Сдавайте валюту / Политика и экономика / В России

Сдавайте валюту / Политика и экономика / В России

Сдавайте валюту

Политика и экономика В России

Желание власти контролировать чиновников не совпадает с возможностями государства

 

В течение трех месяцев со дня вступления в силу закона госслужащие обнародуют данные о своей зарубежной недвижимости, докажут законность ее приобретения, закроют все банковские счета за границей, прекратят использование дорожных чеков, выведут деньги из офшоров, трастов и иноземных ценных бумаг и вернут все это добро в Россию. Верится с трудом? Похоже на случай, когда суровость закона компенсируется необязательностью его исполнения? «Итоги» попытались разобраться, существует ли эффективный механизм контроля за «национализацией элит». Выяснилось вот что.

К принятию столь экзотического закона оказались объективно не готовы ни наши, ни зарубежные финансовые, надзорные и правоохранительные структуры. В условиях существующей системы обмена информацией контролировать его исполнение в лучшем случае можно лишь выборочно — по спецзапросу или через спецкомпромат на отдельно взятого чиновника.

Понаставили тут капканов...

Нет, с облегчением выдохнуть чиновным держателям зарубежных авуаров, разумеется, рановато. К примеру, с 2015 года Евросоюз намерен перейти на систему автоматического обмена банковской информацией. То есть банки дважды в год должны будут сообщать в налоговые органы соответствующей страны о доходах своих клиентов — резидентов этих стран — с адресами, фамилиями, явками и процентным доходом. Тут-то и можно накрыть всех скопом. Но! С понятием «банковская тайна» расстаться не так легко: до недавнего времени инициативе упорно сопротивлялись популярные у российских вкладчиков Австрия, Швейцария и Люксембург. Но и Берн уже дрогнул, да и Люксембург заявил, что готов поступиться банковской тайной.

Правда, и эта система, будь она создана, заработает только в рамках ЕС. Но учитывая, что Россия и ЕС присоединились к некоторым международным конвенциям, например, ОЭСР, приоткроется информационная щель и для российской стороны.

Как сообщили «Итогам» в компании Ernst & Young, ныне действуют международные соглашения, позволяющие вычислять отдельно взятых клиентов. Среди них документы ОЭСР: Модельная конвенция об избежании двойного налогообложения по налогам на доходы и капитал, Модельное соглашение об обмене информацией в сфере налогообложения, а также Конвенция о взаимопомощи в области налогообложения, подписанная Россией еще в 2011 году в рамках «двадцатки». «Налоговые органы могут узнать не только о наличии счетов граждан в зарубежных банках, но и о движении средств по ним», — констатирует старший менеджер компании Мария Деткина. По ее словам, любая присоединившаяся к соглашениям страна обязана ответить на запрос российских налоговых и правоохранительных органов, даже если для нее самой эта информация не представляет интереса. Речь идет об информации, хранящейся не только в банках, но и у номиналов (лиц, предоставляющих услуги директора и держателя акций по специальному договору), у зарегистрированного агента (организации, оказывающей регистрационные и секретарские услуги) или у доверенного лица. «Доступной является информация, касающаяся прав на долю в капитале юрлица или иного образования», — поясняет специалист.

Таким образом, спрятать активы за границей чиновнику не удастся. Если, конечно, правоохранители действительно будут их искать.

К упомянутой выше модельной конвенции, кстати, присоединились и Швейцария, и Кипр, и Люксембург, и многие другие страны, которые до сих пор считались тихой гаванью. Хотя и здесь есть вопросы. Тот же Кипр имеет внутренний регламент выдачи информации, и запрос должен быть предварительно одобрен генпрокурором. Впрочем, с островом Афродиты и без прокурора все ясно.

Есть другая закавыка: в самой России не определен орган, который мог бы заниматься такими запросами. По некоторым данным, это может быть специальное структурное подразделение в финансовых органах, но его еще только предстоит создать.

Векселями, пожалуйста

Так что чего-то тут думцы недодумали. Лазеек обойти закон остается масса. Например, запрещено или нет чиновникам использовать дорожные чеки? «Это именной документ, подтверждающий обязательство платежной системы выдать по нему деньги по первому требованию. Купить чек и обналичить можно только по предъявлении документа, удостоверяющего личность. Но ведь в паспорте не написано, чиновник это или нет», — пояснили «Итогам» в крупном российском коммерческом банке. То есть информация, покупал ли конкретный гражданин чек, имеется. Хранится она в банке и в базе данных самой платежной системы. Но информацию об этом приобретении контролирующие органы могут получить только по запросу в банк. Опять же если будут точно знать, кто именно их интересует.

