Чиновник

Чиновник

Довольно долго войну Алексея с корпорациями СМИ называли борьбой миноритарного акционера за свои права. Понадобилось два года, чтобы всем – и читателям его блога, и журналистам – стало ясно, что это всего лишь одно из описаний нового этапа деятельности политика Алексея Навального. В его стратегии мало что изменилось со времен «Комитета защиты москвичей»: он так же брал кажущуюся частной проблему, политизировал и придавал ей общественное звучание. Постепенно политизированных проблем накопилось так много, что стало возможным предложить способы борьбы не с их последствиями (посадить воров в тюрьму), а с причинами (как сделать так, чтобы не воровали).

Весной 2010-го Навальный с помощью добровольных экспертов сформулировал несколько идей, часть из которых год спустя отлилась в президентские инициативы по борьбе с коррупцией. Среди них были и обеспечение доступа миноритарных акционеров публичных компаний к информации об их деятельности, и изгнание членов правительства из советов директоров госкомпаний, и обязательная публикация результатов проверки жалоб на коррупцию. Ссылки на их вдохновителя от президента, правда, не последовало.

В конце концов, всем стало понятно то, что знал г-н Сурков давным давно: политики в действиях Навального намного больше, чем в воскресном «Времени» или в «Вестях недели». Превратившись в «несистемного» политика № 1, Алексей стал в каком-то смысле властителем дум, про него даже стали сочинять анекдоты (например, что Путин и Медведев сядут и договорятся, а Навальный договорится и сядет). Но реальной власти это ему никакой не дало: в России к ней относятся серьезно и не отдают в чужие руки. Однако благодаря его другу Никите Белых еще в начале 2009 года ему представилась возможность ее слегка пощупать.

Осенью 2008-го было объявлено о роспуске «Союза правых сил» и создании из него и пары других партий (политическую идеологию которым заменяло маркетинговое позиционирование) «Правого дела». История получилась долгоиграющей и скандальной: сперва говорили о том, что СПС станет основой для объединения «несогласных» либералов, а после возник спродюсированный в Кремле сценарий учреждения «Правого дела» – «системной» либеральной партии, которой так не хватало для украшения российского политического ландшафта.

Процесс создания новой партии сильно напоминал допэмиссию с размыванием доли основных акционеров. Сама она была после этого помещена в политический депозитарий, чтобы к выборам 2011 года заменить «Справедливую Россию» в роли спарринг-партнера для «Единой России». Многие эспэсовцы, не захотевшие превращать политику в бизнес, остались за бортом. В «Правое дело» не пошел даже Егор Гайдар, инициатор создания и идеолог всех его прототипов. Тихо и с достоинством удалился председатель СПС Никита Белых, заявивший, что не видит для себя места в кремлевском проекте. Коллеги по либеральному лагерю, потерявшие в результате ликвидации СПС последнюю надежду получить законную площадку для участия в выборах, наградили его в этой связи сдержанными аплодисментами. Однако спустя считаные дни начали циркулировать слухи, что Белых обменял кресло председателя на пост губернатора.

Навальный, живо участвуя в начавшемся в ЖЖ бурлении, до поры не высказывался по существу, предпочитая иронизировать над всеми сторонами. Но через день после внесения президентом имени бывшего председателя СПС на утверждение в Законодательное собрание Кировской области ему пришлось это сделать.

NAVALNY.LIVEJOURNAL.COM:

Я какбе Никиту клеймлю, но в отличие от других ни капли не удивлен. Белых стал губером потому, что никогда особо оппозиционером-то и не был.

Я переживал за Белыха, когда видел, что его участью может стать сидение на бесконечных совещаниях в компании сбитых летчиков и плетение увлекательных интриг: надо перетереть с группой немытых делегатов съезда, чтобы они скооперировались с группой в драных пиджаках для противостояния с группой нечесаных делегатов, потому что нечесаные блокируют меня в политсовет. Если все получится, то именно я, а не кто-то другой, буду обсуждать важнейшее заявление о поддержке Грузии в компании Юрия Самодурова.

Ну, видимо, сам Белых тоже переживал и не хотел себе такой участи)))

Это не сейчас Никита кого-то предал подставил продал. Это когнитивный диссонанс случился с ним, когда он влез во все эти Солидарности и еще раньше, когда, приехав в Москву, он зачем-то спутался со всей демшизовой бандой. Даже не демшизовой (чтобы не обижать честную демшизу), а с той, которая вроде как демшизовая и любит потрещать про «нерукоподатность», а на самом деле продается оптом и в розницу.

