Совсем пропащий

Совсем пропащий

Общество

Совсем пропащий

НА КРАЮ

Что делать с «дном» России

Минувшим летом мне как журналисту одной из самарских газет пришлось выехать в командировку в село Алексеевка – один из районных центров нашей области. До этого в разделе «О чём нам пишут читатели» мы опубликовали письмо, пришедшее из этого села, где авторы, пять человек, жаловались на то, что празднование Дня России закончилось для них в отделении милиции. Мол, никого мы не трогали, ничего не нарушали – просто пели патриотические песни.

Буквально через пару дней после публикации пришёл отклик из районного ОВД, где сообщалось, что информация, изложенная в газете, недостоверна и указанные граждане задержаны вполне заслуженно. А посему редакции предлагалось в месячный срок либо дать опровержение, либо обосновать причину отказа…

Автора письма дома застать не удалось – в будний день Алексей А., как, впрочем, и другие его товарищи, находился на работе. Правда, по словам его матери Натальи Александровны, работа эта подённая, на частного предпринимателя, но здесь, в отдалённом от областного центра степном селе, многие рады и такой.

От центра села улица, где живут Алексей с матерью, отделена речкой, через которую перекинут живописный висячий мостик – этим маршрутом половина алексеевских детей ходит в школу. Её можно назвать улицей контрастов: в одном ряду – двухэтажные кирпичные хоромы и деревянные дома прошлого века, то крепкие и обихоженные, то покосившиеся и до окон утонувшие в зарослях лебеды.

Дом Натальи Александровны – старый, обшитый тёсом, с пышной сиренью в палисаднике. Скромная, но чистенькая комната, иконы в углу, маленький ухоженный огородик. А вот соседнее жилище, куда мы зашли в поисках ещё одного автора письма, полностью соответствовало той характеристике, которую ему дали в алексеевской милиции: «бомжатник». И снаружи, и внутри – полная разруха: голые обшарпанные стены, пол, давно соскучившийся по венику и тряпке, засаленный диванчик с небритым и похмельным хозяином, заросший бурьяном двор, сарайчик, заваленный мусором и рваным тряпьём… «Траву вдоль забора выкашиваем, – вполголоса поделилась Наталья Александровна. – А то не ровён час загорится у него – на наш дом перекинется».

Того, что её сорокалетний сын 12 июня находился в сильно нетрезвом состоянии, как и те, с кем они вместе праздновали, женщина не отрицает, равно как и его пристрастия к алкоголю. Но считает, что сотрудники милиции не правы. «Забрали их, оскорбляли, провоцировали на грубость, да ещё пытались представить всё так, будто они между собой поссорились. Это же люди несчастные, больные, а милиции лишь бы штраф взять. Да мне бы совесть не позволила выписывать протокол двенадцатым июня, – возмущается она. – Лучше бы занялись теми, кто эту водку продаёт. Ведь только на нашей улице четыре точки…»

Одна из таких точек – добротный кирпичный дом под новенькой крышей – находится совсем рядом. Водка в этом подпольном заведении стоит тридцать (!) рублей за бутылку. Ясно, что иначе чем отравой этот напиток не назовёшь. И купить эту отраву можно в любое время суток в любом количестве. Казалось бы, бери торговцев палёной водкой голыми руками, однако, как пояснили мне в Алексеевском ОВД, не всё так просто. Ибо торговля спиртным без лицензии относится к правонарушениям в области потребительского рынка. И по федеральному закону милиция имеет право заниматься такими делами только по заявлениям граждан. В этом случае на владельца незаконной точки можно составить административный протокол и взять с него смехотворный штраф – около пятисот рублей. Лишь когда таких протоколов наберётся более двух-трёх, материалы передаются в прокуратуру, и, если экспертиза подтвердит, что жидкость, продаваемая под видом водки, является опасной для здоровья, заводится уголовное дело.

За последние несколько лет таких дел в районе было заведено пять – капля в море. Граждане не спешат заявлять на отравителей – кто-то из-за извечной русской нелюбви к доносам, кто-то из равнодушия, а кто-то просто не хочет плевать в колодец, к которому время от времени прибегает напиться (в худшем смысле этого слова). Да и официальных торговых точек хватает: вон прямо напротив здания милиции ларёк с разливным пивом, чуть дальше – магазины, маленькое кафе, в котором мне не удалось пообедать, поскольку ассортимент там представлен в основном спиртным… В общем, соблазны на любой вкус и размер кошелька.

