XLII

XLII

В окрестностях Янагиваражил священник по прозвищу Гото-но-хоин пз – преосвященный Грабитель. Говорят, что это имя пристало к нему оттого, что на него самого часто нападали грабители.

XLIII

Один человек шел на поклонение в храм Киёмидзу, и попутчицей его была старая монахиня. Старуха всю дорогу приговаривала: «Апчхи! Апчхи!»

– Почтенная монахиня,- осведомился ее спутник,- что это вы все время шепчете?

Ничего не ответила монахиня и продолжала повторять свое. Наконец, устав от расспросов, не выдержала она и говорит:

– Тьфу ты! Да ведь говорят же, что, если человек чихнет и никто не повторит за ним «апчхи» вместо заклинаний,

человек этот может и умереть! А молодой господин, у которого я была кормилицей, ходит теперь в послушниках

в монастыре на горе Хиэи. «А не чихает ли он сию минуту?» – все время думаю я, потому и приговариваю: «Апчхи! Апчхи!»

Редкостная привязанность, не правда ли?

XLIV

Рассказывают, что, когда сановник Мицутика проводил во дворце экс-императора церемонию объяснений сутры Всепобеждающего Закона, его вызвали перед высочайшие очи, вынесли ему августейшие яства и угостили ими. Отведав угощения, сановник поставил лакированную коробку с остатками пищи за ширму и удалился. Придворные дамы стали говорить между собой:

– Ай-яй, как неряшливо! Кому он думал это подложить?

Однако августейший неоднократно изволил выражать свое восхищение таким поступком.

– То, что сделал этот знаток древних обычаев,- говорил он,- достойно уважения.

Не ждите, пока придет старость, чтобы встать на путь праведный. Многие из тех, кто покоится в старых могилах,- молодые люди.

Впервые осознаешь свои ошибки лишь тогда, когда, пораженный внезапным недугом, ты готов уже оставить этот мир. А ошибаться – это не что иное, как медлить в делах, кои должно вершить быстро, и слишком торопиться с теми, кои должно делать не спеша. За это мы и досадуем на свое прошлое. Но какая же польза раскаиваться в эти последние минуты? Поэтому мы ни на секунду не должны забывать о том, что над нами тяготеет быстротечность времени, помнить о необходимости освободиться от суетности бренного мира и всем сердцем отдаться служению учению Будды!

В старину к одному мудрецу, сказано в «Десяти усло-виях» из храма Лес Созерцания, приходили за советом люди. И когда речь заходила о каких-либо важных для них или для него делах, мудрец говорил в ответ: «Сейчас у меня очень срочное дело. Я занят с утра до вечера» – и, заткнув уши, продолжал молиться. В конце концов он возродился в раю.

Мудрец по имени Синкай, очень много размышляя о бренности нашего мира, отказывался даже сидеть в удобной позе,- он сидел всегда только на корточках.