ЛИШНЯЯ СТРАНА КРЕМЛЯ Парламентский репортаж

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ЛИШНЯЯ СТРАНА КРЕМЛЯ Парламентский репортаж

ЛИШНЯЯ СТРАНА КРЕМЛЯ Парламентский репортаж

Николай Коньков

Николай Коньков

ЛИШНЯЯ СТРАНА КРЕМЛЯ Парламентский репортаж

21 января в Государственной думе произошло знаменательное событие — пятеро депутатов от фракции "Родина": Олег Денисов, Михаил Маркелов, Андрей Савельев, Иван Харченко и лидер фракции Дмитрий Рогозин объявили бессрочную голодовку с требованием немедленно отменить действие федерального закона №122 от 22.08.2004 о "монетизации льгот" и отправить в отставку членов правительства, ответственных за его реализацию, прежде всего Германа Грефа, Михаила Зурабова и Алексея Кудрина. Голодающие заняли думский кабинет Рогозина на 4-м этаже Думы, который сегодня по факту, стихийно начинает функционировать как штаб протестных выступлений, чем-то неуловимо напоминая ситуацию осени 1993 года. Нет, "спиралью Бруно" двери фракции еще не обматывают, телефоны, свет и воду не отключают, но "железный занавес" над акцией депутатов "партией власти" уже опущен, из-за него прорывается только массированная диффамация со стороны спецслужб. Газета "Завтра", как это было в "чёрном октябре", намерена прорвать информационную блокаду.

"УСАТЫЙ НЯНЬ" ГОСДУМЫ

После выборов 2003 года, когда Государственная дума окончательно превратилась в механизм безусловного оформления законодательных пожеланий исполнительной власти, бывшее здание Госплана СССР на Охотном ряду стало для меня лично "мертвым домом". Хорошо помню бетонные надолбы и металлические барьеры, которыми победившая "Единая Россия" вдруг отгородилась то ли от международных террористов, то ли от собственных избирателей, то ли еще от кого, а у входа жилистые ребята в черных вязаных шапочках и чуть ли не с автоматами под мышкой сортировали депутатов, сотрудников и посетителей, выясняя по рации наличие заказанного пропуска.

Однако всё меняется, и "мертвый дом" сегодня, 21 января 2005 года, выглядит уже не таким мертвым. За год с небольшим путинская "управляемая демократия" в стенах отечественного парламента приобрела определенную стройность и даже своего рода лоск. Во всяком случае, автоматов не видно, фамилию посетителя по предъявлению паспорта набирают уже на специальном компьютере-"пальмере", пропуска не выписывают на бланке с печатью, а выдают "умную" карточку, и вообще — грызловские нововведения прижились. Это видно даже по организации работы депутатов. У них теперь есть "час заявлений", "процедурный час", "час голосований", "правительственный час" и, наверное, даже "тихий час" — куда же без него в элитном детском саду?

Как в любом дошкольном учреждении, тут есть хорошие, правильные дети — они же "медвежата", которые ходят и голосуют строем, по команде; есть "свои" любимчики, которые хулиганят вроде бы напропалую, но на деле помогают няням в случае чего поддерживать порядок в помещении — они же "волчата"-вольфовичи; а есть и неправильные "кукушата", которые то и дело выпадают из общего гнезда — за этими нужен глаз да глаз, но их мало, а будет всё меньше и меньше.

Сегодня в Госдуме ожидался день открытых дверей — обсуждение вопроса о так называемой "монетизации льгот", с участием не только главного "усатого няня" Бориса Грызлова и старшей воспитательницы Любови Слиски, но и приглашенных "взрослых": министров Михаила Зурабова и Алексея Кудрина, которые должны были объяснить детям новые правила дорожного движения и проезда в общественном транспорте.

