Георгий Судовцев БЕЗБАШЕННЫЕ

Георгий Судовцев БЕЗБАШЕННЫЕ

Когда 27 августа столичные и подмосковные жители вместо привычных программ выходного дня увидели на своих "голубых экранах" нечто напоминающее августовский снег, они, наверное, удивились внеплановой и одновременной профилактике оборудования на всех федеральных каналах, но мало кто мог подумать, что на Останкинской телебашне произошел давно ожидавшийся пожар, а с ним открылся новый период в истории отечественного телевещания.

Российское телевидение во всех его "ипостасях": ОРТ, РТР, НТВ, ТВЦ, "Ren-ТВ", "Культура" плюс мелкие каналы и кабельное ТВ,— на протяжении десятка лет было не просто "безотказным наркотиком", а своеобразным "храмом реформ" с доставкой на дом для большинства населения страны. А учитывая характер творческой общины, заправлявшей и заправляющей делами на "российском" ТВ, этот "храм" с полным основанием можно назвать "синагогой рефором". Стоило включить телевизор — и любой житель России мог перенестись в сияющий мир митковых, листьевых, любимовых, якубовичей, в тот мир, где главными проблемами красивых девушек были критические дни, ухоженных мужчин — перхоть, а сытеньких детей — кариес. В тот мир, где можно было запросто, угадав три буквы в слове, получить бытовую технику, крупный денежный приз или автомобиль. В тот мир, где западная цивилизация спасала несчастных боснийских мусульман и косовских албанцев от кровожадных сербов, не теряя ни единого солдата, где хеппи-энд в конце каждого фильма обязателен, а “всенародноизбранный” Ельцин обещает его для всех "дарагих рассиян" уже нынешней осенью, в крайнем случае — через год.

Эта "высшая реальность", этот "новый прекрасный мир" каждый вечер заслоняли от людей их почти внечеловеческое существование в условиях непрерывного роста цен и преступности, развала производства, безработицы, уничтожения социальных гарантий и прочих последствий "демократических, либерально-рыночных реформ". Когда-то Маркс называл религию "опиумом народа", имея в виду, что вера в иной мир и рассуждения о нем отвлекают трудящиеся массы от реального осознания своих интересов и борьбы за их осуществление. Но в телемир не верят, верят телемиру. И о нем не рассуждают, а лишь обсуждают сказанное и увиденное "по ящику". "Меня уже не удивляет, что старуха, выбравшаяся из-под развалин своего взорванного дома, в первую очередь интересуется даже не судьбой близких, а тем, на чем закончилась очередная серия "Санта-Барбары", — свидетельства подобного рода можно приводить пачками.

В этом отношении ТВ действует куда эффективнее любого наркотика: галлюцинации наркомана все-таки индивидуальны и невоспроизводимы "на заказ", а "телеглюки", напротив, коллективны и могут тянуться годами — вспомним, как "рабыню Изауру" сменяла "Просто Мария", а ту — "Дикая роза" и т.д. Именно поэтому можно считать ТВ не разновидностью наркомании, а некоей квазирелигией. Как во всякой религии, здесь есть не только своя паства, но и свои жрецы. И если телепаства большей частью даже не осознает, зачем и почему приникает к "ящику", воспринимая его, что называется, по факту, то тележрецы и телепроповедники понимают свои функции, напротив, очень хорошо.

Именно они восприняли и преподнесли пожар на Останкинской телебашне как некую вселенскую катастрофу, едва ли не сходную по значимости с разрушением ветхозаветного храма Соломона. Еще бы — какие потери в дарах и жертвах со стороны сильных мира сего, нуждающихся в оправданиях своего бытия! Сколько "золотой" телерекламы не будет проплачено! Сколько умнейших и светлейших голов российской современности не осчастливят зрителей своим появлением на экранах! Разве сможет теперь известнейшая либеральная грация "Лерочка" Новодворская каждый день рассказывать телезрителям, как ей не хочется жить из-за измены Кремля идеалам "чистой" демократии? А ведь подобное — прямой путь к забвению и безвестности, пусть даже в масштабах Москвы и Московской области.

