Глава 15. СВОИ И ЧУЖИЕ ПРИ ДВОРЕ ЦАРЯ БОРИСА

Глава 15. СВОИ И ЧУЖИЕ ПРИ ДВОРЕ ЦАРЯ БОРИСА

12 декабря 1993 года одновременно с избранием депутатов первой Государственной думы страна проголосовала за новую конституцию, которая в первую очередь изменила положение президента.

Если прежде президент был всего лишь одним из центров власти и парламент при желании мог сильно ограничить его полномочия и вообще доставить ему массу неприятностей, то теперь он практически не зависел от воли депутатов.

Парламент лишился и возможности участвовать в формировании правительства. По новой конституции президент сам назначает председателя правительства. От Государственной думы, конечно, требуется согласие. Но если депутаты трижды отклоняют предложенную президентом кандидатуру, он имеет право своим указом назначить премьер-министра, распустить Думу и объявить новые выборы. Если Дума выразит недоверие правительству, то президент может с ней согласиться и отправить кабинет в отставку, а может, напротив, распустить Думу и назначить новые выборы.

В конституции заложен очень сложный механизм внесения в нее поправок, что практически гарантировало Ельцина от новых атак парламента.

В конституции 1993 года есть масса недостатков, но в то же время никто не может отрицать, что даже при слабо работающем президенте, который практически весь второй срок проболел, политическая стабильность в стране все-таки сохранялась.

В то же время энергичный, дееспособный президент в 1991 — 1993 годах находился в состоянии постоянного раздрая с парламентом и собственным вице-президентом. То есть советская конституционная модель работала значительно хуже.

При всей своей безграничной власти диктатором Ельцин не стал и даже не пытался ограничить права и свободы сограждан.

После подавления октябрьского мятежа в октябре 1993 года были запрещены некоторые газеты, поддержавшие мятежников. Это вызвало массовое возмущение, и запрет был снят, хотя в странах с устоявшейся демократией выпуск газет, проповедующих национально-социалистические, экстремистские лозунги, был бы запрещен навсегда.

— А ведь у него была тогда возможность стать диктатором, сокрушить и раздавить всех своих противников, — говорил мне бывший помощник президента Георгий Сатаров. —? Он этого не сделал. Не воспользовался обстоятельствами.

ДИРИЖЕР-ЛЮБИТЕЛЬ

Где-то с начала 1994 года Ельцина стали называть царем — кто в шутку, кто всерьез. А Борис Николаевич и в самом деле переменился. Крушение советской власти не отменило марксо-вой формулы насчет того, что бытие определяет сознание. А бытие стало царским.

Его бывший пресс-секретарь Вячеслав Костиков с сожалением вспоминает: в улыбке, во взгляде Ельцина стало заметно проявляться высокомерие, а «в отношениях с Борисом Николаевичем постепенно исчезал демократизм, доступность, доверительность отношений — то есть те черты, которые так привлекали в работе с ним в прежние годы...».

Теперь в любой поездке президента сопровождали не только несколько врачей и медсестер, но и парикмахер, группа поваров, личные фотографы, персональный телеоператор и человек, занимавшийся его одеждой. Он пересел с «ЗИЛа» на «мерседес», который собрали специально для президента России.

В 1993—1994 годах вокруг Ельцина сложилась сплоченная группа — Коржаков и его верный друг и соратник Михаил Барсуков, первый вице-премьер Олег Сосковец, управляющий делами президента Павел Бородин, тренер президента по теннису Шамиль Тарпищев. К ним одно время примыкали министры обороны Грачев и внутренних дел Виктор Ерин. Они постоянно встречались в неформальной обстановке, не только поддерживали друг друга, но и влияли на президента в одном направлении.

Евгений Савостьянов, который стал заместителем руководителя администрации президента, говорил мне:

— Не существует идеальных схем. В каждой есть свои недостатки. Коль скоро вводится институт избираемого монарха, то надо мириться с тем, что появится двор, в нем будет своя камарилья, будут те, кто ближе к монарху, и те, кто дальше. Это неминуемо...

Стать своим при дворе царя Бориса стремились многие, но не всем это удавалось.

Алексей Казанник после октябрьских событий 1993 года стал Генеральным прокурором, но продержался недолго. Он не только не подходил для этой работы, но и не смог вписаться в московскую властную систему. Он рассказывал потом в интервью «Новой газете», какой диалог у него состоялся с Коржаковым накануне новогд, 1994 года.

Позвонил Коржаков и сказал:

— На Ленинских горах в Доме приемов будут все высокопоставленные лица. Алексей Иванович, вы должны там тоже быть.

Казанник отказался:

— Извините, Александр Васильевич, я вообще прокурор, а там будут должностные лица исполнительных органов, за которыми я осуществляю функцию надзора. Поэтому я не могу участвовать в этих компаниях.

Коржаков страшно удивился:

— Как вы не можете участвовать? Там будет президент с женой, все будут с семьями.

— Моя жена в Омске живет.

Коржаков сразу воодушевился:

— Я сейчас дам команду, ее привезут.

— Нет-нет, спасибо, потому что я хочу на Новый год улететь в Омск.

И Генеральный прокурор отправился отмечать Новый год в родном городе. Он не хотел соблюдать правила игры. Его спрашивали:

— Вы в теннис играете?

— Не играл и играть не собираюсь.

— Ну как же, все играют, а вы не будете играть? Это, Алексей Иванович, как-то странно.

— Что ж делать, я очень странный человек. Надо мои странности уважать...

Нежелание веселиться вместе со всеми и играть в модные игры было, разумеется, не главной причиной отставки Казанника, но тоже сыграло свою роль в отторжении Генерального прокурора от власти.

