Владислав Смоленцев ПРОТИВОСТОЯНИЕ (СНВ-2, МО и МИД)

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Владислав Смоленцев ПРОТИВОСТОЯНИЕ (СНВ-2, МО и МИД)

Еще совсем недавно в приснопамятные времена советский МИД считался едва ли не частью Генерального Штаба СССР. Даже форма мидовских работников практически не отличалась от офицерской. Те же погоны, те же регланы, те же фуражки. Да и министры иностранных дел были под стать министрам обороны. "Железный" Молотов, "мистер нет" — Громыко. Когда по радио или с экранов телевидения раздавалось: "Министерство иностранных дел СССР заявляет решительный протест…" весь мир замирал в страхе. Ибо вслед за такой нотой выходили в море советские эскадры, поднимались в небо ракетоносцы. Советский МИД ревностно и неусыпно стоял на страже стратегических интересов СССР. И хотя мы, в отличие от США, не объявляли никакие районы "зонами своих жизненных интересов", все знали — поперек дороги русским лучше не становиться.

Впервые эту традицию, поведенную еще от Петра, нарушил белесый косноязыкий политбюровец Шеварднадзе. Назначенный на МИД иудушкой Горбачевым, хитрый Эдик с первого своего дня работы в МИДе начал словно чугунной "бабой" крушить культуру и традиции советской дипломатии. За короткое время было отправлено на пенсию или переведено на второстепенные должности большинство послов старой советской школы, еще более жестко был зачищен аппарат МИДа. Из перхотных углов были вытащены самые одиозные и посредственные личности, чьей единственной способностью было умение подобострастно смотреть в рот новому хозяину и не иметь никаких принципов, кроме хозяйской воли.

Национальные и государственные интересы были стремительно забыты. Им на смену пришли лично карьерные интриги и политический волюнтаризм. Отныне сам Шеварднадзе определял, что хорошо, а что плохо, и в чем состоят интересы страны.

Тогда и начались первые конфликты между МИДом и Министерством обороны. Нашедший в лице лидеров Запада новых преданных друзей, Шеварднадзе, с молчаливого одобрения Горбачева, заявил о "молниеносном" выводе советских войск из Венгрии, Польши и Чехословакии. Тогда-то впервые против такой торопливости выступил Генеральный штаб. Военные с цифрами в руках доказывали, что сроки, объявленные МИДом, просто не реальны. Что подобные передислокации готовятся годами. Под них создается инфраструктура, материальная база. А предложения МИДа просто выбрасывают армии в голое поле…

Но Шеварднадзе словно бы и не слышал доводов военных. Всего за два года почти полумиллионная группировка войск была выведена из восточной Европы.

И на очереди оказалась самая мощная наша армейская группировка — почти миллионная группа советских войск в Германии. Ей Шеварднадзе отвел на вывод всего три года. Результатом этой политической гонки стали не только многомиллиардные убытки из-за выброшенных под открытое небо и сгнивших под ним тысяч танков, самолетов, пушек и другой боевой техники, но и просто фактический развал самого боеспособного нашего военного "кулака".

С того времени началась эпоха противостояния армии и МИДа.

Но Шеварднадзе, с его стремлением к личной карьере, убогостью и недалекостью, не мог долго "удовлетворять" Америку. И с развалом СССР в "новорусский" МИД пришли совершенно новые кадры. "Гарвардские мальчики" — так метко окрестили эту "породу" дипломатов. Дети советской номенклатуры, выросшие и воспитанные в зарубежных командировках своих папаш, они с молоком впитали угодливый восторг перед западным образом жизни. Перед обществом неограниченного обогащения, перед либеральными ценностями Запада. В последние годы Союза этих "мальчиков", уже не стесняясь, подымали и поддерживали всяческие американские фонды, вывозили на обучение и стажировки на Запад. Неуклюжего, вечно коверкающего слова Шеварднадзе, сменил "вазелиново-утонченный" Козырев, для которого английский язык был настолько же естественен, как геморрой сексуальному меньшинству.

