Владимир БОНДАРЕНКО ХРАНИТЕЛЬ БЕССМЕРТИЯ

Владимир БОНДАРЕНКО ХРАНИТЕЛЬ БЕССМЕРТИЯ

Почему именно Лунный заяц стал для многих народов Азии и Америки символическим хранителем бессмертия? Первые мифы о нём появились пять тысяч лет тому назад, при первых правителях китайской цивилизации. Живы они и сегодня.

Человечество мечтало и мечтает о бессмертии всегда, тысячи лет назад, сотни лет назад, сегодня. Будет мечтать и завтра. Состоятельные люди, императоры и президенты тратили и будут тратить огромные деньги на удлинение своей жизни, на создание неких пилюль бессмертия, из каких бы эмбрионов, растений и животных эти пилюли не производились. Но где достать, как в древней корейской сказке, печень живого Лунного зайца?

Простые люди и на просто добротное лечение своё денег не находят, и им остаётся надеяться на чудо и сочинять легенды и мифы о хранителе бессмертия.

Со снадобьем бессмертия всё понятно, снадобьем занимались и занимаются и шарлатаны, и самые гениальные химики, биологи, фармацевты. Неслучайно во дворе военно-медицинского института на Тайване установлен памятник Лунному зайцу с пестиком и ступкой. Что уж там толкут в своих ступках военные врачи и фармацевты – большой секрет.

С самим Лунным зайцем тоже всё понятно. На южных широтах в полнолуние все народы Африки, Азии, Америки видели именно зайца на Луне, и никого другого – ни тигра, ни медведя, ни черепаху. Но удивительно, как туда попала ещё и трёхлапая жаба, как её-то туда занесло и кто её разглядел на Луне?

Но почему всё-таки именно Лунный заяц стал символом бессмертия? Почему именно он у многих народов Азии и Америки занимается врачеванием? На эту тему сложено множество легенд, например, о Лунном зайце, который вечно расхаживает в обнимку с грибом долголетия линчжи. Скорее всего, под этим названием скрывается трутовик гриб рейши, активно используемый сегодня в качестве лекарства против рака, аллергии, гепатита и ещё тысячи и одной болезни. Заяц же ввёл в медицину и пестик со ступкой, в которой он сегодня толчёт на Луне свои целебные снадобья. Самый древний алхимик в мире. Символ восточной народной медицины.

Древние поэты Китая писали:

В день Праздника середины осени,

На смутном лике Луны,

Любуясь, различали

Контуры нефритового дворца

Богини Чан Э:

Перед ним с лунного дерева гуйхуа

Стекает сладости аромат.

Лунный заяц под ним сидит

И старательно в ступе толчёт кору,

Готовя бессмертия эликсир.

В этом году, в год Белого Зайца, Праздник середины осени или по-иному Праздник Луны я встречал в Храме Луны в Пекине. Продавались лунные пирожки, на сцене пели и танцевали мастера искусств, вход в Храм Луны сторожили лунные зайцы, нарядные и торжественные, в руках у них, как и положено, были ступки, которыми они толкли снадобье бессмертия...

Это уже мой второй Праздник Луны на родине Лунного зайца в Китае. Продавались по всему городу и праздничные глиняные лунные зайцы самых разных размеров, сидящие на тиграх и слонах, – любимая игрушка китайских детей, главный символ Праздника Луны. Я приобрёл самого большого глиняного зайца, чудом пронёс его в салон самолета, ибо в багаж сдавать было бессмысленно: получу груду глиняных обломков, и вот уже в Москве мою внуковскую обитель украшает полуметровый Лунный красавец, сидящий на тигре.

Может, ради этого праздника Луны и Лунного зайца, да ещё отмечаемого в год Зайца, я и решился поехать в очередной раз в Китай на международную научную конференцию о современной русской литературе? Конечно, я и доклад подготовил "Иосиф Бродский в тени Дао" – о китайских мотивах в его поэзии, и с десяток лекций прочёл в провинциальных центрах Китая о самой современной русской литературе, от Проханова до Прилепина, от Алексея Иванова до Тимура Зульфикарова.

Отработал свою поездку на все сто процентов, китайские профессора и студенты были довольны.

Но после чтения лекций и круглых столов, ответив на все вопросы очаровательных китаянок и молодцеватых китайских русистов, я устремлялся в музеи древнего искусства, на антикварные рынки и священные даосские места, где по-прежнему почитается мой Лунный заяц. Его я находил и на священной горе Таошань, и в храме Лао Цзы, и на книжных развалах.

