Андрей Шацков НА ПОЛЕ КУЛИКОВОМ

Андрей Шацков НА ПОЛЕ КУЛИКОВОМ

"Куликовская битва принадлежит…

к символическим событиям русской истории. Таким событиям суждено возвращение. Разгадка их ещё впереди…"

А.А.Блок

ПОСТРИГИ

Пролог

(Монолог Ивана Красного – отца

Дмитрия Донского)

Кому и сколько остается днесь?

Опять ветра заводят перебранку,

Принесшие с Востока злую весть

И с запада – гнилую лихоманку.

Я думаю: "Чудны твои дела,

Господь, пославший эту завируху".

Но мы дружиной сядем у стола

И ножиком источенным краюху

Развалим, сыну в детскую ладонь,

Нацедим сыть, чтоб пил единым махом.

Расти, сынок, души не охолонь,

Не опогань её пустяшным страхом

.

Половую не чти отца завет:

В тиши степей опарой зреет время,

Когда затмит стрелами белый свет,

И ты с порога вденешь ногу в стремя!

Когда приходят поры осенин,

В соитье губ сладка предзимья горечь…

Каким ты станешь в эти годы, сын,

И вспомнишь ли о нашем уговоре?

Не позабыв о тяжести вериг

Очелья Мономахова убора…

Как гулок голос княжеской крови

В миг пострига, средь суетного хора!

I. ПРЕДСТОЯНИЕ

(Август 1380 года)

Этот август, нарушивший сонный покой,

Разогнавший ветрами полынными одурь…

Слышишь, вороны грают за Доном-рекой?

Видишь, мутят сомы под обрывами воду!

В малахае упрятав и лоб и глаза,

Отгоняя докучного слепня камчою,

Нависает над Русью степная гроза.

Полыхает огнем горизонт кумачово…

Но всё ближе гремит путевой бубенец.

Весь в пыли и дорожной невысохшей грязи,

С волчьих бродов несется усталый гонец,

Упредить о нашествии Дмитрия-князя.

Этот август тебе, как и осень к лицу.

Это чувство тревоги до боли знакомо.

Слышишь, звезды стучат, словно дождь по крыльцу?

Видишь, тропы уводят до Дона от дома!

Утоли мне печаль, и тоску утоли.

Одари на прощанье узорчатым стягом.

Чтоб в серебряных росах легли ковыли,

Под размашистым, конного воинства шагом.

И пока над Россией звенят стремена,

Да пребудет одна у России потреба:

Чтобы вдосталь хватило на все времена

Благодатного, вольного, синего неба!

II. СЕРГИЙ РАДОНЕЖСКИЙ

Сорит ветер ольховыми серьгами,

Матереет на озере гусь.

Вот и хлынула ордами, Сергие,

Беспросветная осень на Русь.

За распахнутой настежь околицей,

За Непрядвой и Красной Мечёй,

Азиатская злобная конница

Табунится степной саранчой.

К мудрецу, не покрытому митрою,

На последний отцовский погляд

Благоверного князя Димитрия

Лебединые кони летят.

Где-то там, за болотными хлябями

Полыхает заутрени свет.

Вот и принята схима Ослябею.

Надевает клобук Пересвет.

Звон набата прольется со звонницы,

Распугав по кустам вороньё.

Князь с игуменом молятся Троице

Во бревенчатом храме Её.

И заветное знание Сергия

Возвещают святые уста:

"Разорвутся ордынские вервии!

Будет Русь от поганых чиста!!!"

Над Москвой, деревами – калинами

Отражаясь в затонах реки.

Вспыхнут стяги, молодки за тынами

Закричат, провожая полки.

И пятная дорогу подковою,

За Коломну, за Дон, на рыси

Рать на поле идёт Куликовое.

Вековечное поле Руси!

III. ВОСЬМОЕ СЕНТЯБРЯ*

В разломе клубящихся туч.

Неистово красен и ярок,

Горит обжигающий луч –

Ушедшего лета огарок.

Опять кулики надо мной

Спешат на заветное поле,

Где ханской повитый чалмой,

Бодрится Мамай на престоле

Велением властной руки:

Подняты бунчужные стяги,

Гарцуют степные стрелки,

Оружны наемные фряги…

Но паче врага торжества,

И паче столетнего страха,

Священный канон Рождества,

И смертная, внапуск, рубаха.

"Во первых семь дней сентября

На Дон собиралися вои…"

Скакали, коней торопя.

Шагали росистой травою.

Во первых семь дней сентября

Мне ночью неладное снится:

Тревожные трубы трубят,

И кличут вставать и рубиться.

Встаю, в лихорадке горя.

Упрямо прощаюсь с тобою…

Во первых семь дней сентября

На Дон собираются вои!

Река изовьется тесьмой,

Омоет кольчужные латы.

Грядет сентября день восьмой!

Святая нетленная дата.

Проклюнется робкий рассвет.

Затихнут лебяжии клики.

Задумчив стоит Пересвет

В преддверии славы великой.

И вздрогну, что днесь предо мной

Кочевник жестокий и хитрый.

И чувствую: Русь за спиной

И сын, окрещенный Димитрий!

*) Битва произошла 8 сентября

(21 сентября по новому стилю) в Праздник Рождества Пресвятой Богородицы

IV. ЗАДОНЩИНА

Народному художнику России

В.Н.Балабанову

И будет памятен до боли

Платок, махнувший со стены…

Но тёмной ночью в ратном поле

Мосты хмельные сожжены.

Как будто вызрел в бездне буден

Нарыв, без коего нельзя…

И узок брод, и ханский бубен

Стучит, немилостью грозя.

Набрякло небо. В росах травы…

В Непрядве блик волны свинцов…

На берегу у переправы

Врага скуластое лицо.

Но Богородица простерла

Незримый оку омофор.

И… черной птицей мимо горла,

Стрела промчалась на простор!

И каждый, кто дышал – увидел

Коней летящих в полный мах.

И покатился Медный Идол

С вершины Красного Холма!

И на парящем кровью луге

Осела стая воронья,

И каждый, кто погиб – "ЗА ДРУГИ

СЛОЖИЛИ ГОЛОВЫ СВОЯ".

И будет сладостно до боли

Из рук сомкнутое кольцо…

И ветер Дона – ветер воли,

Студящий весело лицо.

И в деревнях спасённых – семя

Готовят пахари под плуг…

Встаёт рассвет, бряцает стремя.

Пылает нимбом солнца круг!

V. ДИМИТРИЕВСКАЯ СУББОТА

Волчий попрыг... Плавает рассвет

В лужах крови загнанного лося.

Утренних лампад неяркий свет

Ветер в Занеглименье уносит.

Ударяют в сполох тут и там,

И крадется нечестью затынной

По векам, по весям, по пятам

Времени разбоя дух полынный.

И играет где-то во дуду

Чая встречи половецкий ворон ...

Я Непрядву первым перейду,

И стрелой каленою спроворю –

В Диком поле рыщущую смерть,

Колченогой тенью Тамерлана...

А над Русь – дождь и коловерть,

Низкие осенние туманы!

А над Русью в стае облаков

Вспыхнет омофора позолота.

Зазвенит печаль колоколов

Дмитровской родительской субботы.

И взойдут озимые сквозь твердь

Колосом пшеницы и крестами,

Чтобы память попирала смерть

Свода летописного листами!