Впрочем, это лакомство было припасено на закуску, а пока, устроившись у думского монитора около малого зала, я мог вместе с другими журналистами наблюдать за жизнью новой Думы. Зрелище, надо сказать, выглядело невероятно тягучим и монотонным, как манная каша без сахара и соли. Но, тем не менее, думские "детсадовцы" под железной рукой "усатого няня" походя решали важнейшие вопросы жизни нашей страны… Как это происходило (восстанавливаю по памяти и записной книжке).

10.00. Любовь Слиска дает взволнованное интервью телевизионщикам — об акциях протеста против "монетизации льгот": "Нельзя позволять людям, пожилым людям выходить зимой на улицы в угоду провокаторам!" Уже интересно. В выпуски новостей эти афоризмы, наверное, не попали…

10.02. Обсудить процедурные вопросы изъявляют желание 82 депутата. В повестке дня больше десяти вопросов. Обсуждение начинается спокойно, Сергей Глазьев просит пригласить в Госдуму главу правительства Михаила Фрадкова, а Сергей Бабурин — рассмотреть на комиссии по этике поведение Владимира Жириновского. В зале появляется Слиска и Грызлов передает ей "главный микрофон". Леонид Иванченко (независимый депутат) сообщает, что нет никакой информации по двум федеральным округам, Олег Ковалев ("Единая Россия") утверждает, что под видом протестов идет политическая борьба, стариков обманом и подкупом вовлекают в преступные действия. Выясняется, что у фракции "Родина" есть альтернативный вариант постановления Госдумы по реализации федерального закона №122 — того самого закона о "монетизации льгот". Сергей Решульский (КПРФ) требует отставки правительства и исключения из повестки дня пункта четвертого, о приватизации сельскохозяйственных земель, Алексей Островский ("Единая Россия") заявляет, что "людей льготы волнуют меньше, чем погода", и просит решить вопрос о восстановлении сети метеостанций в Российской Федерации. В целом успевают сказать свое слово меньше половины желающих — 31 депутат.

На место спикера возвращается Грызлов и начинает "решать вопросы". Голосование по поводу Фрадкова: "за" — 106 голосов, "против" — 160, решение не принято. Бабурин называет Жириновского принципиальным фальсификатором русского патриотизма, (ответ Жириновского: "У вас тут целый блок незаконно сидит в Госдуме!"). По вопросу Иванченко слово для разъяснений передается вице-спикеру Андрею Исаеву, тот отвечает почти по-сталински: "Другой информации у нас нет". Исключение из повестки дня пункта четвертого — Олег Ковалев утверждает, что все поправки согласованы и внесены в текст. Голосование: "за" — 102 голоса, "против" — 60, "воздержались" — 162, решение не принято, пункт остается в повестке дня. Альтернативный вариант "Родины" — Олег Ковалев заявляет, что фракция "Родины" увлекается пиаром в ущерб работе. Голосование: "за" — 96 голосов, "против" — 94, воздержались 194, решение не принято… И так далее.

10.55. Начинается "час голосований". В повестке дня — план работы Госдумы со 2 по 18 февраля. Слиска докладывает, что "комитеты снизили темп работы", законопроектов принимается 35% от плана… Мысленно хватаюсь за голову — видно, что здесь пекут не пирожки, дела серьезные. В советские времена за 35% выполнения плана могли и с работы снять, а тут — депутатская неприкосновенность, что ли?! План они не выполняют, а как зарплату получать — так первые, небось?! Одна надежда на Грызлова — он и процент поднимет, и план перевыполнит…

В 11.20 у спикера звонит телефон слоновой кости. "Усатый нянь" молча выслушивает своего невидимого собеседника и невозмутимо говорит залу: "Пункт такой-то с повестки дня снимается". Ну, спасибо, что сообщили.