Впрочем, священная гора Тайшань сама как бы дарует всем восходящим на неё если не бессмертие, то долгую жизнь, это уж точно. Тайшань – главная из пяти священных гор Китая. Такое восхождение считается не просто восхождением, а духовным постижением своего Дао, обретением самого себя и смысла своей жизни.

Считается, что на этой горе и был сотворён наш бренный мир. Именно с этой горы на востоке провинции Шаньдунь недалеко от побережья Тихого океана и начинается Восход Солнца. Потому и остаются многие поднявшиеся на вершине на всю ночь, до желанного рассвета, чтобы увидеть знаменитый Восход.

К сожалению, меня утром ждали студенты университета Тайаня, а потом, сразу же после лекции, намечалось путешествие на родину Кунфу, великого китайского мудреца, в Европе прозываемого Конфуцием, к его храму, к его усадьбе, к его захоронению.

И я, при всём желании, не мог остаться на ночь на вершине горы, не мог пойти на скалу Гунбэй, где собирались все желающие встречать рассвет. И потому до рассвета, дабы подержать в руках восходящее солнце, я не дождался. Но сама гора, где живёт добрая фея лазоревых облаков, матушка горы Тайшань, благословила нас, и мы на самом деле после этого восхождения обрели свежую энергию.

Да и настроение на вершине какое-то приподнятое, хочется писать стихи и говорить стихами. В чистейшем воздухе на вершине Тайшаня сами камни пели нам свои замечательные, нежные песни. Где ещё вы найдёте поющие камни? Впрочем, это уже вторая, покорённая мною священная гора даосов.

Два года назад из древней столицы Китая Сианя мы ездили не только к гробнице Цинь Шихуанди, где были обнаружены ныне тысячи терракотовых воинов во всём облачении, но и поднимались на священную гору Хуашань.

Поражают даосские монастыри, расположенные, как правило, на самой вершине гор. Как монахи строили их, как поднимали массивные каменные блоки?

И везде в даоских храмах мы находили нашего хранителя бессмертия – Лунного зайца. Не меньшее воздействие на меня оказало путешествие даже не в сам знаменитый храм Конфуция в городе Чуйфу, где он родился и вырос, где был похоронен, а в "Лес Кунфу", на кладбище, где за 2600 лет после жизни великого мудреца были похоронены тысячи и тысячи его прямых потомков.

И сегодня любой прямой потомок Кунфу, где бы он ни жил, имеет право обрести вечный покой в "Лесу Кунфу". Поразительно, что многие захоронения потомков Конфуция гораздо более пышные, чем место погребения китайского мудреца. Небольшая стела с его изречениями, скамеечка для поклонов приходящим – вот и всё. Стоишь у памятной плиты и думаешь, этот мудрец жил в шестом веке до нашей эры, так же как Лао Цзы и Будда. Прошло 2600 лет, а книги Кунфу и сегодня лежат на полках всех книжных магазинов мира. Может, это и есть настоящее бессмертие?

Разве не интересно мне было читать лекции по русской литературе, рассказывать о романах Личутина и Крусанова, Пелевина и Елизарова совсем рядом с усадьбой, где родился Конфуций, в университете города Чуйфу. Пусть и небольшой по китайским размерам городок, но сказано было ещё во времена Мао: в городе Конфуция должен быть свой университет.

Китайская провинция поражает даже больше, чем сам Пекин. Районный городишко, а дороги в четыре ряда машин в ту и другую сторону. Скоростные поезда проносятся, как настоящие ракеты, вдоль всех городов Китая. На таком скоростном поезде-ракете и ехали мы с женой обратно из Чуйфу в Пекин. Где, в какой Чухломе или даже Костроме, мы найдём такие дороги и такие поезда? Когда недавно Сванидзе что-то бормотал о нищем провинциальном Китае, который живёт совсем по-другому, чем Пекин, он перепутал Китай с Россией, а Пекин с Москвой. Увы, это у нас, кроме особняков олигархов и высотных зданий банков и корпораций в столице, больше по всей России ничего и не строится.

Потому и было мне интересно путешествие по провинциальным городам Китая, даже больше, чем очередная поездка в Пекин или в Шанхай. Два мировых мегаполиса, шестиэтажные развязки, скоростные эстакады через город – это уже всем известно. В Москве или Петербурге тоже что-то строится. А кругом мёртвая, забитая униженная Россия. Вот такой нищетой провинциального Китая и пугают все наши либеральные международные эксперты. Я хотел сам увидеть, пощупать эту нищету.

