«УПРАВЛЯЕМЫЙ ХАОС»

«УПРАВЛЯЕМЫЙ ХАОС»

«УПРАВЛЯЕМЫЙ ХАОС»

Антон Суриков

Антон Суриков

«УПРАВЛЯЕМЫЙ ХАОС»

КИРГИЗСКИЙ ВСАДНИК во дворце Акаева — нечто, еще невиданное на постсоветском пространстве. На первый взгляд, перед нами живое творчество революционных масс. Но на самом деле это и так, и, одновременно, далеко не так. Все происходящие в последнее время события конструируются единственной сверхдержавой — США — в определенном ранжире и направлении. Это неуклонное сжимание кольца вокруг остатков бывшей Советской России. Одновременно, применительно к Центральной Азии, это создание искусственного заповедника радикального исламизма для жесткого давления на геополитических конкурентов Америки: Китай, Иран и РФ.

Чем сложнее становится для США обстановка в Ираке, тем сильнее проявляется их революционное рвение на Северном Кавказе и в Центральной Азии. В тоже время Закавказье пока выпало из фокуса их внимания. Так, американцы согласились с переходом власти в Баку от Алиева-отца к сыну. "Бархатная революция" в Ереване также отложена до лучших времен. Применительно к Тбилиси США видят неспособность Саакашвили решить абхазскую и югоосетинскую проблемы. Неприятное впечатление на них произвело и убийство Жвании, которого начали было рассматриватья как альтернативу неуравновешенному "Мише". Поэтому активность США в Грузии пока ограничена давлением на предмет скорейшей ликвидации российских военных баз. А на Северном Кавказе, наоборот, активизация Вашингтона весьма заметна. Но не напрямую, так как это противоречило бы договоренностям на саммите РФ—США в Братиславе, а через Саудовскую Аравию, имеющую тесные идеологические связи с пришедшим на смену Масхадову шейхом Абдулхалимом — жестким сторонником продолжения джихада. Не исключено, что в ближайшие месяцы эта активность выльется в акции индивидуального или массового террора с целью дестабилизации нашей внутренней ситуации.

И всё же, в настоящий момент на первом месте в фокусе внимания Вашингтона на постсоветском пространстве оказалась Киргизия. Важную причину здесь следует искать в обострении американо-китайских противоречий. Пекин в последнее время активизировал свою политику на северном направлении. Об этом свидетельствуют его участие в экспроприации "Юганскнефтегаза", лоббирование строительства ответвления на Дацин от будущего нефтепровода на Находку, фиксация в соглашении о вступлении РФ в ВТО расширенной квоты на миграцию на наш Дальний Восток китайской рабочей силы. Одновременно Китай фактически дал карт-бланш КНДР на антиамериканский демарш в ядерной сфере, усилил политическую поддержку Ирана, принял закон, легализующий возможное военное вторжение на Тайвань. Всё это было крайне болезненно для Вашингтона, который, заручившись поддержкой Лондона, приступил к ответным действиям в Центральной Азии.

Как известно, Великобритания имеет сильные позиции на севере соседствующего с Киргизией Афганистана. В Кундузе расположен британский воинский контингент. Более того, англичане официально отвечают за борьбу с наркотиками на всей территории страны. Между тем, производство героина там с момента свержения талибов возросло, по данным ООН, примерно в сорок раз. Фактически британские спецслужбы в Афганистане занимаются "крышеванием" наркоторговли. Аналогична ситуация и на Памире, который сейчас полностью открыт для наркотрафика: недавно оттуда были выведены последние пограничники РФ, и единственной влиятельной силой там остается "Фонд Ага-Хана IV", штаб-квартира которого также расположена в Лондоне. Если в Оше и Джелалабаде и, более широко, во всей Ферганской долине и вокруг нее реальный контроль перейдет к "Хизб-ут-Тахрир" и в северном направлении хлынет поток беженцев, весь маршрут наркотрафика из Афганистана в РФ окажется открытым. А у нас, по данным ООН, уже более миллиона героиновых наркоманов, что в девять раз больше чем в 1995 году. Более того, через 3-4 года англичане вполне могут перенести производство опиума и героина непосредственно в Фергану. То есть, образно говоря, передвинуть "нарко-Афганистан" на 1000 километров на север.

В отличие от британских союзников цели американцев в Центральной Азии выглядят более размыто. Пожалуй, за исключением цели превращения Ферганской долины в полигон для отработки перманентной исламской социальной революции и плацдарм для ее экспорта в Казахстан и волжско-уральский регион РФ, где она должна соединиться с северокавказским джихадом. Еще одна видимая цель — перекрыть возможный транзит нефти из западного Казахстана в Китай. С другой стороны, не понятно, что будет при таком развитии с военными базами Запада в Ханабаде, Манасе и Кулябе. Правда, все эти объекты расположены далеко в стороне от эпицентра исламизма — Ферганы. Если США договорятся с местными кланами Киргизии, Таджикистана и Узбекистана о фрагментации этих государств, то теоретически базы могут быть удержаны. Однако рассчитывать, что хаос можно ограничить территориальными рамками, по меньшей мере, наивно. Также как и на то, что хаос не затронет Туркмению. Ведь, по ряду признаков, американцы всерьез собираются напугать Туркменбаши исламистами и добиться его согласия на размещение своих войск в этой богатой нефтью и газом республике. Случись такое, США вышли бы на Каспий с востока и замкнули бы кольцо окружения вокруг Ирана. Однако реализуемость подобного сценария сомнительна как ввиду ожидаемого противодействия того же Ирана, так и из-за невозможности контролировать радикальный ислам.

Так или иначе, американцы и англичане затеяли в Центральной Азии крайне опасную игру с джихадистами. Опасную не столько для них самих — они находятся слишком далеко, и даже не для Китая, сколько для нас. Между тем, на саммите в Братиславе Буш дал обещание не раскачивать внутреннюю ситуацию в РФ. Более того, после саммита от него последовало прямое указание американским спецслужбам "стучать" по конфиденциальным каналам в официальные структуры РФ на тех наших гражданах, кто, пребывая на Западе, ведет антикремлевскую деятельность. В особенности о тех, кто ищет контакты с Соросом и Березовским. Выходит, американцы обещают Кремлю одно, а делают другое. Либо администрация Буша уже не контролирует собственные спецслужбы. Что, впрочем, совсем неудивительно.