Евгений Ростиков ИСЧЕЗНУВШИЕ... (История провокаций. Окончание. Начало в №11)

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Евгений Ростиков ИСЧЕЗНУВШИЕ... (История провокаций. Окончание. Начало в №11)

ЧЕЛОВЕК ИЗ "ГОРОДА СОЛНЦА"

"Цивилизованный мир" гневно требовал от властей Беларуси, и прежде всего ее президента Александра Лукашенко, незамедлительных объяснений, куда "исчезли" его бывшие соратники — Винникова, Захаренко, Гончар. К этому неожиданно добавилось и еще одно громкое исчезновение — "загадочная смерть" Геннадия Карпенко. Конечно, ее тоже поспешили повесить на "режим".

Прежде чем отвечать, что здесь было "загадочного", надо сначала немного рассказать, кто такой был этот Карпенко. Во-первых — да, думаю, и в последних — один из самых претенциозных и безнадежных претендентов на пост белорусского президента.

Имея рост и физический вес Ельцина, он решил поиграть в большую политику, когда звезда последнего начала уже гаснуть. Более того, если бы ему даже подвернулся какой-либо танк, он бы поленился на него взобраться. Xотя как провинциал до мозга костей, Карпенко и любил разного рода внешние эффекты, но больше всего в начавшейся на исходе 80-х годов в Беларуси большой политической кутерьме он любил все-таки самого себя.

Будучи директором одного из молодеченских заводов, он становится мэром этого захолустного, в 100 км от Минска, городка. Естественно, мэр обещает превратить его в “город солнца". И Молодечно действительно вскоре становится известен в республике своей безудержной свистопляской — театральными и песенными фестивалями и успехами местных футболистов. Кстати, замом в тот период у этого мэра был еще один "исчезнувший" — будущий вице-премьер и организатор прошлогодних "президентских" выборов Виктор Гончар.

Когда в 1994 году в Беларуси были объявлены выборы первого президента, естественно, что среди желающих занять этот пост оказался и бывший мэр этого городка, так и не ставшего "городом солнца", председатель одной из парламентских комиссий, "большой демократ" и пересмешник Геннадий Карпенко.

Но его подставила сначала "команда", возглавляемая драматургом Алексеем Дударевым, приписавшая претенденту кучу несуществующих голосов, а затем коллеги-депутаты, аннулиро-вавшие свои подписи у незадачливого выдвиженца.

Больше всего тогда Геннадий Карпенко обиделся на Шушкевича, который, по его мнению, "не должен идти дальше кандидата в президенты. Он — пенсионер, он уже попробовал себя на этом посту, доказал. Результат известен".

Тем не менее, Шушкевич, не в пример Карпенко, пошел "дальше", и с треском провалился. Как с еще большим треском проиграл бы тогда Александру Лукашенко и самовлюбленный Карпенко. И пришлось незадачливому претенденту на президентский пост довольствоваться парламентской трескотней или многозначительным надуванием и так пухлых щек в роли зама тогдашнего спикера ВС Семена Шарецкого.

Попутно — именно попутно — Карпенко "сражался" с существующим режимом и лично Лукашенко. Он подавал на президента в суд иски о защите своей чести и достоинства, когда Лукашенко обвинил его в срыве одного важного для республики контракта. Президент, естественно, эту "честь" игнорировал.

Карпенко тогда принялся судиться с газетчиками, обвинившими его в квартирных махинациях. Пытался даже силой выбросить из редакторского кабинета одной из крупных республиканских газет ее хозяина. А во время приема в иностранном посольстве устроил со своим оппонентом даже драку на кулачках.

Только большого успеха все эти и подобные им подвиги человека из погасшего к тому времени "города солнца" у электората и коллег "по борьбе" не имели. После каждого из них (а были еще и выступления на заседаниях возглавляемого им "теневого правительства", настолько "теневого", что никто о нем и не подозревал, а также выступления на конференциях, семинарах, митингах, важные шествия под "бел-чырвоно-белым флагам"). Карпенко с разного рода стрессами, "давлением" и "сердцем" отлеживался в лечкомиссии и клиниках.

