ЧЕРНАЯ СУМОЧКА КОРОЛЕВЫ

ЧЕРНАЯ СУМОЧКА КОРОЛЕВЫ

Я сидел у окна в переполненном зале,

Где-то пели смычки о любви.

Я послал тебе черную розу в бокале

Золотого, как небо, аи.

Ты взглянула. Я встретил смущенно и дерзко

Взор надменный и отдал поклон.

Обратясь к кавалеру намеренно резко,

Ты сказала: «И этот влюблен».

И сейчас же в ответ что-то грянули струны,

Исступленно запели смычки…

Но была ты со мной всем презрением юным,

Чуть заметным дрожаньем руки…

Как тонко, как верно передает поэт то странное, что порой происходит с нами. Почему чужой, едва увиденный человек вдруг становится и нужней, и желанней близких? Таинство любви с первого взгляда, «удар молнии», как называют это более темпераментные итальянцы, еще случается в жизни, а объяснить его невозможно. Рассудок тут ни при чем. Потом — позже — начинаешь прикидывать, чем хорош или нехорош твой избранник, а сразу — лишь магическое притяжение, неизъяснимая симпатия к одним и беспричинная, непонятная неприязнь к другим. И опять Блок:

Есть дурной и хороший есть глаз,

Только лучше б ничей не следил:

Слишком много есть в каждом из нас

Неизвестных, играющих сил…

…И не ведаем сил мы своих,

И, как дети, играя с огнем,

Обжигаем себя и других…

Психологи изучают совместимость одних натур и несовместимость других. Это очень важно — «не обжигать себя и других», первостепенно при подборе состава полярных экспедиций, зимовок, команд кораблей, при комплектовании экипажей для длительного нахождения вне Земли. Изоляция в замкнутом пространстве, стрессовые ситуации необычной обстановки могут привести к самым неожиданным последствиям, если не предусмотреть загадочные симпатии-антипатии. Да и в обычной жизни опыт учит нас, что совместимость натур — условие, пренебрегать которым не стоит. Запросто отравишь существование себе и окружающим, любой пустяк разрастается в тяжелый конфликт.

Но как обычному человеку установить, вычислить эту самую совместимость? Где узнать критерии и признаки, более точные и надежные, чем собственная интуиция, чем загадочная симпатия? В поисках таких критериев многие кинулись изучать гороскопы, благо у нас перестали их запрещать. Конечно, любопытно определить не только особенности характера, зависящие от даты рождения, то есть расположения и влияния звезд и планет, но и «за» и «против» сочетаний знаков Зодиака. Скажем, благоприятен ли союз Овена с Козерогом или Рыбы с Близнецами? Еще интересней прикинуть более сложные сочетания: европейского — знаков Зодиака (Солнечный календарь) и восточного 12-летнего цикла, обозначенного именами животных (Лунный календарь). Если он, предположим, Крыса и Весы, а она — Змея и Рак, уживется ли такая пара долго и счастливо? Готовые ответы — подчас с известной долей юмора — дают издаваемые ныне сборники старинных и новейших звездных предсказаний. Верить или не верить их рекомендациям — дело, конечно, сугубо личное. Забавно, когда что-то совпадает. Впрочем, совпадения всегда легче находить, чем несообразности. Замечу лишь как курьез: прочитав, что самые подходящие друзья январского Козерога те, кто родился в апреле под знаком Овна и в сентябре под знаком Девы, я с немалым удивлением обнаружила изобилие справляемых в эти месяцы дней рождения самых близких мне, проверенных многолетней преданной дружбой людей. Однако это так, к слову. Просто назвать суеверием или игрой подобные предначертания было бы несправедливо. Рациональное начало здесь есть. Человек, как и все живое, дитя Вселенной. Излучение звезд и планет, активность процессов на Солнце, космические катаклизмы не могут не влиять на организм — опосредованно и неопосредованно. Какие-то общие черты натуры у людей, родившихся в один год, месяц или даже день, конечно же, не исключены. Кстати, современная наука этого не отрицает, а космическая медицина даже подтверждает. Но ведь судьба, жизненные коллизии у каждого свои, зачастую резко различны. Кто-то станет подвижником, чуть не святым, другой — жуликом, а иной — преуспевающим дельцом. Слишком примитивно, упрощенно выглядят детальные гороскопы на каждый день, общие для всех и каждого. Ценность и потенциал конкретной человеческой личности вряд ли определишь только по году и месяцу рождения…

Даже полное совпадение солнечных и звездных знаков не проливает свет на загадку наших влечений или неприятий…

Почему мы так устаем в толпе, на собраниях, заводимся в очередях? И почему нам приятно в лесу, на реке, все стрессы и проблемы кажутся вдруг ерундовыми, уходят далеко-далеко?..

Лет двадцать пять назад я случайно услышала о занятной гипотезе, высказанной одним ленинградским инженером, фамилию которого, к сожалению, память не сохранила. Он целиком поддерживал мнение некоторых ученых, что каждый человек является излучателем энергии. Одни более сильно, другие — послабее, но излучают, имеют энергетическую тень все. И он утверждал, что те люди, чьи излучения близки, как-то совпадают по частоте, длине волны, чувствуют себя хорошо в обществе друг друга, а противофазные испытывают дискомфорт, отчего возникает утомление или интуитивная неприязнь. В толпе, в скоплении людей волны хаотически накладываются друг на друга, образуется волновой шум, который изнуряет больше, чем иная тяжелая работа. Этот ленинградский инженер сконструировал прибор, который фиксировал излучение человека и четко показывал, что кустарник, деревья хорошо экранируют энергетическую тень. В те годы очень немногие люди интересовались подобными вещами — во всяком случае, во всеуслышание. Поэтому не удалось проследить, куда делся изобретатель и что сталось с его детищем. А ведь интересной была сама идея, да и прибор, наверное, стоил внимания.