"Гарвардские мальчики" к военным сокращениям подошли уже на качественно ином уровне. Переброски войск были просто заменены тотальными сокращениями. Почти пятимиллионую армию было решено "ужать" до полутора миллионов. Козыревский МИД подвел под этот развал идеологическое обоснование — России больше никто не угрожает, а все вчерашние противники теперь являются нашими "стратегическими союзниками". На улицу оказались выкинутыми без жилья и работы более шестисот тысяч офицеров. С учетом членов семей работы и средств к существованию лишились более полутора миллионов россиян.

Именно на этой идеологической волне был подготовлен и протащен через Кремль договор СНВ-2, крайне выгодный и необходимый США документ. Именно Козырев и его команда настаивали на полном разрыве отношений с традиционными союзниками Ираком, Ираном, Северной Кореей, Ливией. Именно козыревский МИД настоял на прекращении всякой помощи правительству Наджибуллы в Афганистане, Кубе. С подачи Козырева была фактически предана и брошена под натовский сапог сербская Босния, под нажимом козыревского МИДа заключено позорное и унизительное "дейтонское соглашение".

Не менее деструктивной была позиция МИДа и в отношении бывших союзных республик. Козырев выступал категорически против поддержки Приднестровья, требовал прекратить помощь Абхазии, выступал против сохранения наших военных баз в Таджикистане.

Иными словами, все эти годы Козырев и его МИД просто выполняли западный "заказ". Действовали в интересах США, стремясь как можно быстрее "деимпериализовать" Россию, лишить ее военного потенциала, изолировать и сделать послушной марионеткой Запада.

Потом одиозного Козырева сменил архаичный Примаков, того в свою очередь юркий Иванов. Но ничто не изменилось в МИДе. По-прежнему интересы России увязываются с американскими ультиматумами. Россия, как во времена Козырева, вновь предала и бросила под натовскими бомбежками Сербию, по требованию Гора расторгла многомиллионные контракты на обучение иранских студентов, по-прежнему поддерживает крайне не выгодные России санкции против Ирака.

А что же Генштаб? Все эти годы, несмотря на тотальные сокращения и развал, Генеральный штаб пытался сохранить оборонный потенциал страны, отстаивал внешнеполитические интересы России.

Грачев, несмотря на его тесную дружбу с "всенародноизбранным", весьма смутные представления о политическом будущем России и нездоровую любовь к теннису и "мерседесам", тем не менее за спиной МИДа и Козырева помог Абхазии отстоять независимость от Грузии, фактически сохранить ее в составе России.

Именно Генеральный штаб России принимал решение оказать военную помощь русскоязычному населению Приднестровья, сформировать миротворческие силы и провести миротворческие операции в Приднестровье, Абхазии, Таджикистане. Генеральным штабом России была разработана и проведена блестящая операция по переброске в Косово и захвату стратегически важного аэропорта. Уже на следующие сутки на этот аэродром должны были начать высаживаться наши десантники, но в очередной раз Россию и армию предал МИД. Узнав о броске на Приштину и готовящейся переброске наших войск в Косово, ивановский МИД немедленно вмешался и своими действиями сначала "засветил" готовящуюся переброску войск, и страны, которые были готовы "закрыть глаза" на пролет российских транспортников, немедленно отказались предоставить воздушные коридоры. А сам Иванов поклялся перепуганным американцам, что ни один русский солдат не ступит на югославскую землю до подписания с Америкой соответствующего договора.

Надо ли напоминать, на каких условиях американцы согласились на российское присутствие? У русских батальонов нет ни своей зоны ответственности, ни своих секторов…

Сегодня это противостояние МИДа и армии продолжается. Но, пожалуй, впервые за эти годы внутри самой армии более нет того единства, которое позволяло все эти годы более-менее эффективно противостоять попыткам МИДа лишить Россию союзников и собственных внешнеполитических интересов. Во главе Министерства обороны впервые встал генерал, который с готовностью сокращает армию, продавливает ратификацию договора СНВ-2 и готов выполнить, кажется, любой приказ, лишь бы получить еще годовую отсрочку от пенсии.

Владислав СМОЛЕНЦЕВ