В начале 1999 года, поспешно начав "президентскую" кампанию и дав по этому поводу несколько пространно пошлых интервью, он все-таки не осмелился участвовать в этой безнадежной авантюре, которую устроил его бывший вице-мэр, сообщив, что готовится к выборам 2001 года. Но потом, поняв, что его потенциальный конкурент, бывший премьер Михаил Чигирь, хотя жестоко пострадал в процессе этих "выборов", тем не менее на перспективу явно набрал очки, Карпенко еще больше затосковал. По всему чувствовалось, что это добавило амбициозному претенденту новых переживаний.

Беда случилась в офисе фирмы, которую возглавляет его брат. Карпенко, страдающий гипертонией и атеросклерозом сосудов, умер от кровоизлияния в мозг.

И хотя все это случилось на глазах у журналистки, которая явно не питает особых симпатий к ныне действующему белорусскому президенту, она подтвердила происшедшее на ее глазах несчастье. Но, тем не менее, ничего не сделала, чтоб внести ясность в это житейское дело. А уже через пару дней оппозиция зашумела, что Карпенко убрал, "зачистил", заставил "исчезнуть" с этой земли не кто иной, как Лукашенко.

Посыпались на этот счет разного рода заявления. Помощник Карпенко, некий подполковник запаса КГБ Костка, осторожно изрек, что смерть его патрона "могла быть и не случайной".

По мнению экс-министра МВД Юрия Захаренко, которому вскоре также предстояло "исчезнуть", Лукашенко "зачищает" политическое поле перед выборами, а "смерть Геннадия Карпенко после смены власти станет предметом особого разбирательства".

И дело завертелось. В Минске уже рассказывали, как за несколько дней до своей смерти Карпенко вознамерился навестить находящуюся под домашним арестом бывшую главу Нацбанка РБ Тамару Винникову. (Через несколько дней она тоже "исчезнет"). Но его в квартиру к подследственной не пустили, и тогда Карпенко, действуя в своей излюбленной манере, туда "прорвался". В возникшей потасовке он якобы и получил "роковой" удар. Как бы там ни было, но "исчезновение" было избрано самым эмоциональным, а значит, и самым действенным средством для дискредитации "режима", борьбы не на жизнь, а на смерть с Лукашенко.

“МММ” ПО-БЕЛОРУССКИ

Первой жертвой этих таинственных "исчезновений" без звука и следа, за "которыми угадывались действия неких "эскадронов смерти", якобы созданных президентом Лукашенко, стала бывшая глава Нацбанка Тамара Винникова, — молодая, изящная женщина, то ли разведенная, то ли просто разъехавшаяся с мужем. Когда началась перестройка, благодаря своим покровителям, которые, кстати, и сейчас у власти, она стала во главе акционерного "Беларусбанка".

Дальше все было делом техники и незаурядного характера этой женщины. По совету тех же покровителей президент вскоре издает указ о слиянии Государственного сбербанка с коммерческим "Беларусбанком", что стало неожиданностью даже для тогдашнего председателя Нацбанка Станислава Богданкевича.

Но еще большей неожиданностью стало то, что главой объединенного "Беларусбанка" стала Тамара Винникова.

В тот период специалисты Нацбанка, проводившие плановую проверку учреждения Винниковой, вскрывают в нем ряд серьезных нарушений, и главное из них то, что "Беларусбанк", действуя по аналогии со знаменитым тогда "МММ", использовал 100 млрд. денег вкладчиков на собственные нужды.

Уже тогда дотошный рыночник Богданкевич открыто заявляет, что миф о великой значимости "Беларусбанка", созданный Винниковой, не имеет ничего общего с действительностью. Доля этого банка в кредитовании экономики республики составляла от силы 5-8%. Да и то — для поддержания своей ликвидности банк вынужден был ежедневно искать ресурсы хоть на сутки, хоть на ночь, чтобы рассчитаться со своими вкладчиками и кредиторами.

Тем не менее, он оставался крупнейшим банком Беларуси, поддерживающим корреспондентские отношения не только с банками ближнего зарубежья, но и с крупнейшими банками Европы, Америки и Юго-Восточной Азии.

