Не просто досуг

Не просто досуг

Контур второй — система совместного проведения времени, досуга.

Это — важнейший элемент нынешней согласительной экономики и общества Запада, основа тайной власти в политической и экономической сферах. Тут вам и клубы гольфа, и яхт-клубы, и закрытые бизнес-клубы. Во второй половине ХХ века стали возникать именно сети закрытых клубов. Сформировалась целая традиция закрытого управления, регулирования политики и экономики, основанная на совместном обсуждении проблем и согласовании важнейших вопросов на неформальной основе. Вот так — без галстуков, за клюшкой на поле для гольфа.

Так обеспечиваются процедуры согласований и технологии принятия совместных решений. Здесь происходит и вторичный отбор людей, присвоение им следующих градусов посвящения — если говорить языком масонов. Здесь отбор происходит по критерию связей. Принцип же прост: люди одного круга одинаково развлекаются. У них есть всемирные «тусовки»: чемпионаты «Формулы-1», Каннский кинофестиваль, охота на носорогов в Зимбабве, чемпионаты мира по гольфу, показы мод в Париже и Милане, дискотеки в Монако и Ибице, теннисные чемпионаты — имени Ролана Гарро или в Уимблдоне. Даже собирается элита в одних и тех же ресторанах высшего класса, в одних и тех же концертных залах, посещают одни и те же престижные магазины.

В Закрытой Сети даже спят с одними и теми же «герл-френдз»…

Бильдербергский клуб, Трехсторонняя комиссия, Совет по международным отношениям — только часть закрытых структур. Есть ведь и вовсе «несерьезные», где вроде бы свободное время проводят и чудят. «…Клуб Bohemian Grove («Богемская роща») — одна из самых странных структур в разветвленной сети «всемирного заговора». О ней говорят меньше, чем о пресловутом Бильдербергском клубе или о Трехсторонней комиссии — но именно в Bohemian Grove состоит чуть ли не половина богатейших людей Америки. Бывшие и нынешние руководители спецслужб, президенты и сенаторы являются членами клуба, расположенного в реликтовых секвойных лесах Северной Калифорнии. Кандидаты на вступление в клуб готовы ждать этого события по нескольку десятков лет. Здесь в обстановке, явно не соответствующей серьезности ситуации — обитатели Bohemian Grove живут в палатках, не пользуются туалетами и злоупотребляют алкоголем — решались многие важнейшие вопросы мироустройства…» — так написал Олег Леонов («В долине реки Русской», «Эксперт», № 34, 12–18 сентября 2005 г.), сам побывавший в том интересном месте.

Итак, закрытый клуб американской элиты располагается в пяти часах автомобильной езды на север от Сан-Франциско. В долине Русской реки, где некогда были наши поселения. В 1972-м «Богемский клуб» основали пятеро журналистов. К началу ХХ века его участники скупили больше ста квадратных километров земли. И вот сегодня две тысячи «богемцев» охотно проводят здесь свободное время, а в конце июля собираются на обязательную «сходку». На 2005 год членами клуба были экс-президент Буш-старший, бывшие госсекретари Джеймс Бейкер и Колин Пауэлл, знаменитейший Генри Киссинджер, бывший глава Федеральной резервной системы Пол Волкер. С начала ХХ века каждый президент Америки входил в «богемский круг», хотя и по истечении срока правления. К 2005-му в клубе состояли все видные республиканские политики и «ястребы». Тут же — и цвет делового сообщества. Скажем, Дэвид Рокфеллер, глава совета директоров «Эксон-Мобил» Эд Галанте, основатели компании «Хьюлетт-Паккард» и т. д. Словом, сливки общества.

Естественно, все это было и в восьмидесятые годы при Рейгане. Интересный клуб. Сугубо мужской. Здесь создается обстановка этакого «мужского союза», известного по истории первобытных обществ. Тот, кто вступает сюда, должен молчать о происходящем в долине реки Русской. Мобильные телефоны здесь не работают. К обычным стацонарным допускают лишь на пять минут в день. Живут члены клуба в брезентовых палатках и простых срубах, сгруппированных в 120 лагерей. Передвигаются здесь на грузовичках «Шевроле», сделанных в пятидесятые годы. Каждый член клуба осваивает новую профессию, становясь то лесничим, охраняющим тысячелетние секвойи, то гидрологом, то исследователем местной фауны. Здесь проводят свое оперное представление с факельным шествием. Здесь американские бонзы и воротилы бизнеса дурачатся, вырываясь из повседневной жизни, их административного «беличьего колеса».

