МИР КАК ТЕЛЕВИЗОР

МИР КАК ТЕЛЕВИЗОР

Все пытаются предсказать развитие кризиса; главных методов два: расчета и аналогии. То есть либо проводится параллель с 1998-м, и график старого кризиса накладывается на наши дни – либо цены на нефть переводят, скажем, в потребительскую активность. А еще для предсказаний можно использовать карты таро.

Мне проще: я смотрю на кризис с точки зрения греха. Ну, знаете, есть такое старомодное мнение, что провидение наказывает за дурное поведение, то есть за грехи: krisis по-гречески значит «решение». Что, спрашивается, делали мы не так, коли достается теперь на орехи?

В веру свою никого не крещу, но давайте посмотрим, кто ходил в героях век назад. Путешественники. Поэты. Военные. Инженеры. Изобретатели. Летчики. Хирурги, вирусологи, вообще врачи. Загляните как-нибудь, даже не будучи беременным, в питерский Институт Отта – это же не роддом, а сотворенный архитектором Бенуа гимн науке. Там каждый лестничный марш ликующе поет о том, что наука побеждает болезнь, а скоро победит и смерть (и больше так строить не будут).

То есть век назад кумирами были исследователи мира – а если какие-нибудь актеры в этот список и попадали, то на правах украшения. Основу составлял все же принцип открытия – хотя бы Станиславским «школы переживания».

Чтобы составить список сегодняшних кумиров, достаточно пощелкать по телеканалам: все кумиры сегодня там, и телеведущий – главный среди них. В программе «Временно доступен», которую я полгода назад по капризу судьбы стал вести вместе с Дмитрием Дибровым, половина гостей именно телеведущие – если не по основной профессии, то по смежной. Хороший телеведущий – тот, кто создает запоминающийся образ. Зачем образу познавать мир? Когда мы выясняем у гостей – а как вы изменились, а какая последняя книга потрясла, а что страшного вокруг происходит – вопросы часто падают в пустоту. «Мы люди-образы, нас любят, вот и все ценности, не грузите».

Телевидение – это самый убогий с точки зрения поиска истины источник, и это причина, по какой я телевизор не смотрю. Быстрая смена картинок и крохотные цитаты, ставка на эмоцию – это как пролетевшая мимо модница. Радио по своим возможностям сложнее телевизора, журнал – сложнее радио, книга – сложнее журнала, а интернет – сложнее всего перечисленного, потому все перечисленное в себя включает. Телевидение как инструмент не годится для исследования мира, оно технологически лживо и криво, и, например, прямой эфир – просто один из способов выпрямления телевизионной кривизны.

Надеюсь, вы понимаете, к чему я веду. Поколения, черпающие информацию о мире через телевизор; доверяющие телевизору и мечтающие в телевизор попасть, совершили грех подмены мира иллюзией мира. Они перестали изучать Землю, мир, себя – и стали потреблять телевизионный продукт. Ведь консьюмеризм с его пирамидой искусственно созданных потребностей есть просто ориентация на телекумиров. У этих-то милых людей в шкафу всегда 500 пар обуви, как у героини Сары Джессики Паркер, – а с исследователя-то Пржевальского что можно было взять, кроме одной лошадиной силы?

Телевидение как главный информационный канал и завело нас в кризис.

Когда от этой трубы с ходом в один конец большинство людей откажется в пользу Интернета – с его массовостью обсуждений, мгновенно возникающими контраргументами, с его невозможностью скрыть никакой факт (а наше телевидение месяца три замалчивало кризис!) – тогда из кризиса и начнется выход.

2009

Данный текст является ознакомительным фрагментом.