Что же касается героев нашей публикации, то их портреты в районном ОВД мне нарисовали в самых чёрных тонах. «Почти все задержанные – лица асоциальные, ведущие разгульный, аморальный образ жизни. Алексей А. уже был ранее судим, Михаил А. – бомж, состоит на учёте с открытой формой туберкулёза, у Валентины Х. дочь – инвалид, но она редко бывает трезвой. И двенадцатого июня все находились в состоянии алкогольного опьянения и нарушали общественный порядок, – пояснил начальник милиции общественной безопасности ОВД Алексеевского района майор Вячеслав Николаев. – Если человек, например, стоит возле своего дома или идёт из гостей чисто одетый, не шатается, ему никто и слова не скажет, а если люди орут на всю улицу, пугают детей, вокруг них валяются бутылки, закуска, то, конечно, мы должны такие действия пресекать».

– Они говорят, что родственников поминали, погибших за Родину, но на самом деле просто озоруют, – добавляет участковый, капитан милиции Евгений Семистенов. – Да у нас половина отдела побывала в горячих точках, награждены. Я тоже воевал, но не сижу за бутылкой.

Когда я уходила из Алексеевского ОВД, меня спросили: чего нам ждать? Опровержения или очередного огульного обличения? Но проблема мне тут видится гораздо серьёзнее, чем вопрос о том, кто прав, а кто виноват в конфликте между сельскими бузотёрами и сотрудниками милиции. Как бы ни было жаль мать Алексея и других участников этой истории, но… есть и протоколы, и результаты медицинского освидетельствования, и неприятная видеозапись скандала, устроенного Валентиной Х. в отделении милиции. Трудно, наверное, и провести чёткую границу между «общественным местом», которым является улица, и лавочкой у дома Алексея – отошёл от дома на пять шагов, и вот ты уже в общественном месте… Однако мне всё же кажется, что правды в этом конфликте две. Не потому, что нет виноватых, а потому, что, на мой взгляд, главный вопрос тут не «кто виноват?», а «что делать?». И милицейскими методами его не решить – просто потому, что нет у правоохранительных органов таких задач и полномочий.

Мне было больно смотреть видеозапись с Валентиной, потому что за обликом пьяной неопрятной бабы, орущей на милиционеров, я видела женщину, которой всё равно. Которой безразлично, что с ней будет дальше, потому что кажется, что хуже быть уже не может. И потому каждый новый протокол, штраф, задержание – это лишь толчок в сторону пропасти, очередное звено в этой цепи безнадёжности.

Понятна и обида матери на правоохранителей, не устающих задерживать и штрафовать её сына. И понятно, что борется она не за его право пить, а за право хотя бы авансом чувствовать себя человеком, гражданином великой страны, отмечающим праздник так, как он может. «Да я за День России буду бороться до последнего!» – горячо заявила она, нимало не задумавшись о том, что знаменует и в честь чего установлен этот праздник. День России – и точка. Святое. Иначе откуда взять смысл жизни, без которого русскому человеку – даже алкоголику – никак нельзя? А тем более – положительный стимул для победы над собой, для преодоления алкогольной зависимости? Ведь и без того оступившемуся хотя бы однажды человеку всякий раз – при поиске ли работы или общении с чиновниками – напоминают, что он – судимый, алкоголик, маргинал… А значит – лишний, неперспективный, ненадёжный. Иными словами – лучше бы его вовсе не было. И это беда отнюдь не милиции, а всего общества.

И от сотрудников милиции, и от Натальи Александровны, и от других людей в районе мне довелось услышать в разных вариациях такую мысль: при тоталитарной советской власти человека, ведущего антиобщественный образ жизни, алкоголика, не оставляли наедине с его пороками. Его прорабатывали на заседаниях парткома, месткома, брали на поруки, определяли на принудительное лечение в ЛТП. Теперь же полная свобода – спивайся хоть до смерти, никому и дела не будет, если пьёшь у себя дома и не нарушаешь общественный порядок…

Что хуже: прежнее насилие или современное безразличие – вот вопрос.

Надежда ЛОКТЕВА, САМАРСКАЯ ОБЛАСТЬ

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 0,0 Проголосовало: 0 чел. 12345

Комментарии: