Лев КОТЮКОВ Я ВЕЧНЫЙ ЧЕЛОВЕК

Лев КОТЮКОВ Я ВЕЧНЫЙ ЧЕЛОВЕК

***

Какая Родина большая!

Но край родной, как не родной.

И мается душа больная

Неискупимою виной.

Какая Родина большая!

Никто себя не повторит.

Летит дорога столбовая —

И время страшное летит.

Галдит во тьме воронья стая,

А мир грядущий глух и нем.

Какая Родина большая,

Как будто нет её совсем…

***

Я сам себя давно не слышу,

Лечу в ничто, как вечный снег.

И в серебре весенних вишен

Таится зверь, как человек.

И всё безумней год от года

В тяжёлых снах седая кровь, —

Моя последняя свобода,

Моя последняя любовь.

Счастливым словом сердце грею,

Несчастным словом душу рву.

Не замечаю, что старею,

Не замечаю, что живу.

Но ты ещё мой голос слышишь

И ждёшь меня, как первый снег.

И я в дыму весенних вишен

Ещё томлюсь, как человек.

***

Гора прощается с горой,

Волна встречается с волной,

И свет иной встаёт стеной,

Где вечность — чёрною дырой,

Где забывает образ свой

Душа над бездной ледяной,

Над звёздным пеплом и золой,

За белой далью неземной.

Но ты со мной

И я с тобой

Здесь в этой жизни, как в иной,

В незримых снах небытия,

Здесь в этой жизни

Ты и я!

Твоя любовь — любовь моя.

Следы босые на воде,

И нет небытия нигде.

ПОБЕДА

Замирает музыка печальная,

Музыка любимая твоя.

И вот-вот последнее молчание

Обратится сном небытия.

Но пока ничто тебе неведомо,

Ты ещё живёшь в ладу с Судьбой.

Ты ещё живёшь одной победою,

Страшною победой над собой.

***

Ни там, ни здесь — никто не одинок,

И камеры пустуют одиночки.

И глупо быть несчастным между строк,

И глупо быть счастливым в каждой строчке.

За облако уходит гул шальной.

Молчит любовь, сама себе не веря.

И полнятся крылатой тишиной

В лесу не одинокие деревья.

Травинка прижимается к ножу,

Утерянному мной в лихие годы.

И я уже почти не дорожу

Остатним одиночеством свободы.

В крылатой тишине забылся чёрный лес,

И чёрные поля до полюса бессветны,

Но, может быть, когда-то, там и здесь,

Мы станем одиноки и бессмертны.

ВОЛЧИЙ ВЕТЕР

Всё, что помню — никому не нужно,

Всё, что знаю — смертным ни к чему.

Завывает волком ветер вьюжный,

Исчезает в ледяном дыму.

Скоро, скоро минет эта полночь,

И тогда посмотрим: кто — кого?!

Как бессмертный ничего не помню,

Словно бог, не знаю ничего.

Скоро, скоро эта полночь минет,

И душа, как облако, в крови.

Скоро, скоро с волчьим воем сгинет

Образ смерти в образе любви.

Всё, что знаю — никому не нужно,

Всё, что помню — смертным ни к чему.

Завывает волком ветер вьюжный,

И лечу наперерез ему.

***

Я помню в речке огонь неверный

И возле моста чужую тень.

Но день последний и день мой первый

В моём сознанье, как вечный день.

Пусты квадраты в ночи бессветной,

И время зверя ревёт огнём.

И остаётся в любви последней

Мне жить последним, как первым днём.

***

Я в любви последней оказался первым.

У гадалки злобной карты не сошлись.

Выгорает память, как сухой репейник,

Торфяным болотом выгорает жизнь.

Как мазут, в пустыне время выгорает,

В зеркалах мелькает тусклый свет седин.

Мне казалось — вечность где-то за горами,

Оказалось, где-то на краю равнин.

Я ещё стараюсь быть себя моложе,

Я ещё надеюсь, что любовь со мной.

Я ещё пытаюсь что-то там итожить,

Я ещё владею кое-как собой.

В мареве горючем тяжко дышат сосны.

Рухнул в прах репейный сумасшедший день.

Я едва заметен, будто тень на Солнце,

Но ещё в ответе за себя, как тень.

НА ОТШИБЕ

1

Был последним! Оказался первым

На отшибе русского стиха.

Но в любви постичь свободу веры

Всё ещё надеюсь без греха.

Ночь стоит в дверях бесплотной тенью,

И о чём-то, будто тень, пишу.

Но ещё последнего спасенья

От любви у Бога не прошу.

2

Был последним! Оказался первым.

Меркнет память, как во льду, река.

Но в любви навек остаться верным

Всё ещё надеюсь без греха.

В ночь бреду почти бесплотной тенью

И от смерти душу уношу.