Здесь, среди деревьев, выделяющих в воздух эфирные масла (что помогает пьянствовать без похмелья), среди чистого воздуха почти девственной природы, элитарии США общаются друг с другом. Здесь, под звездным небом, рождаются самые смелые идеи в политике и бизнесе, вокруг коих затем вспыхивают обсуждения. Ибо тут, вдали от суматохи и враждебных человеку полей города, головы работают свободно и хорошо. Мысли ясны и неожиданны. Да и обстановка, знаете, такая неформальная, ничем не сковывающая. И только потом все превращается в строгие доктрины и директивы, законы, государственные программы и правительственные решения.

На клубной земле есть озеро, на берегу которого собираются группы по интересам и слушают умных докладчиков. А затем ведут жаркие дебаты. Именно здесь, говорят, родилась идея Манхэттенского проекта, сделавшего США ядерной державой. Можно побиться об заклад, что и основные пункты стратегии борьбы с СССР при Рейгане также обсуждались на лоне природы.

Здесь выстраиваются неформальные связи между людьми элиты, ломаются перегородки между разными ведомствами и видами бизнеса, что обеспечивает Америке нужную эффективность и скорость действий…

ДОСЬЕ

Если меня спросят, чего не хватило нам для победы над США в Холодной войне, я скажу: вот такого лесного братства. Вот такого механизма взаимодействия в элите. Это помимо предательства советских верхов. Ведь даже патриоты в советской элите не могли воттаксобратьсяирешитьсвоидела. Вернее, собиралисьнаохотахивбаньках. Нокак-тоотрывочно, украдкой, невполномсоставе. НедайБог, чтонаверхузаподозрят! Американцыжемоглисобиратьсявсвоемлесунасовершеннозаконныхоснованиях, регулярно, институционально, таксказать. Иеслинашиохотничьидомикидабанивыгляделикакзаводскойсамодеятельныйтеатр, тоуянкибылаиестьпрофессиональная «ЛаСкала».

Понимаешь, читатель, чтобы увидеть открывавшиеся для СССР шансы в пору рейганова натиска, чтобы осознать масштабы возможностей и наметить свой план «звездных войн», нужно было вот так же сидеть у костра и беседовать. Причем в кругу должны были оказаться военныеиполитики, ученыеиконструкторы, философыиписатели. Безвсяких официальныхкомиссийизаседаний, безминистерскойрутиныисоставленияканцелярскихзаписок, написанныхсуконнымязыком. Тогдабыимоглиродитьсясмелыепрорывыиметаисторическиеконтрудары.

Но Союз оказался слишком забюрократизирован. А вот в США элита строилась как громадный сетевой разум, разум коллективный. Работала и работает Закрытая сеть. Между узлами и узелочками американской элиты (госаппаратом, корпорациями, банками, медиаимпериями, университетами и т. д.) протягиваются тысячи неформальных нитей. Порождениюидей, поискуправильныхисмелыхрешенийподчиненовсе: вплотьдоорганизациисовместногоотдыха.

И в ту же сеть вплетены мощные «фабрики мысли». От первого, РЭНД-корпорации, до новейших виртуальных «корпораций мысли». Их в США десятки. И везде идет свободный поиск идей и решений. Везде проблемы изучают альфа-плюсовики, черные коги: без ведомственных пристрастий и начальственных окриков. Более того, ведомства и корпорации в США сами понимают пользу от сотрудничества с этими экспертными сообществами.

А работать они умеют.

В ЗС люди, которые в обычной жизни могут стоять по разные стороны баррикад (например, принадлежать к противоборствующим политическим партиям или быть конкурентами в бизнесе), здесь встречаются, взаимодействуют, корректируют и согласуют свои позиции. Общество слишком сложно, чтобы им могли управлять какие-нибудь семь банкиров, будь они хоть трижды евреями. Нет, для этого нужны вот такие сложные согласительные системы, действующие как коммуникаторы и расположенные вне дела, в сфере общения и развлечений. Второй контур сети фактически занимается и консолидацией американской элиты.

Третий контур: оборотни

Порой кажется волшебной та слаженность, с которой умеет работать крупный американский бизнес. Его лидеры могут руководить чем угодно — самолетостроением, информационными делами или голливудскими киностудиями. В общем, сегодня — одним, завтра — другим, а послезавтра вообще третьим. Но при этом все они вышли из одних и тех же школ. Путь их порой извилист: кто-то сначала работал в «Боинге», потом — в Ай-Би-Эм, а нынче руководит в «Кока-Коле». Кто-то начинал в «Морган Чейз», а затем ушел в «Креди Свисс». Но все друг друга знают. Все они являются конкурентами. Но при этом часто садятся за один стол и решают проблемы не по-рыночному, а на основе соглашений, торга, уступок.

