Прогрессия зла

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Прогрессия зла

Эссе написано в феврале 1998 г.

1

Я специально использую такое общее название, потому что ЗЛО неотвратимо распространилось: здесь я думаю о зле прежде всего как о действии, наносящем вред в обширной области технологий. Все, что делают люди другим людям «неинструментально», я опущу, так как это заслуживает особого разговора, который, в общем-то, тоже здесь присутствует.

2

Зло, о котором я хочу поговорить, является обратной стороной технологических достижений: если где-либо и когда-либо происходит прогресс в техническом развитии, то есть как только фронт техники расширяется и продвигается вперед, за этим следует возрастание преступного злоупотребления им. На вопрос: «почему так всегда происходит», от эолита до космолита, достаточно краткого ответа: «потому что именно так люди поступают».

3

Но обычно удивляет не то, что уже можно изготавливать переносные атомные бомбы (помещаются в сумке размером 30х40 см, весят чуть более 30 кг и эквивалентны по мощности двум килотоннам тротила), а то, что до сих пор еще нигде на Земле не дошло ни до их «применения», ни до шантажа ими. Не только трудности доступа к ядерным расщепляющимся веществам (уран, плутоний) и не только отсутствие специалистов являются здесь препятствиями. Мне кажется, что если где-нибудь один раз такое «содержимое чемодана» будет применено, то тем самым будет перейден порог «индивидуально совершаемых и наносимых атомных ударов». Об этом сейчас я писать не намерен, но упомянул как об особом глобальном исключении из правил злоупотребления неотехническими инновациями.

4

Тормозов такого рода (если вообще можно говорить о нетехнических тормозах) в широко понимаемой и по-прежнему успешно развивающейся сфере передачи и хранения информации не существует. Уже в первых моих статьях, опубликованных в «РС Magazine po polsku», я описал многочисленные виды злоупотреблений, которые могут быть совершены по отношению к разнообразным сетевым феноменам, особенно обратив внимание на создание компьютерных вирусов и антивирусных фильтров, когда постоянно идет борьба двух противоположных сфер, двух типов мышления программистов, как нового вида борьбы «меча со щитом». Это естественный феномен, нет и речи о том, что применение самых строгих наказаний может отпугнуть каких бы то ни было «хакеров» от этого вида «преступных достижений». Мотивы их поступков в последние годы так изменились, что шалости в сети отдельных лиц, заинтересованных в вероломном вторжении туда, куда «нельзя» — например в Пентагон или в компьютерную систему банка, — увеличились настолько, что переросли в регулярный информационный шпионаж, в котором участвуют не столько отдельные любители, сколько специалисты, работающие за определенный гонорар.

5

Этих людей никто не называет «разбойниками на информационных дорогах». Американцы пишут о них как о cyberburglars [Кибервзломщики (англ.)], использующих сети (даже «контрсети») в глобальном масштабе. Противниками оказываются большие корпорации, правительства, генеральные штабы и научные центры, стремящиеся сохранить в тайне самую новую, интересующую ученых и технологов ценную информацию. Тем самым, как средства атаки, так и средства обороны подвергаются все более энергичному, все более «многоуровневому» и все более изысканному развитию.

6

Общие потери американских корпораций в этом поединке, вернее, в тихой электронной войне, специалисты оценивают в триста миллиардов долларов в год; таким образом, они более или менее сравнимы с экономическими потерями в «обычной» войне. Главными целями атакующих являются отрасли, гордящиеся мировым господством, такие как компьютерная промышленность, сконцентрированная на производстве программ (software) и полупроводников, такие молохи, как фармацевтическая промышленность, и все центры, работающие на вооружение.

7

Несколько лет назад по телевидению показали историю парня, ученика средней школы, которому удалось проникнуть в компьютерный центр генерального штаба США (это было еще во времена существования Советского Союза) и почти развязать мировую атомную войну, так как компьютеры осуществили имитацию начала такой войны, которая «непосвященными экспертами и военными» была принята за реальную атаку советских термоядерных боеголовок. Такие истории сейчас уже в прошлом не только из-за распада СССР. Тогда телезрителей еще можно было пугать русскими, и то, что «у Америки украли врага», как выразился когда-то один из российских политиков, тоже уже относится к истории. Сейчас речь идет не о возбуждении интереса зрителей, а прежде всего о военно-промышленных тайнах и о первенстве в использовании самых новых открытий, в том числе в сфере биотехнологий. Учитывая, что биотехнологии (хотим мы этого или нет, запрещаем или не запрещаем) раскрывают свои «щипцы» для вторжения в человеческие организмы потому, что, вопреки всем благочестивым рассказам об исключительности и особом достоинстве человеческого тела, биотехника, а именно трансгенная инженерия и клонирование, доказывает нам, что из соматической клетки уже можно клонировать взрослое создание, и неважно, будет ли это теленок, овца или человек, — «кражи» на этом отрезке фронта человеческих «достижений» выглядят особенно угрожающе. Конечно же, толпы сценаристов, режиссеров и продюсеров (будь они неладны) уже готовятся к прыжку на это новое пространство для его использования до полного «превращения в сказку», чтобы средний зритель был не в состоянии отличить то, что осуществимо, от того, что ни сейчас, ни в скором времени не будет возможно. Хочу подчеркнуть, что перерастание Science Fiction в обычную Science, которую можно реализовать в лаборатории, я пока оставляю в стороне (но когда-нибудь поговорю об этом). Я оставляю это пространство между SF и S серой зоной, покрытой молчанием, так как решил посвятить эссе электронному подкрадыванию, подвохам, грабежам, злоупотреблениям, обману, или, говоря одним словом, — тихой войне, которая уже идет в мировом авангарде, особенно в США.