Миф о великой банкирше Винниковой в республике растет. Эта обаятельная женщина привлекает общественное внимание Беларуси и, прежде всего, ее ужасно провинциального, но оттого втройне гонористого, политического бомонда. На Винникову сыпятся разного рода награды. Была она награждена и орденом Русской православной церкви за строительство новых и реставрацию старых церквей и храмов.

Собственно, с Пасхального приема у митрополита Минского и Слуцкого, экзарха всея Беларуси Филарета и началось ее еще большее возвышение, закончившееся потом еще более стремительным падением в никуда. Именно во время этого приема к президенту Лукашенко подошла председатель правления АКБ "Беларусбанка" Винникова и завела с ним некий интересный разговор, который продолжала чуть ли не полчаса, поставив в неловкое положение всех присутствующих. Послы иностранных государств терпеливо ждали, пока очаровательная женщина, явно кокетничая, объясняла нечто молодому главе государства.

Кто-то из присутствующих сказал президенту, что послы не резиновые и им надо уделить кроху внимания. Должно быть, это был очень смелый человек, потому что практически в тот же период мне пришлось наблюдать, как к разговаривающему во время посещения одного из минских станкостроительных заводов президенту, который задержался для разговора с одним из рабочих у его бешено гудящего станка, подошел один из организаторов этого посещения и напомнил, что в зале заводоуправления его ждут тысячи специалистов. "Не мешайте мне говорить с народом!" — отрезал президент.

Но в данном случае Александру Лукашенко пришлось оставить милейшую во всех отношениях даму, перенеся разговор с ней на следующий день.

А уже через некоторое время глава "Беларусбанка" становится еще и советником при правительстве РБ. В своих докладных записках президенту и на разного рода совещаниях она активно критикует бывшего тогда главой Нацбанка Станислава Богданкевича за жесткую денежно-кредитную политику, попутно в прессе мило угрожая, что у нее есть на последнего "очень много материалов, очень много..."

Через полгода достаточно независимый и потому многих раздражающий Богданкевич, который не желает работать в "карманном банке президента", отправляется в отставку. Кстати, весьма показателен способ, каким был обставлен этот уход одного из высших государственных чиновников. Не успели чернила просохнуть на указе президента, как здание Нацбанка, в отсутствие только что низвергнутого председателя правления, захватывает группа ОМОНа. Служба охраны НБ, не смеющая без ведома должностных лиц никого пропускать, тем более людей с оружием, по идее должна была дать этим людям бой: мало ли, вдруг это переодетые в форму ОМОНа бандиты...

К счастью, боя не случилось. Но это устрашающее применение силы, видно, понравилось молодому президенту. Вскоре он таким же способом выбросит из парламента националистов, попытавшихся его шантажировать, потом захватит здание МВД, отправляя таким способом в отставку его министра, который теперь тоже, кстати, числится "исчезнувшим".

Эти и ряд других силовых действий, в том числе предпринятые потом и в отношении к Винниковой, конечно же, не могли не повлиять на создание определенного образа белорусского президента, выродившийся в конце концов в образ главного вдохновителя и организатора страшных "исчезновений" его подданных.

НЕСОСТОЯВШИЙСЯ ПРЕМЬЕР

Но до этого еще было далеко. А пока освободившееся таким "нехитрым" образом кресло главы Нацбанка заняла, конечно же, она — Тамара Винникова.

Проголосовать за утверждение ее на этот высокий пост в Верховный Совет пришел, естественно, и ее новый патрон Александр Лукашенко.

На стенания депутатов, что за Винниковой как главой "Беларусбанка" тянется шлейф довольно серьезных грешков. Лукашенко довольно жестко парировал, что Винникова "по своим профессиональным и нравственным качествам способна возглавить ведущий банк нашего государства".

Еще более нежно отзывалась о президенте в тот период Винникова: "Я считаю, что Александр Григорьевич — человек гениальный, исходя хотя бы из того, что он просто самоотверженно любит свой народ и ему полностью и самоотверженно предан. Он очень хочет сделать счастливым буквально каждого человека". Ну и в таком же мило-восторженном духе.