Сейчас, когда научно подтверждены, измерены, взвешены различные — электрические, магнитные, тепловые, энергетические — поля человека, когда и физики, и физиологи, и специалисты по радиоэлектронике доказали на современных сложных установках, что у каждого человека строго индивидуальна частота единого для всех регуляторного миллиметрового диапазона — «тайного сигнала природы», поневоле вспомнишь о том ленинградском новаторе. О чем-то очень важном догадался он. И кто знает, займись наука его предположением сразу, может, не пропали бы десятилетия для постижения важнейших факторов человеческого «я» и не пришлось бы многим знаменитым и безвестным пока самородкам претерпеть столько мытарств, унижений и поношений только за то, что им хотелось помочь страдающим людям, пополнить возможности медицины. А это — замечательный доктор С. Касьян, X. Патгаев — специалист по мануальной терапии из Кисловодска, А. А. Иванкин из Георгиу-Дежа, за десять дней излечивающий заикание, рязанский доктор А. Г. Епифанов, разработавший метод борьбы с неизлечимыми облетерирующими заболеваниями сосудов ног с помощью сконцентрированной им полимагнитной установки «Звезда», наделенная уникальным даром Е. Ю. Давиташвили — известная Джуна…

Джуна совершила, в общем-то, научный подвиг: предоставила себя в распоряжение ученых, соглашалась на самые сложные, изнурительные эксперименты. И не просто соглашалась, а добивалась их проведения, что и позволило в какой-то степени прояснить истинную физическую картину феномена. А значит, парировать наветы и кривотолки и облегчить дорогу подлинно научному медицинскому использованию удивительных свойств человеческого организма.

В предыдущей главе говорилось о людях, владеющих гипнозом, способных снимать боль, внушать различные ощущения и вызывать те или иные реакции организма. Но феномен Джуны — нечто отличное от гипноза. Метод воздействия и восприятия совсем иной, и книгу свою, вышедшую в 1989 году большим тиражом, Е. Ю. Давиташвили назвала довольно точно — «Слушаю свои руки». Как и гипноз, влияние посредством рук, даже без касания, — древнейшее искусство и дар, вероятно известный первобытному человеку. И столь же вероятно, что свойство это в зачаточном состоянии присуще всем без исключения, но не развито, не осмыслено и поэтому остается без пользы. Интуитивное желание погладить ребенка, близкого человека, блаженное тепло, когда тебя гладят любящие руки, мы называем лаской. И пришла она к нам естественно, как способность дышать, есть, двигаться. Почему это так приятно, мало кто задумывался. Между тем «наложение рук» священнослужителей принято во многих религиях, а в официальной медицине не случайно ручной массаж ценится высоко не только за умелое разминание мышц, а за воздействие куда более эффективное, чем различные механические, электровибрационные и водные манипуляции.

Итак, феномен волшебных рук Джуны. Сама она — личность, безусловно, неординарная: поет, пишет стихи, рисует картины. Натура остро эмоциональная, до срывов, но с железной волей и крепкой хваткой, с неодолимой пробивной силой, иначе не сумела бы с честью пройти сквозь все препятствия и беды и добиться такого успеха в наши непростые времена.

«Я очень счастливый человек, — утверждает она, — но я и очень несчастный человек. Ведь сверхчувствительность — это не только способность ощущать физическую боль другого, но и горькая доля остро, до спазм в горле и тяжести на сердце, реагировать на любую несправедливость и даже самую малую обиду. И если бы обходилось только малыми обидами! Слишком уж часто я воспринимаю черные волны недоброжелательства или зависти, равнодушного невежества или оскорбительного отрицания, вызванные непониманием сути того дела, которому я отдаю свою жизнь…».

Оппонентов и недоброжелателей ей и впрямь хватало. В своей книге Джуна приводит некоторые их отзывы.

«Лечит она путем внушения, я это не отрицаю, — сказал один профессор медицины. — Но никакой особой энергии, как она считает, у нее нет».

Эту мысль профессора развил один уважаемый академик: «Физике известны все дальнодействующие поля, которые взаимодействуют с материей: электромагнитное акустическое, гравитационное. Поэтому представление о каком-то поле, которое бы не обнаруживалось приборами, не выдерживает критики».

Из деликатности Джуна не называет имен этих людей. Ведь, как выяснилось сегодня, дело-то было не в неведомых полях, а в несовершенных приборах, в элементарном нелюбопытстве и еще, наверное, в столь популярном запретительном духе, проникшем даже в научные учреждения. Казалось бы, самое ценное в науке — независимость, оригинальность мышления, новаторство. Однако именно такие качества, за редчайшим исключением, приносили тем, кто ими обладал, лишь неприятности, а порой и беды. Куда спокойнее не утруждать себя, не высовываться, а тихонько пописывать отчеты, какие требуются, благо в этом все понаторели, чем пробивать лбом стену, зарабатывая лишь шишки…

Откуда взялась Джуна и чего она хочет? Она сама рассказывает, что ведет свой род от ассирийцев, из легендарного Вавилона. Прадед ее матери переселился из Ирана в Армению, а уже при Советской власти семья перебралась на Кубань, где и осела в селе Урмия, основанном ассирийцами. Здесь родилась и выросла Джуна среди свято чтимых древнейших обычаев и легенд Ассирии, бережно передаваемых от поколения к поколению. Герои Ассирии прославились не только жестокими царями и кровавыми войнами, но и своими знаменитыми врачевателями. Им, как повествуют легенды, покровительствовал бог медицины Нингишзидда, изображаемый в виде Змеи, обвивающей жезл. Даром исцеления наделялись и другие боги, однако особо почитаемой считалась богиня Бау, созидательница жизни. Легенда гласит, что она спасает прикосновением рук.