В Кремле сформировалась иерархическая система власти. Скажем, помощники президента, как и в советские времена, обедали в особой столовой. Имело значение, кто с кем сидел за одним столиком.

Избавившись от врагов и заняв в Кремле царское положение, Ельцин стал меньше себя контролировать, расслабился. И это его сильно подвело. В 1994-м с Ельциным произошли две крайне неприятные истории, губительные для его репутации.

30 мая Ельцин улетел в Германию на торжественную церемонию по случаю вывода российских войск. Борису Николаевичу не спалось, и он пригласил в свои апартаменты министра обороны Грачева, принесли выпивку и закуску. Утром президент с трудом встал. Личный врач помог ему прийти в норму.

Но во время различных церемоний, официального завтрака от имени президента ФРГ, где гостей щедро обносили вином, Борис Николаевич ни в чем себе не отказывал (а был к тому же жаркий день), расслабился, и кончилось все тем, что он взялся дирижировать оркестром берлинской полиции и пытался исполнить «калинку». Эту сцену показало телевидение всех стран — позор на весь мир.

Его помощники написали президенту откровенное и честное письмо, в котором, в частности, призывали его:

«1. Решительно пересмотреть Ваше отношение к собственному здоровью и вредным привычкам.

2. Восстановить стабильность рабочего режима и плотность трудового графика. Исключить неожиданные исчезновения и периоды восстановления...»

Ельцин обиделся. С некоторыми помощниками долго не разговаривал. Пресс-секретарю Вячеславу Костикову пришлось уйти из Кремля.

В сентябре на обратном пути из Соединенных Штатов, где Ельцин тоже позволил себе лишнее, ему стало плохо в самолете. Сопровождавшие врачи не могли сразу определить, что это — сильный сердечный приступ или микроинсульт?

А в аэропорту в Шенноне его ждал для переговоров премьер-министр Ирландии Альберт Рейнольдс. Повинуясь чувству долга, Ельцин пытался подняться на ноги, но не сумел выйти из самолета. И к ирландцам отправили первого вице-премьера Олега Сосковца.

Невозмутимые ирландцы сделали вид, что даже не удивились, но скандал получился грандиозный.

Потом Ельцин как ни в чем не бывало рассказывал журналистам, что он, утомившись, проспал, а охрана не решилась его разбудить, но довольно быстро стала известна реальная подоплека. Тем более, что пристрастие президента к горячительным напиткам ни для кого не оставалось секретом.

За рубежом задавались вопросом: если Ельцин так напивается во время международных визитов, то что же он позволяет себе дома, когда его никто не видит и не контролирует?

ПОБЕДА ЖИРИНОВСКОГО НА ВЫБОРАХ

Полный разгром октябрьской оппозиции был омрачен результатами выборов в первую Государственную думу. Ельцин, как и многие в стране, полагал, что на волне обновления абсолютное большинство депутатских мандатов получат демократические партии.

Еще в марте 1993 года, когда съезд народных депутатов пытался отрешить Ельцина от власти, демократические политики образовали оргкомитет партии «Выбор России». Осенью оформился предвыборный блок под тем же названием. «Выбор России» возглавил первый вице-премьер Егор Гайдар. Казалось, что его грядущая победа на выборах позволит ему, наконец, стать полноправным главой правительства.

Но с демократами дурную шутку сыграла неспособность объединиться. Один из наших политиков рассказывал мне:

— Я сказал Сереже (Шахраю) и Григорию (Явлинскому): ребята, создавайте свои партии для президентских выборов, но сейчас выступим единым блоком...

Московский мэр Юрий Лужков организовал переговоры всех демократических партий в надежде их сплотить. Не получилось. Все пошли на выборы отдельно — Партия российского единства и согласия (ПРЕС) Сергея Шахрая, Российское движение демократических реформ Анатолия Собчака, «Яблоко» Григория Явлинского.

Гайдар предлагал Шахраю первое место в списке «Выбора России». Сергей Михайлович, избалованный разговорами о том, что он один из очевидных фаворитов будущих президентских выборов, ни с кем не захотел объединяться.

Ельцин вначале очень нуждался в Шахрае. В его отсутствие чувствовал себя неуверенно. Шахрай показал свою нужность умением и желанием работать. Ельцин сделал его государственным советником, потом вице-премьером.

Шахрай создал себе Государственное правовое управление, контролировавшее каждый документ, который предстояло подписать президенту. Но в какой-то момент Шахрай решил, что Ельцин долго не удержится и надо вовремя спрыгнуть с подножки. Он стал дистанцироваться от Бориса Николаевича.

«У меня сложный характер, я леплю правду-матку в глаза, это часто не нравится, вызывает раздражение, из-за этого в наших отношениях бывают и взлеты, и падения, — говорил Шахрай в газетном интервью. — Личных контактов между нами никогда не было.

Я не навещаю Бориса Николаевича на даче и в городской квартире, не играю с ним в теннис. Словом, президентское окружение — это одно, Шахрай — другое...»

Сергей Михайлович верил в свою звезду, но на выборах с трудом преодолел пятипроцентный барьер, а следующие выборы и вовсе проиграл. В президенты он, несмотря на твердое обещание, не баллотировался.

Гайдар убеждал Ельцина прийти на съезд «Выбора России» и поддержать демократическую партию. Тогда демократы стали бы партией власти, это принесло бы им дополнительные голоса. Но Борис Николаевич отказался от этой идеи, чтобы выступить в роли отца нации, не вмешивающегося в парламентскую борьбу.

Правительство, точнее, первый вице-премьер Егор Гайдар, наотрез отказалось использовать предвыборный прием, который в последующие годы широко практиковался: включить печатный станок и расплатиться со всеми долгами накануне выборов, чтобы получить поддержку избирателей...

