СЕВЕРОКАВКАЗСКИЙ ПРИГОВОР

СЕВЕРОКАВКАЗСКИЙ ПРИГОВОР

5 августа 2003 0

32(507)

Date: 06-08-2003

Author: Александр ГАМАЮН

СЕВЕРОКАВКАЗСКИЙ ПРИГОВОР

Путин с каждым днем всё меньше связан с Россией и ее жизнью. У Путина в Чечне мир, Кремль дружит с чеченской администрацией, отводит войска, передает местным властям власть, налоги, бюджет и оружие. А Россия несет огромные постоянные потери. Из Чечни, мирной по отношении к Кремлю, в Россию каждую неделю отправляются грузовики, легковушки и просто курьеры с сумками. И в кузовах, и в рюкзаках, отправляющихся с чеченской земли в Россию,— взрывчатка. В мирном Кремле готовятся к выборам, считают голоса на референдуме, предлагают Кадырову представлять страну в международных гуманитарных организациях. А Россия считает своих убитых. Потери от терактов близки к уровню потерь во время "активной фазы" антитеррористической операции. В бездарном МВД пересчитывают тонны взрывчатки в тротиловом эквиваленте. МВД успокаивает россиян, что шахидок из отряда "черных вдов" осталось уже только двадцать семь из тридцати. То есть впереди всего двадцать семь взрывов — не больше трехсот-четырехсот убитых в Москве и других городах, не больше полутора тысяч покалеченных. Сколько еще потом будет подготовлено Басаевым шахидок, власти "пока выясняют", наверное, своевременно предупредят. А сколько еще будет грузовиков с водителями-смертниками в белых рубашках и черными бородами, властям тоже пока неизвестно. Но это не больше тысячи убитых в среднем за год, что по кремлевским меркам и есть МИР в Чечне. И этот мир будет устанавливаться еще прочнее после выборов, когда у власти останутся лучшие друзья: Путин с олигархами в Кремле, Кадыров со своими приятелями с гор — в заново отстроенном новом здании администрации в Грозном.

Террористическая активность боевиков на порядок возросла именно в этом году, до 2003-го года такого вала терактов не было даже в сентябре 1999 года. Многие связывают такой резкий качественный рост террористических ударов по России с кремлевским объявлением мира. Именно отвод войск, вывод сил войсковой разведки из Чечни привел и к тому, что в частях и соединениях ничего не знают о ситуации в горах и аулах. МВД сегодня уже почти полностью сформировано из местных кадров. Приостановлены командировки оперативников из большой России в Чечню. А те, кого еще продолжает присылать Москва, не имеют никаких прав и возможностей для нормальной оперативно-розыскной деятельности. Так же самоустраняется от работы в Чечне ФСБ, больше занятая "террористками" из леворадикальных организаций. Конечно, своя рубашка ближе к телу, и взрыв-пакет у собственной приемной куда важней, чем какие-то теракты по всей стране.

Так или иначе, вся антитеррористическая деятельность теперь лежит на плечах местных силовых структур. А структуры эти зачастую комплектуются готовыми отрядами бывших боевиков. Террорист, спускаясь с гор, одеваясь в форму российской милиции, делает вид, что борется с терроризмом. Россияне каждый день боятся включать вечерние выпуски новостей, зная, что не сегодня-завтра — очередной теракт, и похороны, похороны…

В Кремле продолжают делать вид, что никакой войны нет. Против нас не громадная армия террористов, а малая кучка отморозков. Почему тогда громадная армия российских и легальных чеченских силовых структур не могут эту кучку отловить, уже десять лет зная этих отморозков в лицо, зная их повадки, места обитания, бизнесинтересы, размещение семей?

Это бессилие или нежелание? Прямое поражение перед террористами или ловкий маневр, в котором власть решила в очередной раз временно просто пренебречь интересами и жизнями россиян?

Министр обороны уверен, что госпиталь в Моздоке был взорван из-за того, что не было бетонных заграждений на подступах. Бетонные блоки, ворота и ежи с колючей проволокой там на самом деле были. Иванов уверяет, что если бы был еще один блок, то КамАЗ не доехал бы до здания. В министерстве, действительно, могут так думать, потому что через ворота их коттеджей и вилл еще ни разу не влетал груженный гексогеном автомобиль, — личного опыта нет. Поэтому министерская кара легла на плечи офицеров, которые уже который год подряд сидят на Северном Кавказе с нищей, слабовооруженной и плохо подготовленной армией. В эти "долбаные мирные времена" не смыкают глаз по ночам, ожидая атак, обстрелов или захватов наших солдат в плен. Виноватыми в проваленной работе спецлужб, милиции, прокуратуры, политической администрации Кремля признаны несколько полковников. Возможно, если комиссия будет копать поглубже, найдут виноватых солдат, в том числе и из числа раненых. Такой метод поиска уже опробован в Минобороны в прошлом году. Тогда за то, что с земли, почти с территории штаба группировки в Ханкале, боевики сбили набитый битком людьми Ми-26, крайним назначили командующего армейской авиации. Кто был виноват, что по территории штаба свободно разгуливали боевики со стингерами, — неизвестно.

Такое отношение к простым военным, на плечах которых выиграли кампанию 1999-2000 годов и внесли на престол нынешнюю власть, не вызывает уже никакого удивления и вообще эмоций после оглашенного за неделю до Моздокской трагедии приговора Северокавказского военного суда в Ростове-на-Дону по делу Буданова. Командир лучшего танкового полка, взявший своими танками Грозный в зиму 2000-го, получил в награду от Кремля десять лет строгого режима. С него так же сорвали погоны и Звезду Героя. Такое торжество справедливости не может не привести в беспокойство многих других российских офицеров. То, что современная российская власть с ненавистью и презрением относится к Российской армии, было видно еще на протяжении всех девяностых годов. Сначала офицеров гнали из Германии и Венгрии в чистое поле, где они много зим подряд мерзли вместе с семьями и гнившим оружием. Потом, кое-как вооружив, гнали на убой в первую чеченскую войну. Потом, предав их победу, выгнали опять в северокавказские степи, бросив в Чечне в 1996 году сотни пленных, десятки братских могил с неопознанными трупами. Сейчас, после новой победы, войска опять выгоняют с гор. Судьба российскому офицеру предлагает богатый выбор: гибель в засаде, гибель во время теракта, плен в чеченской рабской яме или в российской волчьей клетке. Разгром Моздокского госпиталя вполне укладывается в военную логику чеченцев. Так они добивали тех, кого не добили у себя в горах. Действия российской власти вполне укладываются в логику Горбачева-Ельцина. Это не Моздокская трагедия. Это всероссийская трагедия, которая все продолжается с конца восьмидесятых годов. Трагедия того, что у России нет своей власти.