Александр Нагорный, Николай Коньков ПРО «ЧЕТЫРЕ С ПОЛОВИНОЙ»

Министр иностранных дел Ирана господин Манучер Моттаки принял главного редактора газеты "Завтра" в своей резиденции. Между ними состоялась доверительная беседа, после которой министр отправился на встречу с президентом Республики Иран Махмудом Ахмадинежадом. Ночным рейсом Манучер Моттаки вылетел с дипломатической миссией в Сенегал. Через несколько часов он был смещён со своего поста. Официальный комментарий Ирана объясняет отставку министра недовольством, возникшим в правящих кругах Ирана тем, как министр отстаивает иранские интересы по вопросам ядерной программы. Публикуя это интервью, газета считает по-прежнему актуальными все взгляды и мысли, высказанные министром иностранных дел, излагающим неизменную философию иранской внешней политики.

      АЛЕКСАНДР ПРОХАНОВ. Господин министр, какова, с вашей точки зрения, вероятность военного удара по Ирану? Если, не дай Бог, это произойдёт, как изменится ситуация в регионе и вся глобальная обстановка в мире?

     МАНУЧЕР МОТТАКИ. Я очень рад, господин Проханов, что появилась возможность нашей с вами встречи.

     Компетентные эксперты делали свои прогнозы относительно ситуации, которая сложится в мире в третьем тысячелетии. Предшествующие два века были полны чудовищных истребительных войн. Все полагали, что человечество извлечёт из них горький опыт, и в третьем тысячелетии постарается исправить ошибки и неудачи предшествующих веков. Однако в начале тысячелетия мы увидели, что эта светлая мечта человечества не сбылась. Завершается первое десятилетие третьего тысячелетия, и общественность мира видит, что оно было наполнено войнами и катастрофами. Мир не стал более безопасным. Несколько жестоких войн произошло в нашем регионе: Афганистан, Ирак, Ливан, Сектор Газа… По-прежнему тлеет не разрешённый военный конфликт между Арменией и Азербайджаном.

     Перед вторжением в Афганистан разработчики этой войны полагали, что добьются скорой победы, и следующей целью их удара будет Иран. Уже семь или восемь лет агрессоры не оставляют намерения напасть на Иран.

     Инициаторы войны в Афганистане по определённым причинам следующей целью для удара выбрали Ирак. Причём, развязывая войну против Ирака, даже не озаботились тем, чтобы получить на свои действия санкции Организации Объединённых Наций. Россия, Китай и Франция были против нападения Америки на Ирак, но в Белом доме полагали, что им не нужна резолюция ООН.

     Уже после нападения они предприняли мощную попытку давления на Совет безопасности ООН, чтобы выставить свои военные действия в Ираке в законном виде. Последние годы своего правления господин Буш вынашивал агрессивные планы нападения на Иран. Чуть ли не каждый день в то время можно было слышать заявления представителей Соединённых Штатов Америки о том, что всё готово для нападения на Иран. А в последний год правления Джорджа Буша вероятность нападения на Иран достигла своего максимума. Из разных стран, разных источников к нам поступали сообщения о том, что решение атаковать Иран принято, и атака неизбежна.

     В начале 2008 года рядом с комнатой, в которой мы с вами беседуем, у меня была встреча с вице-премьером России господином Ивановым, который был и секретарём Совета безопасности. Он говорил, что вероятность удара по Ирану очень высока, и положение чрезвычайно серьёзно. В дружеской обстановке конфиденциально он сообщил нам, что американцы готовы нанести удар в любое, возможно, самое ближайшее, время.

     Но мы, основываясь на исследовании ситуации, на всестороннем мониторинге поступавшей к нам информации, не оценивали положение столь трагически. Мы пришли к выводу, что зарубежные силы, придя в регион, чтобы установить здесь свой контроль, стали заложниками своего решения, заложниками нашего региона.

     Тогда я в шутку рассказал господину Иванову один случай. Когда шла ожесточённая война Ирака и Ирана, на фронт к одному нашему командиру пришёл молодой человек и сказал, что он хотел бы участвовать в боевых действиях. Командир ответил ему, что сейчас на фронте затишье, боевые действия не ведутся. Молодой доброволец сказал, что его военная специальность — брать врагов в плен. Командир пояснил, что в данный момент, когда нет боевых действий, на линии фронта некого брать в плен.