А люди были раздражены тем, что обещанное им не сбылось, и не захотели вновь голосовать за тех, кто не справился со своими обязанностями.

Переход к рыночной экономике не только для России — для всей Восточной Европы оказался связан с появлением новых проблем; к сожалению, сильнодействующие лекарства часто оказывают тяжелое побочное действие.

14 декабря стали известны результаты голосования. «Выбор России» получил возможность сформировать крупнейшую фракцию в 75 человек. Но рассчитывали на полную победу, поэтому возникло ощущение провала демократов. Неожиданно много голосов получили Аграрная партия и коммунисты Зюганова, которые создали третью по значению фракцию: Главной сенсацией выборов стал успех партии Владимира Жириновского, которая прошла в Думу с демагогическими и националистическими лозунгами.

Через несколько лет станет ясно, что Жириновский как таковой не представляет особой опасности. Он станет охотно и небескорыстно сотрудничать с Кремлем и Белым домом. Но тогда появление фракции ЛДПР в 59 человек было ошеломительным событием. Успех Жириновского свидетельствовал о том, как широко распространены в обществе антидемократические и националистические идеи.

Потрясенный случившимся, Мстислав Ростропович говорил тогда в газетном интервью:

«Что произошло с народом? Большая часть его голосовала не за то, что человек умеет, а за-то, что человек обещает. Вот это самое главное. А тут уже наша Россия-матушка. Потому что мы любим обещания, мы любим сказки... Чем всегда отличалась наша публика на концертах от публики иностранной? Наши приходят в Большой зал Консерватории как в сказку. Они в себя вбирают, впитывают божественную красоту музыки. Они верят в то, что это другая жизнь. И, насытившись этой красотой, они опять дома стирают пеленки, моют полы и т. д. На Западе музыку тоже любят. Но там концерт — часть их жизни. Они думают, как лучше пообедать: после концерта или до концерта? В каком ресторане? Это идет от благополучия внешнего, от жизненного уровня...

Итоги выборов в первую Государственную думу потрясли и Ельцина, и его окружение. Тем более, что Дума сразу преподнесла президенту неприятный сюрприз.

23 февраля депутаты приняли постановление «Об объявлении политической и экономической амнистии». В субботу, 26 февраля, выпустили участников октябрьских событий. Хасбулатов, Руцкой, Макашов, Дунаев, бывший депутат Илья Константинов, Виктор -Анпилов, Александр Баркашов, Станислав Терехов избежали судебного процесса... Никто не был наказан за пролитую кровь, за хаос, в который погрузилась страна в октябрьские дни.

Генеральный прокурор Алексей Казанник назвал амнистию «позорной страницей в истории отечественного парламентаризма», но велел заключенных отпустить. И сам ушел в отставку.

Президент возмутился, вроде бы хотел вновь арестовать отпущенных по амнистии и приказал министру внутренних дел Виктору Ерину сделать это. Готовился проект жесткого указа. Но Бориса Николаевича, видимо, убедили, что упущенного не вернешь, и все остались на свободе.

Государственная дума отменила свое решение о создании комиссии по расследованию событий 21 сентября — 4 октября 1993 года. Одно из поворотных событий нашей истории осталось неисследованным и нерасследованным.

1 марта Государственная дума амнистировала еще и членов ГКЧП. Это тоже был сигнал. Один из видных демократических политиков сказал мне тогда:

— Президент на месте, и это счастье, потому что его присутствие в Кремле гарантирует нас от появления чернорубашечников на улицах. Надо срочно извлекать уроки. Слава богу, у демократов есть два года, чтобы подготовиться к президентским выборам.

МАНИЯ ВЕЛИЧИЯ

Некоторым утешением служило полное поражение на выборах радикального фланга. Предсказания о появлении политического терроризма, к счастью, не оправдались. Подавление октябрьского мятежа было хорошим уроком.

Среди радикалов много уличных хулиганов, еще больше мастеров хулиганского слова, но на что-то серьезное у них, похоже, пока пороха не хватает. Уж какое пугающее впечатление производили появившиеся на экранах телевизоров боевики «Русского национального единства», но за телевизионным представлением ничего не последовало. На выборах «Русское национальное единство» оглушительно провалилось.

Радикалы дробились и объединялись, вспыхивали новыми, шумными идеями и исчезали.

Поражение в октябре. 1993 года было шоковым для всех этих групп и группок. Наиболее заметные деятели оппозиции отказались от уличных стычек и манифестаций и переориентировались на политическую борьбу в рамках конституции, то есть занялись выборными делами. Тем самым они разошлись с твердыми сторонниками непарламентского пути, которые в настоящие вожди не годились.

Во-первых, эти люди закомплексованы и страдают манией величия.

Председатель исполкома правления либерально-патриотической партии «Возрождение» Валерий Скурлатов, сын заместителя на- · чальника аэропорта Быково по политчасти и бухгалтера аэродромного гаража, возвел свой род к половецкому хану XII века Скурле.

Первый заместитель председателя Русского национального союза, главный редактор газеты «Штурмовик» и журнала «Нация» Константин Касимовский, взяв фамилию матери, вел свой род от Симеона Бекбулатовича, крещеного касимовского хана.

Руководитель московской организации либерально-патриотической партии «Возрождение» Игорь Брумель тоже отыскал знаменитого предка — эльзасского композитора XV века Антонио Брумеля. Он брат олимпийского чемпиона Валерия Брумеля и самозваного императора Алексея (Олега) Брумеля.

Во-вторых, это были люди со своеобразной биографией, которая сузила их жизненный выбор (коллективный портрет составили авторы книги «Политический экстремизм в России», подготовленной Московским антифашистским центром и информационно-экспертной группой «Панорама»).

