«ПРИМЕР ИСТИННОГО СЛУЖЕНИЯ ЛЮДЯМ»

«ПРИМЕР ИСТИННОГО СЛУЖЕНИЯ ЛЮДЯМ»

Опять я не выдержал! Опять написал Путину! А ведь знаю, что бесполезно: он же без стеснения заявил, что критика ему надоела, и он не обращает на нее внимания, даже не читает. Но посудите сами, читатель, с одной стороны, пример великого Льва Толстого, которому, конечно же, хочется следовать, а он сто лет тому назад писал то царю, то Столыпину; с другой, — хотя бы Ксения Ивановна Григорьева из Краснодарского края, которая тоже пишет в Кремль. И вот она, безвестная, терпеть уже не может, а ты, «эхо русского народа»?..

Толстой мечтал: «Если бы правительство было умным и нравственным, если бы оно было хоть немного русским!» Столыпину написал пять писем. В последнем от 30 августа 1909 года сострадал премьеру: «Пишу Вам об очень жалком человеке, самом жалком из всех, кого я знаю. Человека этого Вы знаете и, странно сказать, любите, но не понимаете всей степени его несчастья и не жалеете. Человек этот — Вы сами. Не могу понять того ослепления, при котором Вы можете продолжать Вашу ужасную деятельность, угрожающую Вашему благу, потому что Вас каждую минуту могут убить. Деятельность, губящую Ваше доброе имя, потому что уже теперь Вы заслужили ту ужасную славу, при которой всегда, покуда будет история, имя Ваше будет повторяться как образец грубости, жестокости и лжи.»

«Вас могут убить.» Не прошло и года, как страшное предупреждение писателя сбылось. Да, это было сто лет назад.

А Ксения Ивановна в наши дни пишет Путину: «Не любите вы наш народ и нашу страну. Так люди о вас говорят. Я больная старая женщина. Получаю пенсию плюс инвалидность 7700 рублей. Такие, как я, как-нибудь доживем до своих последних дней. А что ждет наших детей и внуков? Работы нет, а если есть, то неизвестно, заплатит хозяин или нет. Не любите вы наш народ.

Вы списали долги Монголии — 8,5 млрд., Ираку — 10,5 млрд., Афганистану, Сирии, Алжиру, додумались отдать даже столетние царские долги Франции, которые прокутил Распутин. Со всеми расплатился. А с нами? Вас называют Обещалкиным. Нет, не любите вы наш народ.

Когда десять лет назад в Чечне погибла вся наша бригада, вы катались на лыжах со съемочной группой и фотографировались. А в 2003 году в Пятигорске вторично подорвали электричку. В ней студенты и рабочие. Сколько погибло! А вы радовались, что ваша сука принесла шесть щенят… Нет, не любите вы наш народ. Хоть бы немного вы были душой русским. От вашего руководства не видно просвета. Душите нас налогами и ценами. Уходите по-хорошему! Уходите подобру-поздорову» (СР. 28 октября 10).

Как известно, Путин распорядился, чтобы школьники штудировали «Архипелаг» А.Солженицына. Тогдашний министр просвещения (а не затемнения?) Андрей Фурсенко, известный своей ученостью, шаркнул ножкой: «Буисделано!», хотя сам-то едва ли читал эту телемахиду. Но прошло время, и Наталья Солженицына, вдова писателя, с грустью признала: «Оказалось, не то что дети, но и многие взрослые не могут, увы, прочитать «Архипелаг» целиком». Просто жизнь не дает такой возможности» (Российская газета, 28.Х.10). И это несмотря на пламенные призывы Бориса Немцова и его собратьев: «Люди русские, читайте Солженицына! Народ православный, читай «Архипелаг»!»