Белых из таких чуваков, которые считают, что можно привести страну к демократии путем строительства моста через реку Каму. Ну, вот пусть и строит свой мост.

Из беседы с Алексеем Навальным:

«…С Никитой мы часто общались, ему была интересна моя миноритарная деятельность. Конечно, когда пошли разговоры, что он может стать губернатором, мы это тоже обсуждали. Но я не очень верил. С моей стороны это выглядело так: ха-ха, хи-хи, губернатор! Казалось, что он выдает желаемое за действительное. А потом оказалось, что это правда.

Ему нужна была команда, и он сказал – приезжай, будешь советником, поможешь разобраться, что происходит с собственностью, управлением акциями, которые принадлежат области. Я практически сразу согласился, потому что, что бы ни говорили, это возможность, это опыт, получить который мечтает (или должен мечтать) каждый политик. Надо ведь понимать, что на Белых смотрели и ждали, что он ошибется, типа вот вы либералы все говорите, а попробуйте что-нибудь сделать. Хотя назначали его, конечно, не с этой целью. Было понятно, что он будет эффективен не меньше других, у него уже был опыт управления регионом, где он хорошо себя показал. В общем, приехал туда десант. Кто-то был из Перми, кто-то из Москвы. Я приехал на Рождество и в итоге провел там целый год, вторую половину года с семьей.

То, что Никита начал именно с формирования собственной команды, было совершенно правильно. Думаю, тех, кто не справится, он просто не приглашал. Нужно понимать, что в каждой области власть обрастает обычаями, родственными и дружескими связями, поэтому какие-то вещи, которые можно элементарно исправить, исправить невозможно в силу сложившихся обстоятельств: нужно убрать Ивана Ильича, а он Заслуженный тренер России, к тому же его жена работает в налоговой, и их неудобно обидеть, потому что ты его много лет видишь каждый день, ходишь с ним на рыбалку и тому подобное. Когда приходят новые люди, у них есть полгода на то, чтобы это сделать, потому что они еще не обросли этими связями, не ходили ни к кому на дни рождения, не крестили ни у кого детей. Здесь не нужно все разодрать и разорвать и устроить мегареформы. Нужно всего лишь сделать очень простые вещи, которые все всегда хотели сделать, но не могли по субъективным причинам. Белых это прекрасно понимал и смог обойтись без революций.

Несмотря на то, что я работал внештатно, меня в области довольно скоро узнали. Дело в том, что пока там менялись губернаторы, некие предприимчивые люди решили провести дополнительную эмиссию акций спиртоводочного завода, а это, между прочим, крупнейший налогоплательщик в Кировской области. Администрации принадлежало 25 %, и их хотели размыть. Нам удалось это заметить и отменить. И кировские СМИ начали писать, какой Навальный молодец, хотя этим занимались несколько человек, это не только моя заслуга…»

В течение года Навальный вникал в работу кировских предприятий, искал пути оптимизации их деятельности и борьбы с коррупцией. Мария Гайдар вспоминает, что именно в этом была его главная функция: фактически он был аудитором губернатора, которому тот мог доверять. Довольно скоро работа перестала его радовать; всегда острый на язык он даже перестал шутить. Система организации власти и управления собственностью его явно не устраивала, но чтобы ее изменить, ее надо было разрушить; полномочия советника этого, конечно, не предусматривали. Главным опытом вхождения Навального во власть, по мнению Гайдар, стало понимание того, что невозможно что-то радикально изменить, находясь внутри и оперируя частностями.

Из беседы с Алексеем Навальным:

«…Мне было очень любопытно изнутри изучить, как работает наша власть. Посмотреть взаимосвязи между региональными и федеральными органами, между региональными и муниципальными, как осуществляется коммуникация, где формируется запрос на те или иные решения. Как оно все устроено. В общем, увидеть собственными глазами, на самом ли деле оно так, как про это говорят. Действительно ли никто ничего не делает и все воруют.

Очень скоро оказалось, что вот как люди про это думают, именно так оно и есть. Нельзя сказать, что чиновники ничего не делают – они ходят каждый день на работу. Просто большинство вещей, которыми занимается власть, совершенно бессмысленны. 90 % времени они сидят на совещаниях. Причем эти совещания никому не нужны. Самая большая проблема нашей власти, которую я увидел, или самая большая проблема населения, смотря с какой стороны посмотреть, – это то, что она бесполезна.