Политический секретарь Национально-республиканской партии России Николай Павлов, бывший народный депутат РСФСР, сопредседатель Фронта национального спасеция, в молодые годы получил четыре года за грабеж. Свою вину отрицал, но пересмотра дела не требовал. На выборах в Думу проиграл сыну зверски убитого священника Александра Меня Михаилу.

Председатель Всемирного русского правительства Валерий Емельянов был арестован за убийство и расчленение топором своей жены, признан невменяемым. Выйдя из психбольницы, примкнул к «Памяти». А командир Русского национального легиона Андрей Сабор, напротив, до перехода на освобожденную политическую работу руководил изолятором временного содержания в Санкт-Петербурге.

За малым исключением, это были люди крайне скромных интеллектуальных способностей, несамостоятельные, но амбициозные. Вот какую характеристику составили в Народной национальной партии своему лидеру Владимиру Попову: «Хороший организатор и публицист. Истинно русский. С соратниками по партии поддерживает дружеские отношения. Беспощаден к врагам России». Пародия? Нет, свое придумать не в силах.

Отсутствие серьезных лидеров привело экстремистские организации в упадок. Точнее говоря, они утеряли привлекательность даже для своих немногочисленных фанатов. Но это вовсе не означало, что все эти фашистские, полуфашистские, радикально-националистические группы скоро исчезнут! Напротив, они могут либо обрести умелого лидера, который придаст им вес в стране, либо заняться политическим террором. Пока что они слишком ничтожны, чтобы повести за собой людей. Но, тех, кто думает примерно так же, как и они, предостаточно.

Осенью 1994 года председатель Государственного комитета по делам печати Борис Миронов громогласно заявил: «Если русский национализм — это фашизм, тогда я — фашист». Он был освобожден от должности. Но ведь когда этот человек в ранге министра говорил нечто подобное, то, вероятно, рассчитывал, что его поддержат?..

Почти все эти люди озабочены еврейской темой и заняты борьбой если не с всемирным еврейством, то, как минимум, с сионизмом и масонством. Разумные и дельные личности из этого мира исторгаются. Авторство фразы «Всякая национальная культура начинается с антисемитизма» (из книги «Нам нужен Сталин») принадлежит военному обозревателю газеты «Русский националист» Чеславу Млыннику, бывшему командиру рижского ОМОНа. Чеслав Млынник воевал в Абхазии против грузинской армии вместе с чеченским батальоном Шамиля Басаева.

Духовная атмосфера 1993 года, породившая октябрьское кровопролитие, была пропитана ядом, который источали известные издания.

ГЛАВНАЯ ТЕМА

Невозможно представить себе «Haш современник», «Москву» или «Молодую гвардию» без еврейской темы. Редакторы и авторы всех трех профессионально патриотических журналов горюют, что надо думать и писать о русских, а сами пишут (и, следовательно, надо полагать, думают) о евреях. Можно решить, что это не русские, а еврейские журналы, столько место уделено в них этому небольшому народу.

В 1993 году если в номере не было специальной статьи по еврейскому вопросу, то он обязательно всплывал в статьях, посвященных любой другой теме. Если не в разделе публицистики, то в прозе и в поэзии обязательно натолкнешься на еврейскую тему.

Вот в шестом номере «Москвы» стихотворение Александра Хабарова «Курточка»:

Однажды, в день погожий,

Закройщик Рафаил

Из человечьей кожи

Мне курточку скроил.

В восьмом номере «Молодой гвардии» стихотворение Николая Денисова «Европейская тема»:

Возвеличен был ими портной Володарский,

Накроивший смирительных тесных рубах.

И когда в них вели нас на скорбную плаху,

Низводили до нищенской скудной сумы,

Верховодил все тот же кагал авербахов —

На Лубянке, в управах глухой Колымы.

А вот стихотворение «Эпоха» того же автора:

Вновь на Русь спустили всех собак —

Наших дней бронштейны и Свердловы...

Жадной сворой кинулись они

К пирогу с начинкой — «перестройка».

И все это на фоне самоувещеваний: хватит говорить об антисемитизме! хватит заниматься евреями! Не могут остановиться. Словно морок нашел. О том же Томас Манн писал своему брату в начале 30-х годов, описывая настроения в Берлине: «Они там помешались на своих евреях».

МЕЖДУ ТРОЦКИМ И РОТШИЛЬДОМ

Еврейская тема, похоже, превратилась в важнейший критерий отбора материалов. В чем, скажем, главный редактор «Нашего современника» Станислав Куняев видел главное достоинство опубликованного им романа казачьего генерала Петра Краснова?

«Петр Краснов, как никто из русских беллетристов прошедшей эпохи, бесстрашно к неуклонно подходит к самому кровавому узлу революции и гражданской войны — к русско-еврейскому вопросу тех лет, бросающему свое зловещее отражение и на наше время».

Генерал Краснов, который в нацистской Германии возглавил Главное управление казачьего войска и сражался против России, был казнен 17 января 1947 года как изменник.

Главный конфликт XX века опять же, выходит, связан с евреями. Александр Казинцев, заместитель главного редактора «Нашего современника», пишет:

«Век XX обернулся для России кошмаром противоборства, которое я называю битвой Троцкого с Ротшильдом... Так и высятся они по обеим сторонам русской судьбы, как чудовищные ветхозаветные великаны Гог и Магог... Почему они усмехаются? Да потому, что русские люди тузят друг друга, ставят к стенке, гноят в лагерях, избивают дубинками, поливают из водометов ради их потехи. Да не потехи, нет — «вигоды».

