«ДЕМОКРАТИЧЕСКИЕ» СИНДРОМЫ

«ДЕМОКРАТИЧЕСКИЕ» СИНДРОМЫ

Модным словечком «синдром» с некоторых пор обозначают все непонятности в человеческом обществе. Вьетнамский синдром, иракский синдром, синдром приобретённого иммунодефицита… Следом за высоколобыми и я решил воспользоваться словом и разобраться с двумя редко вспоминаемыми синдромами: нищеты и страха. Оба широко распространены, встречаются буквально на каждом шагу, но… как-то не принято говорить о них в приличном обществе! Не оттого ли, что высоколобым стыдно?

Не из-за синдрома ли нищеты «новые русские» ведут себя эпатажно за границей, швыряют деньгами и допускают излишества, которых не позволяли себе члены императорской фамилии? Не из-за него ли распространяется стиль жизни «после нас хоть потоп»? И, кстати, касается не только богачей. В советское время мы все жили скромно. Нынче одни стали ещё скромней, другие же возвысились в благополучии и не желают помнить об общем прошлом. Казалось бы, на пустом месте появляются барские привычки. Престижная одежда, престижная квартира, престижный автомобиль! «А что скажут сотрудники и знакомые?» — для многих мерило успеха. Из ничего возникло общество потребления! Можно понять, когда фанфаронством занимаются потомки аристократов, помещиков и фабрикантов, но ведь сейчас — сплошь бывшая сермяжная братия!

Синдром нищеты объясняется ходовым русским выражением «из грязи в князи». Чувство собственной неполноценности довлеет над обладателем модного синдрома, жжёт его и подвигает на странные поступки. Ежеминутно он вынужден доказывать своё мнимое превосходство над окружающими. Легко ли сознавать, что благополучие получено не по праву, а по случаю, не за труд, не за подвиги, не за открытие, а за так называемую удачу?

«Удачи вам!» — заканчивается любая программа центральных «Новостей». Не трудовых успехов или просто успехов, как раньше, а «удачи»! Мир перевернулся! И это пожелание — зримое отражение переворота в умах сограждан. Синдром поразил не всех, но, во всяком случае, тех, к кому обращается со своим пожеланием жизнерадостное российское ТВ. Это люди, не занимающиеся производительным трудом. Но разве не они, окопавшись в мелком и среднем бизнесе, по планам нашего высокого начальства в течение десяти лет должны составить 80 % трудящихся? И разве неизвестно, что оба бизнеса палкой не загонишь в производство? Торговля, посреднические операции, услуги, быстрое обогащение, а вместе с ними — синдром нищеты! Кто из них не знает в душе, что хоть сколько-нибудь, но умыкнул у ближнего? Должен же кто-то и производить? Наш президент тянет к трагическому балансу, обозначенному в карикатуре XIX века «Один с сошкой — семеро с ложкой»! Да как бы баланс и похуже не был?!

Синдром нищеты неожиданно обнаруживается у столь благополучных людей, что и ожидать нельзя. Но всё просто — обладатель его чувствует себя не на своём месте и пытается самоутвердиться за счёт окружающих. Я и раньше знавал таких, особенно, среди начальников, но нынче они просто заполонили популярные места отдыха россиян! Такое впечатление, что летят в Турцию или Египет не погреться на солнышке, а избавиться от синдрома нищеты! Слишком большая часть благополучных граждан больна этим синдромом. Не впору ли болезнь считать эпидемией? Многие болезни, успешно излеченные в советское время, стали возвращаться при «демократах». И первая среди них «синдром нищеты». И хотя люди стыдятся нищеты материальной, на деле речь идёт о нищете духовной! Ни Жукову, ни Гагарину, ни братьям Уткиным в голову не приходило стесняться своего босоногого детства — этот феномен, да в таких масштабах, на нашей памяти впервые! Потому я и называю его болезнью!