Голосование по четвертому пункту, "битва титанов" в исполнении экс-министра сельского хозяйства Геннадия Кулика ("Единая Россия") и коммуниста Сергея Решульского. Закон проходит первое чтение: 323 голоса "за", 40 "против", а потом сразу второе и третье. Борис Грызлов комментирует: "Это хороший подарок Геннадию Васильевичу к семидесятилетию". В зале раздаются жидкие хлопки. Продано. Спикер поворачивает голову к Решульскому и делает характерное движение губами: профукал, мол, ты, депутат, эту партию…

Так же быстро, сразу в трех чтениях, проскакивает закон о внесении изменений, ужесточающих "борьбу с терроризмом", в уголовно-процессуальный кодекс РФ. Никто уже не против: 370-0, 384-0, 377-0.

После пятого-шестого-седьмого пункта сразу переходят к девятому: об отказе от строительства нового здания на месте гостиницы "Москва". Столичному мэру, одному из лидеров "медведей" во время избирательной кампании, получить поддержку от "медвежьей" Госдумы не удается, решение не принято — строй новую "Москву", как хочешь. А не хочешь или не можешь — твои проблемы. Перерыв на 15 минут.

За это время пытаюсь как-то сформулировать свои впечатления. Одно дело — говорить о "машине голосования" и "управляемой демократии", и совсем другое — видеть всю эту радость жизни в работе. Хорошо, что по монитору, хорошо, что ты не имеешь прямого отношения к этой законотворческой деятельности, а самое главное — хорошо, что подавляющее большинство избирателей никогда не увидит своих депутатов "в деле" под руководством "усатого няня". Запустить хотя бы по одному государственному телеканалу в прайм-тайм такое реалити-шоу: "рабочий день Госдумы", это максимум шесть часов трансляции, — на законодательной власти в ее нынешнем виде можно было бы ставить крест раз и навсегда.

НАС ОЦЕНИТ ПРЕЗИДЕНТ…

12.30. Депутатов приглашают в зал, и начинается обсуждение 122-го закона. Сначала Олег Ковалев оглашает регламент: на всё про всё отводится полтора часа. 10 минут выступает с докладом вице-спикер Андрей Исаев, по 10 минут — министры Михаил Зурабов и Алексей Кудрин, полчаса идут ответы министров на вопросы депутатов, потом по 5 минут — на выступления представителей фракций и голосование.

Депутат Виктор Тюлькин (КПРФ) возмущается: "Неприлично так сжимать обсуждение такого вопроса. Важно выслушать мнение парламентского меньшинства, нужны прения". Депутат Александр Чуев ("Единая Россия"): "Нечего изобретать особый регламент!" Депутат Дмитрий Рогозин ("Родина"): "Необходимо дать представителям фракций хотя бы по десять минут!" Депутат Светлана Горячева (независимый депутат): "А мнение независимых депутатов, что, никого не интересует?"

Не интересует. 301 голос — "за" принятие регламента, 101 — "против", решение принято. На трибуне — бывший анархо-синдикалист, а ныне вице-спикер Госдумы Андрей Исаев. Суть его выступления проста: закон хороший, нужный, он дает населению деньги вместо существовавших только на бумаге льгот и приводит меры социальной защиты в соответствие с рыночной экономикой. Виноваты во всем, конечно, коммунисты, сохранившие в 1993-1999 годах столько льгот советского времени и добавившие новые, а также местные власти, действия которых по реализации закона вызвали недовольство у части общества и акции протеста. Ряд местных властей просто отменил льготы, а денег не заплатил. "Да, 122-й закон находится в зоне критики, но акции протеста идут не в связи с законом, а в связи с мерами по его реализации на местах". Что делать? Дума проработала этот вопрос с правительством, будут сделаны дополнитель- ные трансферты регионам, военнослужащим и сотрудникам правоохранительных органов, а также увеличен размер базовой пенсии на 36% до 900 рублей, после чего всё должно образоваться в лучшем виде.

Исаева на трибуне сменяет министр здравоохранения и социального развития Михаил Зурабов. "Уважаемый Борис Николаевич! Уважаемые депутаты!" — произносит он. Шум в зале: "Борис Всеволодович!" "Я сказал: Борис Всеволодович!" — поправляется министр и начинает рассказ о том, как всё сегодня замечательно с монетизацией льгот, сыплет цифрами с многими нулями, а вот завтра, 22 января, в субботу, на встречу с ним прибудут представители всех проблемных регионов, и всё-всё будет хорошо. После "Бориса Николаевича" в цифры Зурабова верится слабо — не напутал ли он и здесь чего-нибудь?