Обладая бесспорными талантами, Винникова, минуя целую сеть посредников и разного рода фильтров, получила свободный "доступ к телу", что не могло не насторожить окружение президента. Но она на это не обращала никакого внимания. В тот период главная банкирша республики носилась с идеей "сформировать сильную банковскую систему". Выступив ранее против своего предшественника Богданкевича из-за его жесткой денежно-кредитной политики, она уже через полгода сама заявила: "Советники президента предлагают мне провести денежную эмиссию, чтобы профинансировать государственные программы". Эти программы — громаднейшая накачка экономики пустыми деньгами ради получения сиюминутного популистского результата, и обернутся они большой бедой".

Это уже было слишком. И бедой это обернулось прежде всего для нее самой. Вскоре был избит один из ее сыновей. "Это связано как-то с работой?" — спросил ее наивный журналист. "Да, однозначно. Это не скрывалось". "Вы не боитесь?" — продолжали расспрашивать ее. "У каждого своя судьба", — отвечала эта хрупкая женщина.

И менее чем через год судьба ее была решена. Во время одного из деловых совещаний ее вызвали в коридор, где, надев неожиданно наручники, под усиленной охраной доставили в следственный изолятор КГБ.

До этого среди чиновничества ходили упорные слухи, что Винникову вот-вот назначат чуть ли не премьер-министром. И вот вместо очередного высшего поста — знаменитая тюрьма.

БЕГСТВО "ОРХИДЕИ"

Ей было предъявлено обвинение в превышении служебных полномочий, повлекших ущерб в 3,7 млрд. белорусских рублей (что на тот момент соответствовало 321 тысяче долларов) и хищении имущества в особо крупных размерах (комплект посуды "Цептер").

Все эти обвинения касались работы Винниковой еще в "Беларусбанке". Говорят, доказать удавалось только "хищение" этих лабораторных железяк, которые у нас принимают за предметы особого изыска и благополучия. Потому после неоднократных сообщений о болезни бывшей главной банкирши и очередных "сенсационных" сообщений о ее смерти через 10 месяцев Винникову освободили под подписку о невыезде.

В качестве условия освобождения из тюрьмы она вынуждена была подписать и несколько довольно спорных документов — ей было запрещено разглашать материалы дела, с кем-либо общаться, кроме самых близких родственников, и она дала согласие, что возле нее в квартире будут постоянно находиться сотрудники правоохранительных органов.

Именно в тот период оппозиция (серые, ничем не примечательные лидеры которой известны разве что штрафами и десятидневными отсидками за хулиганство во время демонстраций) обращает внимание на бывших соратников Лукашенко, а также на тех, кто отсиживался в тюрьмах за уголовные и прочие преступления.

"Орхидея" — как величали Тамару Винникову в период ее расцвета, оказалась наиболее подходящей фигурой для этой раскрутки. Красавица гибла на глазах. "Главврачи двух центральных больниц отказывают ей в медицинской помощи. В доме у нее днем и ночью грохочет сапожищами бесцеремонная охрана...”

И вот уже местечковый Зельсинский комитет распространяет обращение, в котором "с глубочайшей озабоченностью" отмечает, что властями Беларуси "нарушены основные права человека" не только Винниковой, но и Василя Старовойтова (знаменитого председателя колхоза. — Е.Р.), поскольку "к ним применено жестокое обращение, граничащее с пыткой".

Не молчит уже и Винникова. Она дает интервью оппозиционной газете, в котором "приоткрывает завесу тайны над имеющейся у нее информацией" против властей и лично Лукашенко. Ясно, что она готова их всех разоблачать. А пока публикует в "Банковском вестнике" статью под девичьей фамилией — Брежнева. Во время описанного выше посещения ее главой "теневого кабинета" Карпенко главная экс-банкирша "страшно возмущается сегодняшними ценами на продукты" и т.д.

В общем, действует Винникова уже как заправский оппозиционер. И не случайно в один прекрасный день, накинув халат и надев домашние тапочки, она выходит из квартиры, где ее охраняют "несколько сотрудников" Главного управления Госохраны, — и пропадает без следа.

Ясно, как день, что после заявления о том, что у нее имеется на власти "убийственный компромат", Винникова стала жертвой этой власти — под таким соусом начала раскручиваться эта великолепная идея "исчезновения".

