Расследователи

Расследователи

Теперь вернемся к теме никчемности журналистской братии как таковой. В упомянутом интервью Токарева гордо сообщает о себе следующее.

«– Расследовательский жанр – это такой вид журналистики, который прямо противоположен пропаганде и агитации, то есть лобовым атакам на человеческую психику. Расследовать – значит, задаваться вопросами: как было на самом деле? Это значит, участвовать в событиях. Жанр расследований в России не прижился. Все ежедневные газеты позиционируют себя как информационные издания. И информация у всех – из одних и тех же источников. Поэтому все обзоры печати на радио и ТВ начинаются со слов: «Сегодня все газеты написали про визит…» Неважно, про что – главное, что все как один про одно и то же. «Stringer» всегда пишет про другое.

Я люблю, когда расследование пишется от первого лица, от «я». Девиз расследования: «Проник, добыл и вернулся живым!» Это девиз Stringera, человека, для которого в работе всегда есть азарт. Иногда – опасный для жизни. Надо думать, надо знать, где и у кого добыть информацию, и надо иметь мужество писать от первого лица. Сейчас ни в одной газете не осталось ни одного отдела расследований, а десять лет назад такие отделы были в каждом издании.

Почему я стала заниматься этой работой? У меня такой склад ума. Я люблю докопаться до истины. Хотя все чаще я задумываюсь над тем, стоит ли разрушать мифы, не лучше ли создавать новые?»

Как видите, Токарева тут же, как говорится, «не отходя от кассы», создала о себе миф как не о просто журналистке, а о человеке с особым складом ума, гораздо более мощным, чем у других журналистов. В связи с чем она чуть ли не единственная в России способна заниматься расследованиями. Причем у нее действительно такой склад ума, что она действительно сама в этот миф верит. Да и как же ей не поверить, если она несколько лет была главным редактором «Стрингера»?

Однако давайте и мы по примеру Токаревой зададимся вопросом, способна ли она выяснить «как было на самом деле», т. е. способна ли она провести расследование? Чтобы что-то расследовать, надо понимать суть вещей, а не просто болтать, а у Токаревой с пониманием сути очень плохо. Токарева – обычная интеллигентствующая невежа: бойко составляет слова во фразы, не понимая их сути. Вот она тараторит: «Неделей раньше я оказалась на ржавом дебаркадере, также в компании русских патриотов. Но уже других… Дебаркадер плыл по осенней Москве-реке». У меня вопрос: почему это она оказалась не на ржавом бакене и не на бакене плыла по Москве-реке? «Бакен» – это тоже умное слово, но имеет только одно значение – плавучий знак. А вот дебаркадер (от французского слова «выгружать») имеет два значения – это и плавучая пристань, и станционная платформа для выгрузки железнодорожных вагонов. Но если даже взять первое значение, то это только «интеллектуалы» типа Токаревой способны плавать по Москве-реке на пристани. И с таким-то умственным развитием Токарева занималась расследованиями?

Вот, к примеру, первое «расследование», которое Токарева провела лично уже на посту главного редактора «Стрингера».

«В октябре 2001 года «Stringer» собрал все невероятные версии причин теракта 11 сентября 2001 года в Америке. Вывод был в духе конспирологии и американских левых: США сами взорвали «близнецов», чтобы развязать войну в Ираке. Этот спецвыпуск разошелся стотысячным тиражом, теперь его не найдешь. Даже в редакции остался всего один экземпляр – в подшивке».

Напомню, что в своем интервью «Журналисту» Токарева хвасталась: «Я люблю, когда расследование пишется от первого лица». Но здесь от лица Токаревой заявлено, что все версии терактов, опубликованные «Стрингером», являются невероятными, хотя те, кто мало-мальски интересовался этим делом, знают, что самая невероятная версия – это та, которую сегодня американское правительство «впаривает» миру. Токарева не обращает внимания даже на то, что именно эти «невероятные версии» были так востребованы довольно неравнодушной читательской аудиторией «Стрингера». Но вы видите метод Токаревой: она лично сама ничего не расследовала, ввиду неспособности. Она просто давала другим, более умным авторам высказать в «Стрингере» то, что они не могли написать в других газетах. И давала не потому, что разделяла их мнение или хотела выяснить истину в споре, а потому, что умные авторы увеличивали тиражи, причем по каким-то непонятным для нее самой причинам.

Процитированная выше версия убийства Пола Хлебникова – это по сути единственное «расследование» от лица Токаревой во всей книге. Да и то, как мы понимаем, потому, что уж очень эта тема близка шкуре Токаревой. В остальном она цитирует или пересказывает результаты работы других журналистов, а выводы, так сказать, «расследований», изложенные Токаревой «от собственного лица», поражают своей умственной беспомощностью.