13.05. К микрофону выходит министр финансов Алексей Кудрин. В условиях рынка не бывает бесплатных услуг, а мы не знали, кто сколько людей перевозит, платили наугад. Теперь создается всероссийский регистр льготников, всё будет прозрачно и без ухудшения положения пенсионеров. В то же время могу признать: нам — и федеральным властям, и региональным — не удалось реализовать закон, обеспечить неухудшение положения этих категорий населения. Выделим дополнительные средства, но главная задача — избежать бесконтрольной растраты этих средств, сделать их адресными и разобраться, куда уходили деньги госбюджета до этого времени.

13.15. Начинаются вопросы депутатов. Анатолий Иванов ("Родина", Тольятти) спрашивает, почему в механизме монетизации льгот заложена невозможность для регионов оставить их в натуральной форме, поскольку это расценивается теперь как нецелевое расходование средств и влечет за собой уголовную ответственность. Ответ Кудрина: в течение ближайших двух дней (то есть в выходные?) урегулируем этот вопрос с представителями всех регионов. Виталий Басыгысов ("Единая Россия", Якутия): что будет с "северной надбавкой" и другими районными коэффициентами? Ответ Зурабова: Районные коэффициенты новым законом не предусмотрены. Борис Кибирев (КПРФ, Кубань): что будет со льготами ветеранам труда, которых в стране 9 миллионов человек? Ответ Кудрина: этот вопрос находится теперь в компетенции региональных властей. Вообще, первые шаги всегда сложны, но в других странах Восточной Европы льготы отменялись еще с меньшими компенсациями (Интересно, а зарплаты там тоже около 150 долларов в месяц?). Олег Малышкин (ЛДПР): регионы саботируют ваши решения, не пора ли с них спросить? Ответ Зурабова: я к этому отношусь со смирением. Николай Курьянович (ЛДПР, Иркутск): нельзя ли использовать средства стабилизационного фонда для финансирования льгот? Ответ Кудрина: можно, хотя количество денег должно быть на определенном уровне, иначе не избежать роста инфляции; мы уже финансировали из стабилизационного фонда пенсионную реформу, но инфляция съела все надбавки.

И в таком духе на протяжении часа. Наконец, Дмитрий Рогозин ("Родина") не выдерживает: вы поставили страну на грань социального взрыва и должны нести за это персональную ответственность. Где вы были в первую неделю января? На каких курортах отдыхали, когда пенсионерам не на что было ездить в общественном транспорте и покупать лекарства? Борис Грызлов: "У кого есть желание ответить?" Смешок в зале. Отвечает Алексей Кудрин: нашу работу оценит президент, мы президента и Думу в определенном смысле подставили, и решение будет принято.

Николай Бенедиктов (КПРФ): у меня вопрос к Исаеву. Вы полгода после принятия 122-го закона ничего не делали, чтобы права людей, их интересы не оказались ущемлены, а теперь обещаете до февраля всё исправить. Не самонадеянность ли это? Ответ Исаева: Все проблемы будут решаться в рамках действующего 122-го закона, вопрос не в нем, а в его исполнении. Против закона выступлений не было.

Константин Затулин ("Единая Россия", Московская область): господа министры, вы нас убеждали, что всё в порядке и подвели, хотя лично я вам и тогда не поверил и за закон не голосовал. Вы подавали в отставку? Ответ Кудрина: Закон исполняется, в любом масштабном деле возможны ошибки, оценку нашим действиям даст президент…

14.02. Звонок по телефону. Борис Грызлов объявляет двухчасовой перерыв.

