1.8 Мы — страна непрофессионалов

1.8 Мы — страна непрофессионалов

Работать по-настоящему мы не умели и не хотели еще с советских времен. После Октябрьской революции наша страна назвала себя государством рабочих и крестьян, и постепенно избавилась от образованных людей, профессионалов, доставшихся ей по наследству от царской России. Со временем появились собственные образованные люди, советская интеллигенция. Это были талантливые люди, создававшие духовные и интеллектуальные ценности.

Они получали удовлетворение от своего творчества и работали не ради денег. Советская интеллигенция была оплотом нарождавшейся нравственности в государстве рабочих и крестьян. Но Коммунистическая партия ее не любила. Партии были чужды эти ценности. Интеллигенция считалась несознательной еще во времена дедушки Ленина, и при советской власти ее продолжали всячески притеснять.

Однако, при этом, как ни старалось советское государство привить уважение к рабочим и крестьянам, ничего у него не получалось. Рабочие и крестьяне стеснялись своего происхождения и хотели, чтобы их дети получили диплом о высшем образовании. Им казалось, что тогда они станут интеллигенцией. Родители не хотели, чтобы дети шли на завод или работали в селе.

«Что ты себе думаешь? Ты же никуда не поступишь и пойдешь на завод», — так пугали своих детей советские папаши и мамаши. На самом деле, мамашам и папашам было очень страшно, что их дитя может пойти работать простым рабочим. Что скажут люди? Мы будем хуже других!

И это не смотря на то, что рабочим в Советском Союзе была везде дорога и почет. Зарплаты рабочих были выше, чем у профессора. В партию их принимали без ограничений, в отличие от интеллигенции. И больше того, даже уговаривали. Как рассказывал мой знакомый рабочий, позовет парторг к себе в кабинет, возьмет бутылку и уговаривает в партию вступить. А что значит быть членом Коммунистической партии, знают те, кто жил в советские времена. Если ты не член партии, ты не мог продвигаться по службе, не мог занимать руководящую должность, не мог стать старшим офицером советской армии и т. д. Короче говоря, в той нашей стране не членам партии дорога была закрыта. Поэтому в партию не принимали евреев и ограничивали интеллигенцию. Партия была фильтром для отсева тех, кого нельзя допускать к власти. Государственная политика заключалась в том, чтобы продвигать на государственные посты только рабочих и крестьян по происхождению, которыми было легко управлять, т. к. они, в силу своего развития, еще не имели своих принципов и руководствовались тем, что говорила партия и очередной генеральный секретарь. Поэтому детям из рабочих семей, как, впрочем, и крестьянам, поступить в ВУЗ было гораздо проще, чем детям из интеллигентных семей.

Для справки.

Детям из интеллигенции в советские времена поступить в институт было сложно. А евреям почти невозможно. Знаю по одесским ВУЗам, где мой отец в течение 40 лет заведовал кафедрой математики в Институте связи, теперь академии, и неоднократно был председателем вступительной комиссии. В те времена существовала официальная установка принимать только 20 % детей интеллигенции, а еврейских детей — 2 %. Для Одессы это было особенно актуально, т. к. у нас в городе тогда проживало много одесситов еврейской национальности. В связи с этим старались ограничить их поступление в институты. Как это реализовывалось? Все экзаменационные работы имели код. Однако, если работа была выполнена на «отлично», код вскрывали и не ставили заслуженную «пятерку» евреям и детям из интеллигенции. В случае с «двойкой» поступали наоборот. Если работа выполнена абитуриентом из рабочей семьи или крестьянской, то двойку не ставили. Доходило до того, что дети из еврейских семей меняли фамилии, чтобы попасть в институт, или уезжали в другие города, что бы попытаться поступить там.

Некоторые ВУЗы так рьяно старались выполнить поставленную перед ними задачу, что составляли разные варианты вступительных заданий для детей рабочих и крестьян и для детей интеллигенции. Разница состояла в том, что варианты заданий, например, по математике, для детей интеллигенции отличались сложностью, в то время как варианты для детей рабочих были гораздо проще. Группы формировались соответственно происхождению.

