Партизаны полной беды

Партизаны полной беды

Анастасия Белокурова

20 марта 2014 0

Культура

"Дубровский" (Россия, 2014, режиссёры - Кирилл Михановский, Александр Вартанов, в ролях - Данила Козловский, Клавдия Коршунова, Юрий Цурило, Александр Мезенцев, Игорь Гордин)

Пушкинский роман, навеянный творцу рассказом приятеля и "Разбойниками" Шиллера, впервые был перенесен на киноплёнку в 1925-м году, ни где-нибудь, а в Голливуде, ни с кем-нибудь, а с Рудольфо Валентино в главной роли. Фильм носил гордое название "Орёл". Но, несмотря на так и рвущийся на экран кинематографичный сюжет, образ молодого дворянина, ступившего на опасный путь Робин Гуда, народного мстителя, оказался для исполнителей всех мастей крепким орешком. Даже такой талантливый во времена своей молодости артист, как Михаил Ефремов, заблудился в характере пушкинского героя, так и не сумев достигнуть вершины в фильме "Благородный разбойник Владимир Дубровский" режиссёра Вячеслава Никифорова, снятого в 1989 году. Но, как показывает история, проза Пушкина остаётся в наши дни не только классикой - она предстаёт в крайне интересном, довольно грустном, но абсолютно закономерном и актуальном развитии. Проект продюсера Евгения Гиндилиса вошёл в современность, как в масло нож, легко и непринуждённо. Лишив сюжет романтически печального флёра, реалии современности как нельзя более точно продемонстрировали то, что мир со времён жития русского классика круто изменился и демонстрирует чистый ад, мрак и скрежет зубовный.

Российская глубинка. Волга. Снег. Чёрная сырая земля. Бывшие офицеры Афгана, старые соседи, а ныне современные русские помещики Дубровский (Александр Мезенцев) и Троекуров (Юрий Цурило), несмотря на разное финансовое положение, отлично ладят друг с другом. Первый владеет фермерским хозяйством в деревне Кистеневка; правда, на деньги, взятые в кредит у того же Троекурова. Второй наслаждается положением нового русского, привольно чувствуя себя в стенах своего безвкусного "острова-крепости" и ощущая себя этаким современным "владетелем Баллантрэ".

Но однажды "холоп" Троекурова дерзит Дубровскому, тот вспоминает про офицерскую честь, требует извинений, не получает их и ссорится с давним приятелем. Тот в отместку, на правах нравоучения, незаконным путём отбирает у него землю. Дубровский, не вынеся несправедливости, умирает от сердечного приступа. На похороны прибывает сын покойного Владимир (Данила Козловский) - успешный столичный юрист - и сразу оказывается втянут в жестокий крестьянский бунт. Предав огню амбар с приехавшими на снос домов омоновцами, бунтовщики уходят в леса. Но Владимир пытается решать проблему честным путем и, не приемля террор, отправляется под видом бухгалтера в логово врага. Там он встречает приехавшую из Лондона "подумать о жизни" троекуровскую дочку Машу (Клавдия Коршунова), и молодые люди влюбляются друг в друга.

Хрестоматийный сюжет поначалу даже не особо виляет в сторону. Пушкинские реалии отлично уживаются вместе с модернизацией - достаточно вспомнить другую современную киноверсию - "Бориса Годунова" Владимира Мирзоева, показавшего, что русская история, по сути, это один большой круг.

В "Дубровском" же разница между мотивацией простого народа и желанием влюблённого парня выявляется постепенно. Владимир хочет не столько пламенной мести, сколько просто помочь людям. И затем уехать с любимой девушкой "куда-нибудь", в этом вопросе, сложись все хорошо, им бы помог банальный дауншифтинг. Крестьяне же открыто грабят инкассаторов, пока переодетый юрист мирно играет с новообретённой возлюбленной в теннис. Владимиру и Маше не нужна революция. Их цель - построить маленький мир вокруг себя, они далеки как от новорусского бравурного веселья, так и от грязи и пота "низов". Дубровский вовсе не "приморский партизан" - от аналогии с этим не скрыться, хотя сценарий писался задолго до трагичных событий в Приморье. Интересно, что и события вокруг злополучного посёлка "Речник" - напомним, что зимой 2010 года по решению властей милицией и отрядами ОМОН были снесены 14 домов, и люди остались на улице в двадцатиградусный мороз - также, по утверждению авторов картины, случились после.

Но, как и в реальной жизни, события нового "Дубровского" оборачиваются для его героев ещё более безжалостной, чем у Пушкина, стороной. Литература, хранившая в себе мрачный шиллеровский романтизм, дрогнула под натиском современной несправедливости, полнейшего отчаяния и краха. И вместо отряда разбойников, сопровождавших литературного героя, на территорию навсегда оставшегося в памяти пассажа "Вы свободны" по замёрзшей в лёд трассе ворвался одинокий окровавленный человек. И здесь он также потерпел поражение. Не было потом ни грабежей, ни пожаров. В сущности, и бунта как такового тоже не было. Не было даже "известий, что Дубровский скрылся за границу". И никогда ещё определение "бессмысленный" не казалось столь очевидным.