Фёдор Бирюков АПОСТРОФ

"Жизнь за гранью" ("Аfter.Life", США, 2009, режиссер — Агнешка Войтович-Восло, в ролях — Лиам Нисон, Кристина Риччи, Джастин Лонг, Чандлер Кентербери, Селия Уэстон, Луз Александра, Джош Чарльз, Розмари Мерфи, Мэлаки Маккорт, Шулер Хенсли).

     Есть странная закономерность в том, что современный киномир стирает границы, размывает жанры, ломает стили, постигает неумолимой эклектикой пространство авторской индивидуальности. Вирус медленного угасания настигает героев нынешнего "фронтира". На экраны один за другим выходят фильмы, где кинозвёзды — от Китая до Америки — изображают умирающих от неизлечимых болезней людей. В таких условиях хрупкий баланс между жизнью и смертью чаще всего оказывается той самой чертой, за которой как никогда уместна пресловутая гамлетовская тишина. Но полнометражный дебют Агнешки Войтович-Восло не озабочен шекспировскими темами бытия. Женщина-режиссёр скорее вторит знаменитому видеоклипу "Тристана" Лорана Бутонна, где герой задаётся сакраментальным вопросом: "Тристана! Ты жива или мертва?". И получает в ответ единственно верную интонацию: "Не знаю… не знаю…"

     Фильм "Жизнь за гранью" переносит нас в маленький американский городок. Молодая красивая учительница Анна Тейлор (Кристина Риччи) всем хороша, но имеет один порок — ей не слишком хочется жить. Девушка испытывает душевный дискомфорт. Смутно и тягостно. Даже её парень Пол (Джастин Лонг) не способен повлиять на ситуацию и помочь Анне ощутить вкус к жизни. Малыш Джек также не может развлечь свою любимую учительницу. Мальчик демонстрирует ей испуганного цыпленка — птенчик становится своеобразной метафорой депрессии, терзающей общество. Как-то вечером после ссоры с Полом в ресторане и последующего за ней нервного срыва рыдающая Анна уезжает на автомобиле в дождь и попадает в аварию. Очнувшись, она обнаруживает себя на столе морга. И видит перед собой распорядителя похорон Элиота Дикона (Лиам Нисон) — единственного специалиста по покойникам в их городке. Элиот уверяет Анну, что она умерла. Но так ли это на самом деле?

     Извечные вопросы жизни и смерти — на эту тему вряд ли можно сказать сегодня нечто принципиально новое — на этот раз обретают кинематографическую "плоть" в практически безупречной фреске. Фильм выпустили малоизвестные американские студии. Пока еще слишком тактичные, чтобы диктовать продюсерскую волю творческим замыслам "не раскрученного" режиссёра. В результате получилось авторское кино в лучшем смысле этого слова. Лишённое намёка на артхаус. Лента балансирует на стыке времён — между прошлым и настоящим — и кажется подчеркнуто несовременной. И сознательные отсылки к фильмам, уже ставшим легендой, демонстрируют отличный художественный вкус. К примеру, сумеречное настроение фильма, мальчик-герой и кладбищенский фон сразу вызывают в памяти другой знаменитый кинодебют — "Фантазм" (1979) Джона Коскарелли. Есть нечто неуловимо общее у героя Лиама Нисона и Ангуса Скримма, сыгравшего в "Фантазме" зловещего Верзилу — пришельца из иных миров, обитателя кладбищенских склепов.

     По форме "Жизнь за гранью" приятно удивляет тем, что оказывается близка итальянскому "жёлтому" фильму 70-х — джалло, названного так по аналогии с жёлтой прессой и чаще всего ассоциирующегося у зрителя с обилием кровавых сцен. Но в данном случае лента Агнешки Войтович-Восло скорее "дышит в затылок" изящным фильмам Пупи Авати "Дом со смеющимися окнами"(1976) и Франческо Барилли "Аромат дамы в черном" (1974). Там предметом вглядывания была не живописная во всех подробностях расчленёнка а-ля Марио Бава и Дарио Ардженто, а сама мистическая аура загадки и ужаса.

      Не стоит забывать и о том, что в данном жанре одно из важнейших мест отдано изобразительному ряду. Коротко говоря, джалло — это своего рода живопись, пример художественного перфекционизма. И здесь необходимо особое чутьё — пройтись по тонкому мостику, не оступившись в пропасть эстетствующей патетики, способной поглотить ни одно изначально верно задуманное начинание. Агнешка Войтович-Восло счастливо избежала падения. До своего первого полнометражного фильма она уже успела прогреметь на фестивале в Санденсе получасовой постапокалиптической короткометражкой "Паштет", закончить нью-йоркскую киношколу и попасть в список "25 новых лиц независимого кино", составленный журналом "Filmmaker". Сценарий к "Жизни за гранью" она написала сама, в соавторстве с мужем. И это тот самый редкий случай, когда драматургия и режиссура успешно творят алхимию без оглядки на навязанную извне цензуру. Подобные ленты попадают к нам в прокат не часто.

     С европейским триллером 70-х фильм роднит не только готическая атмосфера, но и медленное вдумчивое повествование — как раз то, от чего нас планомерно отучают новые времена. Жаль, что, скорее всего, картина рискует потеряться в тени других, более громких премьер декабря — ей-богу, она этого не заслуживает.

     Надежда, что "Жизнь за гранью" привлечёт и потянет в кинотеатры не столько любителей мистических тайн, сколько поклонников Кристины Риччи, вполне оправдана. Сегодня как никогда становится ясно, что актриса легко может стать современной версией незабываемой Мимси Фармер, которая в период своего "итальянского" периода — кинодива была замужем за итальянским сценаристом — выступала героиней ряда фильмов джалло. Её фарфоровая хрупкость, казалось, осталась в прошлом как предмет ценного антиквариата. И казалась безвозвратно утерянной в наши дни.

     В 1987 году Мимси Фармер получила в подарок от режиссёра Льюиса Клара посвящённый ей 10-минутный документальный фильм под чудесным названием "Её благоуханная эмульсия". Впоследствии критики писали, что Клар создал "самый пламенный образец некрофилии по еще живой актрисе". Агнешка Войтович-Восло сделала то же самое для Кристины Риччи. И за знакомыми нам с детства словами "Девушка и смерть" проступила новая реальность. Не романтическая сказка советского писателя о том, что любовь побеждает всё, а завораживающая инфернальной бледностью в меру нравоучительная история о том, что депрессировать без особых на то причин крайне опасно для здоровья.

function countCharacters () { var body = document.getElementById ('gbFormBody') if (!body !body.value) return; jQuery('span#gbFormCount').html (body.value.length) if (body.value.length = 2500) body.value = body.value.substring (0, 2499) } setInterval (countCharacters, 500);

1