Еврейская тема возникает по самым неожиданным поводам. В пятом номере «Москвы» статья Леонтия Савельева «Записки по русской философии». И вдруг подглавка — «Еврейский вопрос» (тоже важный философский вопрос!) с известными цитатами из Достоевского:

«Чтобы узнать правду о евреях, возьмите, например, наши российские окраины и спросите там у коренного населения: что двигает евреев и что двигало их столько веков? Получите единогласный ответ: безжалостность: двигали ими столько веков одна лишь к нам безжалостность и одна только жажда напиться нашим потом и кровью».

От себя Леонтий Савельев разъясняет читателю:

«Как строгий мыслитель, Достоевский раскрывает то очевидное, но почему-то не ставшее аксиомой явление, что ненависть евреев к русскому народу логически вполне оправдана. Ибо наш народ есть единственный христианский народ, до конца не соблазненный иудейской идеологией. Более того, наш народ является единственным и главнейшим «конкурентом» в борьбе за торжество в мире диаметрально противоположных духовно-нравственных ценностей».

«Главная опасность для человечества, исходящая от «реального еврейства», — продолжает автор журнала «Москва», — состоит в том, что это — сильная, сплоченная организованность, пропитанная глубоким национально-религиозным духом. Это — «государство внутри государства», имеющее свои сокровенные цели. Поэтому оно, когда это нужно, ведет тайную войну против государства, внутри которого оно находится. В России, исходя из ее предназначения, противоположного целям иудаизма, тайная война этих двух государственных структур неизбежна и закономерна. Прозрению вот этой очевидной истины и учит нас Достоевский».

ХРАБРЫЕ ЛЮДИ

Каждый пишущий о евреях восхищается собственным мужеством, хотя, судя по профессионально патриотическим журналам, таких храбрецов хоть пруд пруди.

Вот химик Сергей Кара-Мурза, заместитель директора Института истории естествознания, написал в «Нашем современнике» (№ 8/1993) большую статью «Цивилизационный слом» и неминуемо пришел к еврейской теме:

«Это — реальное «минное поле», по которому неизбежно приходится ходить всякому, рассуждающему об истории России последнего десятилетия. Ведь сосуществование и взаимодействие русского и еврейского народов, православия и иудаизма, русского и еврейского мироощущения не в меньшей степени определяет судьбу страны, чем ее евразийство и русско-тюркское взаимодействие».

В пятом номере «Нашего современника» (1993) статья литературного критика Михаила Лобанова «Подвижники и тушинцы»:

«В прошлом дело обстояло проще на сей счет. Сказал, например, К. Аксаков, что иудейство — анахронизм, поскольку оно выпало из христианского исторического потока, и все ясно. А ныне на эту тему целый лабиринт умственных ухищрений, фронт угроз — от слов нынешнего папы, что евреи — старшие братья христиан, до бесчинств хасидов в Румянцевской библиотеке и в самой святыне русской — Кремле...

«Разгосударствление» всегда было главной целью наших врагов, от средневековой секты «жидовствующих» до нынешних «демократов». Для этого они использовали все средства, спекулируя даже на Ненавистном для них христианстве, православии... Вся ненависть сатанинских сил направлена против России как центра православия, ставшего врагом номер один для талмудистского иудаизма...

За болтовней о «демократии» — ненависть к России, за проклятием «тоталитаризма» — жажда расчленения государства, за «общечеловеческими ценностями» — проповедь сионизма, мирового правительства...»

Со времени «Тушинского вора» ведомы России изменники, названные тушинцами. Как известно, Лжедмитрий II был из иудеев, и его «воцарение» на Руси было с дальним прицелом: «эта страна» должна стать орудием освобождения Палестины от османского господства...»

Евреям места в журнале не жалеть! Для еврейской темы в русских журналах места не жалеют. Скажем, июльский (1993) номер «Нашего современника» минимум наполовину был посвящен евреям. Главный редактор «Нашего современника» Станислав Ку-няев сам объяснил, какие три публикации в номере главные.

Прежде всего это уже упоминавшийся роман казачьего генерала Петра Краснова, который вину за революцию, за Гражданскую войну, за кровь возлагает на весь еврейский народ. Станислав Ку-няев заранее парировал и возможные возражения: «Слишком много горя было принесено России людьми типа Ягоды и Агранова, Френкеля и Бермана, Ярославского и Кагановича, чтобы мы могли легко забыть об этом», «забыть кровавые дела соплеменников... идеологов и практиков перестройки».

За романом Краснова следовала написанная протоиереем Сергием Булгаковым работа «Судьбы мира, грядущее», из которой наметанный глаз главного редактора сразу выхватил ключевые для «Нашего современника» формулы: «Да, большевизм есть именно еврейский погром, совершенный именно еврейской властью».

Много раз заметит Сергий Булгаков в своей работе, что христианин обязан бороться с антисемитизмом, что не избавляться от евреев надо, а развивать творческие силы собственного народа, предвещал, что появится со временем в «христианстве новая сила, которая и станет его средоточием, как это было и в первые дни его: иудео-христианство». Но возбужденный «еврейским вопросом» читатель жадно читает другое.

«Происходит мирная, но победоносная борьба еврейства со всем миром, меняющая формы, но неизменная по содержанию». Сергий Булгаков написал эти строчки в 1942 году, в том самом году, когда нацисты в Берлине окончательно решили: уничтожению подлежат все евреи без исключения.

Кстати говоря, один из создателей Союза русского народа Н.Е. Марков-второй, проповедник «Протоколов сионских мудрецов», называл Сергия Булгакова «профессором темного духа», считая его участником «извечного заговора злобствующего иудаизма».

Третий главный материал номера — продолжение «Спора о Сионе» англичанина Дугласа Рида, начатого в шестом номере.