     Тогда этот человек перешёл линию фронта, направившись в сторону противника. Через несколько часов он по рации сообщил командиру, что взял в плен около двухсот солдат противника: "Пошлите мне дополнительные силы, чтобы этих 200 пленных вывести за линию фронта на нашу территорию". Командир ответил, что лишних сил для такой операции нет, он не может послать солдат за линию фронта, пусть молодой человек сам выводит пленных в тыл. Тот ответил, что пленные не хотят переходить линию фронта. Командир посоветовал: коль пленные не хотят, то ты один возвращайся. Солдат сказал: "Я хочу вернуться, но пленные не пускают меня".

      В подобной ситуации оказался в своё время господин Буш. В Америке ещё остались мудрые люди, и они предупреждали, что вторжение в этот регион имеет непредсказуемые последствия. Если Иран будет превращён в театр военных действий, то линия фронта для Америки протянется от Китая до Средиземного моря, до границы Сирии, до границы Палестины. Мы оказались правы, что неоконсерваторы, склонные к войне, не решатся предпринять эти авантюрные действия. Пришедшие ныне к власти в США демократы и подавно не имеют возможности вовлечь свою страну в подобный непредсказуемый кризис. Но, поскольку мы находимся в кризисном регионе, то вынуждены прибегать к усиленным оборонительным мерам. Не исключена вероятность войны против Ирана ни со стороны Америки, ни со стороны Израиля.

     А.П. Господин министр, как вы полагаете, что могло случиться во внутренней или внешней политике России, чтобы она столь резко изменила свои позиции по отношению к Ирану, в частности, поддержала санкции против вашей страны, отказалась продать оборонительный противовоздушный комплекс С-300 и заморозила целый ряд очень выгодных для России военных контрактов?

     М.М. Вы, господин Проханов, затронули очень деликатный непростой вопрос. Мы с Россией — соседи, нас связывает долгая история: были вершины и спады, история наших взаимоотношений полна периодами недоверия и стремлением избавиться от него. В период, предшествующий Исламской революции в Иране, между нашими странами господствовали длительные периоды недоверия.

     После победы Исламской революции в Иране те группы и политические круги нашей страны, которые равнялись на Запад, были отстранены от власти. Иранский народ стремился сам выработать свои внешнеполитические решения. Руководители Советского Союза были довольны тем, что прозападная политика Ирана рухнула, и народ стал вырабатывать суверенную самостоятельную политику. Мы исключили Советский Союз из перечня угроз, которые нависали над Ираном, его безопасностью. Мы понимали, что нам необходимо установить добрососедские отношения, определить сферы национальных интересов и объединить наши усилия против общих врагов. К сожалению, вторжение СССР в Афганистан и поддержка Советским Союзом Ирака, который напал на Иран, внесли в наши отношения много негативного и резко осложнили их.

     Новые лидеры Советского Союза были убеждены, что необходимо наладить дружественные отношения с соседним Ираном. И в Иране, который занял резко антиимпериалистическую позицию, были люди, полагавшие, что нужно наладить дружеские связи с Советским Союзом. Наши страны начали плодотворные интенсивные переговоры об установлении новых отношений. Но в процессе этих переговоров в самом Советском Союзе произошли внезапные и необратимые перемены. И мы стали соседствовать не с одним Советским Союзом, а с несколькими странами, в том числе с Российской Федерацией в районе Каспия.

     Нам стало казаться, что Россия ускоренными темпами движется к Западу. Но когда во главе России встал господин Путин, он стремился восстановить былую силу России и сделать её политику самостоятельной, установить отношения со странами, с которыми эти отношения вошли в прохладную фазу. С приходом господина Путина возможности нашего взаимодействия с Россией изменились к лучшему. В этот период мы вступили в серьезные переговоры в области стратегического сотрудничества. Россия начала строительство атомной станции в Бушере, что стало основой для сотрудничества в сфере энергетики. Многие проекты в Иране заинтересовали Россию для дальнейшей совместной их реализации.

     В это же время страны Запада и Америка, используя события 11 сентября, начали своё наступление против всего исламского мира. Ирану пытались устроить интеллектуальную блокаду. Иран не мог согласиться с научным апартеидом. Мы полагали, что если существуют равные права для всех стран мира пользоваться благами науки и цивилизации, то мы наряду с другими государствами вправе пользоваться этими благами. Мы не могли согласиться с тем, что перед Ираном захлопнулись двери, когда он пожелал приобщиться к мировым научным знаниям. И мы не соглашались с тем, что пользоваться научными знаниями — привилегия отдельных стран. Если кто-то из наших учёных доводил результаты научных исследований до создания новых технологий, американцы выражали протест и заявляли, что Иран не вправе внедрять в жизнь новейшие технологии.