Нет, мадам, не столько жизнь, сколько сама книга препятствует ее усвоению. Ведь это без малого две тысячи страниц кошмарно-взвинченного ораторства языком Новодворской. И взрослому-то не лезет, а как одолеть такую глыбу несъедобщины чистой, нежной, ранимой детской душе!.. И тогда неутомимая леди решила выручить и Путина и министра затемнения. Она пошла по пути американских друзей, которые уже пятнадцать лет тому назад сделали из шедевра мировой классики дайджест в 120 страниц. Правда, она сократила его, по подсчетам Марии Агранович, сотрудницы «Российской газеты», только в пять раз. И говорит: «Это была не редактура. Это было преображение текста». Вы можете себе представить, чтобы хоть в два раза Наталья Николаевна решилась «преобразить» роман своего мужа «Евгений Онегин», а Софья Андреевна — «Войну и мир», а Мария Петровна — «Тихий Дон»?.. Но у нынешних классиков вот такие вдовы…

Сам автор ловко определил свое гомерическое сочинение как «опыт художественного исследования». Поэтому, когда его тыкали носом в какое-нибудь вранье, он всегда мог ответить: «Что за претензии? Это же всего лишь опыт! Это только мое художество! И не больше». Но мадам бесстрашно пошла еще дальше: «Мне удалось не засушить роман.». Вы слышите: уже роман! И собеседница Агранович тут же подхватывает: «В работе над романом вы чувствовали себя автором или редактором?». Более того, Н.ДСолженицына объявляет книгу супруга «большой симфонией», а себя — «чувствует подмастерьем великого композитора». Ну, а с симфонией — совсем легко. Посмотрите, например, что вытворяет Соломон Волков, уехавший в США, с симфониями Шостаковича. Многие из них посвящены юбилеям революционных событий родины, а Соломоша объявляет их антисоветскими. Очень просто.

Тут весьма примечательно и такое заявление подмастерья: «Меня ошеломило, что учителя, с которыми советовалась, сказали: «Дети не знают, например, кто такой Киров. Надо дать объяснение об очень многих людях». Мне пришлось, говорит, составить словарь исторических деятелей. «Раньше мы издавали «Архипелаг» без такого словаря».

Увы, она запамятовала. Такой словарь уже был в свердловском издании 2003 года. Это более 100 страниц, там тысячи две с лишним имен. Причем, объясняется не только, кто такие, допустим, Сократ и Архимед, Гомер и Вергилий, Декарт и Кант, Бальзак и Ромен Роллан, Рузвельт и Черчилль, — все подобного ряда имена когда-то даже школьникам старших классов были хорошо известны. А теперь объясняется еще, например, что Разин и Пугачев — не кто-нибудь, а руководители крестьянских восстаний, Державин — русский поэт, Герцен — писатель и публицист, Римский-Корсаков — композитор, Рахманинов — тоже, объясняется, кто такие Молотов и Микоян, Жуков и Рокоссовский, Алексей Толстой и Твардовский, — уж такие-то имена у нас эдак с пятого-шестого класса все знали. Но в 2003 году и первый список имен, и второй уже в самом деле надо объяснять и вовсе не только школьникам, ибо вот уже двадцать лет все эти имена в забвении, а впаривают всеми средствами массового впаривания людям всех возрастов такие имена, как царь Николай, Столыпин, Деникин, Колчак, Иоанн Кронштадский, Иван Ильин, Солженицын, Собчак, Гайдар, Радзинский, Дементьев, Черномырдин… Их награждают и прославляют, сажают в высокие кресла, их хоронят как национальных героев, им ставят памятники. На похоронах последнего из названных кто-то горестно возгласил у гроба:

Я русский бы выучил только за то,

 Что им говорил Черномырдин!

«Элита» новой России не стесняется хохмить даже у вырытой могилы.

И тут нельзя не признать, Наталья Дмитриевна, что ваш супруг сыграл выдающуюся роль в гнусном деле околпачивания народа, истребления его национальной памяти, деградации. Так что ваше изумление незнанием школьниками Кирова можно объяснить только полным отрывом от реальной жизни за стенами своего поместья.

Помянутая М. Агранович по простоте душевной спросила вдову: «Правда ли, что Александр Исаевич вместо сказок читал сыновьям на ночь «Архипелаг»?». Наталья Дмитриевна перевела дыхание, сглотнула и решительно отвергла этот домысел. Но, говорит, наш сынок Игнаша прочитал «Архипелаг» в одиннадцать лет, и книжечка так обаяла его, что с тех пор перечитывает чуть на каждый год. Ну, как «Мойдодыр» или «Дядя Степа». Но странно, почему папочка не читал детям на ночь свой «художественный опыт» вместо сказок? Или мог бы напевать колыбельную по мотивам своего сочинения:

Спи, младенец мой прекрасный.