Нетрудно догадаться, почему она приобрела масштаб эпидемии. Разрушая советское государство, «демократические» «революционеры» в стремлении взять верх во что бы то ни стало, покусились на святое, на труд! В одночасье сделали его непопулярным в обществе. Заокеанские учителя поощряли, как могли, отлично понимая, в какую пропасть тянут российскую экономику. Что только ни называют трудом российские «демократы»? Вот и власть ставит задачу, чтобы через десять лет четыре пятых трудящихся занимались мелким и средним бизнесом! Попробуйте сказать, что это не труд? Может, и Чубайс не трудится?

Неудивительно подначивание западных советников: они думали о себе! Дивиться надо нашим высоколобым реформаторам, оказавшимся у разбитого корыта! Хоть бы подумали, отчего на пьедестале стоит труд в тех же США? У нас же после 20-летнего унижения труда количество желающих вкалывать на пашне и ферме, у станка и кульмана сократилось до катастрофических размеров! Они победили, но это «пиррова победа»! Приучать человека к труду приходится годами, с того момента, как он сам сядет на горшок, а отучить так просто!

Советская власть и малолетних преступников перевоспитывала трудом, «демократы» — инженеров, учёных, учителей, квалифицированных рабочих отучили трудиться, вынудили заниматься челночеством, мелкой торговлей, тем, что только по недоразумению зовётся трудом, а на деле — растрата человеческого потенциала!

Пренебрежение трудом проявляется даже в таком рабочем городе, как Тула: в одно касание поставили памятник заводчику Демидову, но — лесковскому Левше замотали на долгие годы! Сколько угодно учебных заведений готовит подростков для обслуги, а много ли — по рабочим специальностям? Тула приучает молодых к торговле, а не к квалифицированной работе! Когда это было? Всё когда-нибудь случается в первый раз, но лучше бы глаза этого не видели!

Проблему подготовки квалифицированных кадров оборонщики ставили перед заместителем премьера: поддержал, посоветовал заказывать ПТУ специалистов необходимого профиля, помогать деньгами, оборудованием, преподавателями. Одним словом, как всегда: «дело спасения утопающих — дело рук самих утопающих»! Нет у государства такой проблемы! У заводов есть, а у государства — нет!

Но мается рабочий человек без настоящего дела. И пусть за обслугу сплошь и рядом можно получить больше денег, чем у станка и кульмана, но душа подсказывает, что это профанация.

Синдром нищеты — болезнь социальная! Как туберкулёз! Но, в отличие от него, поражает не трущобы, а нищих духом и распространяется во всех слоях общества среди людей благополучных, чувствующих сколь ненадёжно благосостояние, построенное в условиях российского рынка. Цены на нефть, дефолт, война, против которой нечем возразить, — от всего этого обыватель, поражённый синдромом, отмахивается, зажимает уши, мол, как-нибудь обойдётся — всегда обходилось! И торопится расходовать деньги, пока не обесценились! И спешит жить!

Знаменитую фразу Н.Островского «Жизнь человеку даётся только один раз и прожить её надо так, чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы…» они заканчивают на слове «мучительно»! Больные синдромом нищеты пытаются смотреть сверху вниз на Павку Корчагина!.. Посочувствуем болящим и перейдём к другому характерному синдрому.

Синдром страха поражает главным образом власть имущих. Хотя касается и обывателей. Во время выборов СМИ стараются оживить его среди всех слоёв населения, пугая возможностью возврата Советов, которые заберут приватизированные квартиры и дачные участки, запретят мелкую торговлю и восстановят ГУЛАГ. А вдруг люди не вспомнят, что квартиры и участки они получили от советской власти, не услышат, что КПРФ ничего не имеет против не только мелкого, но и среднего бизнеса, и не узнают, что в современных тюрьмах находится существенно больше осуждённых, чем в самое крутое советское время? А наверху эпидемия не стихает ни на час: Чубайс утверждает, будто он числится в каких-то расстрельных списках Интернета, Е. Гайдар вспоминает, что если бы в 93-м победил Верховный Совет, висеть бы ему на фонаре! Полтора десятилетия прошло со времени капиталистического переворота, большой срок, на протяжении которого народ позволял верёвки вить из себя, но страх перед возвратом к прошлому по-прежнему довлеет над ними!