Думский буфет по-прежнему радует ассортиментом и ценами, на 50 рублей можно перекусить и выпить кофе. Транспортные, лекарственные и прочие проблемы льготников где-нибудь в Питере или Альметьевске кажутся отсюда далекими, а потому несерьезными и едва ли не придуманными. Суммирую впечатления: оказывается, министры живут в совершенно ином мире, чем "рядовые" депутаты Госдумы, — точно так же, как депутаты живут в ином мире, чем "простые" москвичи, а те, в свою очередь — в ином мире, чем остальная Россия. "И вместе им не сойтись…" — как писал некогда Редьярд Киплинг. Непрошибаемая стена.

Никто Кудрину не указ, кроме указа президента. А ведь "монетизация льгот" разрывает Россию, делит ее граждан на "федералов" и "регионалов", которые оказываются лишними для центральной власти. "Регионалы" теперь Кремлю не нужны: "не наш вопрос", как сказал защищенный Грызловым от вызова в Думу премьер Михаил Фрадков. Интересно, нужнее ли стал от этого регионам Кремль, или у всех его обитателей уже подготовлены "запасные аэродромы" за пределами богоспасаемого Отечества? С такими печальными мыслями возвращаюсь к думскому монитору — это реалити-шоу придется досмотреть до конца, внукам будет что рассказать.

ПЯТЕРКА ЗА СМЕЛОСТЬ

16.03. После перерыва депутаты рвутся еще позадавать вопросы министрам. Оказывается, что министров на своем месте пока нет, поэтому и общаться не с кем. "Я сам удивляюсь, должны быть", — разводит руками Грызлов и ставит на голосование вопрос о переходе к выступлениям представителей фракций. 298 — "за", 95 — "против". По пять минут — пожалуйста, Геннадий Андреевич!

Геннадий Зюганов (КПРФ): Завтра будет 100 лет "Кровавого воскресенья", когда люди вышли на улицы защищать свои права. В ответ полетели пули, погибли тысячи человек. "Единая Россия" вместе с правительством организовали социальный дефолт. От их действий прямо пострадало 103 миллиона сограждан, а если принять во внимание пострадавших родственников, то бездарный закон о монетизации льгот ударил по каждой российской семье… Сегодня почти все цивилизованные страны идут на создание натуральных льгот, количество таких льгот в европейских странах исчисляется десятками. У нас же, при вопиющей бедности большинства населения, при резком росте цен власти решили льготы ликвидировать. Результат — социальный пожар в 43 регионах, десятки тысяч людей, вышедших на акции протеста. Возможно, монетизация части льгот, могла оказаться кому-то выгоднее в деревне. Но надо было предоставить людям реальный выбор: льготы или деньги. Этого не было сделано, власть показала свое полное презрение к людям. Необходимо немедленно отменить действие этого антинародного закона, установить, что пенсия и зарплата в стране не могут быть ниже прожиточного минимума, а квартплата не может превышать 10% совокупного дохода семьи, отправить в отставку правительство М.Фрадкова. Коммунисты готовы обсуждать вопрос о формировании нового кабинета министров, правительства народного доверия.

Владимир Жириновский (ЛДПР): Тут говорили о "кровавом воскресенье". Но сегодня другая дата — 81 год назад умер тот самый человек, который сделал революцию. Чем всё закончилось — еще худшим режимом! Теперь мы восстановили капитализм в его самой гнусной, самой грязной, самой отвратительной форме — но это надолго, без всякого социального государства. На Западе дают льготы — там есть богатство! А у нас откуда? У нас нет колоний — мы всё всем отдаем. А министров гнать не надо — Кудрин кассир у Путина. Вы своего кассира можете выгнать?