Главный вывод, который я сделал: если в понедельник всех, кто пришел на работу в здание администрации Кировской области, забрали бы на Луну или они бы испарились, то в течение довольно долгого времени этого бы никто не заметил. Никто не стал бы жить хуже, наоборот, стало бы даже лучше. По-прежнему бы открывались школы и магазины, поступала бы горячая вода, все бы прекрасно работало без них. Это такая самозанятость.

Я ни капли не преувеличиваю, это буквально так. И это не значит, что так только в Кирове. Оно так везде. У любого чиновника есть только две мотивации: это деньги для себя и своих бизнесменов либо расширение и охранение своих полномочий. Все, что делается, делается для достижения одной из этих двух целей, или обеих сразу. Ты пытаешься у кого-то что-то отгрызть, а они у тебя отгрызают, ты отбиваешься. Парк Юрского периода. Постоянный конфликт между ведомствами. Они наехали на твоего бизнесмена, ты наезжаешь на их бизнесмена. Те, кто принимают решения, занимаются этим, а все остальные обслуживают этих людей. Поэтому властный сигнал не выходит даже за пределы комнаты. Все посовещались с губернатором, что-то решили, вышли и забыли.

Для меня было откровением, что губернатор в нашей системе власти – это не очень большой начальник. Мэр Москвы, конечно, большой. Но средний губернатор – это человек, которого все шпыняют, любой вшивый замминистра. Это какая-то мелочь пузатая, особенно если речь идет о дотационном регионе. Задача губернатора – ездить и выпрашивать федеральных денег, возить им какие-то грибочки, подарки, обслуживать их интересы, организовывать охоту. Работать снабженцем. В рамках своих полномочий он может сделать себя божком, но единственный его рычаг – когда федералам что-то нужно из того, что в его компетенции, он начинает торговаться.

40 % времени губернаторы сидят на бессмысленных федеральных совещаниях. А кроме того, у них огромное число ритуальных обязанностей, когда они должны физически олицетворять власть – школу открывать или что-то посещать. Это еще 40 %. На сколько-то процентов они организуют собственные бессмысленные совещания: антитеррористическая комиссия, комиссия по свиному гриппу, по пожарам…

Например, Маша Гайдар. Она была заместителем губернатора. Ее постоянно заставляли участвовать в селекторных совещаниях. Все свое заместительство она просидела на этих совещаниях, которые проводил Минздрав. Они никому не нужны, пользы от них ноль, они отнимают время и деморализуют людей. Но любой замминистра будет очень ругаться – если он проводит совещание, то должен сидеть замгубернатора. Она курировала социальное развитие, здравоохранение и занятость, и каждый начальник из Москвы, который за это отвечает, проводит эти совещания чуть ли не каждый день.

Каждый регион уйму времени по видеосвязи рассказывает про свои дела. Каждый – от ведущего и до последнего участника – понимает, что это бесполезно и никому не нужно, иллюзий ни у кого нет. И тебя тоже никому не интересно слушать. Но так положено. Все вопросы решаются в Москве, и им нужна галочка, что они провели очередное совещание. Поэтому ты будешь делать то, что им взбредет в голову…»

NAVALNY.LIVEJOURNAL.COM:

Сижу на аппаратном совещании правительства Кировской области… Уже больше двух часов…

убейте меня… убейте меня…

убейте меня… убейте меня…

убейте… меня меня….

убейте меня…. убейте меня….

убейте меня………..убейте меня….

убейте меня…..убейте меня….

убейте меня…… убейте меня….

убейте меня…. убейте меня….

убейте меня…. убейте меня….

убейте меня…. убейте меня….

убейте меня…. убейте меня………. убейте меня….

убейте меня…. убейте меня….

убейте меня. убейте меня….

убейте меня…. убейте меня….

убейте меня………. убейте

меня…. убейте меня…. убейте

меня…. убейте меня………

убейте меня…. убейте меня..

убейте меня…. убейте меня..

убейте меня…. убейте меня..

убейте меня…. убейте меня..

убейте меня…. убейте меня..

убейте меня…. убейте меня..

убейте меня…. убейте меня..