Перед глазами картинка: Гулливер, опутанный лилипутами, — он уже шевельнуться не может, а они всё добавляют верёвочек, то палец прихватят, то прядь волос растянут! Хитростью сковали великана, но как бы он ни был послушен, страшен одним своим потенциалом! Не учитывая синдрома страха, не понять действий «демократов»!

Когда Чубайса обвиняют, что в результате приватизации народного хозяйства государство получило меньше, чем маленькая Чехия, он оправдывается: мол, надо было спешить, чтобы не вернулись Советы! Когда сломя голову бежали из Германии — это потому, что торопились ликвидировать самую боеспособную группировку советских войск, пока генералы не опомнились, пока кто-то из них не сообразил, что творится дома и не вспомнил о присяге!

Разгром промышленности не в первую ли очередь объясняется тем, что «демократы» боятся возрождения рабочего класса? Разгром сельского хозяйства, потеря продовольственной безопасности на руку им потому, что «костлявая рука голода» — ещё одна гарантия против возврата Советов!

Странные поступки кудриных, грефов, чубайсов весьма логичны, если представить, что они порождены синдромом страха перед собственным народом, связанным по рукам и ногам. И, похоже, они не успокоятся, пока все части его тела не омертвеют, пока не прекратится ток крови по кровеносной системе!

Синдром страха — страшная болезнь. Первое, что она делает, — отнимает разум. В панической боязни одной не замечают другой, куда более реальной опасности, которая и застаёт врасплох. В страхе перед Советами не накликали ли «демократы» большую войну? Она уже у ворот, её встречать нечем, и не поздно ли больным лечиться?

А лечиться-то надо! Иначе в опасении возмездия за бесчеловечный эксперимент над собственным народом, они потеряют страну, тысячелетнюю Россию, которая за всю свою историю не встречалась с такой напастью! Каких только правителей ни бывало, но таких, чтобы воевали с собственным народом, упорно и настойчиво низводили его к нулю…

Даже немка Екатерина, жестоко подавившая пугачёвское восстание, оставила после себя государство окрепшим, а народ приумноженным! Все думали о будущем, кроме поражённых «демократическим» синдромом страха!

Недаром многие далёкие по своим взглядам аналитики сходятся, что наше общество — больное. Синдромы, поразившие его, «оригинальны» и многообразны! К примеру, синдром пофигизма! Любимая песня поколений «демократов» — про зайцев: «А нам всё равно, а нам всё равно, хоть боимся мы волка и сову, дело есть у нас — в самый жуткий час мы волшебную косим трын-траву!». Не знаю, что такое они имеют в виду под волшебной травой, уж не «зелень» ли? Но с таким увлечением тянут это «всё равно», что на самом деле веришь — более их ничто не интересует!

А синдром необъяснимой жадности? Казалось бы, более яркого примера, чем в фильме «Большая перемена», не найти? Збруев предлагает Крамарову (не помню, как зовут персонажей, которых они играют) поить его газировкой сколько влезет, и воспитательный этюд едва не заканчивается трагедией! Но то кино, причём советское, а в современной жизни человек покупает одну океанскую яхту за другой, пока они не составляют флот, достойный приличного государства, и это не считается болезнью? И никакой трагедии не происходит, хотя аппетит новоявленного «крамарова» ни в какое сравнение не идёт с кинематографическим!

Синдром поразительной чёрствости с некоторых пор сопровождает, казалось бы, самые гуманные профессии! Назначенный государством защитник не стесняется объяснять свою бездеятельность тем, что подзащитные не имеют возможности платить дополнительно. Врач берёт плату с приезжего, несмотря на медицинский полис, на том основании, что своих не успевает принимать. Учитель требует деньги с неимущих учеников для обязательных мероприятий, не входящих в школьную программу. Нет такой гуманной профессии в РФ, которая не оскоромилась бы поборами! Я специально не привожу вопиющих примеров, чтобы подчеркнуть распространённость и обыдённость синдрома.