ЛЫСЕНКО - ЗА СОЮЗ С ИЗРАИЛЕМ

Но Станислав Куняев поскромничал, забыл четвертый материал на ту же еврейскую тему — интервью с лидером Национальнореспубликанской партии России Николаем Лысенко, скандально известным политиком, теперь уже забытым. Корреспондента «Нашего современника» заинтересовал взгляд Лысенко на «еврейский вопрос», который «в некоторых патриотических изданиях осторожно смягчается».

Что не нравится Лысенко в евреях?

Что они выступают по телевидению, в парламенте, что среди них оказались профессора и экономисты, позволяющие себе давать профессиональные советы. А еще:

«Русские читают грязные вирши стихоплетов, о еврейском происхождении которых известно каждому, смотрят по телевидению на затертых комиков-евреев, которые, проживая в нашей русской стране, питаясь трудами нашего русского народа, находясь под его защитой, считают отчего-то для себя уместным мерзко потешаться над нашими русскими, согласен, далеко не лучшими, но все-таки нашими русскими национальными пороками».

Лысенко предлагал решить проблему так: «настоящие» евреи, которые сознают себя евреями, говорят на своем языке, могут оставаться в России, учить иврит, ходить в синагогу и жить под присмотром посольства Израиля. Плохие евреи, которые называют себя русскими, пытаются ассимилироваться, или должны стать настоящими евреями, или лишиться российского гражданства.

Забавным образом Николай Лысенко считал, что России на Ближнем Востоке следует ориентироваться не на арабские страны, которые все равно предадут и переметнутся к США, а на «национально-консервативный Израиль», который мог бы «стать новым партнером России в Средиземноморье».

СИОНИСТЫ, ЕВРЕИ И ЖИДЫ

Никто из любителей еврейской темы не желает, чтобы его называли антисемитом, видимо понимая, что в этом есть что-то пакостное, вроде признания в дурной болезни.

Даже в суд подают, когда их именуют антисемитами, хотя казалось бы, что обижаться на констатацию факта? Если уж люди взялись бороться с евреями, так чего же отнекиваться?

Они, как Чапаев, который не смог ответить, за коммунистов он или за большевиков, всякий раз утверждают, что выступают только против «сионистов», но не против евреев.

В «Нашем современнике» по поводу и без повода «врагов России» именуют «сионистами», видимо плохо представляя себе значение этого термина.

Сионисты — люди, считающие, что все евреи должны вернуться на историческую родину, а не стараться ассимилироваться в странах, куда их привело изгнание. До момента возвращения в Палестину они должны избегать всякого участия в политической или иной жизни страны, их приютившей.

Понятие же «сионизма» в представлении наших профессиональных патриотов так широко, что в него входят не одни только евреи, но и демократы с либералами, но и все «оккупационное правительство скрытого еврея Эльцина». У них и Горбачев еврей, и Ельцин, как и все остальные политические противники.

Впрочем, появляются и более откровенные авторы, особенно в «Молодой гвардии». Этот журнал попроще, для совсем уже невзыскательной аудитории, которой можно рассказать, что евреи, Троцкий, масоны и Гитлер были союзниками в борьбе против России («Мировые темные силы», № 1/1993).

Молодогвардейцы и без сионистов обходятся. Ш. Русаков писал в статье «От русофобии к евразийству» («Молодая гвардия», № 3): «Иудей, или в традиционом русском просторечии — жид...»

И дальше уже пользуется только этим термином: «Жид может знать национальный язык другого жидовского этноса, входящего в мировой «жидовский супер-этнос». Например, жид может прозываться хазарином... Он может быть просто восточно-европейским жидом...»

«Молодая гвардия» долго уверяла читателей, что непоколебимо стоит на коммунистических позициях. Потом бывший журнал ЦК комсомола стал рекламировать себя иначе:

«Опыт дальних и ближних пращуров, святые чаяния отцов и дедов, ревнителей державного могущества, славянского единения — тот целительный, не замутненный источник, к которому зовет «Молодая гвардия» (№ 4/1993).

Тексты в незамутненном источнике довольно однообразные: «Когда же кончится сионистская оккупация нашей страны и уничтожение патриотов?»

«Хорошо хоть, я прозрела благодаря вам. От «работы» хазар-сионистов остается чувство гадливости. Я уже год ТВ практически не смотрю».

«Внимательный анализ последних заявлений и действий российского президента Ельцина ясно показывает, что демократия в нашей стране развивается во многом по схеме, разработанной еще в конце XIX века в знаменитых «Протоколах сионских мудрецов» (№ 8/1993).

Авторы «Молодой гвардии» постоянно ссылаются на «Протоколы сионских мудрецов». И вот, не выдержав, журнал в десятом номере печатает эту фальшивку целиком.

МИТРОПОЛИТ ЛЮБИТ ПЕЧАТАТЬСЯ

Мирскую борьбу с «сионизмом» подкрепляют рассуждения некоторых церковных иерархов. В 1993 году ее возглавлял митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Иоанн, который успевал публиковаться во всех интересующихся еврейской темой журналах.

В «Москве» он напечатал «Самодержавие духа. Очерки становления Святой Руси». В «Нашем современнике» — «Торжество православия. Очерки русского самосознания». И в «Молодой гвардии», которая только что была цитаделью безбожного коммунизма, тоже нашлась статья митрополита Иоанна с обличением стремления иудаизма к мировому господству и с обличением сатанинских сил (№ 1).

Иоанн писал о «религиозной войне, которую вот уже два тысячелетия упорно и непрерывно ведет иудаизм против Церкви Христовой».

Православие учит служению ближнему своему, объяснял митрополит Иоанн, иудаизм — господству над окружающими людьми. «Иудей не имеет никаких нравственных обязательств перед иноверцем. Понятия справедливости и милосердия, честности и благодарности, с этой точки зрения, неприменимы к христианину или мусульманину, ибо они, строго говоря, не могут даже считаться людьми...»

