IV.

IV.

Несколько лет назад, когда в результате теракта погиб первый президент послевоенной Чечни Ахмат Кадыров, и московские власти в обход собственного закона, запрещающего присваивать топонимам имена каких-либо людей раньше, чем через десять лет после их смерти, назвали именем Кадырова новую улицу в Южном Бутове, это почему-то вызвало достаточно массовые протесты патриотически настроенных москвичей. Между тем появление на карте Москвы улицы Кадырова было, может быть, самым осмысленным топонимическим шагом постсоветского руководства столицы. Во-первых, новая улица (надо же ее как-то назвать, правда же?), во-вторых - выдающийся государственный деятель, погибший буквально за Россию при исполнении своих обязанностей. Россия провела две кровопролитные войны за то, чтобы удержать Чечню и установить в ней лояльную Москве власть. Удержала, установила, решающую роль в этом сыграл Кадыров - его память обязательно должна быть увековечена, здесь нет предмета для спора. Более того, присвоение имени Кадырова улицы именно на юге Москвы неожиданно продолжило вполне симпатичную топонимическую традицию, когда улицы целыми кварталами называли в честь городов, находящихся именно в той стороне, в какой (относительно центра Москвы) находится этот район - именно по этому принципу на востоке Москвы появились Камчатская и Хабаровская улицы, на юге - Ставропольская и Краснодарская, на северо-западе - Таллинская, на севере - Таймырская и так далее. Чечня - южный регион, и улица Кадырова - именно на юге, а не на севере, все логично.