8

Кроме «гражданской войны» хакеров, состоящих на службе у могущественных мира сего, с «антихакерами», война ведется в международном масштабе, потому что многочисленные страны, как «враждебные» США, так и «дружественные», весьма охочи до американских новинок и делают все, где только возможно, чтобы их подслушать, подсмотреть, расшифровать. Поэтому и ФБР, и ЦРУ никогда не остаются без дела и вынуждены принимать на службу специалистов нового типа, «гуру», которые специализируются на кодах, антикодах, шифрах, и даже экспертов, которые могут установить, что перехваченное «закодированное сообщение» вообще не является зашифрованным текстом, а служит лишь дымовой завесой, на которую будут растрачиваться силы и время ценных людей, и эта спираль, закручиваясь, уходит в недосягаемую высоту…

9

Более всего пугает Интернет, так как он подвержен вторжениям умелых хакеров, которые, оставаясь анонимными, проникают в базы данных (data bases), продолжающие при этом нормально функционировать. В 1994 году группа российских хакеров украла коды и пароли клиентов Citibank, благодаря чему смогла перевести десять миллионов долларов на свои счета. Шестеро русских, как сообщала NY Herald, все-таки были задержаны и признались в совершении преступления. По сообщению банка, удалось разыскать все деньги, за исключением 400 тысяч долларов.

10

Военачальники советуют создать оборонную антисеть (шифрованную, конечно). Но из других источников известно, что шифр, используемый более одного раза, раскрыть можно — компьютеры помогут… Советуют также использовать трудные для разгадки или расшифровки пароли («нога является ухом руки»), а особенно советуют клиентам банков, ради бога, не выдумывать паролей самим, а пользоваться компьютерными программами, дающими «действительно удачные сочетания» букв, цифр, знаков. К сожалению, в конце концов оказывается, что самым простым источником доступа к запечатанным шифром тайнам может оказаться «внутренний информатор», например озлобленный или оскорбленный сотрудник, контрактный работник, консультант, что не должно нас удивлять, если мы вспомним, что метро в Нью-Йорке пытался заразить бактериями сибирской язвы (anthrax) ученый-микробиолог, лысый и бородатый, то есть не какой-то щенок, а «идейный экстремист», который рассчитал, что за один раз ему удастся убить «каких-то» сто тысяч пассажиров. Если этика (напомню случай с «унабомбистом», тоже якобы ученым, который от одиночества отправлял разным ученым посылки, взрывающиеся при распаковке и разрывающие тела и руки адресатов), в том числе в научной среде, совсем уже сошла на нет, трудно удивляться работникам банков, склонным за умеренную сумму поделиться известными им сведениями о шифрах, кодах и счетах с теми, кто хорошо заплатит.

11

Борьба и сопротивление идут с использованием технических средств, которые одними используются как «отмычки» от Сезама, другими же для того, чтобы первых придавить и довести до преступления. Хотя секретом Полишинеля является то, что ни один банк не жалуется на потери, понесенные в результате вторжения в информационные сокровищницы секретов, так как огласка отпугивает клиентов.

12

Перечисление уже известных информационных сражений можно было бы продолжать. Преступление, говорят специалисты-криминологи, сейчас может совершить каждый. Преступниками оказываются специалисты или целые предприятия, заключающие контракты на обслуживание компьютерных систем: они как-то их обслуживают, а при случае крадут данные, которыми позже будут пользоваться третьи лица или организации. Впрочем, здесь мы уже отдаляемся от области преступлений, инструментами и жертвами которых являются в основном сети и их компьютерные узлы. С этим ничего не поделаешь, потому что, как и в сфере экономики, условием честной деятельности sine qua non [Обязательно (лат.)] является просто ПОРЯДОЧНОСТЬ. Сеть в очередной раз дала людям, чье отношение к порядочности является скорее прохладным, неплохой шанс. Слава богу, борьба США с Советским Союзом закончилась. Однако не столь однозначно обстоит дело с предсказаниями Фрэнсиса Фукуямы (Francis Fukuyama), который уверял, что, поскольку рыночный капитализм и демократия победили, теперь будет всегда одно и то же, то есть скучно. Все не так просто: я убежден, что СКУЧНО не будет НИКОГДА.