Богине Бау поклонялась прабабушка Джуны, слывшая своего рода местной знахаркой. К ней приходили больные, она гладила пораженное место, водила руками, веточкой и при этом что-то шептала. Малышка девочка не раз пыталась подражать прабабушкиным пассам, напевая или нашептывая при этом что-то свое. Вообще-то ребенок рос со странностями: с ней происходили какие-то невероятные события, приключались галлюцинации, во сне она предсказывала, отвечала на вопросы взрослых. Как-то десятилетняя Джуна, увидев у сверстницы бородавки на руках, потрогала их из любопытства. Через несколько дней бородавки посинели, затем подсохли, побелели и отпали. Тогда это прошло мимо сознания ребенка. Свою способность исцелять она осмыслила лишь взрослой девушкой, когда, приехав в Тбилиси с дипломом киномеханика, чтобы начать самостоятельную жизнь, устроилась работать помощницей… в баре одного из модных кафе. Но как только осознала свои уникальные способности, стала добиваться содействия медиков, научного осмысления того, что с ней происходит. Позднее, после многократных попыток пробить стену, она напишет: «Хотела бы задать своим оппонентам и их сторонникам всего несколько вопросов. Какими приборами определяется сила гипноза или упомянутого внушения? С помощью какого поля взаимодействует внушающий с материей? В каком дальнодействующем поле находится собака, которая отыскивает своего хозяина, пробежав несколько сотен километров? На какой волне и какое поле, электромагнитное или акустическое, чувствует мать, что в далеком от нее городе с ее сыном произошло несчастье?»

В самом деле, вряд ли внушением можно вылечить косоглазие, свищ в прямой кишке или сшить послеоперационную рану. А Джуна и это делала, пользуясь искусством «слушать свои руки» (почти так она и назвала свою книгу). И вероятно, справедливо в какой-то степени утверждает, что ее метод диагностирования, лечения и профилактики оригинален и отличен от гипноза. Лечением наложением рук или бесконтактным массажем пользовались в самых разных странах в разные времена. То эти методы становились сверхпопулярными, а то вовсе исчезали и казались утраченными, но они существовали. Джуна старательно изучала разные методы и способы воздействия руками, а с годами, с опытом, накопленным практикой, усовершенствовала их и, приспособляя к своему дару, создала собственный метод. Причем она утверждает, что методом Джуны могут овладеть не только люди, наделенные особыми способностями, но и многие желающие. Он может стать доступным для большинства врачей при лечении разных заболеваний, а для широкого круга людей — средством профилактики заболеваний.

Подчеркну еще раз: Джуна сразу же, как только обнаружила свои уникальные способности, обратилась в медицинские учреждения за поддержкой, советом и помощью, прекрасно отдавая себе отчет, что лечить без элементарных знаний хотя бы анатомии и физиологии нельзя, что это несерьезно да и может привести к нежелательным последствиям. Важно ведь диагноз, поставленный чувствительными руками, проверить и подтвердить на современных медицинских приборах. Рядом и вместе с медиками она твердо знала, что сможет творить чудеса. Но пришлось бы ей тоже, как многим другим, обладающим даром сверхчувствительности, до дна испить горькую чашу неприятия, непризнания, даже прямых оскорблений, если бы не железная ее воля да удача, благосклонность судьбы.

В 1979 году первый раз Джуне «крупно повезло» — пригласили в Тбилисскую клиническую железнодорожную больницу для проверочных экспериментов. Однако кончилось «везение» печально. Хотя результат был назван «ошеломляюще впечатляющим», официальный отзыв о благоприятном воздействии на ход лечения больных радикулитом и остеохондрозом дать отказались, а через несколько дней указали на дверь.

Мало того, в одной из газет появилась статья, бросающая тень на ее репутацию. И если бы среди обращавшихся к ней страждущих не оказался заместитель министра здравоохранения Грузии и если бы он не был порядочным и разумным человеком, кто знает, как сложилась бы ее дальнейшая судьба. После выступления Ш. Ломидзе в «Комсомольской правде», где он написал: «Думается, что специалисты-медики, получившие серьезное вузовское образование, оказались бы только в выигрыше, если бы почерпнули что-то еще и у Давиташвили», гроза, собиравшаяся над ее головой, в какой-то степени разрядилась. Однако эксперименты в одной, другой, третьей столичной поликлинике после переезда в Москву заканчивались примерно так же, как в Тбилиси. Потрясающе, но непонятно, необъяснимо, значит, лучше не связываться, исследований не устраивать, официальных отзывов не писать…

И все же нашла в конце концов Джуна поддержку — совсем с другой стороны, откуда не ожидала: не у медиков, а все-таки у представителей точных наук. Математик академик Г. И. Марчук, бывший в те годы председателем Госкомитета по науке и технике, нашел время ознакомиться с результатами ее метода и поручил ученым разобраться с этим феноменом. Физик, тогдашний президент АН СССР академик А. П. Александров заявил в печати, что «таких людей, как Давиташвили, которые искренне стремятся помочь больному и помогают ученым понять природу их методов, причислять к мистификаторам нельзя. Повторяю: нужно работать, чтобы объяснить эти явления».