СКАЧУТ, ПЛЯШУТ "ЭСКАДРОНЫ"

Но сначала был избран "тупиковый путь".

Появились материалы, что Винникову "за 2-3 миллиона долларов выкупил ее заместитель по "Беларусбанку", а ныне гражданин Израиля, некий Шаткин. Говорили и о причастности к ее "исчезновению" белорусских криминальных авторитетов.

Лукашенко, объясняя необходимость содержания Винниковой под стражей, и сам не раз заявлял, что та может стать мишенью криминалитета, так как у нее остались с этими людьми кое-какие нерешенные делишки.

Прокуратура обратилась к гражданам республики с просьбой сообщить, если кто знает о местонахождении Винниковой. По факту ее побега было возбуждено уголовное дело, объявлен межгосударственный розыск, в котором задействовали и Интерпол.

Но оппозиция и гневная мировая общественность и так хорошо знали, кто похитил несчастную женщину и где она сейчас находится. Винникову, конечно же, похитили, а затем и "ликвидировали", если не российские наемники, то сами белорусские спецслужбы или организованные в их структурах "эскадроны смерти".

Не исключали крайне драматический вариант развития событий и находящийся в Лондоне сын Винниковой, и ее адвокат.

Страсти накалялись. Другой ее адвокат, специализирующийся на такого рода дохлых делах, поняв, что публика "созрела" для оплакивания, поспешил обратиться в суд с заявлением об объявлении Тамары Винниковой умершей, мотивируя это тем, что до "сих пор официальные власти не представили ни родственникам, ни защитникам, ни гражданам страны никаких доказательств того, что банкир сбежала".

И даже потом, когда Винникова вдруг объявится где-то в Англии, наш славный краснобай будет считать это "очередной провокацией белорусских спецслужб" и сомневаться в ее "чудесном спасении".

Но пока "жертву белорусских властей" искали и находили, конечно же, чаще мертвой. То почти рядом с администрацией президента, т.е. в Минске в Комсомольском озере с камнем на шее. И МВД приходилось долго объяснять, что найденный там труп никакого отношения к Винниковой не имеет. Да и камня на нем не было.

То сообщалось, что несчастную держат в каком-то бетонном бункере, который "курируют" белорусские спецслужбы и откуда еще никто живым на свет этот не выходил. Белорусские спецслужбы, собрав в кулак все нервы, терпеливо проводили расследование, пока в конце концов не объявили, что Винникова бежала и ее на территории республики нет. Об этом же, выступая в октябре прошлого года в Госдуме, поведал российским депутатам и белорусский президент.

Его слова, что Винникову видели живой и невредимой "по дороге из Лондона в Тель-Авив", не произвели на оппозицию, тем более на западные "демократии", особого впечатления. Да можно ли ему верить? Блефует, как всегда, этот кровожадный диктатор! Ведь к тому времени с разбежкой в два-три месяца исчезли еще два "оппозиционера" — бывший министр МВД Юрий Захаренко, а затем бывший вице-премьер Виктор Гончар.

От белорусских властей, фактически приставив нож к горлу, требовали демонстрации фотографий, свидетельских показаний и других доказательств, что "жертвы" живы и что Лукашенко не причастен к их "исчезновению".

Наконец, не выдержав этого давления, Лукашенко в своей обычной резкой манере заявил: "Я бы попросил Запад поискать их у себя, прежде чем делать разного рода громкие заявления".

Естественно, что этот "бестактный выпад "в адрес настоящих демократий" был воспринят с нескрываемым раздражением. В воздухе запахло "Дроздами-2".

Лукашенко замолчал.

Послы же, как и представляемые ими страны, гнули свое — белорусский президент физически уничтожает свою оппозицию, он должен понести за это наказание. А самое страшное, что "исчезновение" людей срывает наметившиеся было в республике "демократические процессы". Ведь оппозиция готова была пойти на переговоры с властями (на которые их подталкивает ОБСЕ), но теперь у нее появилась еще одна претензия — пока не отыщут "исчезнувших", она с "этим режимом" ни о чем договариваться не будет.