Баюшки-баю…

Про «Архипелаг» ужасный

Я тебе спою.

Нет, лучше все-таки было бы читать вместо сказки. Ведь в книге так много поистине сказочного! Например, мог бы читать страницы о том, как прекрасно жилось советским пленным в фашистском плену. Детки узнали бы, что некоторых пленных немцы даже в музыкальные школы направляли, пестовали русские таланты. И так нашим пленным понравилось в немецком плену, что около трех миллионов так навсегда и остались в Германии, там и по хоронены в братских могилах. Прелестная сказочка! Или о том узнали бы, как замечательный генерал Власов по скромности под именем генерала Клыкова Николая Кузьмича доблестно сражался в 1942 году на Волховском фронте. А в мае 1945-го вовсе не войска фронтов, которыми командовали Конев, Малиновский и Еременко, не танковые армии Рыбалко и Лелюшенко, а Власов со своими двумя тощими дивизиями власовцев освободил Прагу. Заслушаешься! Или о том, как волшебники из КГБ умели в четырехместном купе вагона поместить с удобствами 80 заключенных. Что рядом со всем этим Андерсен и барон Мюнхаузен, старик Хоттабыч и барон Врунгель вместе взятые! Право, жаль, что не были использованы сказочные мотивы «Архипелага». Глядишь, сыночки выросли бы еще удачней.

И вот с романом-симфонией в четыре-пять раз урезанным, умело превращенным в pocket-book, Наталья Дмитриевна явилась к Путину. Он дважды — 20 сентября 2000 года и 12 июня 2007-го — посещал покойного живого классика в поместье, подаренном Ельциным. Говорят, когда-то это была дача Ягоды. Ее, разумеется, перестроили, перекрасили, уморили керосином клопов, которые пили кровь еще кровавого Генриха.

В 2007 году Солженицыну была присуждена Государственная премия по литературе, и вот после этого Путин, как сообщила пресса, «прибыл в Троице-Лыково, домой к писателю Александру Солженицыну.

Путин поздравил писателя с вручением Государственной премии, поблагодарил его за то, что писатель согласился встретиться. «Но особенно я хочу вас поблагодарить за труды во благо России (! — В.Б.). Вы и сегодня продолжаете свою деятельность, вы никогда не колеблетесь в своих взглядах, а придерживаетесь их в своей жизни», — подчеркнул президент».

А на встрече с вдовой В. Путин изрек: «Жизненный и творческий путь Солженицына — пример истинного подвижничества, бескорыстного служения людям и Отечеству». Он, Путин, восхищается Солженицыным не меньше, чем Радзинским. Принимая pocket-симфонию, Владимир Владимирович сказал: «Это знаковое событие. Оно произошло накануне Дня памяти жертв политических репрессий».

Да, да, конечно, знаковое. Только сам-то Солженицын здесь не при чем. Он знал, что упекли его в лагерь за дело по полной справедливости и прямо признавал: «Я не считаю себя невинной жертвой. Я никогда не чувствовал себя невинно захваченным». Это цитирует даже его нежная обожательница Л.Сараскина.

— Я благодарю вас, — сказал Путин. — Ведь это была ваша идея.

— Нет, это была ваша идея, — деликатно отклонила вдова такую честь. — И мне кажется, удалось сохранить свет, присущей книге. И школьники, да и взрослые, прочитав ее, станут мудрее, щедрее, добрее, светлее…

О, чего-чего, а уж света в этой книжечке — тьма!

— Я полностью с вами согласен. Эта книга востребована.

Ну, не шибко. Вот издали ее в Свердловске, редактор — опять же сама Наталья Дмитриевна. А почему не в Москве, ведь вроде бы сподручней? Да, видно, охотников не нашлось. А тираж? Всего-то 4 тысячи экземпляров. А хвалебная книга Людмилы Сараскиной о Солженицыне вышла хоть и в Москве, но тоже — 5 тысяч. Позже, не распродав первое издание, выпустили второе — 3 тысячи. Но ведь обе книги и ныне пылятся в московских магазинах. Правда, «Двести лет вместе» вышла тиражом в 100 тысяч, если верить издателям. Это, должно быть, в расчете на повышенный интерес еврейских читателей, ибо там ведь главным образом о евреях. Но и она вот уже десять лет ломит полки столичных магазинов. А были времена!.. В советскую-то проклятую пору, в 1989 году «Архипелаг» — 100 тысяч! Вот вам и востребованность: было 100 и все раскупалось, а стало 3. 4. 5, и все лежит годами.

