы, на которых ЦИК насчитает большинство исключительно их партиям. А те, на которых они в парламент вообще не попадут, — разумеется, будут "несвободными и нечестными".

Но это не только вина, но и их совместная беда. Они никак не могут понять, что при всей исторической значимости и позитивности либеральных идей, они, эти группы, давно эти идеи дискредитировали. И все то, что они объявляют "либеральным" и необходимым, то, чему поклоняются они сами, — вызывает только ненависть и брезгливость у подавляющего большинства населения.

Что больше всего изумляет в юргенс-инсоровцах и в тех группах квазилиберального лобби во власти и в политическом классе, которые им аплодируют, — они никак не могут понять, что народ не с ними, народ против них. А когда понимают — начинают осыпать этот народ упреками и оскорблениями — за то, что он не хочет подчиняться их безграмотности и их глупым выдумкам — а хочет, чтобы власть слушали не их, а его. То, что они неграмотны и неправы — ясно любому непредвзятому аналитику и непредвзятому наблюдателю. Но даже будь они полностью правы, а народ полностью заблуждайся, если бы они действительно были либералами и демократами — они должны были бы принять волю большинства и замолчать. Не раздражая общество. Не провоцируя его на накал и противостояние. Не разжигая "холодную" гражданскую войну.

И не провоцируя ни противостояние в высшем эшелоне власти — а их доклад уже признан попыткой психологического давления на Путина и подталкиванием Медведева к противостоянию с последним, с перспективой раскола общества и с тенденцией разжигания уже настоящей гражданской войны в случае принятия властью их программы.

Сегодня нужно признать: в стране сложилось и сохраняется влиятельное квазилиберальное меньшинство, мечтающее о возврате в 1990-е годы. Это меньшинство откровенно чуждо настроениям большинства российского общества, отторгаемо и презираемо им, но оно пользуется поддержкой определенных элитных групп, пестуется и используется ими, оно не понимает желаний и настроений общества, принимает собственные интересы за интересы этого общества — или сознательно выдает их за таковые и ведет информационную и психологическую войну против общества.

Оно, конечно, имеет право на свои представления и свою точку зрения. Однако и большинство имеет право свободно определять свое отношение к этому меньшинству и ставить его на место. И тем более, власть и общество имеют право привести те информационные и пропагандистские возможности, которыми неоправданно располагает это меньшинство, в соответствие с той реальной поддержкой, которую они находят в обществе и которая вполне объективно зафиксирована электоральными результатами партий, имеющих подобную фундаменталистско-квазилиберальную направленность.