В сентябре 1980 года наконец-то начались эксперименты по изучению феномена Джуны в научных медицинских учреждениях: в начале в Центральном научно-исследовательском институте рефлексотерапии, а позже — в НИИ нормальной физиологии имени П. К. Анохина. Вначале в основу программы испытаний легло предположение о том, что бесконтактный массаж — так назвали метод, применяемый Джуной, — вызывает в организме пациента взаимодействие некоторых физиологических процессов резонансного характера. Для проверки надо было провести на телеметрическом устройстве полиграфическую регистрацию синхронной электроэнцефалограммы (электроизлучений мозга) Джуны (индуктора) и пациента (реципиента).

По каким-то причинам в то время задуманную программу осуществить не удалось. Обидно. Если вспомним то, о чем рассказано в главе «Тайный сигнал природы» — о резонансном эффекте воздействия миллиметровых электромагнитных полей на организм человека, тогдашнее предположение ученых-медиков могло оказаться очень близко к разгадке волнующей тайны. Они, как в детской игре «горячо — холодно», подошли к отметке «тепло». Впрочем, возможно, я и ошибаюсь, — что теперь гадать! Тем более что другой избранный путь — проведенная программа по определению и измерению реального тепла, излучаемого Джуной и больным, на которого она воздействовала, — оказался весьма полезным и для науки, и для медицинской практики.

В эксперименте измеряли термополя и термоизлучения Джуны и пациента до и во время сеанса на высокочувствительном термовизоре японского производства. Как это делалось? Сначала с экрана дисплея на обратимую фотопленку сняли тепловую картину правой руки шестидесятилетнего человека, страдавшего хроническим заболеванием, возникшим в результате ранения из-за рубцовых изменений в плече и лопатке. На полученном тепловом «портрете» кисть руки вообще не выявилась, как будто она отсутствовала. Следовательно, температура кисти не отличалась от комнатной из-за резко нарушенной циркуляции крови в сосудах, то есть из-за спазма сосудов, специфичного для подобного заболевания. Снимок середины предплечья также отчетливо показал, вернее, не показал участок с резко сниженной температурой. И вот Джуна приступила к своим пассам. Пациент почувствовал тяжесть в кисти, потом какое-то странное отталкивание, вроде как бывает при сближении однополюсных магнитов. Через несколько минут все эти ощущения исчезли и осталась только приятная теплота, которая постепенно нарастала. Сразу же сделали повторную термограмму, а затем тепловые снимки повторяли через каждые пятнадцать минут. На них четче и четче проступали все расширяющиеся контуры повышенной температуры. Наполнялись кровью сначала мелкие сосуды, а потом и крупные. Площадь холодной зоны прямо на глазах таяла, как кусок льда под солнцем. Наконец проявился «портрет» всей кисти. Сеанс длился 45 минут. Температура кисти поднялась на три градуса по Цельсию!

Джуна ликовала. Ее метод лечения, который она считает методом согревания крови, зарегистрирован точным прибором в присутствии многих компетентных свидетелей! Да еще в отчете сделана отметка о более широком спектре излучения индуктора, чем полоса решающей способности термовизора, — от 1 до 15 микрон. Потом проводили сеансы с другими больными, использовав иные методики и приборы в разных научных медицинских учреждениях. Всюду объективно регистрировали улучшение состояния сосудистой системы, налаживание кровоснабжения, нормализацию артериального и венозного тонуса. Теперь слово было за представителями точных наук.

В том же 1980 году по заданию президиума АН СССР и Государственного комитета по науке и технике в Институте радиотехники и электроники АН СССР создавалась лаборатория и разрабатывалась специальная программа по теме: «Исследование физических полей биологических объектов радиоэлектронными методами». Работы эти поддерживали не только академики Г. И. Марчук и А. П. Александров, но и такой выдающийся ученый и организатор науки, как академик Б. Е. Патон, президент Академии наук Украины.

«Я убежден, что необходима серьезная и планомерная работа по изучению физических полей биологических объектов, а следовательно, и феноменальной способности, которой, очевидно, обладает Давиташвили», — заявил он в то время. Кстати, успех работы украинских ученых по изучению воздействия и применению в медицине электромагнитных полей миллиметрового диапазона тоже во многом обеспечен активной поддержкой и твердой позицией академика Б. Е. Патона.

Лабораторию в академическом Институте радиотехники и радиоэлектроники в Москве возглавил академик Ю. В. Гуляев, ныне директор этого института, и доктор физико-математических наук, профессор Э. Э. Годик. Пришла туда молодежь — выпускники физико-технического института, а также мехмата Московского государственного университета, специалисты по цифровой обработке.

В подвальном помещении роскошного когда-то особняка в центре Москвы все было разгорожено на тщательно экранированные закутки-чуланчики, насыщенные точнейшими измерительными приборами, телеаппаратурой, чуткими фиксирующими устройствами. Точные науки на то и точные. Здесь все выводы делаются только на абсолютно проверенных и объективно измеренных данных. На вид и на вкус здесь никому не верят. Ученые подошли к делу системно. Они создали сверхчувствительные методы регистрации различных собственных физических полей человека, разработали специальные компьютерные программы для их выявления и определения — словом, они сделали видимым и регистрируемым не просто привычный облик человека, но ореол вокруг него, возникающий, оказывается, постоянно и незаметно вокруг каждого из нас при каждом нашем движении, даже во сне.