Да ведь не только книги, но и само драгоценное имечко тоже не сильно востребовано. 6 августа 2008 года тогдашний президент Медведев издал Указ «Об увековечении памяти А.И.Солженицына», в котором рекомендовал правительству Москвы присвоить имя усопшего одной из улиц Первопрестольной, а правительству Ставропольского края и администрации Ростовской области — осуществить меры по увековечению памяти гиганта мировой литературы в Кисловодске, где он родился, и в Ростове-на-Дону, где долго жил.

Ну, в Москве дело провернули быстро. Попробуй тут помешкать, коли на самом Боровицком холму сидят, свесив ножки, обожатели покойника! Несмотря на протесты горожан, уже 2 декабря утром (еще и спешили к 90-летию титана — 11 декабря) с домов по Большой Коммунистической улице, что в районе Таганки, начали сбивать таблички с ужасными словами и присобачивать новые. Вот так немцы, захватывая в 1941 году наши города и села, срывали флаги с сельсоветов, крушили советские памятники. Помните стихи Степана Щипачева той поры?

Из бронзы Ленин. Тополя в пыли.

Развалины разбитого вокзала.

Под утро немцы в городок вошли

И статую низвергли с пьедестала…

Неужели вы, Наталья Дмитриевна, женщина, не понимаете всю гнусность такого переименования именно этой улицы?..

А в Ростове нашлись энтузиасты, предложившие назвать именем вечно живого классика университет. Это были недоросли, которые под крылом «Единой России» украли и налепили себе на лоб чужое славное имя — «Молодая гвардия». Ректор В.Г.Захаревич из числа обожателей. Он сказал: о, получить университету такое грандиозное имя — это так почетно, что просто страшно, но мы этот вопрос решим.

А тут в газете «Вечерний Ростов» вдруг появляется письмо школьницы Ангелины Москвитиной. Отроковица гневно возгласила: «Да с какой стати? Этот классик всю жизнь врал, клеветал — на Родину, на Красную Армию, на события Отечественной войны, — и одновременно занимался доносами, даже на своих школьных друзей, даже на жену, и мать родную оклеветал бы, но она к тому времени умерла. Закончила она так: «Сейчас я учусь в восьмом классе. Со временем собираюсь поступать в ЮФУ. Ия не хотела бы, чтобы университет, где буду учиться, носил имя человека, всю жизнь предававшего не только друзей и родных, но и родину, весь народ».

Но вслед объявился и некто Э.А.Мазин, представившийся другом Солженицына. Он не поверил, что может быть такая школьница, которая презирает его милейшего друга. Это, говорит, фальсификация, покажите мне вашу Ангелину. Ему показали: вот она, смотри, только руками не трогать. И друг титана сник.

Большинство читателей газеты поддержали Ангелину, увидев в ней чистого ангела, трубящего правду.

Правда, в школе № 5, где учился будущий гений, создали было его музей, но вскоре он как-то сам собой рассыпался и исчез. А мэр города М.А.Чернышев уверяет, что одна из улиц нового района будет названа именем титана. Ну, это еще дожить надо. И не станет ли к тому времени Чернышев Беловым.

Мадам Солженицына прекрасно понимает, каково положение и с книгами, и с именем ее незабвенного гиганта. Как сказал поэт: «Все миновалось, молодость прошла.» Она умеет считать, потому и дайджест издала тиражом всего в 10 тысяч. Но о каких же школьниках при таком тираже может идти речь? В каком классе они должны начать приобщаться к бесценному кладезю мудрости? Игнат прочитал в одиннадцать лет — это четвертый класс. Чем московские школьники хуже Игната? У меня нет под рукой данных на сегодняшний день. Но вот справочник «Москва в цифрах. 1988». Он свидетельствует, что тогда в 4-10 классах московских школ обучались 589 тысяч школьников (с. 179). Неужто под солнцем демократии их стало меньше? Что ж, допустим, лишь 500 тысяч. А если стало больше, пусть будет 600. И что для них ваши 10 тысяч, мадам? Одна книжечка на 50–60 человек. Курам на смех, гусям на потеху, уткам на забаву. И это только в Москве! А часть тиража, видимо, основная, уже поступила не в школы, а в магазины. А там прямо-таки пионерская цена — 560 рэ. Нс таким-то нанотиражом, с такой ценой вы пришли к главе правительства, и он нашел время заниматься этим мини-мыльным пузырем.

