Глава вторая. ЛОББИ ПЕДОФИЛОВ. ИНСУЛЬТЫ ПЕРЕСТРОЙКИ. ДРУГИЕ «БОЛЕЗНИ РОСТА»

Глава вторая. ЛОББИ ПЕДОФИЛОВ. ИНСУЛЬТЫ ПЕРЕСТРОЙКИ. ДРУГИЕ «БОЛЕЗНИ РОСТА»

Эта глава о здоровье нации, вернее о ее тотальном нездоровье, начиная со времен гибели Советского Союза. Экспертами по этой теме выступят уважаемые в медицинском мире люди: экс-министр здравоохранения СССР Евгений Чазов и «детский доктор мира» Леонид Рошаль. Их рассказ печален, но исчерпывающ. Вы узнаете, как начал гнить наш народ. Узнаете о взаимосвязи смертности населения и общественно-политической ситуации в стране. Грубо говоря, узнаете, как народ расплачивался жизнью и здоровьем за политические безумства Ельцина и Горбачева.

Но начал я с другого. С педофилии. С понятия, которое ворвалось в нашу жизнь тоже как результат крушения Советского Союза. То есть педофилы-то, наверное, были и в советское время. (Не в таких количествах, конечно.) А вот педофилического лобби в СССР, конечно, не было. Уполномоченный по правам ребенка при президенте России Павел Алексеевич Астахов утверждает ниже, что педофилическое лобби существует даже в Государственной думе и Совете Федерации России.

Дожили!

Честно говоря, когда пытаешься осознавать такие вещи, испытываешь, мягко говоря, душевный дискомфорт. Педофилы — и в самом парламенте?! Не может быть!

Может!

Вспомните о лобби гомосексуалистов в ельцинской Администрации, о котором нам в главе «Ельцин и «голубые» рассказал очень знающий человек — руководитель Службы безопасности президента Александр Коржаков. Так отчего же в Госдуме не быть педофилам? Тем более Госдума — законотворческий орган, она принимает многие законы, касающиеся детей. В том числе и законы, касающиеся ответственности за насилие над детьми. Устанавливает критерии этого понятия. Разве не раздот лье для лоббирования?

Помню, один показательный в этом смысле эпизод. Сидел я как-то в кулуарах Государственной думы в то время, когда в ней должен был обсуждаться как раз закон об ужесточении ответственности за насилие над несовершеннолетними. Заседание шло ни шатко ни валко до тех пор, пока не подоспел тот самый пункт в повестке дня о несовершеннолетних детях. То есть началось обсуждение этого закона бурно, но, как бы это сказать, в нормальных эмоциональных и содержательных рамках. Все шло к тому, что закон утвердят. Но тут в зал заседаний вбежал Владимир Вольфович Жириновский. (Действительно стремительно ворвался, до этого его среди депутатов не было.) И взошел на трибуну.

Звучала речь Жириновского в привычных для него визгливых тонах. Но ее смысл! Владимир Вольфович набросился на разработчиков закона с упреками, что они... нарушают свободу наших детей! Что они хотят сделать из них безэмоциональных роботов по типу американских школьников. И привел пример. Мол, в США за двусмысленный взгляд 10-лет-него мальчика на сверстницу строго наказывают. И мы, русские, так же жить хотим? И как тогда будут рождаться дети, если юноша будет бояться даже взглянуть на девочку? И ловко закончил: закон не проработан, сыроват.

Каково?!

Шедевр ораторского искусства, позволяющий избежать даже намека на скрытый смысл депутатских эскалад. Эпатаж как метод сместить акценты, перевести внимание аудитории на параллельные проблемы, чтобы добиться скрытых целей. Не помню уж, чем там кончилось дело, но эпизод, повторяю, показался мне красноречивым.

Разумеется, я никого ни в чем не подозреваю и ничего не утверждаю. В том числе и Владимира Вольфовича. (Уж больно искренне звучала его боль о несчастных американских школьниках.) Более того. Кто-то справедливо может поставить мои наблюдения под сомнение: а зачем педофилам высвечиваться на таком уровне, развращали бы себе детей по-тихому, неужто надеются узаконить педофилию? Нет, конечно. Не надеются. А вот размыть уголовную ответственность за совращение ребенка можно легко. Я, конечно, не депутат и не до конца в теме, но, даже прикидывая на своем дилетантском уровне, могу предположить, что, например, снижение официального возраста для вступления в брак педофилам на руку. Или. Всяческие законодательно закрепленные для судов оговорки типа «по доброй воле» — отличная отмазка, чтобы похотливому дяде не садиться в тюрьму за насилие над ребенком. И так далее. Юридическая казуистика дает педофилам массу шансов. Павел Астахов расскажет о вопиющем случае в Петербурге, когда судья отпустила преступника, насиловавшего малолетнюю племянницу. Так что плевать на законы педофилам не с руки, гораздо выгодней, как мы поняли, их сочинять.