О ЗАСТЕНКАХ, КОЛГОТКАХ И ЛИЧНОМ ВРАЧЕ ПРЕЗИДЕНТА

И вот, когда власти Беларуси и ее президент объявляются едва ли не самыми "подлыми убийцами" конца XX века, в редакции одной из оппозиционных газет раздается телефонный звонок. На другом конце провода собственной персоной одна из сенсационных пропаж, сотни раз похороненная и оплаканная экс-председатель Нацбанка Тамара Винникова, которая тут же заявляет о своем желании дать "разоблачительное" интервью этой газете.

К сожалению, ни в этой первой пространной беседе, ни в опубликованном рядом "заявлении" она не сообщила ничего нового, а главное -— кем была задумана и осуществлена эта долговременная провокация против независимой Республики Беларусь.

Все было построено на эмоциях и догадках. Винникова сообщала, каким "трудным, тяжелым, опасным путешествием" был ее путь в Европу. Перед этим, как она поведала, ее даже "оперировали в подпольных условиях".

На вопрос, как ей все-таки удалось сбежать из-под домашнего ареста, она мило объясняла, что в ее квартире действительно "всегда находилось большое количество вооруженных людей. Через 2-3 часа их проверяли начальники высокого ранга". Но дальше, если верить Винниковой, ее бегство из квартиры в белых, естественно, тапочках, произошло из-за некой накладки охранников: "Меня просто из группы охраны передавали в группу людей, которые занимаются физическим уничтожением. Здесь и произошла небольшая накладка, о которой я говорить не могу".

Тем не менее, она продолжала говорить. В оппозиционной прессе появились не только беседы, но и ее статьи, например, с таким названием: "О пытках, системе психологического воздействия, применяемых режимом Беларуси", где муки, перенесенные Зоей Космодемьянской, меркли перед тем, что перенесла в застенках КГБ эта милая женщина...

Судите сами, как все было: "Ко мне применили очень изощренную пытку — забрали колготки, белье и в таком виде отправили на прогулку, когда температура была ниже 20 градусов". Правда, тут же сообщала, что в этих застенках ее посещал не какой-нибудь "садист-коновал", а "личный врач президента".

Не менее забавным было ее выступление в программе "Радиус" русской службы Би-Би-Си. Здесь она сообщала страшные подробности вроде того, что камера, где ее содержали, "имела форму гроба". А когда она находилась уже под домашним арестом, то даже "во время обеда рядом со столом находилась вооруженная до зубов охрана".

В КАРМАНЫ СТОЛЬКО НЕ ПОЛОЖИШЬ

Все это, конечно, было хорошо, эмоционально, но от Винниковой ждали совсем другого: обещанных ею фактов преступлений, номеров зарубежных счетов правителей Беларуси, громкого разоблачения "режима" — ведь именно этим долгое время объяснялось "исчезновение", точнее, устранение несчастного главного экс-банкира.

Ждали "исчерпывающей" информации "о грязных" денежных сделках, о тайной продаже оружия чуть ли не террористам Бен Ладена, а она лепетала о своих колготках, о "вывезенных из квартиры ложках и ножах".

Тем не менее, это не помешало "Московским новостям" напечатать еще одну огромную — почти на три полосы — беседу под "оригинальным" названием "Батькагейт", где утверждалось, что "так серьезно", как Винникова, Александра Лукашенко еще никто не обвинял.

Увы, обвинения эти только обещали быть убийственными. Почему бы, вы думали, белорусский президент во время нападения НАТО на Югославию летал в Белград? Чтоб хоть как-то поддержать братьев-сербов?

А вот и не угадали. "Несмотря на отсутствие гарантированного коридора безопасности со стороны НАТО", белорусская делегация приземлилась на территории военных действий, потому что белорусские чиновники хранят свои накопления именно в Югославии и волновались, чтоб "по роковой случайности" в них не попали бомбы.

Правда, Лукашенко к этим мифическим деньгам вроде никакого отношения не имеет. Сама, мол, видела прямые репортажи по ТВ: в руках ничего не держал, а в карманы столько не положишь. И сынок его, член делегации, тоже стоял поодаль, не суетясь. Ни инкассаторского мешка, ни рюкзачка рядом не было. А другие? Волновались, было видно даже невооруженным взглядом.