Для того, чтобы знать социальное положение абитуриентов, в 70-е годы на экзаменационном листке ставили буквы «с» — служащий, т. е. интеллигенция, «р» — рабочий и «к» — крестьянин. На эти буквы никто не обращал внимания, но я знала, что это такое, потому что папа мне твердил: «Тебе нужно знать в сто раз лучше, что бы поступить».

Однако весь советский народ все-таки хотел стать той самой «несознательной» интеллигенцией, думая, что для этого достаточно лишь получить диплом. В ВУЗах были сумасшедшие конкурсы, что и породило, еще тогда, коррупцию при поступлении.

В результате, еще в Советском Союзе все стремились получить диплом для галочки. Все больше и больше становилось людей с дипломами, но настоящих специалистов было немного. Наши врачебные дипломы не признавались в развитых странах. Большинство инженеров после института были способны выполнять лишь работу чертежника или техника. Разрастались НИИ как грибы, но это были мыльные пузыри. Как любил говорить один мой знакомый, работавший в засекреченном НИИ, что их засекретили, чтобы американцы не узнали, на каком низком уровне мы находимся.

Советская армия — гроза империализма — на самом деле представляла собой тоже мыльный пузырь. Ее подготовка велась на опыте Великой Отечественной войны. Если американцы при помощи спутника могли видеть объект на другом конце Земли, то в нашей армии с КПП нельзя было связаться со штабом, который находился в 100 метрах, а хвост колоны батальона не мог связаться с ее головой. В учебных частях готовили механиков-водителей, а самой машины в части вообще не было. Вождению обучали в теории по рисункам и чертежам. При этом бойцам выдавали удостоверения на право вождения.

Наши офицеры были плохо образованы и практически не обучены. Это были в основном выходцы из сел или дети военных, которых папочки продвигали по службе. Они не владели военным мастерством, так как реальной боевой подготовки в частях Советской армии не было. Все сводилось к бесконечным построениям и уборке территории. Вспоминаю анекдот. «Мама, смотри, военные карту разворачивают, сейчас дорогу спрашивать будут». Могу приводить бесконечное количество примеров, т. к. будучи женой офицера, лично видела, что происходило в советской армии.

Наша армия представляла опасность лишь в том смысле, что при наличии атомного оружия и таком непрофессионализме могло случиться всякое. Этого и нужно было опасаться Европе.

Советские рабочие тоже работали без напряга. Они были в почете и могли себе это позволить. Рабочие выпивали во время работы или даже прогуливали ее. За это их слегка журили, в то время как инженера уволили бы с соответствующей характеристикой. И, действительно, избавиться от прогульщика и дебошира рабочего было очень сложно. Если уж рабочий совсем сопьется и забудет про работу, то его уговаривали написать заявление «по собственному желанию», давали блестящую характеристику, чтобы он мог поскорее устроиться на другую работу. Так выходили из положения тогдашние руководители в борьбе с пьющим рабочим классом. А пил этот класс много, в том числе и во время работы, и это считалось нормальным. Какой рабочий не любит рюмочку к обеду. Стоит на ногах — значит трезвый.

Как в анекдоте. Японская делегация посетила наш завод, и спрашивает рабочего:

— Правда говорят, что вы можете выпить бутылку водки и продолжать работать?

— Правда

— А две?

— Правда

— А три?

— Так я же работаю.

В селах работали тоже «спустя рукава». Колхозное добро разворовывалось. Все меньше и меньше становилось людей, любящих землю и способных на ней трудиться.

У основной массы советских людей не было внутренней потребности хорошо работать. Не было также и мотивации — все получали одинаково, не зависимо от своих способностей и вклада в работу. Результаты нашей работы были соответствующие. Мы смеялись: «Если вы считаете, что вы нам платите, то считайте, что мы работаем». Мне могут возразить, как же так, ведь мы создавали ракеты и строили корабли. Да, создавали и строили, но качество их, все равно, было советское.

Хочу закончить советским анекдотом. Прошу простить за не литературный язык, но из песни слов не выбросишь.

Загадка.