     Уже несколько лет Америка поднимает ядерный вопрос Ирана. Но мы полагаем, что в основе американской политики лежит отнюдь не озабоченность в связи c возможностью создания в Иране ядерной бомбы. В 2005 году господин Путин на встрече с господином Ахмадинежадом сказал, что в России знают об истинности иранских намерений и верят, что Иран не создаёт свою атомную бомбу.

     Американцы были раздражены тем, что Иран без американских санкций приступил к самостоятельной разработке новейших технологий. Их также раздражала наша позиция по некоторым иным вопросам, потому что мы не были безразличны к убийству американцами ста тысяч жителей Афганистана, к убийству шестисот тысяч человек в Ираке. Мы утверждали, что именно американцы еще во время присутствия в Афганистане Советского Союза создали экстремистские организации типа Талибана и Аль-Каиды. В результате экстремизм сегодня сотрясает наш регион.

      Мы откровенно говорили об американской авантюрной политике, обречённой на провал.

     Отношения между Соединёнными Штатами и Ираном характеризуются состоянием: ни войны, ни мира.

     У американцев действуют двойные политические стандарты в нашем регионе. Мы очень надеялись на реалистическую политику России в этом регионе. Мы уверены, что Россия понимает: сила иранского народа — не в атомной бомбе и не в оружии. Исламская революция Ирана, её логика и привлекательность для многих народов мира создаёт напряжение между Ираном и Западом. И визит господина Путина в Тегеран в своё время создал прекрасные предпосылки для наших дружественных отношений.

     Решение России в короткие сроки завершить строительство атомной станции Бушер и обеспечить для этой станции ядерное топливо были высоко оценены иранской стороной. Россия и Иран — страны, у которых хорошие возможности для взаимодействия и совместного развития. Мы должны делать всё, чтобы наши взаимоотношения никогда не оказались под влиянием третьих сторон, чтобы третьи стороны не влияли пагубно на нашу суверенную политику. Рамки для сотрудничества Ирана и России определены и ярко выражены. Недавняя встреча наших руководителей в Баку явилась шагом к устранению накопившихся недоразумений. Два президента достигли соглашения продолжить консультации на высшем уровне, и это является хорошей основой для развития наших отношении, на которые я смотрю с оптимизмом.

     Налаживание стратегического партнёрства между нашими странами — вещь очень сложная. Но ещё более непростым является поддержание сложившихся отношений. Последние события показали, что существуют силы и страны, которые враждебно настроены по отношению к благоприятным и стратегическим взаимосвязям между Ираном и Россией. Мы должны тщательно сберегать накопленный бесценный положительный опыт взаимодействия.

     А.П. Современный мир охвачен бурными переменами. Каким вы видите будущее мира и место в этом мире Ирана?

     М.М. В мире происходят огромные волнения. В океане современной истории — сильнейший шторм. Этот шторм является результатом действий, предпринятых после Второй мировой войны. Механизмы, которые тогда были созданы и, казалось, действовали, к сегодняшнему дню износились и привели мир к тупику. Ныне существует противоречие между двумя точками зрения, которые господствуют в современном мире: это борьба между силой логики — с одной стороны, и логикой силы — с другой стороны. Западные страны считают, что если у них есть сила, то их логика должна превалировать. Это логика на основе силы, логика односторонней политики, логика двойного стандарта, логика, утверждающая, что существует единственная точка зрения — тех, кто обладает силой. Это сила, которая навязывает свою логику другим странам.

     Противоположный взгляд утверждает, что источником силы должна быть сама логика. Это логика справедливости, приверженности к справедливости, логика, которая признаёт все страны равными, логика, которая отказывается от угнетения.

     Развитие информационных технологий в современном мире заставляет государства и их правительства тщательно обдумывать свои решения, которые уже не даются так легко, как прежде. Нужно отвечать перед другими странами за свои решения, убеждать общественные мнения в их справедливости. Американцы в Афганистане терпят поражение. Их провал объясняется не тем, что у них недостаточно оружия. Очевидно их провал объясняется не тем, что у них нет денег или слаба экономика. Их провал связан с тем, что ущербна их логика.