Олег Морозов ("Единая Россия"): Мы сегодня обсуждаем один из самых серьезных вопросов за всю историю российского парламента. Любые непродуманные шаги создают новые проблемы и усугубляют старые. Нельзя сводить всё к поиску виновных. Правительство не обеспечило подготовку социальной реформы и провалило первый ее этап. Есть серьезные просчеты и в регионах. Не снимаем мы ответственности и с себя. Но видим ее в том, чтобы не уходить от проблемы. Отменить закон и отправить в отставку правительство — это не выход. Вы, господа министры, так легко от нас не отделаетесь! Научитесь считать деньги и разговаривать с регионами! Возврат к старому станет обманом тех, кто впервые стал получать живые деньги вместо льгот, бывших на бумаге. Наша фракция поддерживает все меры и не рассчитывает на панику. Необходимы коррективы в процесс.

Дмитрий Рогозин ("Родина") — полный текст выступления приводится рядом.

16.40. Немая сцена. Депутаты "Родины" действительно уходят из зала. У Грызлова звонит верный телефон. "Усатый нянь" берет трубку, выслушивает указания и говорит: "Продолжаем заседание". Действительно, с чего бы его прерывать — кворум же есть. А фракцией больше, фракцией меньше… Голосование, 303 голоса "за" проект постановления, согласованный с правительством, 17 "против", но это уже никому не интересно.

У выхода — суета, сюда сбегаются журналисты, чтобы получить хоть какую-то информацию от инициатора массовой голодовки депутатов. Ведь такого еще не было!

"Дума превратилась в посмешище, ее заседания — в фарс, — объясняет Рогозин. — Мы в этом больше участвовать не собираемся. Мы не можем вечно разводить руками перед своими избирателями, объясняя, что нас всего 39 человек в Думе, поэтому мы объявляем голодовку. Спасибо".

— Спасибо вам! — кто-то кричит ему из журналистской толпы.

На четвертом этаже из кабинета Рогозина выносят столы и стулья. Вход посторонним туда закрыт — идут последние приготовления к голодовке.

P.S.

Конечно, немного странно, что "Родина", что благополучный Рогозин решились на такое. Но логика национально-освободительной борьбы еще менее линейна, чем логика борьбы классовой. Владимир Ульянов и Фидель Кастро — тоже не выходцы из социальных "низов". Удается выяснить, что голодовка не "сухая", а значит — пятерка "родинских" депутатов может продержаться, если ничего дурного не случится, около месяца. Депутаты Верховного Совета в 1993 году выдержали почти двухнедельную осаду. Плохо, если эта акция обернется или закончится каким-нибудь фарсом. Еще хуже, если всё всерьез, как это было у заключенных членов ИРА в 1980 году — тогда в результате голодовки погибло 11 человек. Но что говорили за эти дни заинтересованные лица? Цитирую.

Олег Ковалев, председатель думского комитета по регламенту: "Надо запретить в государственных учреждениях, в том числе в Госдуме и Совете Федерации, проводить такие акции. Эти "защитники народа" голодают на народные деньги и мешают нашей работе".

Алексей Митрофанов, депутат Госдумы от ЛДПР: "Рогозину похудеть только полезно".

Гарри Каспаров, председатель комитета "2008: свободный выбор": "Можно не сомневаться, что голодовка Рогозина согласована с Кремлем, это предвестник грядущих перемен в российском правительстве".

Борис Грызлов, председатель Госдумы: "Данный шаг Рогозина и его ближайшего окружения — самопропаганда".

Однако все шуточки Жириновского и Митрофанова, все рассуждения Грызлова и Слиски на тему "пиара", все заявления Каспарова о "согласованности действий Рогозина и Ко с Кремлем" блекнут на фоне того, что голодовка — бессрочная. Из нее и у пятерки голодающих депутатов, и у "партии власти" есть только по два выхода. У первых — в политический отвал, если они сдадутся или окажутся кем-то наподобие доктора Хайдера; и в историю, если победят (голодная смерть кого-либо из пятерки, при всем трагизме подобного исхода, станет их величайшей нравственной победой). У второй — либо сломаться, приняв требования голодающих, либо окончательно перевести разговор с обществом в плоскость 1917 года: "Тише, ораторы! Ваше / Слово, товарищ маузер!"