Скажем, Токарева упоминает о своем личном расследовании малоизвестной истории того, как в имении врача-офтальмолога и политика Святослава Федорова разбилась на самолетике некая «начинающая фотомодель». Тут действительно есть что расследовать, но смысл ЧП прямо-таки режет глаз.

Эти «фотомодели» в большинстве своем – попросту проститутки, но очень дорогие. А теперь сами посудите, зачем Федоров пригласил какую-то «фотомодель» к себе в имение – в шахматы, что ли, с нею играть? А таких проституток используют и власть имущие, но тут есть нюанс. Эти власть имущие вытерпят любые обвинения в воровстве, поскольку воровство не оскорбляет их мужского достоинства, но вот подробности их сексуальных контактов могут быть для них очень обидными. Поэтому государственные кобельки с сексуальными дефектами норовят заткнуть рот проституткам, услугами которых пользовались. Я впервые об этом услышал в начале 1990-х гг., когда жил в Казахстане. Тогда вся Алма-Ата гудела о том, что проститутки боятся ездить обслуживать правительство Казахстана, несмотря на поднятые до 1000 долларов за визит гонорары, поскольку с десяток из них после этого было убито при разных обстоятельствах, а милиция откровенно не ищет убийц. Так что если в гибели фотомодели в имении у Федорова имелись подозрительные моменты, то расследование следовало начинать с того, кого еще обслуживала эта «фотомодель» и кто был ее сутенером.

Но вот к каким результатам своего «расследования» этого дела приходит Токарева, которая в те времена работала еще в «Экспресс-газете».

«Подмосковная милиция быстро перекрыла все каналы информации об этом несчастье. Публика не узнала бы об этой трагической истории ничего, кабы я не была свидетельницей падения самолета – я сидела в ту пору неподалеку в компании друзей и была потрясена сценой падения белого самолетика.

Недели три весь мой отдел работал по этому делу. Мы раскопали все: медицинскую карту девушки (наш сотрудник изображал в Боткинской больнице ее жениха, и ему дали карту). Мы добыли протоколы транспортной прокуратуры и результаты экспертизы технического состояния самолета. И, наконец, мы, выдав одну нашу юную сотрудницу за фотомодель из Питера, внедрили ее в семью погибшей девушки… Вот тут нас и поджидал настоящий шок. Эта самая бездна. Наша «фотомодель» вместе с «дядей-шофером» (это был наш фотокор) съездили на могилу девочки вместе с ее мамой. А потом мама пригласила ребят домой.

Мать девочки показала нашим сотрудникам – «фотомодели» и ее «дяде» – девочкину комнату. Оказалось, что комната вся была заставлена фотографиями подруг-фотомоделей, которые также погибли в течение года при разных странных обстоятельствах. Девочка свои собственные фотографии ставила в одну рамочку с фотографиями своих покойных подруг, будто специально хотела «заразиться». Оказывается, она часто говорила, что за ней тоже «придут».

Черт знает, что это было, мистика какая-то! У нашего фотографа просто съехала крыша от ужаса.

…Ей-богу, каждый раз, когда мы залезали в какую-нибудь запутанную историю, на нас из глубокой ямы наплывала малопонятная смесь – это были причудливые формы родовой мести, вести из потустороннего мира, застарелое зло, которое копилось где-то и случайно нашло выход».

Вот вам и результат расследования Токаревой (наделенной «таким складом ума») простенького дела об убийстве проститутки. Оказывается, «фотомоделей» убивали злодеи из потустороннего мира – оказывается, это о них девочка говорила матери, «что за ней тоже придут». И вот этот потусторонний бред и есть единственный вывод, на который оказался способен «расследователь», наделенный, как вы видите, изрядными техническими и материальными возможностями.

А сравните этот результат расследования с вот таким. У Токаревой целая главка посвящена расследованию убийства Юшенкова, посему она так и озаглавлена: «Тайна гибели Сергея Юшенкова». Заканчивается глава описанием пресс-конференции Березовского и такими выводами:

«…На следующий день после пресс-конференции в Лондоне я сломала руку и попала в госпиталь…

Размышляя о том, почему я попала в такой скверный переплет, я пришла к выводу, что от Березовского идут какие-то тяжелые волны. Тут же в памяти всплыла встреча в конце февраля 1995 года в мрачном особняке на Новокузнецкой. После неудачного контакта с Березовским мое начальство сообщило мне с гордостью, что на ОРТ принято решение отказаться от рекламы. Вообще. В тот момент вся компания, в которой главными были Березовский и Листьев, то и дело заседали вместе и решали судьбу ОРТ. И, не думая ни секунды, а лишь повинуясь мгновенному приступу интуиции, я сказала: «Отказаться от рекламы? Значит, Листьева убьют…»

Листьева убили через три дня. Мое начальство, придя утром 2 марта на работу, призвало меня на ковер и тихо спросило: «откуда ты знала?» Я честно ответила, что, кроме логики, ничто мною не двигало.