Вопрос. Что это такое: маленькое, жужжит, но в ж… не влазит?

Ответ. Машинка для жужжания в ж…, сделанная в СССР.

Кстати, история с поездами «HUNDAY», которые закупило наше правительство к ЕВРО-2012, подтверждает, что и сегодня в Украине ничего не изменилось. Закупили высокоскоростные поезда и пустили их по нашим трещащим доисторическим железнодорожным путям, по которым не то, что скорость развивать невозможно, но и ездить с каждым годом становиться все опаснее и опаснее. Настоящая машинка для жужжания в …

Однако в отличие от сегодняшней Украины, в Советском Союзе были «мозги» и таланты, и так как границы были закрыты, то они оставались в стране, поддерживая в ней определенный научный и культурный уровень. Коммунистическая партия внимательно следила за тем, чтобы наши ученые, актеры, музыканты не бежали из страны. Все таланты были «невыездные».

Сегодня из Украины выехать не проблема, а жить невозможно. Поэтому умственно зрелые из нее уезжают. Сначала, уехали очень способные, потом те, кто умеет работать, и, наконец, сейчас уезжают те, кто просто хочет работать, чтобы жить. В Украине, в основной своей массе, остались не просто не умеющие, но даже не желающие трудиться.

В результате, украинская армия — на смех курам. Рабочих и крестьян у нас уже нет совсем. Заводы разграблены, а в селах остались одни пенсионеры. Зато ширится и развивается индустрия поступления. Желание получить диплом о высшем образовании продолжает быть навязчивой идеей каждого украинца.

Сегодня в Украине престижно иметь диплом юриста, и при каждом ВУЗе открыт юридический факультет. Теперь все юристы: от милиционера до политика. Эти юристы не умеют грамотно писать и правильно говорить по-русски, а об украинском, я и не говорю. Получить профессиональную консультацию по юридическим вопросам у нас не возможно. Зато за деньги следователь легко закроет любое дело и освободит преступника или, наоборот, за очень большие деньги откроет дело на кого нужно.

А судьи кто? Судьи в Украине это те, у кого хватило денег заплатить за место судьи, а это очень недешево. Но платят и не жалеют, знают, что вложенные средства отобьются очень быстро.

Нужны ли в Украине адвокаты? Конечно, нужны. Кто же будет вести переговоры с судьей о том, сколько стоит нужное решение суда и передавать ему деньги. Решение суда у нас принимается на аукционной основе. Кто больше даст, тот и выиграет дело.

Моя дочь адвокат. Она оставила свою профессию, т. к. сегодня в Украине это никому не нужно. Обращаясь к ней за помощью, интересовались лишь тем, есть ли у нее знакомый судья в нужном районе города.

Наших учителей не интересуют знания учеников, а интересует, сколько эти ученики могут заплатить за оценку.

По сравнению с советскими временами сегодня в Украине не престижно быть инженером. В инженерные ВУЗы идут самые бедные. Там и поступление дешевле стоит и экзамены. Исключение составляют строительные профессии. Тут можно заработать. Если устроишься прорабом, можно хорошо заработать, украв у хозяина или государства. Сегодня, в условиях тотального желания украинцев «строиться», созданы всякого рода контролирующие организации. Если туда устроиться, то можно очень хорошо заработать на разрешительных документах. Хочешь получить разрешение на строительство — заплати, провести газ — заплати, иметь свет — заплати и т. д. Но заплати не только в кассу, но и непосредственно тому, кто разрешает, иначе все равно найдет, почему нельзя.

Очень хорошо можно заработать на составлении липовой сметы на строительство. Так у нас отмываются деньги на строительстве и ремонте в государственном секторе.

Вот такие мы врачи, инженеры, строители, учителя, офицеры. У нас нет осознанной необходимости в самореализации, мотивацией к труду являются либо страх, либо деньги, причем очень большие, за зарплату никто напрягаться не будет. Нам нужно много денег, сразу и желательно, чтобы при этом ничего не делать.

У нас в голове: работать — это значит уметь «крутиться» и добывать деньги любой ценой, а профессионализм к этому не имеет никакого отношения.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.