Митрополита поддержал «Наш современник» (№ 4/1993):

«Неверующее и воинствующее иудейство непрерывно подкапывает и взрывает всю мировую историю. По Апокалипсису последняя должна быть всецело христианской, а фактически выходило, что она постоянно разрушается и тиранически заменяется победоносно-иудейской».

Митрополит Иоанн цитировал воспоминания товарища обер-прокурора Священного синода князя Жевахова, изданные в эмиграции: революция 1917 года была не классовой борьбой, а «циничной откровенной борьбой жидовства с христианством, одна из тех старых попыток завоевания мира, какая черпала свои корни в древнеязыческой философии халдейских мудрецов».

Исторические изыскания митрополита подкрепляет «Молодая гвардия», которая выяснила, что упоминаемое в сказках злое чудовище Чудо-Юдо на самом деле иудейского происхождения:

«В Средневековье слово «чудо» иногда употреблялось в значении «чудовище», «исполин», а знакомство с иудейской Ха-зарией непрерывно рождало ассоциацию Юдо—Иуда. В таком восприятии Чудо-Юдо переводилось как исполин (каганат), принявший воззрения иудаизма» («Чудо-Юдо и русская история», № 1).

Многие из этих грандиозных идей вовсе не изобретены авторами московских журналов, а почерпнуты за рубежом, так сказать, импортированы в Россию.

Американский профессор Уолтер Лакер, исследуя истоки гитлеровской идеологии, отмечает рсшь русских эмигрантов, которые подарили раннему немецкому национальному социализму «Протоколы сионских мудрецов».

Потом немцы с лихвой вернули этот долг. Но не только немцы. По всему миру существуют профессиональные антисемиты, которые в силу той или иной причины посвятили себя борьбе с евреями («мировым еврейским заговором», «сионистской опасностью» и так далее).

«СПОР О СИОНЕ»

Журнал «Наш современник» в 1993 году в нескольких номерах под рубрикой «Поиски истины» опубликовал большой труд «Спор о Сионе. 2500 лет еврейского вопроса».

Автор труда Дуглас Рид представлен в журнале как «один из ведущих корреспондентов мировой печати», «писатель мировой известности», чьи «книги расходились во многих тысячах экземпляров». Он был «широко известен целой армии читателей и почитателей».

Чем же заинтересовал труд покойного англичанина редакторов «Нашего современника»?

В книге Рида классический набор антисемитских обвинений:

«Роль еврейского руководства на всем протяжении истории всегда была, и не могла не быть иной, как разрушительной. В жизни нашего поколения XX века его разрушительная миссия достигла своей наибольшей силы, приводя к результатам, которые полностью еще трудно предвидеть».

«Третья русская революция закончилась величайшим иудейским триумфом и совершенно небывалым разгулом еврейской мести. Ни в Ветхом Завете, ни в позднейшие времена не было ничего ей подобного, и она была подготовлена, организована и направлена евреями, выросшими в областях талмудистского гетто. Это — исторический факт, достоверный и неопровержимый, наиболее значительный во всей многовековой истории Сиона, делающий понятными события прошлого и дающий ключ к пониманию будущего».

Я обратился за справками в Институт современной истории в Англии. Лондонские историки и британские неонацисты из Национального фронта — единственные соотечественники Дугласа Рида, которые помнят его антисемитские сочинения, хотя он умер совсем недавно — в 1976 году.

АНГЛИЙСКИЙ НАЦИСТ

Дуглас Рид перед войной был корреспондентом «Таймс» в Берлине и в Вене. Дуглас Рид был сторонником Отто и Грегора Штрас-серов, соперников Гитлера по борьбе за власть внутри национал-социалистической партии. Он написал две книги о Штрассерах (1940, 1953), перевел и издал со своим предисловием книгу самого Отто Штрассера (1940).

Он считал, что Гитлер извратил первоначальные христианские основы национал-социализма. Он называл Гитлера предателем и ренегатом. Он считал коммунизм и гитлеровский национальный социализм извращением подлинного национального социализма, главное в котором — «религия, патриотизм, достоинство и честь». Рид полагал, что для Германии лучше всего было бы заменить Гитлера маршалом Герингом как выразителем интересов правящего военного класса*

В Англии Дугласа Рида именуют просто фашистом. Рид придумал концепции, которые теперь повторяют российские профессиональные антисемиты. Рид, скажем, первым написал, что единственные антисемиты, которые ему известны, это сами евреи, поскольку они изгнали семитов-арабов из Палестины.

Игорь Шафаревич ставит в заслугу литературоведу Вадиму Ко-жинову разработку идеи о том, что самым тяжелым игом для России было не татаро-монгольское, а хазарское. А хазары-то были иудеями...

Идея эта одна из самых популярных в известных кругах.

В августовском номере журнала «Москва» митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Иоанн так писал о двух главных целях политики хазарского каганата:

«Ближайшей являлось всемерное политическое и военное ослабление русского государства... Конечной же целью было разрушение Киевского славянского княжества с последующим включением его земель в состав каганата или создание еще одного иудаизированного, подобно Хазарии, государства на торговом пути «из варяг в греки». Такой исход сделал бы евреев финансовыми и торговыми господами всего евроазиатского пространства — от границ Китая до Пиринейского полуострова... Под мощным воздействием хазарских евреев Русь разваливалась на глазах, превращаясь в вассала иудейского каганата...»

Эта грандиозная, но нелепая для профессиональных историков идея тоже почерпнута из трудов Дугласа Рида, который придумал, что европейские евреи — потомки жителей Хазарского каганата, принявшего иудаизм.

Раскрывая очередной номер «Молодой гвардии» или «Нашего современника», читатель восхищается: молодцы авторы, откопали историческую правду. Увы, наши авторы только повторяют зады Рида...

