«Борьба с нетрудовыми доходами»

«Борьба с нетрудовыми доходами»

В 1985 году с началом «перестройки» в СССР помимо всем известной (а многими даже и выстраданной) «антиалкогольной кампании» была провозглашена кампания «борьбы с нетрудовыми доходами». Не исключено, что намерения у М. С. Горбачева и его правительства были не самые злостные. Просто ему досталось государство, находящееся на последнем издыхании, а нетрудовые доходы и алкоголь действительно находились в начале списка всех бед. Вот только то, что произошло дальше, следовало известной формуле «хотели как лучше, но получилось как всегда». ОБХСС встрепенулся, как боевой конь при звуках трубы, и моментально отреагировал на новый курс партии и правительства. Результаты были плачевными. С 1985 года тюрьмы начали стремительно заполняться людьми, которых посадили вроде бы за нетрудовые доходы. В СИЗО-1 при вместимости камер 1500 человек оказались за решеткой сначала 5000 человек, потом их количество стремительно возросло, и к 1990 году количество заключенных доходило уже до 9000. Перестало хватать транспорта для перевозки заключенных. Очевидцы рассказывают, что однажды в таком «зековозе» перевозили одновременно 52 человека. Трудно представить себе, как эти люди могли там поместиться, не попирая законы физики. Слишком рьяное служебное рвение, слишком!..

Теперь хочу объяснить, что имел в виду, когда написал «вроде бы» за нетрудовые доходы. Сейчас трудно понять, по какой именно причине в разряд правонарушителей закона попали многие люди, оказавшиеся в те годы за решеткой. Я приведу несколько примеров, а вы судите сами, насколько виновна большая часть заключенных под стражу.

«Спиртовое дело»

Одним из дел, «раскрытых» в ходе кампании, было «спиртовое дело». Тут, правда, в обвинении видно совместное «творчество» ОБХСС и военной прокуратуры, ну да это сути не меняет. В ходе «дела» арестовали командира воинской части и замполита той же части (фамилий я не называю, хотя одного из участников этой истории уже нет в живых, но все же…). Военные попали под следствие по доносу особиста, где тот обвинял военных, что, пользуясь служебным положением, они выписывали на складе и получали значительное количество литров спирта. Спирт этот «виновные» потратили на то, чтобы расплатиться с рабочими, которых до этого сами же и наняли. Вы подумали, что рабочие трудились на строительстве домов для проштрафившихся военнослужащих? Однако нет. Рабочие трудились на благоустройстве военного городка. Денег, которые выделяло на подобные нужды Минобороны СССР, катастрофически не хватало ни на что (а может быть, они были разворованы «по дороге»), поэтому офицеры решили обойтись собственными силами. Нанятые рабочие заасфальтировали территорию городка, построили новый детский сад для семей военнослужащих, раздобыли в гражданском аэропорту списанный самолет и соорудили в нем солдатское кафе. То есть проявили смекалку.

Для пострадавших так и осталось неизвестным, было ли в том доносе перечислено, на что пошел спирт и что делали рабочие в военном городке. Но даже если предположить, что особист обошел своим вниманием эти «подробности», то уж в ходе следствия они, понятно, всплыли. Однако на ход следствия полученные следователями данные никак не повлияли, и инициативным офицерам влепили пять лет лишения свободы за хищение в особо крупных размерах. Каким образом были высчитаны эти «размеры» вообще отдельный разговор: следователи «разбавили» на бумаге каждый литр спирта до градусности водки, после чего посчитали стоимость получившегося напитка, как магазинную цену водки. Не трудно догадаться, что вышло немало. Впрочем, и построено рабочими было тоже много.

В результате этих, с позволения сказать, «следственных мероприятий» офицерам не только присудили по пять лет, но еще и лишили званий и воинских наград. Пострадавшие от правительственной кампании успели отсидеть четыре месяца в СИЗО, откуда вышли только потому, что военные – это не просто советские люди, а люди, обладавшие (особенно в те годы) офицерской честью. За своих подчиненных вступилось их руководство, и решение суда заменили на статью «Злоупотребление служебным положением», зачли срок в предвариловке и с миром отпустили домой. Но у этой истории все же не такой хороший конец, как может показаться. Спустя некоторое время после освобождения замполит скончался от инфаркта за рулем своей машины.

