От автора

Una salus victis – nullam sperare-salutem!..

Еврейский вопрос необъятен для России и бесконечно важен. Знать его необходимо всякому русскому человеку. И чем глубже, тем безопаснее.

К несчастью, даже в математике увеличение количества данных и осложнение их содержания вызывает не всегда одолимые трудности. Что же сказать о социологии, где данные, вдобавок, переменны, а число их неведомо?.. С другой стороны, если высшие области математики требуют исключительных даровании, а метод решения уже в значительной мере должен носить субъективный характер, то каковы же первоклассные проблемы социальные в их верховной концепции?!.

Но, если таковы задачи государственного человека либо философа в наше грозное время то среди них, особенно и России, неоспоримо главенствует проблема, как быть с еврейством, равно как с иудаизацией окружающих его народных масс?

Наравне со многими другими, беспомощный пионер на этом скорбном пути, я решил, тем не менее, поделиться своими многолетними изысканиями с просвещенной и доблестной аудиторией господ членов VII съезда Объединенных Дворянских Обществ.

Признаю, что оказался ниже и тех требований, которые сам к себе предъявлял. Не могу не заметить, впрочем, что, выдвинув как основной тезис намерение поднять завесу над потаенным международным правительством, заведующим политической алхимией в наши дни, я уже не смел ограничиваться выводами, т. е. общими, так сказать, местами, а счел себя обязанным установить их, сколь возможно, на исторической почве. Таким образом, предо мною явились одновременно оригинальность вопроса, да еще в столь заколдованной сфере, и сама многосложность избранного метода.

Увы, на этой трудной, но неизбежной дороге стали возникать целые ряды препятствий, о которых излишне распространяться, ибо тема достаточно за себя говорит. Ясно, что речь моя должна была принимать недопустимые в столь занятом Собрании, хотя все еще недостаточные размеры… Приходилось сокращать и сжимать, тем не менее, отнюдь не ведая, что же делать дальше? Отсюда невольные, но и немалые погрешности как в построении, так и в отделке речи, тем более печальные, чем настоятельнее и важнее представлялась разработка вопроса по тому ее идеалу, какой сложился в моей душе изучением и размышлением.

Параллельно с этим вынужденная быстрота доклада вместе с разнообразием материала не могла не отразиться и на неудовлетворительности стенограмм. Даже при моем содействии, нельзя было, отчасти и за недостатком времени, восстановить подлинный текст речи. Возвратясь в Москву, я попытался исполнить это хотя бы приблизительно, причем озаботился, сколько успел и в редакционном отношении.

Речь появилась в первом издании моем.

Теперь она выходит во втором – пересмотренном и значительно дополненном.

Мне жаль было отказаться от прежней формы именно речи. Не менее достойным сожаления являлось, по-моему, исключение всего, что уже было для нее приготовлено, но что, за сравнительной краткостью срока, уделенного мне на Съезде, я не успел представить вниманию слушателей, и без того утомленных. Но жизнь не стоит неподвижно. Свершились новые события. Мордкою Богровым во благо «Израилю» предательски совершено убийство П. А. Столыпина. Нельзя было не указать как на это, так и на многое другое…

Среди таких условий я решился согласно прежней схеме, и, применяясь к существу речи, дать ее вновь – в исправленном и обработанном виде, заранее, как объяснено, предупреждая о некоторой, впрочем, несущественной, оригинальности формы.

Священным долгом почитаю ознаменовать прозорливость VII Съезда Объединенных Дворянских Обществ, 12 и 13 февраля 1911 года выслушавшего доклад на тему, которой нигде в Европе не допустили бы страха ради иудейского.

Да будет же настоящий труд воспоминанием.

Nec deus intersit, nisi dignus vindice nodus!..

Алексей Шмаков, 1 июля 1912 года