С ограниченной ответственностью

С ограниченной ответственностью

Новейшая история

С ограниченной ответственностью

ОТКЛИК

Антон Павлович Чехов призывал быть осторожнее с одесскими журналистами. Теперь то же самое можно сказать о киевских.

Вот, скажем, Никита Василенко, автор статьи «Недоторканные» («ЛГ», № 11), «вовсе не упёртый националист, а образованный киевский интеллигент». Увы, увы: если человек – современный украинский «доктор филологических наук, кандидат философских наук, преподаватель Института журналистики», то он совсем не обязательно «образованный интеллигент». Или образованный, но сугубо «по-киевски».

«Будем откровенны, – пишет он, – после войны на шахты Донетчины и Луганщины сотнями тысяч ссылались освобождённые зэки и проститутки». Стало быть, современное население самых густонаселённых и самых промышленно развитых областей Украины, которые кормят бюджетными дотациями всю страну, – потомки зэков и проституток. Я не знаю, где взяли в 1945 году «сотни тысяч проституток», чтобы направить их в донецкие и луганские шахты, и не знаю, сделались ли эти «жрицы любви» стахановками, но знаю, что тогдашние освобождённые уголовники ни в какие шахты спускаться бы не стали. Ни за что. Кто не верит – почитайте «Очерки преступного мира» Варлама Шаламова. Он-то уж знал, о чём пишет. Стало быть, посылать сотни тысяч освобождённых зэков и проституток в тёплые края Донетчины и Луганщины не имело никакого смысла.

Но меня интересует вот что. У проституток, как правило, есть сутенёры, а у зэков – паханы. И если люди, которые в тяжелейших условиях возродили после войны угольную промышленность и металлургию Украины, – проститутки и зэки, то как же назвать остальное население республики? Паханами и сутенёрами? Судя по статье Василенко, получается так. А вообще он нам поведал, что на самом деле говорит на своих кухнях о «донецких» и «луганских» немалая часть «киевских интеллигентов», образованных в той же степени, как и сам Василенко.

Киевляне – народ особый. Киев в принципе такой же русскоязычный город, как Харьков, Запорожье или Херсон. Но в этих городах худо-бедно борются за права русского языка, а в Киеве – нет. Во Львове – 5 русских школ и в Киеве – 5. Но во Львове украиноязычных – 90 процентов, а в Киеве – едва ли 50. Среднестатистический киевлянин не хочет говорить по-украински, но и русским быть тоже не хочет. Он не любит «западэнцив», но не любит и «донецких». Когда у знаменитого в прошлом футболиста Олега Блохина спросили, кто он, украинец или русский, он ответил: «Я – киевлянин».

Киевляне, или по-украински «кыяне», – это своего рода «общество с ограниченной ответственностью». Киев выбирает мэром сектанта Черновецкого, исправно голосует за Ющенко и Тимошенко, чего не делает даже Днепропетровск, откуда Тимошенко родом и где она, говорят, до сих пор прописана. Оранжевая революция, напомню, произошла именно в Киеве, и киевляне в ней активно участвовали. Предположение, что «кыянам» навязали свою волю десантировавшиеся в столице «западэнцы», очевидцами не подтверждается. Да, было немало там «западэнцив», но немало и киевлян торжествовало. А теперь все у них виноваты – Ющенко, Тимошенко, Мороз, Черновецкий, Янукович… Все – кроме них самих!

Почему, если Василенко так беспокоит возможность развязывания «национальной вражды» на Украине, он позволяет себе оскорбительно отзываться о населении русскоязычных областей Украины? Более того, он и понятия «русскоязычный» не признаёт: «Как филолог могу ответственно утверждать: русского на Украине в принципе не существует. В шахтах – мат, на улицах крупных городов – суржик, в молодёжной среде – целые абзацы из истерик «Дома-2». Этническими русскими числят себя около семнадцати процентов граждан Украины. Почему, с какой стати вводить де-юре второй государственный язык?»

А почему в Финляндии ввели второй государственный язык – шведский, хотя шведов там всего 8 процентов? Почему в Канаде два государственных языка – английский и французский? А в Швейцарии даже три: немецкий, французский и итальянский, при значительном (65%) преобладании немецкоговорящих?

Филолог Василенко должен знать, что суржик на Украине двух видов: на основе русского языка и на основе украинского. Не 17% населения Украины, а по многочисленным опросам, более половины разговаривают на русском языке и, естественно, на русско-украинском суржике – их же теперь не учат нормальному русскому! А в центре и на севере Украины преобладает украинско-русский суржик. Но нельзя же на этом основании утверждать, что украинского языка там в принципе не существует!

Опрос, проведённый на Украине социологической группой «Рейтинг» 29 марта нынешнего года, показывает, что 54% украинцев поддерживают идею предоставления русскому языку статуса государственного.

Есть одна особенность украинской журналистики, ярко проявившаяся в статье Василенко. Все у него, как у Собакевича, дураки, разбойники, мошенники, Гоги и Магоги, и один только и есть порядочный человек – вице-премьер Владимир Семиноженко, да и тот, если сказать… Вот недавно призвал обсудить вопрос о присоединении Украины к Союзу России и Белоруссии. Куда ж это годится!

А что же предлагает сам Василенко (политик, между прочим, один из отцов-основателей партии «Союз левых сил»)? Десятилетней давности идею Семиноженко: «…вместо того, чтобы делить Украину административно, следовало бы ввести систему федерально-административных округов, как в соседней России, но числом не менее семи».

И более – ничего.

В идее Семиноженко, безусловно, есть своя логика, но нельзя не учитывать, что это единственная идея, в неприятии которой проявляют солидарность Запад и Восток Украины. Летом 2005 года, когда нечто подобное пытались сделать Ющенко с вице-премьером Бессмертным, от Львова до Киева выстроилась живая цепь протеста из «оранжевых» и «бело-голубых», справедливо полагающих, что сие «укрупнение» сулит украинской глубинке нищету и депрессию.

Нынешняя ситуация на Украине настолько сложна и противоречива, что для её выправления нужны радикальные, неординарные решения. Константин Паустовский подметил любопытную особенность киевлян в пору революции и Гражданской войны, когда на Украине едва ли не каждый месяц менялась власть. Очередного обитателя Мариинского дворца киевляне приветствовали криками «Слава», а провожали криками «Ганьба!» («Позор!»). Так, под аккомпанемент «славы» и «ганьбы», они и дожили до большевиков. В 1991 году история повторилась. Статья Василенко отлично её иллюстрирует (как вариант «ганьбы»). Это – психология общества с ограниченной ответственностью. А Украина сегодня нуждается в людях с ответственностью неограниченной.

В таких, например, как Богдан Хмельницкий.

Андрей ВОРОНЦОВ

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 4,9 Проголосовало: 8 чел. 12345

Комментарии: