Сергей Абаимов СВАДЬБА

Сергей Абаимов

СВАДЬБА

На улице шёл снег. Крупные редкие снежинки кружились в свете фонарей и падали на мокрый асфальт. Яркие огни машин слепили на мгновение и исчезали во мгле зимнего вечера. Он поцеловал Эйрин и заботливо поправил на ней вязаную шапочку.

— Ты не замёрзла, любимая? — спросил он.

— Нет, дорогой. Здесь так хорошо после ресторана, после шумных, но надоедливых гостей. Давай не будем брать такси? Давай немного погуляем?

Он взял ее под руку, и они пошли по чёрному, сверкающему отражёнными огнями тротуару. Это был самый счастливый день в его жизни. Эйрин шла рядом, её тонкая изящная руки лежала на его руке, высокие каблучки цокали по асфальту. Ещё вчера они были чужими, а сегодня она стала его женой.

Налетевший порыв мокрого ветра закружил и бросил им в лицо снежинки.

— Ты не замёрзла, дорогая? Сегодня холодно, снова спросил он. Остановился, поправил воротник её пальто и, не удержавшись, вновь поцеловал.

— Нет, мне так хорошо с тобой! — её глаза ласково смеялись и просили нежности.

Они дошли до его дома и поднялись по лестнице на второй этаж.

— Теперь это и твой дом, любимая, — произнёс он, распахивая дверь своей квартиры. Она вошла и несмело огляделась.

— Здесь так уютно! — произнесла она.

Он снял с неё мокрое пальто, отряхнул его и повесил в прихожей. Потом обнял её плечи в подвенечном платье и повёл в гостиную.

— Ты хочешь что-нибудь съесть, дорогая? — спросил он, с некоторой тревогой открывая холодильник.

— Нет-нет, я так наелась в ресторане, на неделю вперёд.

— Выпьешь что-нибудь?

— Разве что чуть-чуть.

Он достал две маленькие хрустальные рюмки и налил в них немного лучшего коньяку из своего бара.

Они чокнулись и выпили.

— Ой, как крепко! — сказала она, чуть пригубив рюмку. — Но так вкусно! Что это?

— Коньяк из южной Франции. Семилетней выдержки, — он пододвинулся к ней и поцеловал в доверчиво раскрывшиеся губы.

— Дорогая, я так тебя люблю… — произнёс он, обнимая её, целуя её глаза, губы, шею.

— Подожди немного, милый, — попросила она, часто дыша. — Мне нужно поправить макияж. Только одну минуту!

— Хорошо, дорогая, — он выпустил её из своих объятий, и она ускользнула в ванную комнату.

Он налил себе ещё коньяку, медленно, чувствуя вкус, выпил и поднялся с дивана.

Дверь ванной комнаты была распахнута, Эйрин неподвижно стояла у умывальника, и к её спине шёл от розетки витой чёрный провод.

— Ты робот?!! — выдохнул он.

— Да, дорогой, ты что-нибудь имеешь против?

— Нет-нет, — поторопился он заверить её, вспомнив недавно принятый закон о запрещении дискриминации роботов. — Вот только… Я всегда хотел иметь детей.

— Не волнуйся, дорогой, — она ласково улыбнулась ему. — В меня вживлена генная информация, и я сама могу выносить ребёнка. У нас с тобой будут очень красивые дети. Ведь ты такой сильный и симпатичный!

— А, ну тогда всё в порядке, — он тяжело вздохнул и натянуто улыбнулся.