убейте меня…. убейте

меня………. убейте меня…

убейте меня…. убейте меня..

убейте меня…..убейте меня.

убейте меня…. убейте меня..

убейте меня…..

Восхищен Белыхом, который умудряется ещё и вылавливать смысл из этой всей лабуды, и даже задавать вопросы. Хотя, возможно, это его робот-двойник. Человеку такого не выдержать.

Из беседы с Алексеем Навальным:

«…Мой любимый пример, который Белых очень не любит.

Я решил провести в здание правительства Wi-Fi. Идет заседание правительства, сидит пресса, а Интернета нет, очень неудобно. Даже из Кремля нам показывают червяков. А здесь нет. В результате я организовал четыре совещания. На всех этих совещаниях был губернатор. Каждый раз мы принимали решения. Но Wi-Fi мы так и не сделали. Есть люди, которым просто неохота это делать, несмотря на то, что они подчиняются губернатору. Сначала они говорят, что это очень дорого. Тогда я выясняю, что у нас безлимитный Интернет, цена здесь ни при чем. Тогда они говорят: а вот, нам запретило ФСБ. Но если на соседнем здании установят мощный передатчик, на этом вашем секретном этаже будет все работать. Мобильный Интернет здесь работает уже сейчас, независимо от вашего дурацкого ФСБ и инструкций. Нет, говорят, мы должны сделать запрос. Когда Медведев собирался в Кировскую область, приехали люди и сказали: чтобы Wi-Fi был! И тогда все сделали за сутки! А когда он уехал, демонтировали.

Есть, конечно, губернаторы, которые начинают стучать кулаком и всех увольнять. Но практика показывает, что такие губернаторы долго не задерживаются. В рамках системы ручного управления сделать невозможно ничего. Поэтому не удался ни один национальный проект. Есть главный федеральный инспектор, федеральная милиция, ФСБ, другие федеральные органы. Их всех поощряют конфликтовать с губернатором и друг с другом. Им указаний дать нельзя. Уволить их тоже нельзя. С ними можно только разруливать. Нужна им пристройка – они приходят к тебе за разрешением. Нужно решить какой-то личный вопрос – они идут к тебе. Тебе что-то нужно от твоего местного чиновника из Росимущества? Ты ждешь, пока к тебе обратится с просьбой министр из Москвы. Его родственнику, например, нужно согласовать стройку. И вот тогда ты ему говоришь: хорошо, но за это сделайте нам то-то и то-то. Вроде, ты это делаешь не для себя, а исключительно из интересов области, но ты вовлекаешься в коррупцию. Именно с этого она и начинается. Пусть даже и ради хороших вещей. Факт заключается в том, что все чиновники, все губернаторы вовлечены в ежедневную коррупцию, чтобы помогать своей области. Но сегодня они вовлечены, чтобы делать хорошие дела, а завтра они начинают делать немножко для себя. И в результате ничем, кроме этого, никто не занимается.

Изменить это одновременно легко и просто. Ничем иным, кроме как голой политической волей высшего руководства, реформировать это нельзя. Первые 20 человек, а конкретно Медведев должен не быть плюшевым медвежонком с айпадом, не бояться Путина, а проявить волю. Далеко ходить не нужно. Дело Магнитского. Ведь все уже давно понятно, даже известно, кого надо арестовать. Или дело ВТБ – арестовать завтра всех, сделать показательную порку! Или дело „Даймлера“ – все доказано. Но система ручного управления не способна решать эти задачи. Она для этого не приспособлена. А тем, кто ее создавал, это и не нужно, у них другие цели. Эта система власти на низовых уровнях реформированию не подлежит. Все идеи о том, что приходит команда умных и хороших ребят с губернатором, его помощники и советники, совершенно наивны. Реформировать можно только сверху. Если ты будешь на своем примере показывать, что ты не вовлечен в коррупцию, и не будешь заставлять людей заниматься всякой фигней, они будут нормально работать.

Когда Медведев говорит про децентрализацию власти, это совершенно верно. Каждый раз, когда меня спрашивают, что они должны сделать, я говорю: они должны начать делиться властью, в широком смысле слова – с прессой, с муниципалитетами, с общественными организациями, с губернаторами. Они нахапали себе полномочий, а справиться с ними не могут. Но в то же время отдать всю власть главам республик или губернаторам будет колоссальной ошибкой, потому что снова начнется сепаратизм.

