ПОБОЧНЫЙ ЭФФЕКТ

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ПОБОЧНЫЙ ЭФФЕКТ

Как только наши средства массовой информации изобрели гротескный образ национального злодея или героя, любой, кто придерживается противоположной версии, подается ими в неблагоприятном свете. Мой рассудительно-мягкий анализ личности Маквея был подан как одобрение взрыва в Оклахома-Сити, утверждали, что я превозносил его как «борца за свободу», хотя, как вы могли убедиться, я ничего подобного не говорил. Я считал для всех очевидным, что я согласен с мнением психиатра, заявившего: «Если бы не было Уэйко, то не было бы и Оклахома-Сити». Это значит, правдоискателю следует сосредоточиться на различных обстоятельствах, которые привели к кровавой резне, устроенной федералами в Уэйко на том основании, что какие бы меры федеральное правительство ни предпринимало, оно делает это во имя нас всех. То, что совершил Маквей, он совершил самостоятельно, по причинам, в которых стоит разобраться, поскольку на него, по-видимому, во многом похожи миллионы американцев из глубинки.

В своей первой статье я процитировал Джоэла Дайера обширнее, чем делаю сейчас. Он в течение многих лет распутывал нити, ведущие к потенциальным подельникам Маквея по заговору. В Оклахома-Сити обнаружили даже потенциальный иракский след, от которого могли бы зардеться щеки наших активистов правого крыла, жаждущих войны не только с Ираком, но также и с Ираном, Сомали и любой другой мусульманской страной, отказывающейся нам подчиняться. Так или иначе, сейчас я оставляю все эти версии, не расследованные ФБР в надежде на то, что следы, как говорил Тарзан, имеют свойство стираться со временем.

Но тогда Дайер и я были готовы поделиться нашими находками, пусть нежеланными, с ФБР. Загадочный Луис Фри ушел с поста директора, его место занял Р.С. Мюллер, – для него я приготовил письмо, которое зачитал в программе Эн-би-си «Сегодня», не раскрыв имена тех, кто давал наводки, но включив номера докладов ФБР, собранных Дайером в ходе разных «открывающих глаза» судебных слушаний:

27 августа 2001

Достопочтенному Роберту С. Мюллеру III, новоназначенному директору Федерального бюро расследований

Здание Дж. Эдгара Гувера

935, Пенсильвания-авеню, СЗ.

Вашингтон, округ Колумбия, 20535-0001

Уважаемый новоназначенный директор Мюллер!

Примите мои поздравления по случаю Вашего недавнего назначения директором Федерального бюро расследований. Если можно верить последним сообщениям, Вашим приоритетом будет восстановление потускневшего облика бюро, возглавлявшегося мистером Фри. Мы воспринимаем Вас как Шейна37, появившегося в городе. В этой связи могу ли я предложить Вам провести добросовестное расследование взрыва в Оклахома-Сити? С этой целью я направляю Вам список 302 – доклады о сомнительном «расследовании» ФБР, которые Вы, надеюсь, найдете заслуживающими большего внимания, чем проявил Ваш предшественник мистер Луис Фри.

DCNO 005290001-1 DCNO 004623001-1

DCNO 016598001-1 DCNO 004622001-1

DCNO U04412001-1 Russell Roe DCNO № – неразборчиво

DCNO 004613001-1

DCNO 016417001-1 DCNO 007936001-1

DCNO 006333001-1 DCNO 008597001-1

DCNO 015040001-1 DCNO 015830001-1

DCNO 015042001-1 DCNO 016016001-1

DCNO 015039001-1 DCNO 007986001-1

DCNO 015041001-1 След.15004 DCNO № – неразборчиво

По рассмотрении Вы обнаружите, что эти 19 из списка докладов 302 появились в результате опросов Вашей организацией персонала правоохранительных органов Канзаса, свидетелей, тайных информаторов, членов ополченческих групп и так далее. В целом они содержат информацию, кроме прочего, о четырех лицах, проживавших в восточном Канзасе во время взрыва в Оклахома-Сити и хорошо известных как радикальные противники правительства США.

Позвольте мне кратко суммировать содержание этих документов.

Первая серия документов – это доклад о единственном, пожалуй, свидетеле монтажа компонентов бомбы. Приблизительно 17 апреля 1995 года он находился в Гиэри-Лейк и видел одного своего знакомого и нескольких неизвестных, перегружавших аммиачную селитру с грузовика фермы на грузовик «райдер».

Во второй серии – сведения о человеке, чьи слова подслушали за несколько недель до взрыва: «Кое-кто собирается подкоптить оклахомцев – подождите, вот Тим сделает свое дело». Там отмечается также, что этот человек предлагал совершить множество террористических актов как до, так и после взрыва в Оклахома-Сити. Фактически Ваше учреждение арестовало его за это. Будем надеяться, что Вам об этом доложат.

Третья группа документов из списка 302 включает подробную информацию об опасном, ненавидящем правительство радикале, который, рассказывают, взрывал бомбы, начиненные аммиачной селитрой, на принадлежащем ему земельном участке в отдаленном районе Канзаса еще до взрыва аналогичной бомбы в Оклахома-Сити. Вам не составит труда найти информацию об этом человеке, поскольку Ваше учреждение вело с ним необычные дела на протяжении нескольких лет. Чтобы сэкономить Ваше драгоценное время, поскольку, я уверен, Вы заняты расчисткой завалов, оставленных мистером Фри, подскажу, что если Вы запросите досье на этого человека по первоначальному номеру, присвоенному ему ФБР (W924376484), то – с его обнаружением могут возникнуть трудности, поскольку, как мне сообщили, этот же номер загадочным образом присвоили досье совершенно другого дела в штате Нью-Джерси, не имеющему к данному делу никакого отношения, а досье на упомянутого жителя Канзаса получило новый номер. Спрашивается, что бы это могло значить?