Но это еще полбеды. Чеки, надо полагать, недобросовестные российские госслужащие покупать и не будут. Смысла нет. Достаточно прийти в «дочку» какого-нибудь крупного иностранного банка в России и купить... вексель. А дальше предъявить его к оплате материнской конторе за границей либо вообще продать другому иностранному банку. Никто об этой операции даже не узнает. Такая сделка, во-первых, не противоречит принятому закону (слова «вексель» там нет). Есть только запрет на владение чиновником иностранных ценных бумаг. Но вексель, выпущенный «дочкой» иностранного банка, в России считается российским активом, как и сама «дочка» по закону является российским кредитным учреждением.

Но бог с ними, с чеками и векселями. Поднявшие эту волну блогеры сделали кампанию на поиске зарубежной недвижимости. Но если найти квартиры и виллы могут они, то почему не может государство с его мощным аппаратом? Недвижимость под запрет, как известно, не попала. Но не секрет, что владение ею почти везде автоматически предполагает открытие счета, что запрещено. Ответственная в Думе за новый закон глава комитета по безопасности Ирина Яровая, правда, подсказывает выход: «Платежи можно делать и из России, из российских банков». Теоретически да. «Российский гражданин, имеющий недвижимость за рубежом, может проводить все коммунальные платежи через российский банк, — подтверждает директор департамента банка «Стройкредит» Юлия Гнеднева. — Для этого необходимо предоставить банку реквизиты. При этом можно сделать поручение о периодическом перечислении средств по заданным реквизитам (к примеру, раз в месяц)». Правда, банкиры возьмут за это комиссию. Она составит порядка 1,5 процента от суммы платежа — минимум 50 долларов, максимум — 200. «Также нужно учитывать, что средства за границу переводятся со счетов в долларах или евро. И если клиенту необходимо перевести деньги в какой-либо другой валюте, то также придется заплатить комиссию за конвертацию», — добавляет Юлия Гнеднева. И кому, спрашивается, нужна такая головная боль?

Вернись, я все прощу

Некоторые сознательные чиновники все-таки начали переводить свои капиталы на родину.

Помочь определиться остальным могла бы амнистия, о которой недавно говорил глава Сбербанка Герман Греф. Впрочем, он предлагал распространить ее на всех «убежавших», а не только на госслужащих и их ближайших родственников. Хотя касаться она, если ее примут, будет именно последних. Ведь гражданам, не состоящим на госслужбе, иметь счета и акции иностранных компаний не возбраняется. Но и на такое прощение, похоже, шансов нет. Во-первых, это будет негативно воспринято обществом. Ведь получается, что государство отмывает нелегальные доходы. Во-вторых, обидно станет тем, кто честно платил налоги. Да и опыт показывает, что такая мера у нас не работает. Аналогичная операция 2007 года вернула домой 28,2 миллиарда рублей. Допдоходы казны составили лишь 3,7 миллиарда. Для сравнения: только за 2012 год, по данным ЦБ, отток капитала составил 56,8 миллиарда долларов.

Так как же все-таки будет исполняться закон? Тотальной проверки зарубежных авуаров госслужащих не ожидается. А вот точечные разоблачения, как и сегодня, наверняка окажутся востребованными. Ведь превратился же в пшик Закон «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих госдолжности, и иных лиц их доходам», принятый в прошлом декабре. Сроки подачи чиновниками расходных деклараций уже перенесены с весны на 1 июля. А подавать их, оказывается, должны только те, кто сам обнаружит, что его расходы оказались большими, чем доходы. Много окажется таких унтер-офицерских вдов?..

Может, закон — это своего рода тест на лояльность? Ведь запреты распространяются и на кандидатов на госдолжности. Правда, соискателям придется всего лишь задекларировать наличие зарубежной собственности, а освобождаться от нее — уже только после вступления на пост. Итоговый выхлоп от меры тоже невелик, учитывая, как сложно добыть за рубежом такого рода информацию. Так что неугодного кандидата может потопить разве что незадекларированная вилла.

Если же речь действительно идет о конкретном результате, то следующим должен стать еще один важный, но болезненный шаг — ратификация упомянутой Конвенции о взаимопомощи в области налогообложения. Этот механизм позволяет избежать ситуации, когда контролирующие органы сами выбирают, кого проверять, а кого нет, а также «национализировать элиту» не по частям, а целиком. Интересно, вспомнят ли об этом документе сами депутаты, пропиарившиеся на практически невыполнимом законе?