Ренессанс «Дойче банк АГ»

Ренессанс «Дойче банк АГ»

Восстановив своё могущество на внутреннем рынке, крупные монополии обратили жадные взгляды на чужие страны. Их очень волновал экспорт – наидоходнейшая статья коммерции. С помощью правительства, предоставившего огромные льготы для монополий – освобождение от налогов, субсидии, покрытие неустоек, западногерманские концерны развернули наступление на внешних рынках. Концерны группы «Немецкого банка» не только восстановили, но и значительно расширили свою зарубежную сбытовую сеть. Например, «Сименс унд Гальске» уже к 1954 г. имел сбытовые организации в 64 странах.

Только за период с 1950 по 1956 г. доля ФРГ в общем экспорте капиталистического мира возросла с 3,6% почти до 8%. Это было чуть-чуть ниже уровня экспорта Англии. Постоянный активный торговый баланс привёл к значительному увеличению валютных и золотых фондов Западной Германии. С 1951 по 1955 г. они возросли с 518 млн марок до 3 млрд марок!

В этой ситуации всё большее значение приобретали гроссбанки, под контролем которых находились главные экспортные концерны – «Сименс», «БАСФ», «Даймлер-Бенц» и т. д. 24 декабря 1956 г. вступил в силу закон «Об отмене ограничений при открытии кредитных институтов». Путь к полному воссоединению преемников гроссбанков был свободен.

Апрель 1957 г. Слияние преемников «Немецкого банка». В Гамбурге, Дюссельдорфе, Франкфурте-на-Майне появились вывески со знакомым названием: «Дойче банк АГ». Располагавшиеся здесь ранее в роскошных резиденциях правления трёх банков-преемников продолжали функционировать уже в качестве трёх «центральных» контор возрождённого «Немецкого банка». Директор регионального «Южноамериканского банка» Герман Абс автоматически вошёл в правление «Немецкого банка», ибо новое руководство составилось из членов правления прежних банков-преемников. Банковская монополия, которая активно подготавливала первую и вторую мировые войны, снова вышла на авансцену истории.

Началась третья серия похождений «Немецкого банка». В главной роли – Герман Абс. Он принадлежит к самому избранному клану международной финансовой олигархии, а политические деятели крупнейших капиталистических стран являются его клиентами. Лишь одному ему известны все тайные пружины власти, все самые сокровенные методы финансовых махинаций. Абс доказал это, ещё будучи отроком. Сейчас он стал ближайшим, лучшим советником Аденауэра по финансовым вопросам. Канцлер даже наградил его высшим орденом ФРГ – «Большим крестом за заслуги со звездой». Доклад Абса на съезде ХДС лёг в основу принципов финансовой и экономической политики Бонна. Аденауэр не всегда следовал советам своего министра экономики Эрхарда. К советам же банкира он прислушивался всегда. По крайней мере раз в три недели происходила интимная встреча Абса и Аденауэра в Рендорфе – загородной резиденции канцлера. По просьбе главы кабинета Абс часто присутствовал также на заседаниях правительства в Бонне. Как писал западногерманский журнал «Шпигель», отношение Абса к политике соответствовало формуле: «Что хорошо для „Дойче банк“, то хорошо и для Федеративной республики».

Каждый солидный концерн почитает за честь иметь Абса в наблюдательном совете: это сулит удачу в делах. Правда, лично у Абса нет столько денег, как у Круппа или Флика, но связи и влияние стоят иной раз дороже миллиона. К тому же он и так получает в год этот миллион. Директор «Немецкого банка» заседает уже в правлениях и наблюдательных советах 35 западногерманских концернов, занимая, следовательно, больше постов, чем при Гитлере. Его коллеги по банку Реслер, Плассман, Рат, Трон, Бехтольф заняли каждый более чем по 20 постов. Каждый из них получает в год свыше полумиллиона марок. В свою очередь заправилы концернов – Эрнст фон Сименс, Гюнтер Генле, Карл Вурстер и др. – заседают в наблюдательном совете банка, что усиливает и дополняет сращивание банковского и промышленного капитала.

Миллионер, владеющий несколькими иностранными языками, Абс мог бы быть министром. В своё время Аденауэр предлагал ему возглавить министерство иностранных дел. Экс-президент ФРГ Любке прочил «гения финансовых проделок» даже на пост канцлера. Но Абс категорически отказался от этих лестных предложений. Оно и понятно.

Ни один министерский пост не удовлетворил бы Абса, ибо он не даёт и трети той власти (да и денег тоже), которой директор «Немецкого банка» располагает, являясь председателем наблюдательного совета химического гиганта «БАСФ» («Бадише анилин унд содафабрик АГ») – крупнейшего экспортёра химической продукции, имеющего обширную сеть дочерних обществ и десятки сбытовых филиалов в Америке, Африке, Западной Европе (здесь доход Абса составляет в год 43 560 марок). Или членом наблюдательного совета штутгартского автомобильного концерна «Даймлер – Бенц АГ» со 112 тыс. рабочих и служащих, выпускающего двигатели для танков типа «леопард», а также знаменитый «мерседес», автомобиль королей и магараджей (здесь Абс получает ежегодно 49 332 марки)[14]. Авиалайнеры компании воздушных сообщений «Люфтганза» не могут взлететь без ведома директора «Немецкого банка», ибо власть Абса распространяется и на гражданскую авиацию. Без его приказа не сдвинутся с места пассажирские и товарные поезда, ибо Абс контролирует и федеральные железные дороги. Равным образом это относится и к морскому транспорту. «Немецкий банк» обладает 80% акционерного капитала крупнейшей западногерманской пароходной компании ХАПАГ («Гамбургско-американская линия АГ»). На земле, в небесах и на волнах царит «Немецкий банк». Неудивительно, что через старомодную конторку Абса во Франкфурте-на-Майне проходят миллиарды марок.