Я убежден, что когда в начале 1990-х Борис Николаевич Ельцин подписывал свое негласное соглашение с Госдепом США, там одним из первых пунктов стояла свобода телевидения. И неспроста. «Ящик» в конце 1980-х — начале 1990-х делал с людьми все что хотел. Гонял народ, словно Иванушку-дурачка, от одной избирательной урны к другой, хотя жизнь народа от его электоральных потуг совсем не менялась. Приучил пить пиво зимой на улице. Утвердил его в мысли, что «совок» — это отстой, а «рашка» впитала все ценности западной демократии. И исподволь, не впрямую, занялся лоббированием педофилии.

Скажете, нет?

А ну-ка припомните нашумевшую в 2005 году историю о том, как 11-летняя москвичка родила от 18-летнего таджика-гастарбайтера. Сообщил об этом таблоид «Твой день». Такая информация в СССР вызвала бы бурю последствий. Таджика посадили бы надолго, в тюрьме, как водится, опустили бы, короче, был бы урок на всю жизнь. Бабку, с которой жила несчастная девочка и которая фактически благословила ее на растление, отправили бы туда же — в тюрьму. Юная мама прошла бы курс длительной психологической реабилитации. Ну а ребенок, конечно, рос бы в приюте под приглядом профессиональных нянь. Именно так и было бы, потому что в Советском Союзе существовали нормальные законы. И, что важнее, они работали.

Что же произошло в постсоветской России? А ровным счетом ничего! Когда прокуратура возбудила на растлителя-таджика уголовное дело, в ситуацию на пару с упомянутым таблоидом вмешался Первый канал. Вот так! И если вы думаете, что тележурналисты потребовали немедленного наказания мерзавца, вы глубоко заблуждаетесь. Корреспонденты буквально выкрали девочку с ребенком из роддома. И встали горой на защиту растлителя. В мгновение ока с помощью магической силы телевидения он стал Ромео, которому злые прокуроры и косные законы (чувствуешь, читатель, куда ветер дует?) мешают проявлять любовные чувства. Борьба была жуткая. Корреспонденты (где была ваша совесть, коллеги, а если с вашими детьми так?) вламывались под прикрытием телекамеры в прокурорские кабинеты. Крутили по телевидению удрученное лицо отца растлителя, к которому слетали аж в Таджикистан. И долбили одно и то же: с молодой парой все в порядке, у них все естественно, по согласию — а вот законы наши несовершенны.

И ведь отстояли негодяя от тюрьмы. Мерзавец отделался условным сроком, а педофилы всех мастей утвердились в своем праве на растление — сам телевизор ведь сказал, что законы несовершенны, а любовь — святое.

Конечно, в этом случае педофилическому лобби был важен не какой-то там дикий таджик, а возможность заявить обществу, что совращение ребенка — это не всегда преступление или не совсем преступление. И теперь представьте, что под следствие по обвинению в растлении несовершеннолетнего попадает педофил в законе. Раньше его, не считаясь с законотворческими заслугами, мигом отправили бы, куда Макар телят не гонял. А сегодня? А сегодня десятки миллионов телезрителей (а сколько среди них прокуроров, судей, следователей, начинающих журналистов?) видели, как педофил стал Ромео. (Не мое кощунство над Шекспиром, а Первого канала.) Вернее, он и не был педофилом, это все плохие законы мешают любви. И дадут дяденьке-педофилу условно, потому что он ничем не хуже Ромео-таджика. Да к тому же выяснится, что ребенок с ним был по доброму согласию... Главное — родителям баблосики вовремя отвалить.

С 1990-х годов в России идет растление молодежи. Я привел наиболее яркий пример того, как обтяпывает свои гнусные делишки педофилическое лобби. Но куда сложнее уличить его, когда оно действует с помощью искусства. Взгляните, какой поток фильмов, где воспевается плотская любовь с самого юного возраста, хлынул на отечественные экраны в постсоветские годы. Результат — количество абортов среди несовершеннолетних в эти годы выросло на порядок. Какой процент этих детей занимается любовью со сверстниками, а какой с похотливыми дядями — бог весть. Так и гниет нация. Наш генофонд.

Конечно, мое мнение о педофилическом лобби и о педофилии как таковой будет не полным, если я не выскажусь о путях решения этой воистину неразрешимой проблемы. Господин Жириновский уже упомянул о западных методах борьбы с педофилией. Отличный пример! Запад не хочет сгнить от венерических болезней, выродиться от бесплодия, он хочет иметь нормально созревших молодых людей, а не надломленных особей, чья жизнь несчастливо выпала на эпоху геополитических катастроф. Поэтому и борется за своих детей. В данном случае пример с него России брать можно. И нужно.

И еще. Педофилическое лобби ревностно следит и за маньяками. Мягкие приговоры в отношении подонков, насилующих детей, полнят СМИ. Это ли не симптом больного общества? Я не знаю, поможет ли химическая кастрация, но я бы за насилие над ребенком элементарно расстреливал. Смерть. И точка. Никаких лечебниц. Расстрел. «Тройки», как при Сталине. Военно-полевые суды. Кто не согласен, пересмотрите фильм о подмосковном маньяке 1990-х Фишере в серии «Следствие вели» Леонида Каневского. Или переговорите с родителями замученных маньяками детей. Маньяк должен знать, что ходит под смертью. Показательный расстрел маньяка неплохо показать по Первому каналу. А что? Мне кажется, если на господина Эрнста поднажать, то он поступится принципами, пропустит скрепя сердце такой сюжет в эфир. Ведь, наверное, не хуже меня знает, что от педофила до маньяка — один шаг.

ПАВЕЛ АСТАХОВ

Астахов Павел Алексеевич - уполномоченный при президенте России по правам ребенка. Родился 8 сентября 1966 г. в Москве. В 1991 г. окончил Высшую школу КГБ. Занимается адвокатской практикой. Ведущий телепередачи «Час суда». Был сопредседателем движения «За Путина».

— Понятие «педофилия» появилось на устах людей в позднее советское время. Но тогда никто и подумать не мог, что в 1990-е возникнет нечто вроде легитимизации этого гнусного явления. Недавнее решение судьи из Сацкт-Петербурга Ольги Андреевой, давшей условный срок преступнику, насиловавшему малолетнюю племянницу, Вы объяснили действиями «педофильского лобби». Определение для красного словца?

— Нет! Я выразился совершенно прямо. Я считаю, что в России существует педофильское лобби. В него входят разные люди, тайно и открыто. Они есть и в Госдуме, и в Совете Федерации... Они есть везде! Вы что, думаете, эти люди ходят с лейблом «Педофил»? У нас сегодня лучшая форма легализации педофильского сообщества — это общественные организации, которые отстаивают права детей. Вы сами знаете ситуацию с детским центром, который создал ваш земляк Смирнов. Сейчас им занимается Следственный комитет, устанавливаются все пути его перемещения, все контакты... Следователи обещали, что, когда контакты Смирнова вскроются, всем будет очень интересно. Смирнов же сам говорил: вы не представляете, какие политики, какие люди втянуты в мою деятельность определенного толка.

Что касается этого питерского парня, которому дали условно... Он лично никак материально или каким-то иным образом не мог выхлопотать себе такой мягкий приговор. Я считаю, что такой приговор был выгоден тому самому педофильскому лобби, которое реально существует, потому что этот приговор показывал — у нас не наказывают за такие преступления. И никто меня не убедит, что педофильского лобби нет. Посмотрите европейские исследования на эту тему... Очень интересно!

Их, кстати, мне показала председатель городского суда Санкт-Петербурга Валентина Николаевна Епифанова. Там доказывается, что педофильское лобби реально существует, правда, речь больше идет о физиологии этого явления, а не о социальной его составляющей. К примеру, в исследованиях акцентируется внимание на то, что маньяками в подавляющем большинстве случаев являются мужчины, женщины — редкое исключение.

Педофилия в очень многих случаях напрямую связана с гомосексуализмом — любовь к мужскому полу и к мальчикам находится в одной социальной плоскости. Естественно, такие исследования нигде не публикуются, их сложно найти — то же самое педофильское лобби мешает их доступности для широкого круга читателей. А напротив, навязывает нам гей-парады и мнение, что необходимо снижать возрастной уровень, когда человек может официально вступать в половые отношения с людьми старше себя. снижать возрастной уровень для законного заключения брака и так далее.