Ну и в таком же духе. В Беларуси даже последний безграмотный оппозиционный листок постесняется печатать такой бред, а в России одна из "солиднейших" демократических газет запросто это делает.

Все-таки белорусские оппозиционеры, как ни ругают, ни проклинают свой народ, но уважают его чуть больше, чем "российские" демократы — русских людей.

Естественно, что после таких демаршей заявила Винникова и о своем желании "вернуться в политику". Конечно же, в большую политику. И для начала обругала договор Союза Беларуси и России, в разработке которого еще в 1996 году и она принимала участие.

Правда, из всех ее разработок здесь, как сообщила беглая экс-банкирша, "сработала только одна программа — программа оккупации Беларуси..."

ОПЕРАЦИЯ "ВОСКРЕШЕНИЕ"

В общем, как бы подводя итог этому явлению "исчезнувшей" Винниковой широкой публике, бывший премьер Беларуси, а ныне подследственный, пожалуй, единственный здравомыслящий среди всей белорусской оппозиции человек, Михаил Чигирь заявил: "Считаю, что выступления Тамары Дмитриевны в СМИ в определенной степени пошли не на пользу оппозиции".

Но были и другие мнения. Помните помощника Геннадия Карпенко, бывшего подполковника КГБ Валерия Костко? Он по поводу "чудесного воскрешения" Винниковой изложил свое весьма серьезное мнение: "То, что Тамара Дмитриевна начала выступать в прессе и по радио, причем вполне конкретно — на тему сущности белорусского режима, — наталкивает меня на мысль о начале процессов, связанных с объективным отстранением Лукашенко от власти. А она выступает в роли человека, пострадавшего от режима и Лукашенко лично. Не секрет, что он является камнем преткновения не только для Беларуси, России, но и демократической общественности Запада. Поэтому Винниковой и дали "зеленый свет".

И здесь этот отставник прав. Но явный конфуз, замешательство и суетливая пауза, которую выдержали оппозиция и западные СМИ после неожиданного воскрешения в центре Европы "исчезнувшей" Винниковой, не были никак использованы белорусскими властями, до сих пор открыто, на всех уровнях обвиняемыми в похищении и тайном убийстве своих политических противников и просто неугодных им людей

Лишь министр иностранных дел РБ Урал Латыпов заявил, что действия британских, а значит, и западноевропейских властей, которые хорошо знали о местонахождении Тамары Винниковой, но ничего не сообщили об этом, "нельзя назвать честной игрой”.

А ведь тот же британский МИД неоднократно требовал от белорусских властей "объяснений" о случаях исчезновения людей, активизации работ по их поиску.

Теперь всем стало ясно, что "объединенная Европа" ради своих далеко идущих целей готова пускаться на любые провокации, цинично, не считаясь ни с какими правилами международного общежития, под надуманными предлогами вмешиваться во внутренние дела других стран, нарушать провозглашенные ею элементарные принципы доверия между государствами и правительствами.

Официальная белорусская пропаганда — пожалуй, самая беспомощная и робкая пропаганда в мире, давно уже сдавшая своего президента и все, что за ним стоит, — никак не использовала это неожиданное появление Винниковой. И тогда враги Беларуси снова перешли в наступление.

Как и предсказывал бравый подполковник, операцию "исчезновения" решено теперь сменить на "воскрешение". Цель ее все та же — "отстранение Лукашенко от власти", разворот Беларуси на Запад, вступление в НАТО.

Для этого решено использовать все средства, все силы, которые имеются сегодня у оппозиции, в том числе, конечно же, и тех, что "пострадали от режима Лукашенко лично".

А таких, только "бесследно исчезнувших", остается как минимум еще двое — Захаренко и Гончар. Это — не считая еще одного "исчезнувшего" — вице-спикера Семена Шарецкого. "Воскреснув" в соседней Литве, этот дедушка-балетоман, объявивший себя "президентом", на днях приступил к созданию "белорусского правительства в изгнании". Правительство исчезнувших...