Надо сказать, что сама "телепаства" восприняла отсутствие "сигнала" гораздо спокойнее: люди обсуждали, скорее, необходимость покупки радио и подписки на газеты, чем перспективы восстановления останкинского вещания. Так что пожар продемонстрировал прежде всего необязательность российского телевидения в его нынешнем качестве для нашего общества, можно даже сказать — паразитичность дем-ТВ, лишь прикидывающегося жизненно важной составляющей нашего бытия.

Эту паразитичность еще раз подчеркнуло то обстоятельство, что сгоревшая телебашня с навешанными на нее десятками теле— и радиопередатчиков досталась "новым телемагнатам" в наследство от советской эпохи. И когда она не выдержала эту буйно разросшуюся на ней паразитическую поросль, то оказалось, что ничего своего у этих "властителей дум" за душой нет, что они все десять лет откровенно "дербанили" советское наследство по принципу "после нас — хоть потоп". На башне вместо потопа случился пожар. И всё.

Дальше — молчание. Нет, какие-то телодвижения, разумеется, были предприняты, но результат их оказался не то чтобы нулевым, но каким-то несерьезным: даже необходимой мощности передатчика не смогли разыскать во всей Москве, не говоря уже о том, чтобы попытаться восстановить утраченное в полной мере. В конце концов искомый аппарат пришлось привозить из Питера, что моментально сказалось на тамошних ТВ-программах. Такое вот получилось латание тришкиного кафтана.

Более того, по всем правилам конкурентной рыночной экономики чуть более предусмотрительные НТВ и структуры Лужкова попытались решить свои проблемы за счет сложившейся ситуации. Отказ московского мэра пустить на подконтрольные ему сети кабельного телевидения столицы "враждебное" РТР, на чем настаивал министр печати и информации М.Лесин, еще можно как-то если не оправдать, но понять. Обвинения Ю.Лужкова в адрес федерального Центра теперь, после проигрыша думских выборов и провала "заговора губернаторов", видимо, будут звучать при каждом удобном поводе и даже без повода. Равно как и требования чубайсовско-немцовско-хакамадистого СПС "децентрализовать" информационную политику и устроить конкурс на распределение телеканалов — непременно с участием иностранных, в первую очередь американских, инвесторов. А вот попытку "Медиа-МОСТа" использовать для политико-финансового торга запущенный за американский кредит под гарантии Газпрома космический спутник, даже понять сложновато.

Гешефт, предложенный подчиненными Гусинского государству, выглядел до удивления неприлично: за использование этого спутника, фактически принадлежащего вроде бы государственной структуре РАО "Газпром", НТВ требовало не только списания всех долгов, но и предоставления новой "разблюдовки кнопок". Подобное поведение можно объяснить только одним: полной уверенностью в том, что действительно государственного подхода к использованию информационного поля в "эрэфии" нет и быть не может. А потому в любом случае дело "окормления телепаствы" будет отдано именно им и никому другому. Самое печальное, что так оно и получилось. Сразу же после возобновления вещания на столицу в полном объеме — за бюджетные, заметим, деньги — и ОРТ и НТВ превзошли самих себя в праведном демократическом гневе против Кремля. Дескать, чтобы мы жили, а Путин — нет, раз он такой и сякой.

Что сказать? Наверное, по-своему такая реакция справедлива — чего ж еще ожидать от подобных эфирно-демократических созданий, какой еще благодарности? Падающего — подтолкни, доверившегося — обмани, сильного — ослабь, слабого — уничтожь... Социально-психологический тип этот на протяжении двух тысячелетий и изучен и описан достаточно подробно. Одно слово — ветхозаветная мораль. И даже в новых демлиберальных мехах это старое вино скисло достаточно быстро. Вопрос только в том, как долго нас будут продолжать поить образовавшимся уксусом.

Георгий СУДОВЦЕВ