В лаборатории Гуляева и Годика в Институте радиотехники и электроники, о которой вначале ходили самые невероятные, завораживающие воображение фантастические слухи, впервые научились снимать динамическую картину физических полей человека. Как объясняет академик Гуляев, «отдельные виды излучений человека снимали и до нас. Но это были как бы моментальные фотографии, а мы создали „цветное кино“ или „цветное телевидение“». Действительно, «кино» впечатляющее. Я собственными глазами видела на экране поразительное изображение: изменение физических полей в цвете в зависимости от процессов жизнедеятельности, проходящих в организме за определенное время.

Целенаправленные эксперименты физиков и специалистов по радиоэлектронике на лабораторных животных и позже с людьми начались в московском институте примерно с 1983 года, и тоже с теплового излучения. Однако вскоре стало ясно, что система динамического картирования физических полей и излучений человека важна и перспективна для целей медицины. Возможности здесь открывались куда более широкие, чем у прославленной компьютерной томографии. Последняя ведь дает картину лишь неподвижных структур тела и органов, а физики смогли получить живую компьютерную картину динамики процессов, проходящих в организме пациента. Другими словами, специальные приборы позволяют судить не только о расположении и тех или иных нарушениях формы внутренних органов, но о их функционировании, их деятельности, включая и деятельность мозга. Вот к какому чуду и как быстро привело изучение феномена Джуны, когда взялись за него по-настоящему высококвалифицированные ученые.

Кстати, выяснилось, что никакой мистики и волшебства в воздействии экстрасенсов нет. Их чудесный дар, особый талант заключается в умении концентрировать и направлять естественные, известные науке физические поля, в том числе тепловой, электрической и магнитной природы.

Как рассказывает академик Гуляев, в те годы они пробовали ставить опыты с обыкновенной грелкой. Горячей грелкой удавалось повышать температуру в определенном месте, однако на эффект разогрева, на что Джуна или другой одаренный индуктор тратили минуты, с грелкой уходили долгие часы.

«Первые объяснения сводились к влиянию именно тепла. Мы провели измерения и установили, что кожа человека обладает особой чувствительностью к теплу. Всего три десятых доли градуса уже ощущаются на близко расположенной поверхности. Когда рука экстрасенса идет вдоль спины больного, на тепло ее откликаются некоторые зоны. В основном активные точки, точки иглоукалывания. Эти точки, как известно, имеют нервную связь с различными органами. По тому, как они реагируют на то или иное воздействие, можно судить о состоянии органа. Рука больше нагревает ту точку, которая связана именно с больным органом. Это общее свойство человеческого организма, а не какая-то выдающаяся особенность. Но чувствительность экстрасенса позволяет ощутить, где конкретно сильнее греется, а какой тут лечебный или диагностический эффект, разберутся врачи и физиологи, а не физики…».

Физики же проводили с помощью разработанной для этого аппаратуры сравнительные исследования сигналов, генерируемых человеком, у двух групп испытуемых: у людей, обладающих даром сверхчувствительности — предполагаемыми особенностями физических полей, и у контрольной группы «нефеноменов», в которую чаще всего входили сотрудники лаборатории. Результаты свидетельствовали, что в спокойном состоянии пространственно-временное распределение физических полей у людей из обеих групп практически одинаково. Зато в рабочем режиме, когда экстрасенсы начинали сеанс воздействия, зарегистрированы существенные различия. Особенно усиливалось инфракрасное и тепловое излучение. У экстрасенсов отмечено также резкое увеличение обычного сверхслабого свечения пальцев рук. Запомним этот важный факт, к нему мы позже вернемся.

Постепенно интерес ученых-физиков к экстрасенсам несколько поостыл. Джуна, Тахир Салеев и другие, охотно предоставившие себя для обследования и активно участвующие в опытах, способствовали открытию и разработке новой, неведомой ранее интереснейшей области знаний: изучению собственных физических полей у людей обычных, никакими выдающимися способностями не наделенных. В общем-то это новое направление не расходилось с заветной целью Джуны, ведь она всегда утверждала, что ее постоянное стремление — научить других пользоваться ее методом. Научные исследования сущности бесконтактного и контактного массажей, уникальной способности одновременно и гармонично активизировать и приводить в норму деятельность внутренних органов, систему кровообращения помогли широкому применению этого великолепного способа активизации природных сил. Наконец наступило новое время — время перестройки. Все менее популярными становились запретительство и командный произвол. И хотя пока еще многое дается с великим трудом, тем не менее с мертвой точки дело сдвинулось.

Джуна получила разрешение на организацию центра, где обучает своим методам медиков. Сотни ее учеников уже работают в клиниках и больницах. Она учит элементарным приемам бесконтактного воздействия и обычных людей, чтобы они могли в простейших случаях заболеваний помогать родным и близким. Тахир Салеев, человек с университетским образованием, закончивший еще и вечернее отделение медицинского училища, мечтает в Ташкенте открыть салон со всеми видами массажа, мечтает о специальных школах, где особо одаренных детей с ранних лет готовили бы к медицинской деятельности, как это практикуют многие века тибетские ламы-врачеватели… Может, сбудутся и его мечты. Только хотелось бы поскорей.