Синдром административной глухоты поражает чиновников, не желающих слышать просителей. Синдром дипломатической слепоты — дипломатов, пытающихся сделать хорошую мину при плохой игре. Синдромов целый букет, и все их перечислить не хватит никакой статьи!

В советское время агенты иностранных разведок, привыкшие работать в рыночном обществе, в отчаянии докладывали шефам, как трудно им приходится в СССР! Ныне нет более благодатной среды для шпионов, чем Россия!

Всё чаще слышится, как человека оставили без помощи, равнодушно обошли, отвернулись, не вмешались. Не редкость, что втроём на одного, а публика стоит и смотрит! Когда это было в России? Может быть, с тех пор, как стали сурово наказывать за превышение пределов необходимой обороны? И это тоже проявление синдромов, заботливо выращиваемых рыночным обществом.

Уж вырастили достаточно для того, чтобы нас не боялись конкуренты. Кажется, здоровых человеческих устремлений, патриотизма, свмоотверженности, сострадания в нашем обществе стало меньше, нежели в традиционных капиталистических — французском, немецком, итальянском… Мы соревнуемся с янки, с них берём пример и по всем показателям, характеризующим пороки и общественные болезни, делим именно с ними пальму первенства. Сбылась мечта идиотов! Мы в рынке!

Так ведь синдромы ещё и воспитываются! Показательна в этом смысле телепередача «Слабое звено», которую, слава богу, уже не видно (наверное, сделала своё чёрное дело!). Впервые с ней повстречавшись, не поверил своим глазам: не инструкция ли по предательству и подсиживанию? Когда болезнь возникает самостоятельно, это, что ни говори, не вызывает удивления. Но специальное насаждение и выращивание — чисто российское явление!

«Демократы» первым своим достижением считают необыкновенную свободу — без конца и края, без руля и без ветрил! Однако же свободен ли больной человек? Между тем, со здоровьем в РФ дела обстоят намного хуже, чем в РСФСР. Лишь долю здоровых призывников ежегодно определяют комиссии военкоматов, лишь часть школьников благополучно проходит медицинское обследование. А средний возраст, до которого доживают россияне, ниже пенсионного!

Что касается психиатров, те вообще считают, что здоровых у нас нет! И, право же, наблюдая общественную жизнь, как не задуматься, что они не так уж далеки от истины! И дело отнюдь не в традиционных болезнях и пороках, резко скакнувших при «демократах», и не в новых, характерных для капиталистического общества и искоренённых в своё время Советами, а в болезненном состоянии общества, готового воспринимать любую заразу! «Разрешено всё, что не запрещено!». Хотя перечисленные синдромы носят характер тонкий и даже спорный, есть смысл отнестись к ним со всей серьёзностью, ибо очень может быть, что, несмотря на эфемерность, именно они играют первую скрипку в катастрофическом сокращении человеческой жизни в России.

Безрадостная картина открылась на финише «демократического» эксперимента: люди не хотят ни защищать Родину, ни работать! Избаловались! А ведь ещё Николай Васильевич Гоголь предупреждал: «Вот смотрите… довёл мужика до какой бедности! Ведь ни телеги, ни лошади. Случился падёж — уж тут нечего глядеть на своё добро: тут всё своё продай да снабди мужика скотиной, чтобы не оставался и одного дня без средств производить работу. А ведь теперь и годами не поправить. И мужик уже изленился, загулял, сделался пьяница. Да этим только, что один год дал ему пробыть без работы, ты уж его развратил навеки: уж привык к лохмотьям и бродяжничеству…» (Гоголь Н.В. Собрание сочинений. Государственное издательство художественной литературы. М.: 1937, с.611. «Мёртвые души», Т.2).

Гоголь вспоминал про один год! А если десять, пятнадцать? Именно столько многие не занимаются у нас производительным трудом. И что же теперь делать? Я бы сказал, вешаться, если бы история не напоминала: не из таких передряг вылезали! А, главное, авторитет Сталина растёт, как на дрожжах! Не желает народ становиться жертвой «демократических» синдромов! Может быть, ещё не вечер?

Ю.М. ШАБАЛИН