Присяжные

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Присяжные

Госдума приняла поправки в Уголовно-процессуальный кодекс, значительно ограничивающие применение суда присяжных. Закон, за который проголосовали депутаты, называется «О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ по вопросам противодействия терроризму», и вся риторика авторов этих поправок выстроена на аргументах в пользу усиления борьбы с терроризмом.

Не знаю, что там получится с терроризмом, но в борьбе с судами присяжных эти поправки действительно станут, может быть, самым серьезным эпизодом за все годы существования института присяжных в постсоветской России. Согласно поправкам, дела людей, обвиняемых в совершении терактов, шпионаже, диверсиях, государственной измене и организации массовых беспорядков, будет рассматривать обычный суд без участия присяжных, которым, в свою очередь, останутся только «бытовые» уголовные дела.

Роль присяжных заседателей в судебной практике современной России, может быть, действительно оказалась не совсем той, какой она виделась. Присяжные в России - это единственная помеха сговору суда и обвинения. Если судит судья, обвинению можно не сильно заботиться о качестве доказательств, о состязательности, об убедительности доводов. Если судят присяжные - обвинению приходится относиться к своим обязанностям гораздо тщательнее, и тут обычно выясняется, что наши прокуроры не умеют доказывать вину подсудимого так, чтобы это было хотя бы не смешно. Среди хрестоматийных случаев - дела оправданных присяжными физика Данилова, комсомольца Губкина, националиста Семилетникова. Каждый из них в конечном итоге все равно остался за решеткой, но, по крайней мере, обвинение благодаря присяжным пережило немало неприятных минут, а по нашим нынешним меркам - это уже серьезная победа правосудия.

Менее известны, но, пожалуй, более драматичны кавказские эпизоды с участием присяжных. Два года назад, например, в Махачкале судили Магомеда Салихова по обвинению во взрыве жилого дома в Буйнакске. Присяжные его оправдали. Салихов вышел на свободу и в конце концов был убит «в ходе спецоперации» - так что до нового суда дело не дошло. Как в северокавказских республиках записывают в ваххабиты - ни для кого не секрет. Либо убивают сразу, либо бьют, пока человек не сознается. В последнем случае у несправедливо обвиненного остается хотя бы символический шанс на оправдание. Теперь этого шанса не будет.