А пока вооруженные современными научными средствами физики, со своей стороны, настойчиво продолжают прокладывать путь принципиально новой медицине, которая, судя по всему, может, станет не медициной отдаленного будущего, а самого что ни на есть настоящего.

«Современная медицина, — считает профессор Э. Э. Годик, — в сущности, выявляет инвалидов. Она замечает лишь патологию — глубокое развитие болезни. Если пользоваться терминами автомобилистов, она замечает только поломки, а на предшествующий скрежет не обращает внимания. Медик сегодня напоминает такого автослесаря, который заинтересован в дорогостоящей починке сломанного автомобиля, а не в дешевом профилактическом ремонте. Наши же методы позволяют выявить отклонения в организме на стадии „скрежета“. Это открывает дорогу раннему выявлению нарушений. Медицина будущего перейдет от выявления больных к устранению предпосылок болезни. И конечно, должны измениться методы лечения. Сейчас, когда болезнь зашла далеко, вынужденно используются отнюдь не безвредные химические препараты, мощные дозы физиотерапии, хирургическое вмешательство. На ранней же стадии можно будет воздействовать на те или иные рецепторы человека слабыми информационными дозами различных излучений и помочь организму самостоятельно возвратиться к состоянию равновесия, то есть к здоровью. Резервы же человека как самоорганизующейся системы громадны. Нам надо только понять, как и чем правильно воздействовать. Методы, позволяющие видеть динамику физических полей и излучений человека, открывают путь лечению в режиме диалога. Врач будет наблюдать за результатом воздействия, то есть лечить с постоянной обратной связью…».

Образное сравнение с автомобилем, может, покажется и не совсем удачным, да важна суть. Речь идет не о мечтаниях и фантазиях, а о реально существующих знаниях, создании действенных методов, которые в 1989 году обсуждали по высшим научным критериям на заседании президиума АН СССР. Было решено открыть в Институте радиотехники и электроники Научно-инженерный центр биомедицинской радиоэлектроники со специальным конструкторским бюро. Академический центр станет головным в стране по разработке проблемы: «Динамическое картирование физических полей и излучений человека». А следующий этап — Научно-методический медицинский центр в Центральной клинической больнице Академии, задачи которого явствуют из названия. Врачи и физиологи будут определять наиболее перспективные области применения новых методов и техники и апробировать их уже непосредственно на пациентах. Здесь снимают магнитограммы, исследуют инфракрасное и радиоизлучение человека, его электрические поля. Любое из направлений научного поиска сулит интереснейшие и важные новые открытия, а совокупность и сопоставление полей, излучаемых человеком, — уникальный по информативности способ создания функциональной диагностики без всяких физических и химических вмешательств, ну а затем — и того сенсорного лечения, о котором упоминал профессор Годик, то есть лечения бесконтактным воздействием, лечения энергетическим информационным сигналом.

Хоть это и в самом деле уже отнюдь не мечты, однако от специальной лаборатории до массового применения во всех медицинских учреждениях препятствий и преград, как всегда, более чем хватает. Нет в стране нужного оборудования, не налажено его производство. Пытаются сыскать богатого заграничного благотворителя или хотя бы заинтересовать какое-нибудь отечественное оборонное предприятие. Аппаратура-то нужна сверхточная — прецезионная. Хочется верить, что приоритет страны не только в научных идеях, но и в их реализации, в массовом производстве оборудования принципиально нового характера удастся все-таки сохранить. Вообще очень хочется верить в победу здравого смысла, но… скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается. Вспомним мытарства киевлян, которые уже несколько лет творят свои чудеса (о них рассказано в главе «Тайный сигнал природы») с обычными промышленными генераторами, кое-как приспособленными для целей медицины. Ну не обидно ли, что за столько лет не удалось наладить нормальное промышленное производство необходимых и, в общем-то, совсем простых, специализированных для нужд медицины приборов? Увы, опять ничего не остается, кроме риторических вопросов…

Разумеется, есть надежда, что академическому институту, академическому центру; да еще после решения президиума Академии, повезет больше: в стране и законы новые приняты, и президентский указ. Но ведь в Киеве тоже не пасынки. Они давно разработали, теоретически обосновали, а главное, с наглядным успехом апробировали и применяют в клиниках, даже зарубежных — в США, Японии, — энергетически-информационное лечение. Не абсурдно ли, что дело пока на том же месте остается, вместо того чтобы распространить достигнутое как можно шире во все страны? Не абсурдно ли, что новый оригинальный прибор «Порог», как его назвали авторы — научные сотрудники, работающие по программе «Отклик» при Киевском госуниверситете Н. Колбун и В. Лобарев, прибор, прекрасно обеспечивающий столь важную обратную связь целителя с пациентом, никак не удается изготовлять промышленным способом? А прибор этот, размером с карманный транзисторный приемник, поистине «волшебная шкатулка». Он принципиально отличается от неудобных промышленных генераторов миллиметровых волн тем, что позволяет организму пациента самому отобрать нужную для него частоту излучения, причем не одну, а сразу несколько. Уже не приходится опытному врачу часами сидеть с пациентом, подбирать строго индивидуальные оптимальные лечебные частоты, ловить отклик — ощущения, которые бывают разными. «Порог» все определяет сам в считанные минуты. Его успешно испытали в НИИ ортопедии и стоматологии Украины, в 3-й больнице Киева, где у детей с детским церебральным параличом снимали спазм за две минуты. Испробовали действие «Порога» и на спортсменах: после напряженных тренировок нормальное состояние футболистов киевского «Динамо» восстанавливалось в три раза быстрее, чем обычно. Все просили: «Дайте нам прибор, оставьте его у нас». Но сколько авторы могут сделать своими руками? Единицы. Обратились за поддержкой в Комитет по новой медицинской технике Минздрава СССР, да здесь на них обрушилась такая лавина требований, что оторопь взяла. Оказывается, надо сначала создать экспериментальный образец. Хотя все документы об успешных испытаниях уже сделанных приборов были представлены, по действующей инструкции они считаются просто домашней поделкой. Инструкция гласит, что «для решения вопроса о целесообразности проведения опытно-конструкторской работы по созданию… и т. д.» надо не больше не меньше, как найти самим предприятие, которое согласится прибор изготовить, составить на него медико-технические требования, утвердить их во Всесоюзном научно-исследовательском и испытательном институте медицинской техники, тогда, может, и получится «образец», который требуется представить «для решения вопроса»…