Хорошо порыбачили

Еще один случай заключения под стражу в связи с выполнением плана на пресечение «нетрудовых доходов» вообще превосходит всякое разумение. Житель небольшого сибирского города отправился в командировку в Хабаровский край, где в рамках служебного гостеприимства ему организовали рыбалку. Видимо принимающая сторона знала рыбные места, потому что улов превзошел все ожидания. Попадалась по большей части красная рыба. После рыбалки законопослушный гражданин оправился обратно домой. И видимо, бес попутал. Посчитав дома общий вес улова, он решил, что такое количество рыбы ему не нужно, и решил продать две или три рыбины, для чего пошел к местному рынку. Но поживиться не получилось. Удачливого рыбака, но неудачливого торговца рыбой немедленно замели милиционеры. Оформлявшие задержание милиционеры, узнав всю подоплеку истории, сообщили ошеломленному человеку, что лучше бы он все-таки поднапрягся и рыбу съел сам, а теперь, стало быть, поздно. Раньше думать надо было. Дали ему, правда, немного, что-то около года.

И в заключение этой темы хочу рассказать историю, которая произошла с моим близким другом.

Спекулянт

Это случилось почти сразу после того, как на Некрасовском рынке в Ленинграде в 1987 году открылась первая в городе вещевая ярмарка. Тогда это, конечно, так не называлось, но суть была такой же. На рынке весь второй этаж был забит продукцией тех цехов, которые еще недавно считались подпольными. Армянская обувь, верхняя одежда, спортивные костюмы и бог весть что. Глаза у советских людей просто разбегались. На первом этаже можно было приобрести любые спиртные напитки, которые подавались как заграничные а, по сути, являлись такой же продукцией подпольных цехов. Вот насчет продававшихся сигарет точно не скажу, но серьезные подозрения лично у меня всегда были. Потребительская вакханалия происходила, напомню, во время уже упомянутой государственной кампании. Рядом с рынком преспокойно дежурили несколько милиционеров, явно охранявших покой продавцов. Мой приятель зашел на рынок за кроссовками. Был он тогда молодой и легкомысленный, хотелось красивой жизни. К тому же он шел к любимой (на тот момент) девушке. Купив кроссовки, он не удержался и решил прикупить еще пару пачек «крутых» сигарет, как сам он потом признавался, для «закрепления впечатления».

Но, выйдя с рынка, понял, что его банально обокрали. Пока он с удовольствием примерял кроссовки, кто-то «примерил» его кошелек. Впереди у него было свидание и намечалась большая культурная программа, как-то: поход в кино и кафе «Пингвин» на Невском проспекте. Идти на свидание с девушкой без копейки денег не хотелось. Тогда приятель решил ограничиться походом в кино, для чего решил тут же у входа на рынок «обратно продать» сигареты. По тем расценкам это были абсолютно сопоставимые траты. Наивный юноша пристроился с сигаретами недалеко от входа на рынок. И через три секунды уже стоял лицом к грязной стене рынка с заломленными за спину руками. Его скрутили те самые дежурившие неподалеку милиционеры. Отделение располагалось недалеко. В отделении ошеломленному парню предъявили обвинение в… спекуляции. Все еще не понимая, что происходит на самом деле, мой приятель попытался проблеять какие-то объяснения. На его вопрос: «А как же продавцы на рынке?» ему тут же популярно объяснили, что на рынке торгуют люди, которые делают вещи своими руками и к ним у закона никаких претензий нет. «Сигареты своими руками?» – опрометчиво переспросил несчастный. И только он произнес эти слова, как тут же о них и пожалел. Но слово – не воробей, лови его потом… Короче говоря «спекулянту» тут же грамотно накидали за неуважение к закону и бросили в «обезьянник». Откуда его утром и вызволил отец, отдавший по такому случаю все семейные сбережения.

Надеюсь, что в этой главе мне удалось хоть отчасти развеять очень стойкий миф о том, как беззаветно ОБХСС сражалось с нарушителями социалистической законности, преследовавшими цели личного обогащения. Если бы все «страшилки», что рассказывали об этой организации, были хотя бы отчасти правдой, то как объяснить появление в СССР людей, обладающих миллионными состояниями, а также владельцев производств, по части оборота не уступающих довольно процветающим нынешним, вполне легальным, предприятиям? А таких подпольных производств по всей стране было немало. Правда, большинство из них располагалось все-таки в союзных республиках. Да! Я ведь как раз обещал рассказать о «национальных особенностях» бизнеса в СССР! Пожалуй, пора.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.