Власть должна быть там, где люди живут, а именно в городах. Это мое твердое убеждение. Там и должны приниматься все важные решения – начиная от размера штрафа за парковку в неположенном месте и заканчивая распределением денег на здравоохранение. Никакого опасения, что начнется бардак, у меня нет. Например, в Америке каждый город может решить: у нас нельзя продавать водку. И запрещают! Люди начинают ездить в соседний город за спиртным, потому что так решило большинство. Захотело – и решило! А кто-то скажет: хотим, чтобы развивался бизнес. Они введут высокие налоги на имущество и низкий налог с продаж, и все начнут у них открывать магазины. А другие делают наоборот, чтобы был жилой район.

Другое дело, что это будет работать только в том случае, если прекратится узурпация власти, а именно: необходимо запретить снимать кандидатов на выборах под любыми предлогами, запретить отказывать в участии в выборах. Ситуация снятия должна быть исключена. Финансирование выборов должно быть облегчено. И ничего страшного в этом нет, нормальный активист или профсоюзный лидер легко выиграет на муниципальных выборах у любого богатея, потому что люди понимают, за кого они голосуют. Полиция подчиняется мэру, и все счастливы. И нужно начать выбирать шерифов, потому что это будут люди, которым доверяют. А если он что-то не так сделает, его не выберут, или приедут федералы и быстренько все зачистят. Конечно, люди хотят ощущать некую вертикаль, чтобы, если что не так, сразу навели порядок. Но это должно быть только по необходимости, если нарушен закон. Для меня это самая важная политическая вещь, которую необходимо сделать…»

NAVALNY.LIVEJOURNAL.COM:

Когда m_gaidar сказала, что вместе со Всемирным банком запустит программу местных инициатив в Кировской области, над ней все смеялись. Типа какой там Всемирный банк? Какие местные инициативы? Какие там сходы населения? Болтовня. Фантазии москвичей, не знающих сермяжной правды. В Боливии, может, и работает, а наши люди не поймут. Не знаете вы их. Давайте ничего не будем делать, а лучше намажем щеки свеклой, наденем валенки и завалимся на печь с хорошей толстой бабой.

Я пару раз съездил с Гайдар, как это называется, «в районы», и даже меня стали терзать смутные сомненья. Тяжело представить, что в поселении какого-нибудь Тужинского района (800 человек в трех усадьбах на расстоянии 5-10 км друг от друга) возможны сходы, обсуждения программы и (самое главное) правильное оформление документации. Но аццкое упорство и воля к победе сделали свое дело. Проект запущен. Люди на сходы ходят. Местная власть тему с удовольствием поддерживает, а не саботирует, как опасались.

Критики посрамлены.

Из беседы с Алексеем Навальным:

«…Я понимаю, что в нашей стране и у наших людей нет особых традиций самоуправления. Это, кстати, самый распространенный аргумент тех, кто говорит, что это не нужно или не получится. Да, это правда, опыт небольшой. Но разве это причина, чтобы ничего не делать? Мы живем не в семнадцатом веке, когда Рязань казалась другой планетой и непонятно было, как ею управлять. Есть опыт других стран, он доступен, результаты понятны. Не надо мерить людей по себе. Если вам в Москве все равно, что происходит в деревне на Урале, то людям, которые живут в этой деревне, не все равно. И они точно знают, как им лучше. Возьмем нашумевшую историю в Сагре, когда из деревни выгнали цыгана, который торговал наркотиками, а потом туда приехала целая банда кавказцев и устроила бойню. Если бы у них был свой шериф, то до этого бы просто не дошло. А теперь жители, которые не получили помощи от милиции и встали на защиту своих семей, обвиняются в преступлении.

Это очевидные вещи, я всегда был их сторонником, а в Кировской области получил хорошую возможность убедиться, что люди этого хотят и сами прекрасно справятся. У нас и при царизме, и при советской власти было, и сейчас никуда не делось такое отношение: есть государство, еще есть какая-то большая власть, а все остальные – это крепостные, которые живут для этого государства и для этой власти. О какой модернизации можно говорить, когда мы в самых основных вопросах живем по понятиям, которые устарели 100 лет назад.

Все должно быть наоборот. Власть должна быть для людей, а там, где это возможно, то есть практически везде, сами люди и должны быть властью…»

Данный текст является ознакомительным фрагментом.