ЕВГЕНИЙ ЧАЗОВ

Чазов Евгений Иванович — генеральный директор Федерального государственного учреждения «Российский кардиологический научно-производственный комплекс», академик РАН. Родился 10 июня 1929 г. в Нижнем Новгороде. В 1967— 1986 гг. возглавлял 4-е Главное управление при Минздраве СССР. В 1987 - 1990 гг. — министр здравоохранения СССР.

— В годы после развала Советского Союза увеличилась смертность от сердечно-сосудистых заболеваний. Можно ли связывать этот факт с происходившими в то время в обществе деструктивными социальными, политическими и экономическими процессами?

— Судите сами... Американцы за 20 лет — с 1980 по 2000 год — сумели в два с лишним раза снизить смертность в своей стране от кардиологических болезней. 44% факторов, повлиявших на такой результат, были связаны с борьбой с курением и алкоголизмом, пропагандой здорового образа жизни и профилактикой сердечно-сосудистых заболеваний. До 1988 года у нас тоже в этом отношении были хорошие показатели, но потом случились 1090-е годы — «крутые», кровавые, как угодно их называют, — когда была разрушена система отечественного здравоохранения. Но главное — в обществе в этот период была тяжелая психосоциальная обстановка, в результате которой резко выросла смертность от сердечно-сосудистых заболеваний. Причем даже в трудоспособных возрастах.

Ну, к примеру, если взять возраст от 20 до 25 лет — смертность от сердечно-сосудистых заболеваний в нем выросла на 80%. Это была дикая картина! А ведь мы в 1993 году обо всем этом говорили, выступали на заседании Верховного Совета — Хасбулатов собрал специальные слушания. Но либеральные наши финансисты сказали: «Ничего страшного...» И никто на наши слова не обратил никакого внимания. Пики повышения смертности были в 1992—1993 годах. И в 1998 году. Говорить о том, что в это время происходило в стране, мне, думаю, нет необходимости. Вот тогда мы и выдвинули еще один риск-фактор сердечно-сосудистых заболеваний и смерти от них — психосоциальная обстановка в стране. Ведь, в конце концов, смертность от сердечно-сосудистых заболеваний в 1990-е годы стала одним из факторов тяжелой демографической ситуации в стране.

Хочу также добавить, что с нашей, медицинской, точки зрения важно предупредить и переход психоэмоциональной напряженности в депрессию, которая не только способствует возникновению целого ряда нарушений функции сердечно-сосудистой системы, но и увеличивает, например, смертность при инфаркте миокарда, хронической сердечной недостаточности в 2 раза. 1990-е годы доказали ее значимость в структуре смертности, которая особенно показательна при изучении динамики в этот период, период, когда, согласно данным исследовательской программы «Компас», эти расстройства встречаются у 57% больных ишемической болезнью сердца и у 52% больных с артериальной гипертонией. Исследования, проведенные нашим центром, показали, что депрессия не просто определенное психологическое состояние больного — она сопровождается нарушением функций ряда органов организма.

— Анализ причин смертности от кардиологических болезней говорит о том, что одной из их причин является, мягко говоря, недостаточное использование высоких технологий в отечественной медицине...

— К сожалению, из-за разрушения основ кардиологической помощи, недостаточного финансирования в 1990-е годы мы отстали от США и значительного числа европейских стран в использовании в практике высокотехнологичных методов диагностики и лечения. Например, по данным американских исследователей, анализировавших роль различных мероприятий, позволивших снизить в США смертность от сердечно-сосудистых заболеваний, доля внедрения в широкую практику высокотехнологичных методов лечения составила 25%.

— Вы упомянули, что успехи американских кардиологов напрямую связаны с профилактикой сердечно-сосудистых заболеваний в США. Когда и куда исчезла массовая диспансеризация населения, которая проводилась еще в бытность Вами министром здравоохранения СССР?

— Кстати, в 1975 году группа кардиологов и ваш покорный слуга получили Государственную премию Советского Союза за разработку методики профилактики и диспансеризации сердечно-сосудистых заболеваний. А первый в мире конгресс по профилактике сердечно-сосудистых заболеваний проходил в 1985 году в Москве.