И вот я сломала руку. Это было очень маленькое наказание за наглость, проявленную мною.

Юшенкова убили через год, в апреле 2003-го».

Вот это и есть тайна гибели Юшенкова. И Листьев работал на Березовского, и Юшенков, да и Токарева, пожалуй. А этот гад Березовский наслал на них «тяжелые волны» и ими двух убил, а Токаревой руку сломал. И подобный бред сама Токарева считает «расследованием», а себя, как видите, мастером логики.

Между прочим, упомянутая пресс-конференция Березовского была посвящена презентации фильма о том, как ФСБ взорвала дома в Москве и пыталась взорвать в Рязани. Токарева долго и бойко рассказывает, как ездила в Лондон, как искала место пресс-конференции, как попала на нее, как слушала.

И вот результат ее личного расследования:

«Думаю, дело не в том, что фильм был скверно сделан, сляпан на скорую руку и ни на какое расследование не тянул, дело было в том, что российское и западное общество верило Путину и ни на грамм не было расположено к тому, чтобы поверить Березовскому. Ребята не попали в волну. Общество не дозрело для восприятия их информации».

Так и хочется спросить: тетя, а ты зачем ездила в Лондон? Ведь могла в Москве обзвонить знакомых и спросить, верят они Путину или Березовскому? Тогда бы, глядишь, Березовский не сломал бы тебе руку «тяжелой волной». Из этого текста видно, что Токарева не способна понять даже элементарного в делах, подлежащих расследованию: расследуют, чтобы установить истину, а истине плевать, верят в нее или нет. Но, как мы видим, для Токаревой с ее складом ума (так и не расторможенным) истиной является только то, во что верит толпа. Расследователь, блин!

Смешно, но Токарева, похоже, даже не понимает, что такое компромат – какие сведения могут больно задеть того, кого ты хочешь шантажировать этим компроматом. Видимо, с ней дело обстояло так: если она имеет какой-то документ с сайта «kompromat.ru» или ей документ принесут и скажут, что это компромат, то тогда и ей будет понятно, что это такое. Но если она получила сведения без указания, что это компромат, то сама не способна понять их компрометирующий смысл. Вот, к примеру, описывая свои взаимоотношения с олигархом и сенатором Леонидом Невзлиным, которому пыталась продаться, она проговаривается:

«Перед Новым годом, где-то в декабре 2003-го, выпуская праздничный номер, я поместила фотографию Владислава Суркова с симпатичной блондинкой Наташей. И подпись была такая невинная, что-то типа: «У всех подарки к Новому году, вот и у Суркова – новая девочка». На самом деле «девочка» была отнюдь не новая, а вполне старая и никем не отмененная. На что мне указали хорошо информированные люди. И как раз в январе, 14-го числа, я написала, что по просьбе читателей вношу поправку: девочка Суркова – это как раз стабильный вариант, с девочкой замглавы президентской администрации работал еще в пору МЕНАТЕПа, и вот, представьте, сохранил верность, там, дескать, и дети имеются.

Вот тут опять вышла какая-то хрень. Невзлин, увидев упоминание МЕНАТЕПа в сочетании с Сурковым, опять выразил в словах чувство глубокой неудовлетворенности. И на этот раз он кричал не умолкая. Думаю, что им двигал страх «засветить Суркова». Наверное, в январе акционеры ЮКОСа еще надеялись, что в лице Суркова смогут получить поддержку, спасти ситуацию в целом – и Ходорковского в частности. И я со своей информацией и лишним напоминанием о давнишней близости к МЕНАТЕПу влезла не туда. Но они ошибались – Сурков далеко отошел от них. Он полностью был солидарен с командой Путина. Невзлин, по-видимому, находился под влиянием своих иллюзий».

Ну а куда теперь было деваться Суркову после того, как ты, дура, сообщила всему миру, что он связан с Ходорковским и Невзлиным? Могла бы просто взять с Невзлина за молчание об этом, да тот, кто ей дал информацию, забыл сказать, что это компромат.

В американском пародийном сериале «С пистолетом наголо» действует идиот-полицейский, кажется, лейтенант Дребин. После совершения очередного подвига его приглашают на обед к Президенту США и там сообщают собравшимся, что этот лейтенант лично уничтожил сотню наркоторговцев. На что Дребин скромно уточняет, что двоих последних по счету нечаянно переехал автомобилем, а уж потом, на его счастье, выяснилось, что это были наркоторговцы. Так и с Токаревой: сначала она дала в газете просто сексуальный юмор, а потом выяснилось, что это мощный компромат. И еще удивляется, что Невзлин не захотел с ней, такой умной, работать.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.