Облико морале / Политика и экономика / Главная тема

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Облико морале / Политика и экономика / Главная тема

Облико морале

Политика и экономика Главная тема

Как в Америке обуздали тягу чиновников к красивой жизни

 

Россия по суровости разного рода ограничений для госслужащих вскоре сможет претендовать на лидерство в мировом масштабе. Внесенный в Госдуму в начале августа законопроект предусматривает запрет для чиновников, их жен или мужей, а также их детей не только иметь имущество за границей, но и открывать там банковские счета. Рассматриваются еще и меры по ограничению обучения детей за рубежом, рестрикции на проживание там семей и на браки российских чиновников с иностранками или иностранцами. Подобное не снилось даже такому бескомпромиссному в отношении коррупции государству, как США. Там как-то ухитряются довольно эффективно противостоять коррупционной заразе без заведомо невыполнимых крайностей.

Американский секрет

Нет-нет, нельзя утверждать, что в Америке коррупция искоренена. По данным ФБР, от 800 до тысячи чиновников ежегодно оказываются на скамье подсудимых. Чего стоит хотя бы дело экс-губернатора Иллинойса Рода Благоевича, который 15 марта начал отсидку 14-летнего тюремного срока за почти два десятка правонарушений, включая попытку продать место сенатора, ставшее вакантным после избрания Барака Обамы президентом США. И все же уровень коррупции в США намного ниже, чем во многих других странах.

Главный секрет американского успеха состоит в системности законодательства этой страны, где специфически антикоррупционные меры дополняются правовыми актами, регулирующими деятельность лоббистов, банков и других финансовых институтов. Кроме того, множество законоположений распространяется на всех граждан без исключения, а не на одних чиновников. Например, никому не возбраняется иметь счета в иностранных банках, но каждый налогоплательщик обязан ежегодно информировать об этом соответствующее подразделение минфина вместе с подачей налоговой декларации. Даже самые высокопоставленные должностные лица фактически не имеют иммунитета, препятствующего привлечению их к ответственности. Прецедентным в этом смысле можно считать дело вице-президента от Республиканской партии Спиро Агню (1969—1973 годы), который вынужден был уйти в отставку, когда вскрылись его финансовые злоупотребления в бытность губернатором Мэриленда.

Гордость бюрократа

Большое значение в США придается профилактике коррупции, повышению престижа госслужбы, внедрению норм административной этики. «Нельзя бороться с коррупцией при помощи только страха перед наказанием, — замечает Тоби Гати, старший советник по международным вопросам вашингтонской юридической фирмы Akin Gump Strauss Hauer & Feld LLP. — Если государство слишком увлечется таким способом предупреждения коррупции, то достойные люди просто откажутся от перспективы госслужбы».

Чиновникам предлагается дорожить теми этическими стандартами, которые установлены для них в каждой ветви власти и во всех публичных учреждениях — будь то министерство, школа или контора по уходу за городскими парками. Меня, например, поразило, что в Москве (штат Айдахо) — городе с населением чуть больше 20 тысяч человек — руководство по этике поведения для местных госслужащих занимает почти 100 страниц убористого текста. Еще более объемны соответствующие «кодексы поведения» для должностных лиц федеральной власти. Первый такой документ в виде резолюции Конгресса был принят в 1958 году. Одно из важнейших положений заключается в том, что они прямо запрещают получение должностными лицами каких-либо выгод помимо официальной оплаты труда. «Ни одно лицо, занимающее какую-нибудь оплачиваемую или почетную должность на службе Соединенных Штатов, не может без согласия Конгресса принять тот или иной дар, вознаграждение, должность или титул от какого-либо короля, принца или иностранного государства», — говорится в разделе 9 первой статьи конституции США.

Правда, запрет не является категорическим. В законах прописано, что, когда и сколько может получить чиновник в качестве подарка и что с этим делать. В частности, сенатор и сотрудники его аппарата не должны принимать никаких подарков от зарегистрированных лоббистов и иностранных агентов. Стоимость подарков от других источников, за исключением родственников, в течение года не должна в совокупности превышать 300 долларов. Ограничения накладываются на оплату подарков в форме расходов на поездки: лимит — три дня внутри страны и семь на зарубежные путешествия. Ограничения распространяются также на членов семей сенаторов.