Бюрократическая машина в действии — страшная сказка про белого бычка, где без конца все надо начинать сначала. Перед ней пасует самый горячий энтузиазм и самые умелые руки. Между тем экономический эффект «Порога» в грубом приближении уже на первых порах предполагался в полтора миллиона рублей, причем, конечно же, никто не подсчитывал и не приплюсовывал к этой сумме ни цену возвращенного здоровья, ни ту пользу, которую дала бы доступность прибора для каждого. Ведь его следует продавать в аптеках, как продают грелки и бинты. По сути — это домашний механический экстрасенс. Вреда он причинить не может: сигналы предельно слабы, зато, в отличие от человека, сила его не истощается, а многие болячки — бессонницу, головную боль, простуду, стрессы, невралгии — легко одолеть без всяких таблеток, уколов у себя дома, не бегая по очередям в поликлинике. Что ж, остается надеяться, что доводы здравого смысла да новый механизм хозяйствования все-таки переборют пристрастие к замшелым, порой абсурдным инструкциям, преодолеют косность и равнодушие. Наверное, тогда и пресса, поддерживающая киевлян, тоже поможет сдвинуть дело.

* * *

А «Порог» полезен и необходим не только в чисто практическом смысле. Я не оговорилась, когда вслед за создателями прибора назвала его механическим экстрасенсом. Воздействие очень схоже, и можно предполагать, что биологический механизм ответа на сигнал тоже похож. Помните, как в лаборатории Института радиотехники и электроники впервые увидели в «цветном кино» не только изменение тепловых излучений, но также оптический эффект — усиление свечения пальцев? Можно ли предположить, что резкая концентрация электромагнитного излучения определенной характеристики, которую интуитивно вырабатывает индуктор, приводит к желаемому эффекту? Почему нет? Никаким известным законам такое предположение не противоречит. И вероятнее всего, что помимо теплового воздействия в организм пациента поступает еще и сверхслабый сигнал электромагнитного поля миллиметрового диапазона — тайный сигнал, выработанный природой для передачи информации. Науке известно, что сверхслабый сигнал способен порой оказывать на сложные системы гораздо более существенное воздействие, чем сигнал сильный. Поэтапно, каскадно усиливаясь в энергетических каналах — тех, что названы древними целителями меридианами, сигнал вызывает мощный ответ — происходят какие-то сложные биохимические реакции и энергетические перестройки, регулирующие нормальные процессы. Вероятно, они-то и заставляют отклонившиеся от нормы клетки и органы вновь к этой норме вернуться. Чудо? Безусловно. Но отнюдь не мистическое и не потустороннее, а предусмотренное природой в длительном эволюционном отборе, чудо для своевременных необходимых «починок», для выживания вида. Просто мы ничего об этом не знали да и знать не желали, отмахивались, когда заходила речь о резервах нашего организма, о его мудром и совершенном устройстве, об опыте древних. Когда же некоторые люди, наделенные сверхчувствительностью, эту мудрость интуитивно постигли, мы затыкаем уши и зажмуриваем глаза, а то и камнем норовим в них кинуть. Так что, клеймя бюрократов, ведомственный произвол и прочие неустройства нашей жизни, неплохо иногда и на себя критически взглянуть. Откуда все это взялось, повелось? Уж не наша ли косность, нелюбознательность, а порой воинствующее невежество и противоестественная леность мысли стали питательной почвой для всех так травмирующих нас явлений? Не потому ли дошли мы до жизни такой, что никто и никогда не нес ответственности за «нет», за запрет? Только за разрешение, за поддержку можно было поплатиться. Никто никогда не был наказан за то, что упустил, проморгал, не помог, не облегчил, не протянул вовремя руку. И наоборот. Так, может, стоит провести переоценку, хотя бы для самих себя, наедине со своей совестью? Может, именно это облегчит борьбу за все доброе, за все, к чему мы стремимся сейчас, приблизит лучшие времена… «Хочешь сдвинуть мир — сдвинь себя», — недаром учил Сократ.

