Скандальный поэт

Скандальный поэт

В октябре я редактировал готовящийся к печати сборник наших городских поэтов. Я распечатал черновой макет и положил в книжный киоск, чтобы авторы почитали и отметили, что не так. Все приходили и делали поправки. А один из авторов написал на полях буквально следующее: «Векшин! Я в этом говне не участвую. Немедленно меня выброси, иначе я устрою дикий скандал». У меня челюсть отвисла от столь неожиданного хамства. Этот автор плюнул не только в мою сторону, но во всех авторов (70 человек) и редколлегию. Причем, он сам же принёс мне свой материал, хотя тянул с этим довольно долго. Как потом выяснилось, он сначала весьма активно отговаривал многих поэтов от участия в сборнике. Зачем он это делал, я так и не понял; мне он лицемерно ничего не говорил. Когда он увидел, что никто его не слушает, то передумал и принёс свои стихи. Стихи в целом очень даже неплохие. Но некоторые из них, примерно 15 %, редколлегия всё же забраковала, посчитав недостаточно сильными. Надо сказать, что у многих авторов редколлегия «срезала» гораздо больше, у некоторых до 50 % и свыше. И это правильно, т. к. необходимо было блюсти качество и количество (объем сборника лимитирован). Все авторы восприняли свои потери с огорчением, но с пониманием. И лишь один устроил обструкцию. Когда я попытался с ним объясниться, он начал выпучивать глаза и говорить на повышенных тонах. Он заявил, что редколлегия его кастрировала. Все мои доводы оказались тщетными. Скандалист слышал только себя и держался пафосно-героически, как революционер, решивший, что он похож на Че Гевару и внешне, и по духу (но смахивающий в обеих ипостасях скорее на обезьянопободный шарж на Че Гевару). После разговора с этим странным типом у меня остался на душе неприятный осадок и полное разочарование в нём как в человеке. По его настоянию я удалил стихи из сборника. Мне вскоре передали, что он уже пожалел о случившемся. Я хотел было вернуть его назад в сборник, но передумал; ведь он может устроить скандал на бис. Так пусть у него не будет повода для скандала. Впрочем, как мне кажется, он не успокоится…