Последняя серия докладов содержит информацию правоохранительных служб Канзаса на антиправительственного радикала, живущего в том же городке, что и Терри николс (единственный известный подельник Маквея). Вы найдете его имя также и на видеокассете ополчения, которую ФБР захватило на ферме брата Николса в штате Мичиган. Мне кажется, на захваченной видеокассете он предстает как ближайший личный друг лидера ополчения, телефон которого оказался в бумажнике мистера Николса в момент его ареста. Но потом эти два дружка-единомышленника каким-то образом не сталкиваются друг с другом в городке, население которого составляет 636 человек.

Эти доклады указывают также на то, что вышеупомянутые люди имели отношение как к мичиган-скому ополчению, так и к «Патриотам Аризоны», двум антиправительственным организациям, с которыми, в свою очередь, был связан Маквей до взрыва в Оклахоме.

Все это тревожит меня и, как я полагаю, всех думающих американцев. Основываясь на изучении доказательств, представленных в ходе следствия и суда, можно прийти к выводу, что ФБР, несмотря на имевшиеся сведения, не позаботилось о том, чтобы серьезно использовать данную информацию. Указанные люди не были допрошены, им даже не задали обязательного в таких случаях вопроса по телефону: «Где вы были 19 апреля?» Фактически их никак не проверили, как не проверили регистрационные номера автомашины, вообще ничего. Кстати говоря, я полагаю, что вопрос об автомашине покажется Вам интересным. Если бы ФБР изучило этот след хотя бы бегло, оно узнало бы, что все четверо были тесно связаны с той же радикальной антиправительственной фракцией. Надеюсь, Вы согласитесь, что это позволило бы нам установить, кто и что делал в тот страшный апрельский день.

Кроме того, как утверждается в моей последней статье в «Вэнити фэйр», имя по крайней мере еще одного человека, связанного с той же организацией, было сообщено ФБР тремя разными лицами, но доклада 302 относительно этих трех человек нет, как нет и вообще никакой информации по данному вопросу в материалах следствия, представленных правительством.

Я не могу с уверенностью утверждать, что эти люди были участниками заговора и подготовки взрыва, в результате которого погибли 168 ни в чем не повинных граждан. Прийти к столь смелому выводу невозможно, поскольку ФБР даже не рассматривало эту версию. Я просто хочу указать на то, что продолжающиеся правительственные заверения о том, что оно «расследовало все версии» и что «нет достоверных доказательств соучастия других лиц», ничем не обоснованы, кроме все более нервозных заявлений отдела связей с общественностью ФБР. Представленные до сего момента доказательства по делу говорят о пренебрежении к самому понятию справедливости, что свидетельствует о странной некомпетентности бюро. Проявляя великодушие, я высказываю предположение, что бюро пыталось распутать больше нитей, чем оно рассказало публике, поэтому, как заметил сенатор Дэнфорт до казни Маквея, после казни где-нибудь обнаружится некая коробка с доказательствами, утаенными от адвокатов Маквея.

Теперь, когда Маквея уже отправили в лучший мир, я уверен, что бюро стоит перед трудным выбором в поисках объяснения поставленных мной вопросов. Что это было – некомпетентное расследование, о чем говорит цепочка проигнорированных версий, или это нечто более зловещее – утаивание свидетельств в ходе расследования, что является уголовным преступлением? В любом случае я полагаю, что американский народ, особенно люди, более всего пострадавшие от смертоносного взрыва, заслужили право получить объяснение.

Пожалуйста, ответьте при первой же возможности.

Искренне ваш, Гор Видал.

Через редакцию «Вэнити фэйр»

4, Таймс-сквер, 22-й этаж

Нью-Йорк, штат Нью-Йорк 10036

К сведению читателей, которые, как выражался Альфа-Альфа Мюррей, «заглотнули наживку» и хотят знать, как же мне ответил новоназначенный директор. Никак. К тому же складывается впечатление, что снова был разыгран сценарий Ли Харви Освальда. Когда меня засыпали вопросами на Эн-би-си – зачем я поднял все это, лишь умножив страдания оклахомцев? – я сказал, что обсуждаю эту тему, чтобы избавить их и всю страну от новых страданий, потому что потенциальные враги Соединенных Штатов по-прежнему на свободе и наверняка готовят новые удары. Я не обладаю редким даром предвидения и не мог добавить: даже пока мы говорим, некоторые из них учатся в Оклахоме управлять самолетом в полете, оставляя без внимания такую мелочь, как взлет.

И наконец, Маквей говорил со мной из могилы. Я получил записку от Эрика Ф. Магнусона, магистра Ордена освободителей мира (ООМ). 21 мая 2001 года мистер Магнусон написал Маквею в камеру смертников, спросив, какие изменения внес бы он в систему правления Соединенных Штатов. Маквей откликнулся на его письмо, прислав десять добавлений к десяти поправкам к конституции, составляющих наш Билль о правах. Вот они, предваряемые мнением мистера Магнусона.