Они объединены тем, что все возглавляют структуры, у которых в большинстве случаев нет конкретного собственника. Кому принадлежит «Кока-Кола»? Миллионам фактически бесправных акционеров-держателей акций, которые беспрестанно меняются. И та же история наблюдается в других больших корпорациях. Большие пакеты акций держат тоже безличные хозяева — пенсионные и «взаимные» фонды, инвестиционные банки и страховые компании. В этом смысле высшие менеджеры США действительно похожи на директоров советских заводов. Вроде бы они не владеют своими корпорациями, но именно эти парни все решают. Правда, нет ЦК КПСС сверху. Но менеджеры Запада отнюдь не бесконтрольны — ибо это страшно. Когда у нас управляющие избавились от контроля, Советский Союз пал. Контроль за менеджерами на Западе идет через Сеть. Они все в нее включены — и ею контролируются. Каким образом?

Дело в том, что главная особенность ЗС состоит в ее сложности. Сеть соткана из организаций-оборотней, которые, с одной стороны, включены в обычную жизнь экономики и социума, а, с другой, выполняют задачи, возложенные на них Сетью. Более того, они сами являются Сетью и в рамках ее выполняют особые миссии. С одной стороны, эти миссии, связаны с основной деятельностью «оборотней», а с другой — выходят за ее пределы.

Корпорации, как организации-оборотни, составляющие третий узел ЗС, в этом своем «оборотневом» качестве образуют настоящий «букет» функций, и для того, чтобы их выполнять, пользуются специфическими механизмами. О чем идет речь? Начнем с функций. Наверное, сегодня общепризнанной истиной считается то, что крупные корпорации не просто влияют на политику государств, не просто принимают огромное участие в выборах тех или иных политических деятелей, но и прямо вмешиваются в эту политику, прямо осуществляют далеко идущие структурные изменения. Чтобы не утомлять читателя, достаточно привести несколько ярких примеров последних тридцати-сорока лет, когда капитаны крупного бизнеса негласно участвовали в принятии судьбоносных политических решений, которые на долгие годы вперед определили жизнь стран и целых регионов. Эти примеры и широко известны, и при этом покрыты завесой тайны.

Вот, скажем, участие крупнейшей телекоммуникационной корпорации ITT в свержении режима Сальвадора Альенде в Чили 1973 года. Она не только финансировала переворот генерала Пиночета, но и при помощи своих специальных подразделений, далеко выходящих за рамки ее бизнеса, проводила операции, направленные на подрыв чилийской экономики начала семидесятых, прямо занималась консолидацией антисоциалистических сил Чили. «Интернешнл телеграф энд телефон» предоставляла этим силам и денежную помощь, и связь, и организационные услуги. Эта корпорация орудовала не только (а, может, и не столько) в интересах США, боровшихся с Советским Союзом, но и в своих деловых интересах. Она изменила направление политического развития не только Чили, но и всей Латинской Америки, свернув его с социалистического на умеренно-модернизационный путь, на вариант, который дал корпорации не только доходы-прибыли, но и эффективные рынки, и устойчивое положение на них.

Есть еще один пример. Наверное, нашему дорогому читателю известно, как в 1980-х годах на Западе поднялась мощная волна «зеленого», экологического движения. Оно появилось в тот исторический момент, когда Западная Европа начала реально объединяться, и перед США замаячил образ сильнейшего соперника — этаких Соединенных Штатов Европы, которые обладают своей космонавтикой, ядерной промышленностью, сильнейшими научно-технологическими центрами и прочими принадлежностями для мирового лидерства. И тут же буквально взорвалось экологическое движение…

«Зеленые» превратились во влиятельную силу в Германии и вошли в ее правительство, достигли серьезных успехов в Скандинавии и в странах Бенилюкса, собрали много голосов на парламентских выборах во Франции. Казалось бы, все это случилось прежде всего из-за пробуждения экологического сознания в широких массах, понимания ими тех опасностей для Земли, которые несет с собой бесконтрольный технический прогресс. Триумф «зеленых» серьезно изменил политическую обстановку в Европе и привел к целой гамме последствий. Их серьезность осознается только сейчас, когда проступили порожденные в восьмидесятые тенденции. «Зеленые» помогли «левому повороту» в Европе 1990-х годов. Они стали силой, которая с каждым годом все явственнее тормозит технический прогресс и переводит Европу на путь так называемого «устойчивого развития» с падающими темпами технического прогресса. Тем самым Европа обрекается на отставание от Америки, ее конкурентоспособность снижается.