На сегодняшний день профилактика сердечно-сосудистых заболеваний у нас разрушена и ее надо восстанавливать. К примеру, в Советском Союзе — я помню эту цифру, потому что тогда был министром, — ежегодно проводились профилактические осмотры 130 миллионов человек в год, половины населения. У нас были студенческие поликлиники, были школьные врачи, которые работали активно — сейчас они тоже есть, но... Кроме того, по-другому работала участковая медицинская служба. Раньше участковый врач не сидел, выписывая рецепты в кабинете, а зная, кто на его участке болеет, регулярно совершал — нехорошее название — дворовый профилактический обход. Сейчас очень важно повысить эффективность этой первичной службы. Теоретическая основа для этого есть, все давно разработано. Раньше в нашей стране было 1,5 тысячи медсанчастей. Все они исчезли. А я ведь помню, что когда-то одной из лучших больниц, в которую многие старались попасть, была медсанчасть завода «ЗИЛ».

Кроме того, одна из сторон этой проблемы, что знания новых эффективных методов лечения отсутствуют у значительной части участковых врачей. Эти недостатки первичного звена здравоохранения зависят и от того, что в 1990-е годы, как я уже говорил, была разрушена стройная система организации кардиологической помощи. В поликлиниках исчезли кардиологи, обеспечивающие методическое руководство лечебным процессом больных с сердечно-сосудистыми заболеваниями. Уклоняются от этой работы не только республиканские и областные больницы, но также кардиодиспансеры, превращающиеся в кардиохирургические стационары и забывающие при этом об одной из своих основных задач — совершенствование и повышение качества оказания кардиологической помощи во всем регионе.

— В конце 1980-х — начале 1990-х Вы стали публичным и одновременно популярным человеком...

— Я могу добавить юмора по этому поводу... В 1990-е годы в некоторых газетах появилась моя фотография рядом с Брежневым, а рядом надпись: «В кремлевской больнице была создана пилюля, которая позволяла бороться с атеросклерозом». А дело было в том, что я когда-то просил оборонную промышленность сделать по просьбе нашего главного тогда хирурга академика Федорова «электропилюли», позволяющие повышать сократимость кишечника — это очень важно после операции, поскольку у многих больных возникает запор. И такие «пилюли» сделали. А их потом разные дельцы продавали как «кремлевские пилюли бессмертия». Мне оставалось только улыбаться и смеяться...

— У Вас были не самые лучшие личные отношения с первым президентом России Ельциным, однако оперироваться он предпочел в Вашем кардиологическом комплексе...

— Потому что он лучший в стране. Сначала, конечно, у нас были консилиумы, мои сотрудники ездили к врачам Ельцина... Мои сотрудники его лечили, когда он лежал в Барвихе.

— Правда, что Вы настаивали, чтобы в медицинскую карту Ельцина была внесена запись, что на его болезнь влияет алкоголь?

— Это было перед операцией. Дело в том, что такие вещи надо учитывать. Мы три месяца готовили его к операции.

— Правда, что Вас «по разным каналам предупреждали о том, что плохой исход операции равносилен моей гибели и гибели моих коллег»?

— Акчурину говорили... Не все же хотели, чтобы Акчурин оперировал. Он собрал свою команду и сказал: «Кто считает, что не может оперировать, не надо — никаких вопросов не будет...» А кто говорил Акчурину об угрозах? Откуда я знаю? Он мне сказал, так что надо у него и спросить. Акчурин говорил, что идут такие разговоры...

— ...что Ельцин умрет, то и вы все должны будете умереть?

— ...умрет или что-то случится, то, конечно, будут неприятности. Будут большие неприятности.

Москва, май 2010 г.

ЛЕОНИД РОШАЛЬ

Рошаль Леонид Михайлович - директор Московского НИИ неотложной детской хирургии и травматологии. Родился 27 апреля 1933 г. в городе Ливны Орловской области. Награжден орденом Мужества, лауреат премии им. В.Высоцкого «Своя колея».

— Чем для отечественной системы здравоохранения стал развал Советского Союза?

— В начале 1990-х годов вместе с Ельциным к власти пришла молодежь, заявившая, что все, что на данный момент есть в России, — плохо. После этого к нам приехали представители Международного банка реконструкции и развития и Всемирной организации здравоохранения, которые, в свою очередь, сообщили, что наша структура здравоохранения никуда не годится, ее надо сломать: закрыть детские поликлиники и женские консультации, а вместо них посадить врачей общей практики. Как кое-где на Западе и в колониальных странах. Под это дело Всемирный банк реконструкции и развития выделил огромные деньги — порядка 200 миллионов долларов!