Крупные банки снова «юбер алес». В 1957 г. 150 членов правлений, наблюдательных советов и дирекций трёх гроссбанков занимали примерно 1500 мест в правлениях и наблюдательных советах 850 акционерных обществ, обладавших капиталом в 15 млрд. марок. А если сюда прибавить дочерние общества и систему участий, позволяющую, по определению Ленина, «безнаказанно обделывать какие угодно тёмные и грязные дела», то получится, что банкиры контролировали или представляли от 80 до 90% всего акционерного капитала ФРГ.

«Западногерманские монополистические банки – „Немецкий банк“, „Дрезденский банк“ и „Коммерческий банк“ – снова стали олицетворением власти финансового капитала»,

– говорил Вальтер Ульбрихт.

И «Немецкий банк» – первый. Если Абс заявляет, что его банк будет выплачивать 16% дивидендов, то «Дрезденский банк» и «Коммерческий банк» выплачивают столько же. Другие отрасли экономики тоже стремятся придерживаться уровня дивидендов, предлагаемого Абсом на текущий год. Франкфуртские банкиры не страшатся биржевых потрясений: боннское государство их заботливая няня. Федеральный банк ФРГ, например, – это кормушка, из которой «Немецкий банк» черпает свои кредитные ресурсы. Чересчур рискованные или недостаточно прибыльные гешефты «Немецкий банк» опять-таки взваливает на государственные коммерческие банки. Впрочем, надо отдать должное – команда Абса не занимается убыточными операциями, у неё достаточно богатый опыт в искусстве наживы. Выбор средств при этом не играет роли. Эмоции исключаются. Все эти качества сконцентрированы в личности Абса.

Обрисовывая характер директора «Немецкого банка», К. Прицколейт отметил, что

«Герман Абс всегда рассматривал людей, с которыми он сталкивался, как „средство в чистом виде“ (т. е. как деньги), как средство служить его банку, расширять сферу его власти. Всю сумму качеств этих людей он сводит к одному количественному понятию – понятию денег. Абс может хладнокровно расправиться с соперником, не проявляя при этом никаких эмоций. Если этот соперник – фигура незначительная, ради которой не стоит тратить сил, Абс отбрасывает свою обычную слащавость и галантность и показывает клыки грубого, сильного хищника».

За примерами ходить недалеко. Так, при обсуждении судьбы кассельских заводов «Хеншель-верке АГ» (группа «Дойче банк») банкир выставил председателя наблюдательного совета Хеншеля за дверь. Выставил, как мальчишку. Затем Хеншелю сказали: «Если вы до полуночи не подпишете бумаги о вашем выходе из наблюдательного совета, завтра же против вас будут приняты меры». Оскар Хеншель капитулировал: «Да, да, я подпишу всё, что надо».

Одной фразы Абса («С Мюнеманном не сделаешь гешефта») было достаточно, чтобы подорвать банковское дело мюнхенского финансиста, подававшего, по мнению западногерманского журнала «Шпигель», «блестящие надежды». В трудную минуту он не получил поддержки от банков. Когда самый могущественный фамильный концерн в Европе – Круппа оказался на грани банкротства, Абс не пошевельнул пальцем, чтобы помочь ему. Лишь после того, как федеральное правительство дало гарантию на 75 млн долларов, а правительство земли Северный Рейн – Вестфалия – на половину этой суммы, «Немецкий банк» вместе с другими гроссбанками открыл Круппу кредит в несколько сот миллионов марок. Пушечному королю пришлось униженно вымаливать снисхождение. Ему помог Абс, но на условиях тотальной капитуляции. Старое руководство крупповской империи было изгнано, его место заняли ставленники гроссбанков во главе с… Абсом. Правда, фирма по-прежнему носит старое имя, но правит ею более могущественный монарх – шеф «Немецкого банка».

Влияние Абса распространяется далеко за пределы Федеративной республики. Тот, кто отважится на какую-либо зарубежную сделку, не прибегая к посредничеству «Немецкого банка», очень скоро почувствует опрометчивость своего шага.

Когда западногерманский коммерсант Фридрих Шваб попытался продать акции своей фирмы через американский банк Моргана, игнорируя Абса, он потерпел крах; ему не удалось сбыть значительную часть своих акций. Лондонский «Вестминстерский банк» пожелал, правда, приобрести у Шваба для пенсионного фонда акции в 200 тыс. марок, но из резиденции Абса во Франкфурте-на-Майне последовала телеграмма – и покупателей как ветром сдуло. Результат: Шваб был вынужден сам скупить свои собственные акции номинальной стоимостью в 13 млн марок. Таким образом, Абс одержал верх над Морганом.

В парижской конторе Морганов по этому поводу заявили:

«Абсу не было нужды высказывать определённо мнение об акциях Шваба, когда его расспрашивали клиенты или банки. Достаточно было намёка на то, что он не заинтересован в этом деле. Теперь мы знаем, что вся Западная Европа прислушивается к его советам и даже просто намёкам и следует им».