Благодаря усилиям «зеленых» европейцы без лишнего шума свернули целый ряд важнейших энергетических программ, связанных с дальнейшим проникновением в тайны мироздания как на уровне космологии, так и на уровне микромира. «Зеленые» стали могильщиками ядерной энергетики. Хорошо известно, что там, где «зелень» вошла в правительства, для ядерщиков настали черные дни. Из магистрального пути развития энергетического базиса АЭС в Германии превратились в изгоев. Нечто подобное наблюдается в Скандинавии. Да и во Франции, которая вместе с Россией и США является лидером ядерной энергетики, экологисты чинят препоны для строительства новых ядерных станций и давят на власти, требуя закрыть действующие АЭС. Таковы последствия успехов «зеленого движения».

Наши друзья говорят об источниках финансирования избирательных кампаний «зеленых», о поступлениях денег в их фонды тогда, когда они уже прорвались в структуры власти. Оказалось, что «зелень» (эколожцы) существует не на деньги простого народа, возжаждавшего бороться с дьяволом научно-технического прогресса, не на взносы любителей природы и прочих домашних кошек. То есть, не на гроши от «новых недовольных». Источник, как всегда, прост, хотя и хорошо замаскирован. С одной стороны, средства в «зеленых» вливали крупнейшие газовые концерны, которым нужно было убрать атомных конкурентов. С другой стороны, борцов за чистую планету субсидровали всяческие фонды, связанные с транснациональными корпорациями, со штаб-квартирами в Соединенных Штатах…

Этого следовало ожидать. Переводя энергетику Европы на газ, европейцы дарили огромную власть газовым компаниям. И вот газовики получили под контроль все жизнеобеспечение Старого Света — и тепло, и электричество. Они стали хозяевами завтрашнего дня. В конце концов, Европа оказалась беззащитной под ударом высоких цен на энергоносители. А вот транснациональные корпорации, базирующиеся на США, достигли иной цели: они сильно замедлили развитие Европы. Руками «зеленых» остановили европейские научные исследования на ключевых направлениях, которые могли привести к подлинным прорывам в энергетике, в космонавтике, в создании новых материалов и в генной инженерии. Заслуга «зеленых» в уничтожении последнего направления общеизвестна.

Вкладывая в «эколожцев», американцы били своих европейских конкурентов. В своем обычном обличье американские компании тем самым решали свои экономические задачи, а вот уже как организации-оборотни — изменяли течение мировой истории и работали как элементы ЗС. Им удалось надолго затормозить процесс обретения европейцами научно-технологической мощи.

Мы привели эти примеры для того, чтобы живописать функции крупных бизнес-структур как организаций-оборотней в третьем узле Закрытой Сети. Это — функция участия в динамике общества, миссия изменений тенденций-трендов развития общества. Изменение самих изменений — это не тавтология, а объективная быль нашей эпохи. Решая, казалось бы, сугубо свои экономические задачи, оборотни преобразуют мир, делая его совершенно иным.

Есть и примеры несколько иного характера. Вроде бы не связанные с большим бизнесом. На страницах той же «Анонимной войны» встречаешь названия одних и тех же организаций. Например, «Национального фонда в поддержку демократии» — «National Endowment for Democracy», NED. Или такого фонда, как «Фридом хауз», «Дом свободы». Оказывается, NED субсидирует «Freedom House», который частично финансирует в свою очередь программы, выбранные NED, тем самым скрывая следы вмешательства США. Об этом говорит известный расследователь американской тайной политики Терри Мейсан.

Но давайте посмотрим: «Фридом Хауз» основан в 1941 году для борьбы за утверждение демократии американского типа во всем мире. А NED создан при президенте Рейгане в 1982-м, в пору массированного наступления на СССР с целью его сокрушения. Обе организации работают на разрушение неугодных хозяевам США стран и режимов, причем за ними стоит ЦРУ США. То есть, налицо типичные «оборотни», маскирующиеся под белыми ризами борцов за свободу. Они ведут сбор информации, отбирают нужных себе деятелей в тех или иных странах, разрабатывают способы психологической войны, спонсируют угодные хозяевам СМИ и бунтарско-диисидентские группы (пятую колонну). И, как видите, они связаны и с корпорациями, и с государством, и со спецслужбами. Очень умный и тонкий механизм!

Данный текст является ознакомительным фрагментом.