И вот я еду по провинции Китая: Цзинань, Тайань, Шаньдун, Сиань, Харбин, Нанкин... Забираюсь в самые глухие местечки, в далёкие даосские монастыри, и везде вижу размах великой державы. Похоже, нынешний Китай, создав супердержаву, нынче сделал ставку на провинциальное разви- тие всей страны, на рост внутреннего потребления, на развитие культуры. Ежедневно десятки тысяч людей штурмуют памятные места и святыни Китая. Зачем крестьянам или простым клеркам добираться до храма Конфуция? Зачем им карабкаться на вершину Тайшаня? Богачей мало, но и нищих я в Китае не видел. Исчезают на глазах все обшарпанные города. Даже жалко – хоть и не архитектурная ценность, но эти бедные хутуны со старым укладом жизни, их же больше в Китае практически нет. Всё меньше велосипедов, всё больше машин. За окном тайаньского отеля пустота, снесли целый квартал покосившихся зданий, и сразу застраивается новый.

Что же даёт Китаю такую целебную энергию? Какая ещё древняя цивилизация может сравниться с Китаем? Для нас 1000 лет – почти вся наша история (официальная). Для Китая и 2000 лет – это недавние времена. Кто же хранит бессмертие этой великой цивилизации? Неужто мой Лунный заяц? Ещё в первые века нашей эры китайский философ-материалист Вань Чун восклицал: надоел нам этот древний Лунный заяц, пора оставить его детям. Впрочем, и после этого ещё не раз китайские императоры в поисках бессмертия отправляли целые экспедиции в неведомые моря и горы за целебным зельем. Знали, до Луны и Лунного зайца им не достать.

И тем не менее, до сих пор символом бессмертия на всём Востоке считается Лунный заяц. Когда американские астронавты полетели на Луну, им в Хьюстоне, в космическом центре, сообщили на одном из сеансов связи: там где-то бродит Лунный заяц, поищите хорошенько. Астронавты ответили согласием. Корейский лидер Ким Чен Ир признавался, что в детстве интересовался Лунным зайцем, но с присущим ему прагматизмом отмечал, что если бы он и был на Луне, тот его невозможно было заметить. Кому и как он передает своё снадобье бессмертия? Вот китайцы и назвали свой луноход, запускаемый в 2012 году, – "Лунный заяц". Луна – это часть великой китайской культуры, это стихи Цюй Юаня и Ли Бо, это древние свитки и древние лунные праздники. Для китайцев полёт на Луну более важен, чем для нас (в прошлом), или для американцев. Американцы почувствовали, что кроме безумной траты денег никакой практической, экономической или военной пользы нет, и от лунного проекта отстали. Нам же он сегодня просто не по карману, да и техники такой уже нет. Китайцы мечтают о покорении Луны почти как о достижении бессмертия. Они ещё и памятник Лунному зайцу там установят.

Может быть, осознанно в древности Лунного зайца и поместили на Луну, чтобы ни правителям, ни президентам его нельзя было достать. А уж по каким лучикам лунного света, с какими ночными снежинками Лунный заяц передаёт на землю своё целебное снадобье, ему и виднее. Но если он умудряется хранить бессмертие великой китайской цивилизации уже 5 тысяч лет, значит, есть в нём и его снадобье необходимая людям энергия жизни.

Мне интересно, к примеру, почему китайские политики до сих пор не сворачивают программу изучения русской литературы. В Европе, в США закрылись сотни кафедр славистики, слависты срочно поменяли работу, а в Китае и сейчас в самом захудалом рай- онном университете сотни студентов изучают русский язык и литературу.

Сам уровень международной конференции по русской литературе в Пекине был таков, что поневоле задумаешься, а не перемещается ли центр изучения русской литературы из России в Китай?

Выступали слависты из Оксфорда, Тель-Авива, Японии, Монголии, десяток профессоров из России, включая директора Пушкинского Дома, члена-корреспондента РАН Всеволода Багно, с которым мы как-то неожиданно сблизились по целому ряду позиций. И добрая сотня китайских славистов – профессоров, докторантов... Пожалуй, назвали все заметные имена современной русской литературы, от Валентина Распутина и Юрия Бондарева до Александра Солженицына и Владимира Маканина. Не забыли и молодых, от пермяка Алексея Иванова до питерца Павла Крусанова.

Нельзя не отметить важную организаторскую роль моего давнего друга, профессора Чжан Цзяньхуа и профессора Ван Лие. Как всегда спорили и соревновались друг с другом шанхайская и пекинская школы русистов. И как мне забыть поддержку и внимание ещё одного моего давнего китайского друга, профессора из Лояна Ван Цзунфу, моей шанхайской юной переводчицы, моего Нефритика Хао Жоци. Может быть, в их добротолюбии, усердии и трудолюбии и скрывается их цивилизационное бессмертие?

Конференция прошла великолепно. Жаль, только культурная программа была не столь насыщеной. Нынешний стиль Китая – это непрерывная динамика и ритм, посему вальяжно возить нас по музеям и храмам у организаторов конференции не было ни времени, ни желания. Тут уже каждый сам выполнял свою индивидуальную программу. Думаю, кто лишён был друзей в Пекине, лишён энергии поиска, гумилёвской пассионарности, – так Пекин и не увидел.

Впрочем, профессор Чжан Цзяньхуа пообещал следующую конференцию по русской литературе устроить в Чунцине, откуда желающие могут совершить круиз на теплоходе по Янцзы, мимо знаменитых трёх ущелий, пока их ещё не затопило водохранилище при строящейся крупнейшей плотине.

Вот это сочетание строящихся плотин и изумительных ущелий, скоростных дорог и древнейших храмов, промышленных и научных центров и священных даосских гор, монастырей и величественных статуй Будды, небоскрёбов и скоростных поездов определяет характер жизни современного Китая. Китайцы вышли из нирваны и, отказавшись от медлительности, живут в стремительном ритме.

Но им по-прежнему грезится бессмертие, они настроены на долгую жизнь. А тут уже без снадобий Лунного зайца не обойтись. Поэтому и в самых современных домах, в элитных отелях вдруг натыкаешься взглядом на высоченного деревянного зайца, вырезанного искусным мастером из пня какой-нибудь уникальной породы. И не надо спрашивать, зачем здесь стоит заяц, – он дарит вам бессмертие. На антикварном рынке можно найти большого нефритового зайца, есть бронзовые, глиняные, фарфоровые, бумажные.

Хранитель бессмертия необходим и самому современному Китаю. Может быть, этого нам и не хватает, прошлого, увиденного в будущем. Будущего, которое невозможно без реликвий великого прошлого. Где наши хранители древности, где наши хранители бессмертия?

Не случайно же и сегодня эти мифические животные охраняют двери всех банков и корпораций, берегут ваше самочувствие и ваш покой. Могущественные Единороги-цилини, Небесные Псы Тянь Гоу, бессмертные Зайцы, стремительные трёхлапые Жабы, каменные, многопудовые Черепахи, на спинах которых высились стелы с намятными благожелательными надписями, и, конечно же, царящие над всей Поднебесной Драконы.

Может, в этом и заключено противостояние Востока и Запада. Для Запада Дракон – исчадие зла и насилия, западному человеку надо победить дракона и в самом себе, и в окружающих, и во всем мире.

Для Востока Дракон – это символ могущества и величия, если его нельзя покорить, то его можно привлечь на свою сторону, сделать своей опорой, своим боевым оружием.

Для боя – Дракон, для долголетия – Лунный заяц.

Впрочем, и здесь заключено какое-то вечное противостояние. Для Запада заяц – это какой-то помощник ведьм и колдунов, почти нечистая сила. Для евреев это вообще – нечистое животное, мясо которого ни в коем случае нельзя употреблять, хуже, чем свинину. А для Востока заяц – спаситель жизни, усердный доктор, вечный хранитель бессмертия.

Россия, как всегда, где-то посередине. Один целебный заяц у Февроньи, вылечившей от смертельных хворей своего мужа, князя Петра, – чего стоит. По всем западным меркам сжечь полагалось на костре и Февронью, и её ручного зайца. Но и в древности в нашей "Голубиной книге" мы находим схватку белого зайца, символа добра и жизни, и серого зайца, символа зла и корысти. Победил серый заяц на Руси белого, и улетел белый заяц на небо, на Луну, обещая со временем вернуться. Вот и ждём, когда же наступит время Белого зайца?

Этот вечный хранитель бессмертия живёт и в самом современном, электронном Китае, который готовится к полёту на Луну. Он становится и символом всей восточной медицины, главным домашним аптекарем и усердным доктором. Если вы везёте из Китая целебные травы, знайте, рецепт их открыл и сохранил для вас всё тот же Лунный заяц.

Какими бы современными науками вы ни занимались, какую бы веру чистую и святую ни исповедывали, в каком бы современном ритме вы ни жили, знайте, у вас должен быть свой хранитель бессмертия, свой целитель, свой Лунный заяц. Поэтому в полнолуние не забывайте посматривать на Луну, видеть в ней свет и читать самые нежные, самые чистые стихи. Или Ли Бо, или Басё, или Сергея Есенина.