Член Палаты представителей имеет законное право получить за год из одного источника подарков не больше, чем на 250 долларов. Для остальных категорий госслужащих установлены еще более жесткие рамки — 100 долларов. Все, что превышает этот лимит, должно быть сдано в соответствующий отдел ведомства, где он работает. Эта скучная арифметика относится буквально ко всему — сувенирам, цветам, билетам, напиткам и еде. Я сам столкнулся с этим в начале 1990-х, когда пытался заплатить за стакан чая с конфеткой в буфете российского парламента для одной дамы из посольства США в Москве. Ее бурный протест был демонстрацией неукоснительного следования стандартам поведения (впоследствии она стала послом США в одной из стран).

Кодекс по этике требует ежегодного отчета обо всех финансовых операциях с доходностью, превышающей тысячу долларов. Чиновники обязаны сообщить о владении ценными бумагами на сумму 5 тысяч долларов и выше. Утаивание этих и некоторых подобных сведений считается серьезным уголовным преступлением.

Высокомерие власти

Отдельного антикоррупционного законодательства в США нет. Нормы, описывающие ответственность должностных лиц за злоупотребления, расположены в разных разделах федерального Свода законов и уголовных кодексах штатов. Единственным исключением является принятый в 1977 году «Акт о зарубежной коррупционной практике», который установил уголовную ответственность за подкуп иностранных должностных лиц. Для выявления нарушений существует специализированная группа агентов ФБР. Она известна еще с 1960-х, когда проводилась масштабная операция «Шейх и пчела»: фэбээровцы под видом арабских шейхов испытывали на прочность десятки законодателей, предлагая конгрессменам взятки. Сейчас в этой группе около 700 специалистов.

Среди громких коррупционных дел последних лет — обвинение бывшего сенатора от Аляски Теда Стивенса и осуждение луизианского конгрессмена Уильяма Джефферсона, который хранил взятку в 90 тысяч долларов в домашнем морозильнике.

Наказания жесткие. За взятки, откаты и прочее можно получить штраф в тройном размере или тюремное заключение до 15 лет либо и то и другое в одном флаконе. При отягчающих обстоятельствах свободы можно не увидать и 20 лет. Интересно, что в США противоправным деянием является сам факт получения денег должностным лицом или госчиновником от иных лиц и выплата таких вознаграждений частными лицами и организациями. Другими словами, подкупом считается даже тот случай, когда чиновник не совершал никаких действий в пользу «дарителя». При этом нарушителям могут грозить тюремный срок до пяти лет, штраф, равный полученной сумме, или же обе меры вместе.

Фактор стыда

В системе антикоррупции по-американски важное место также принадлежит еще двум факторам. Первый — это политическая борьба между кандидатами на выборные должности. Каждый пытается доказать избирателям, что именно он является лучшим, слабые стороны соперника, будьте спокойны, окажутся выставленными на всеобщее обозрение. Второй фактор — это наличие свободной прессы и жанр журналистских расследований.

Огласки недостойных поступков побаиваются почти все. Журналисты называют это фактором стыда или «тестом «Вашингтон пост»: человек должен задуматься, что он станет делать и говорить, если о его поступке напишет столичная «Вашингтон пост» или какая-то другая газета.

Все это создает у американцев убеждение, что моральные основы власти непоколебимы, хотя случаи коррупции имели место на протяжении всей американской истории и сейчас дают о себе знать. «Порой даже создается впечатление, что в последнее время их становится больше, — говорит профессор Американского университета в Вашингтоне Алан Лихтман. — Но как бы то ни было, случаи коррупции расследуются, и даже самые высокопоставленные чиновники несут наказание».

Главная проблема России в этом плане — как раз отсутствие системности. Популистское латание законодательных дыр может и нынешний грозный законопроект, рожденный в стенах Госдумы, свести к выборочному применению либо к оправданию старого афоризма: «Суровость российских законов смягчается необязательностью их исполнения».

Вашингтон