Но ещё последнего спасенья

Для души у Бога не прошу.

ПАМЯТИ БОРИСА АВСАРАГОВА

Не будет ночей короче

Над бездной чужой судьбы,

И в полночь никто не хочет

Ворочать во тьме гробы.

Я что-то ещё стараюсь

Помимо себя понять,

Пытаюсь чужую зависть

С могильной землёй сравнять.

Но зависть в затылок дышит

И камнем летит в окно.

Но кто-то меня ведь слышит?..

…Не слышит меня никто!

Никто не хочет ворочать

Гробы в предрассветной мгле,

И нет ничего короче,

Чем жизнь на этой Земле.

***

Любовь моя ни в чём не виновата,

И безупречен тёмный бег светил.

Но я забыл, что загадал когда-то,

Я все желанья тайные забыл.

Я жизнь забыл за далью нелюдимой

В песках тысячелетий и веков,

Но, как во сне, застыл в глазах любимой

Стеклянный ужас вечных облаков.

***

Устал я! Устал повторяться…

Но неповторимого нет.

Устал без вины извиняться

За позднюю горечь побед.

На слове себя обрываю,

Но Слову в безмолвье молюсь.

Как Солнце, Луну обнимаю —

И, может быть, не повторюсь.

ОБРАЗ ЖИЗНИ

Таюсь у жизни на краю,

Хотя чего таить…

И вермут розовый не пью,

А мог бы, мог бы пить!

Я эту жизнь в любви таю,

Как Божью благодать.

И гадам взяток не даю,

А мог бы и давать.

Мне западло телеэкран,—

Я знаю славы власть.

Я никого не обокрал,

А мог бы обокрасть.

Я никого не убивал,

Кого-то даже спас,

Я никого не продавал,

А мог бы, хоть сейчас.

В любви вовеки не умру!

И что мне бесов рать?

Я с женщин денег не беру,

А мог бы, мог бы брать!

И многим образ мой не мил,

Но всех не перепить.

Я, может быть, ещё не жил,

А мог бы, мог бы жить!..

***

Вода сокрушает сушу,

Горят следы на воде.

Но тот, кто спас свою душу,

Того уже нет нигде.

Я столько во тьме скитался,

Что минул мой смертный час.

И тот, кто со мной остался,

Тот Господа Бога спас.

***

Как тускло, безвидно и слепо!

Какие пустые поля,

Какое холодное небо,

Какая чужая земля.

Куда старый мост провалился?!

Какая чужая вода!

Как будто не я здесь родился,

Как будто не жил никогда.

Как будто не я на рассвете

Люблю, как другим не дано!

Как будто на этой планете

Не мне умереть суждено…

***

Всё темней небесная твердь,

Всё грустней дорога земная.

Забываю любовь, как смерть.

И, как жизнь, любовь вспоминаю.

Как ничтожны мои мечты!

Но иного душе не надо.

И осыпались все цветы

На аллеях пустого сада.

Как прекрасны мечты твои!

И не надо душе иного.

И поют твои соловьи

Нам из сумрака ледяного.

Всё ясней небесная высь,

Всё светлей дорога земная.

Забываю любовь, как жизнь,

И любовь, как смерть, вспоминаю.

***

Мы в невозможном до конца близки,

Мы в невозможном до конца в начале —

И в чёрном одиночестве тоски,

И в светлом одиночестве печали.

Я столько возвращался в никуда,

Я шёл по водам тёмного забвенья.

Светились одиноко города,

Мерцали одинокие растенья.

Я столько возвращался без любви —

Мне возвращенья вечного не надо!

И светится закат в седой крови

За краем облетающего сада.

И что мне тот, и что мне этот свет?!

Вновь стала плотью явь сверхсветовая.

И омывает души вечный свет,

И, словно свет, горит вода живая.

Пылает, будто в облаке, вода.

Любовь моя не ведает прощенья.

Осталось возвратиться навсегда —

Иного нам не надо возвращенья.

И в чёрном одиночестве тоски,

И в светлом одиночестве печали

Мы в невозможном до конца близки —

И без конца, и до конца в начале.

ОДНАЖДЫ

Я однажды любовь забуду,

В день, когда позабуду смерть.

Но о том я жалеть не буду,

Боже мой, не буду жалеть!

Боже мой, это верно будет!

На равнинном слиянье рек.

Но любовь меня не забудет,

Как Земля — самый первый снег.

***

Я — человек не новый, что скрывать…

Сергей Есенин

Здесь задохнулось слово, как мёртвая вода.

Я — человеком новым не буду никогда.

Я никогда не буду бросать в огонь цветы,

Я смерть свою забуду, как образ пустоты.

Мне ничего не надо! Не надо здесь и там.

И ходит призрак ада за мною по пятам.

Но отразится Слово в живой воде навек.

Я — человек не новый! Я — вечный человек…