Кстати, я хочу спросить: где эти деньги, которые наше государство теперь вынуждено отдавать?! Но главный парадокс заключается в том, что населению западных стран их собственное здравоохранение не очень-то нравится. На медицинское обслуживание за рубежом люди тратят в три раза больше, чем у нас, и народ там недоволен так же, как и у нас. Мы «держимся» за счет оригинальной структуры здравоохранения. Там главная фигура — конкретный доктор и его выгода. В той борьбе со Всемирным банком и Всемирной организацией здравоохранения мы, профессионалы, оказались сильнее. Очень сложная и трудная была борьба — не на жизнь, а на смерть. Но мы отстояли нашу модель первичной медицинской помощи, отстояли педиатрическую службу, женские консультации. Смогли доказать, что наша система лучшая и действительно приближена к населению. В какой стране мира врач бесплатно приходит на дом?

Более того, и специализированная помощь у нас тоже очень приближена к населению! В нашей стране к специалисту узкого профиля не надо ехать за тридевять земель, потому что он есть практически в каждой поликлинике. Что же касается врачей общей практики... их можно готовить для села и отдаленных районов. И не надо при этом путать понятия «участковый терапевт широкого профиля» и «врач общей практики». Врач общей практики лечит и взрослых, и детей, а прошедший специализацию терапевт широкого профиля принимает только взрослых, которых он потом направляет к соответствующим специалистам. Так что когда у нас в стране называют гигантские цифры врачей общей практики — это вранье, настоящих врачей общей практики мало.

— Журналисты нарекли Вас «детским доктором мира», Леонид Михайлович. Как сказались на положении дел в школьной медицине и здоровье школьников лихие 1990-е?

— В целом по стране сейчас нет школьной медицины. Для того чтобы она была, там должны работать люди и должны продвигать ее. Это кадровая проблема — ведь многие школьно-дошкольные врачи ушли из школ. Почему? Потому что непродуманно значительно повысили заработную плату только участковым врачам и медицинским сестрам в поликлиниках, а узким специалистам, заведующим отделениями, которые головой отвечают за тех же участковых, и врачам школьно-дошкольных учреждений не повысили. Так делать нельзя!

Но есть и другие проблемы, связанные со здоровьем ребенка школьного возраста. Именно в детском саду и школе это здоровье и закладывается. А у нас у большинства детей находится хоть какая-нибудь патология. Причем количество таких детей нарастает от первого класса к последнему. При поступлении в школу, по разным данным, от одной трети до половины детей имеют какие-либо заболевания, а к окончанию школы — три четверти. Это связано и с недостатком физкультуры, и со школьным питанием. Вот сегодня в 12 регионах России проходит, как у нас любят говорить, пилотный проект — как лучше организовать школьное питание. Я все жду, когда они закончат. Сколько можно ждать? Дайте, наконец, рекомендации — организовывайте нормальное школьное питание по всей России. Фастфуд, распространенный сейчас и в наших школах, очень недобрая пища. Я много раз бывал в Америке и видел жирных американских детей, сидящих на «мак-доналдсах». Что в этом хорошего?

Как рассказать о правильном питании? По телевидению. А как мы заботимся о подрастающем поколении по телевидению? Никак! Напротив, с помощью телевизора учим убивать, воровать, стрелять, насиловать... Государственной политики воспитания современной молодежи, куда были бы включены и средства массовой информации, у нас нет. Как результат — курение, наркомания, сифилис в школах; снижение возраста девочек, которые стали недевочками в школах. Всему этому государство противостоит очень вяло. Кивают на семью, вместо того чтобы воспитывать и семью тоже. Если молодой парень-рабочий женился и родил детей, откуда ему знать, что с ними делать в плане того, о чем мы с вами сейчас говорим. Если у ребенка появились признаки наркомании — куда бежать и что делать? Большинство молодых родителей об этом даже не задумываются, а государство в стороне!

— Как быть с расхожим утверждением о том, что рождаемость не зависит от уровня жизни?

— Чем беднее страны, тем больше детей... Это всем известно. Есть религиозный аспект этого феномена, причем не обязательно в бедных странах. Например, в семье каждого ортодоксального иудея в Израиле минимум 10 детей. Так положено по религии. Таким образом они оберегают свой народ от исчезновения. Палестинцы тоже имеют в семьях большое число детей. В Монголии, где я одно время работал, в семьях по 8—10 детей. И что интересно, я однажды видел монголку, которая рыдала, когда потеряла двенадцатого ребенка. И это невзирая на религиозный постулат: Бог дал — Бог взял! Да, европейские страны не могут похвастать высоким уровнем рождаемости. И это уже проблема выживаемости наций. И для нас она остра прежде всего. Смотрите, какая огромная территория у нашей страны. Разве никто не хочет взять немножко?

Москва, август 2009 г.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.