Неловко вспоминать, как человек неординарных способностей, дипломированный врач-психотерапевт А. М. Кашпировский, тоже, кстати, с Украины, не мог добиться признания, пока не прибегнул к отчаянно рискованной акции. Он принял участие в хирургической операции, точнее, в двух хирургических операциях как… анестезиолог. Сложные трехчасовые полостные операции шли без применения каких-либо наркотических средств, без всякого наркоза вообще, только под обезболивающим воздействием его слова и взгляда, да еще произнесенного с расстояния в тысячи километров, да еще по телевизору! Кашпировский находился в Киеве, операционные столы — в Тбилиси. Хирурги, сестры, сами больные — давние пациентки Кашпировского — после успешного завершения сеанса были просто потрясены, им довелось участвовать в из ряда вон выходящем событии! Но не забудем: и опасность, риск, страх были велики, мужество надо было немалое, в том числе подвергшимся операции, чтобы на такое решиться. Профессор Иоселиани, ведущий хирург, рисковал всем — своим именем, репутацией, не говоря о собственных нервах, но он верил в Кашпировского… И все же стоило ли доводить людей до такого отчаянного шага? Ведь до демонстрации операции по телевидению кто воспринимал Кашпировского всерьез? Кто ему помог? Кто призадумался о том, как разумнее, с наибольшим эффектом использовать его редкий дар? Как, учитывая его трудный характер, жажду славы и власти над людьми, уберечь от ошибок, от неприятностей, а его пациентов и поклонников — от горьких разочарований?

Когда ж мы все, наконец, поймем, что каждый талант — наше национальное достояние, обращаться с которым надо деликатно и бережно? Пока же мы умеем только кидаться из крайности в крайность: или пинки и камни — или безудержный захлеб, фанатичное идолопоклонство… Ни к чему хорошему такое шараханье не приводит и привести не может. Редко у какого человека достанет нравственных сил, самокритичности, чтобы достойно выдержать столь нелегкое и опасное испытание, сохранить себя, не заразиться манией величия, не совершить непоправимых оплошностей…

Возможности психотерапии далеко не безграничны. Результаты, достигаемые, с помощью внушения и самовнушения, не сохраняются на долгое время. Люди, жаждущие и ждущие чуда, должны обязательно знать об этом. Должны знать, что многим, очень многим психотерапия противопоказана, и профессионально ответственный врач всегда тщательно исследует пациента, прежде чем начать воздействие. Жизненно важно знать и то, что некоторые тяжелые заболевания нельзя излечить методами психотерапии. Временное облегчение, достигнутое сеансами внушения, — отнюдь не отступление болезни, поэтому регулярное, систематическое медикаментозное лечение оставлять ни в коем случае не следует. Эти элементарные сведения, непременно сообщаемые психотерапевтами всех стран мира своим пациентам, почему-то никто не считает нужным довести до сознания миллионов телезрителей. Крикливая, переходящая всякие границы реклама и самореклама, безответственные обещания и посулы, подменяющие серьезные разъяснения, могут привести и к непоправимым бедам.

Жаль, если из-за недомыслия, небрежности, косности и чьих-то амбиций будет загублено хорошее и полезное дело. Внушение, самовнушение, стимулируемое чужой волей, в осторожных, грамотных и высокоответственных руках — большая сила. Еще очень мало изучено и почти неизвестно, что происходит в организме при воздействии информационного сигнала. Слово лечит, слово губит… Возможно, у некоторых людей с повышенной внушаемостью организм, мобилизуясь, вырабатывает какие-то вещества, собственные «лекарства», достаточно быстро и сильно действующие, чтобы в кратчайшие сроки устранить случившуюся поломку в том или ином органе, тот или иной дефект.

Было бы разумно провести одновременно с сеансами психотерапии тонкие биохимические анализы, попытаться выявить эти вещества, если они есть, изучить, а потом изготовлять в лаборатории. Ведь в том, что защитные и восстановительные возможности организма поистине безграничны, вряд ли могут быть сомнения. Да и выделены уже некоторые белковые вещества, образуемые мозгом, — нейропептиды; выделены и применяются как лекарства многие из ферментов — ускорителей биохимических реакций. Почему бы не быть биохимическим соединениям, способным, к примеру, рассасывать рубцы на сердечной мышце после инфаркта или восстанавливать до нормального состояния кожу, испещренную шрамами? Почему бы им не образоваться, когда для этого воспринята соответствующая энергетическая информация?

В этой связи рискну высказать собственное, уж совсем, наверное, крамольное предположение. А не в активном ли, мобилизующем организм воздействии сверхслабых сигналов кроется разгадка третируемой официальной медициной ее нелюбимой сестры — гомеопатии? Не надо ничего отвергать с ходу. Давайте вместе поразмышляем, вспомнив немного историю.

Гомеопатию — новый принцип подхода к лечению — придумал немецкий профессор Лейпцигского университета, выдающийся мыслитель и исследователь Самуэль Ганеман не на пустом месте. Талантливый врач, он однажды нашел в старинном манускрипте упоминание о том, что хина, которой лечат малярию, в определенной дозе способна эту малярию вызвать. Парадокс привлек его внимание. Вспомнилось, что в древней книге Гиппократа сказано: «Благодаря подобнодействующим (средствам. — Е. К.) больной возвращается от болезни к здоровью», что в средние века принципом лечения «по сходству» вызвавшей болезнь причины пользовались Парацельс, потом Синдегам. Да и в народной медицине бытовала поговорка: «Чем ушибся, тем и лечись».

Ганеман начал экспериментировать. Научная работа продолжалась шесть лет, и в 1796 году он поведал миру о своем открытии в журнале Гуфеланда, издаваемом в Вене. Девизом к новому принципу лечения Ганеман избрал латинское изречение «Similia Similibus Curentur» — «Подобное лечится подобным», выражающее, как он считал, закономерность взаимодействия лекарственного вещества с организмом больного человека, и своему методу дал название «гомеопатия», от homoios — подобный, pathos — страдание.

К концу XVIII века уровень науки не давал возможности глубоко обосновать предложенный им метод.