     Почему в мире случился экономический кризис? Потому что миру навязана банковская система, основанная на спекуляции. Шестой имам шиитского мира говорил: "Одну единицу денег вы не можете давать в залог одновременно двум сторонам". А в сегодняшнем банке одна денежная единица даётся в залог сразу десяти сторонам. Американцы пытаются преодолеть экономический кризис своей банковской системы печатанием бесконечного количества долларов. Они закачивают эти доллары в свою экономику, но кризис от этого не прекращается. Механизмы сегодняшней мировой экономики порочны, и их надо менять.

     Сегодняшний процесс характерен тем, что все страны мира хотят дистанцироваться от зоны кризиса, центром которой является Америка, хотят торговать друг с другом с помощью своих национальных денег, а не долларов.

     Все ищут пути к тому, чтобы доллар больше не доминировал в мировой экономике. Повторяю: мир испытывает экономический кризис. Нынешняя мировая политика пришла к тупику, что понуждает нас всех искать новые решения и новые условия для мировой жизни. Иран говорит именно об этом.

      Иран убеждён в том, что рождается новый мир, в котором доминирует справедливость. Люди современного мира прозрели, и их уже невозможно запугать. Когда прежде авианосец Америки в Средиземном море начинал чуть-чуть приближаться к ближневосточным бегам, то из-за страха могли пасть несколько правительств.

     А сейчас американцы уже семь лет воюют в Ираке, сконцентрировали там около ста тысяч солдат, и после всего этого обращаются к нам и просят: "Помогите нам в Ираке". Мы ответили: "Поменяйте свою политику, тогда мы будем вам помогать". Это то, что мы думаем о мировой ситуации.

     А.П. Господин министр, почему, на ваш взгляд, произошла столь сенсационная утечка конфиденциальной информации на сайте Викиликс? На этом сайте обнародованы высказывания некоторых арабских режимов в районе Залива, требующих от Америки нанесения удара по Ирану.

     М.М. Всё, что Соединённые Штаты делают в последнем десятилетии, всё, что было опубликовано в рамках этой грандиозной утечки, повлияет на судьбу американской политики в будущем. Цель этого вброса — создать противоречие между множеством стран и внести хаос в международные отношения. Говорят, если человек признаёт совершённое им злое деяние, берёт на себя ответственность и вину за это, это следует принять. Поэтому со всем, что американцы в этих документах говорят о себе и то, как они там себя выявляют, мы должны согласиться, принять к сведению.

      Сегодня у американцев нет посольства в Тегеране. Поэтому никакие документы о нас Викиликс не публиковала. А наши соседи по Персидскому заливу отвергают изложенные сайтом Викиликс утверждения. Недавно я был в Кувейте, потом в Бахрейне, в Абу-Даби состоялось совещание руководителей стран Персидского залива. Они так отреагировали на публикации Викиликс: такого рода провокации никак не повлияют на наши отношения с Ираном. Повторяю: все наши соседи опровергают сказанное в этих публикациях. Совершенно очевидно, что американцы сеют семена раздора в нашем регионе. Но наш союз со странами Залива имеет геополитическое, геостратегическое и геоэкономическое значение.

     60% всех мировых запасов энергоресурсов находятся в нашем регионе. Добыча, производство, транспортировка этих ресурсов соединены в единую неразделимую для всего региона систему, у которой общая система безопасности. Невозможно из неё выделить какую-то часть, чтобы обеспечить ей отдельную безопасность, подвергая риску другие части. У нас есть все основания для добрых отношений с нашими соседями, причин для разногласия с ними нет.

     Американцы, вкладывая в уста наших соседей недружественные суждения, преследуют цель посеять между нами недоверие. Мы готовы разоблачать коварные игры, которые американцы ведут.

     Кто выиграл в восьмилетней войне двух соседей: Ирана и Ирака? Только Соединённые Штаты Америки. Именно поэтому у нас есть серьёзные сомнения в истинности опубликованного. Необходимо тщательно изучить эти документы, чтобы окончательно выявить и разоблачить намерения американцев в их закрытой политике. А также понять, почему именно в нынешней исторической обстановке эта публикация осуществлена. Если бы мы сегодня жили в справедливом мире, то публикация этих документов была бы достаточна для того, чтобы судить Америку международным арбитражем.

     А.П. Спасибо, господин министр, за беседу.

function countCharacters () { var body = document.getElementById ('gbFormBody') if (!body !body.value) return; jQuery('span#gbFormCount').html (body.value.length) if (body.value.length = 2500) body.value = body.value.substring (0, 2499) } setInterval (countCharacters, 500);

1