КОМПЛЕКС НЕПОЛНОЦЕННОСТИ

После войны Дуглас Рид переселился в Южно-Африканскую Республику, которую считал последним бастионом белой европейской цивилизации.

Книга «Спор о Сионе» была опубликована в Южной Африке через два года после смерти Рида. По мнению британских историков, в этой книге взгляды Рида на евреев уже мало чем отличаются от взглядов Гитлера.

Книги такого рода можно было бы уже и не переводить. Все эти материи успешно освоены отечественными авторами. Но иностранные имена придают отечественному антисемитизму желанную респектабельность. Ненавидящие Запад русские антисемиты на самом деле страдают комплексом неполноценности по отношению ко всему иностранному.

Столпы отечественного антизападничества ездят за границу с кипятильниками, чтобы не потратить зря не одного драгоценного доллара, прикупить для жены и для дома побольше того, что произведено на бездуховном Западе. Они же выискивают иностранных авторов, которых можно представить в России солидными, серьезными исследователями.

Так появились в России книги Григория Климова. Две его книги — «Протоколы красных мудрецов» и «Князь мира сего» выпущены журналами «Кубань» и «Молодая гвардия».

Авторы предисловий уверяют, что книги бежавшего на Запад в 1946 году Климова — бестселлеры и что их печатал аж сам журнал «Ридерз дайджест». Это такая же липа, как и мифическая слава Дугласа Рида.

КНИГА НАШЛА СВОЕГО ЧИТАТЕЛЯ

Книга Дугласа Рида «Спор о Сионе» вышла также и в альманахе «Кубань» и нашла своего читателя, хотя она слишком западная для отечественного профессионала-антисемита.

В журнале «Молодая гвардия» (№ 9/1993) опубликовано характерное письмо Анатолия Василенко «Что нам спор о Сионе»:

«Книга Дугласа Рида отмечена сильным влиянием еврейской культуры, хотя автор и стремится дискредитировать ее с нравственной точки зрения... Фактически две с половиной тысячи лет мирового развития объясняются исключительно происками касты еврейских жрецов и их наследников... Следовательно, книга Д. Рида не учит читателя мыслить, а вырабатывает у него привычку маниакально интересоваться одними евреями. Получается результат, обратный стремлениям автора».

Западный автор, несмотря на весь его антисемитизм, показался некоторым нашим соотечественникам слишком либеральным. Об этом в другом номере той же «Молодой гвардии» в письме читателя под названием «Звезда Ротшильдов снова над Россией» (№ 2):

«Книга Рида поразила нас описанием организованной мощи еврейского народа, его необычной античеловеческой истории в сочетании с чудовищной изобретательностью в достижении своих более чем сомнительных эгоистических целей».

Но читатель не полностью удовлетворен Ридом — англичанин не сумел выявить силу, которая осуществила все революции в мире и которая руководила и США, и СССР и возглавляла КПСС. Но ответ есть — он в книге «Красная симфония», отрывки из которой опубликованы в самой «Молодой гвардии».

Вся власть в мире, оказывается, была сконцентрирована в руках банкирского дома Ротшильдов, который и создал Интернационал, чтобы им управлять.

«Политическая карьера Троцкого началась с удачной женитьбы на Седовой, дальней родственнице Ротшильдов... К Троцкому тянутся нити убийства в Сараеве, спровоцировавшего Первую мировую войну. Это за деньги Ротшильдов были доставлены в запломбированном вагоне в Россию известные революционеры; это за эти же средства маленькая партия большевиков превратилась в крупную и влиятельную партию России, это ради Троцкого убили Ленина, устроив знаменитое «завещание вождя», которое должно было удалить с политического горизонта Сталина и передать всю полноту власти в России Троцкому...

Мы получаем поистине потрясающую картину современной управленческой структуры мира. На вершине финансовой (абсолютной!) власти — прямой наследник старого Ротшильда, чуть ниже — пять прямых наследников-братьев, владеющих, очевидно через подставных лиц, крупнейшими транснациональными корпорациями и банками.

Еще ниже — масонская, сионистская и другие международные организации, руководимые ими; Международный валютный фонд, промышленно-финансовые объединения Рокфеллера, Форда, Оп-пенгеймера, Лазара и других миллиардеров, то есть финансовый интернационал.

Еще ниже — президенты и премьеры различных стран, министры, коммунистические, демократические, республиканские лидеры, академики, ООН, крупные издатели; а в основании этой пирамиды — мелкие бизнесмены, отдельные политические деятели, журналисты, писатели, биржевики, менеджеры, лавочники, лоточники и связанный с ними криминальный мир. И все это скреплено единой идеей, с помощью денег управляется одной волей...

Ротшильдовские структуры в сегодняшней России вышли из подполья. Поддерживаемые западными собратьями, они чувствуют полную безнаказанность и успешно ведут Россию к вымиранию от нужды, голода и холода... Огромная семья гениальных братьев раковой опухолью умертвляет мир. На совести этой фантастически преступной семьи кровь нескольких революций, двух мировых войн, а сегодня — кровь жертв национальных и иных конфликтов в России. Им нет и не может быть прощения...»

Читатели «Молодой гвардии» жадно глотают такие безумные тексты, находя в них подтверждение собственным подозрениям. Вокруг каждого из изданий такого рода образовался круг постоянных авторов и читателей, озабоченных еврейской темой. Самые агрессивные из них собрались осенью 1993 года в Белом доме.

Поразительно, что в одном политическом лагере оказались антикоммунистический «Наш современник» и прокоммунистическая «Молодая гвардия». Направления этих журналов были противоположны во всем, кроме «еврейского вопроса». Этого оказалось достаточно для того, чтобы выступать единым фронтом.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.