Вы, Наталья Дмитриевна, сказали Путину: «Ужасно, когда о страшных несправедливостях и злодеяниях в стране мы узнаем и начинаем обсуждать их лишь спустя десятилетия». Таких злодеяний, что творятся в нашей стране ныне, история и русская и мировая еще не видывали. Ваш супруг поздно, но понял это. А вы, судя по всему, до сих пор ничего понять не можете, и сыночки не помогают маме-пенсионерке. И вы продолжаете: «Такие злодеяния нельзя терпеть, нельзя сидеть десятилетия с кляпом во рту. Надо реагировать сразу. Это требует мужества, смелости, честности. Нельзя проходить мимо зла, зажмурив глаза» и т. д.

Ваш супруг, много сделав для победы и торжества того зла, что терзает Родину уже двадцать лет, потом, говорю, все-таки немного очухался, протер глаза и попытался «реагировать». В апреле 1995 года по Первой программе телевидения начались регулярные «Встречи с Солженицыным». И ваш родной оратор принялся там справедливо гвоздить Гайдара, Чубайса, их бандитскую приватизацию… И вы же знаете, мадам, чем это кончилось. Уже 20 сентября того же года намеченная передача не состоялась, т. е. вашего великого супруга выперли из телевидения, говоря вашими словами, забили ему кляп в рот. И кто это сделал? Да ведь тот самый, демократ № 1, что дал вам поместье, и при полном молчании без кляпа во рту нынешнего демократа № 2, которому вы — о кошмарах столетней давности.

И уж совсем свежий пример. Стоило многогрешному Юрию Лужкову, тоже через двадцать лет начавшему кое-что соображать, вдруг вспомнить, что Севастополь — город русской славы, и попытаться на юбилей Победы вывесить десяток (на всю-то Москву!) портретов Сталина да еще и сказать, да еще заявить, что в стране гнетущая атмосфера перманентного катастрофизма, как его тотчас облили державным гневом, заморозили и выбросили. И кто это сделал? Мадам, это ваши друзья и почитатели вашего супруга.

На другой день правительственная «Российская газета» вышла с интервью Н.Солженицыной и двумя мученическими портретами супруга. Один, тот что во всю первую полосу, — тот самый, которым уже почти сорок лет с первого парижского издания «Архипелага» украшает едва ли не все публикации о Солженицыне, есть он, конечно, и в дайджесте: вот стоит гений, растопырив руки, с лицом висельника в распахнутой телогрейке с номерами на шапке, на груди и на колене, и кто-то в добротном дубленом полушубке и ушанке обыскивает его. И к этому следует текст: «В Особлагах настойчивее и чаще, чем в ИТЛ, производились обыски (ежедневный тщательный выходной и входной)». Вот, мол, полюбуйтесь, как это делалось.

И мало кто знает, что ведь это инсценировка, подделка, дешевая художественная самодеятельность, к которой Александр Исаевич всю жизнь испытывал тягу. И тут он устроил сценку вскоре после освобождения из лагеря. Вот чем был занят вместо того, чтобы дышать полной грудью, нюхать цветочки да любоваться вольным полетом птичек. Эта инсценировка на первой полосе правительственной газеты и была последней каплей, побудившей меня написать письмо Путину.

«Уважаемый товарищ Путин!

Вдова известного писателя А.Солженицына подарила Вам его известное сочинение «Архипелаг ГУЛАГ», которое она собственноручно сократила в четыре раза, отчего, по ее словам, оно стало еще лучше. Да, есть такие сочинения, которые чем больше сокращать, тем лучше для них и для читателей. Но самое лучшее — оставлять их в письменном столе автора.

Вы сказали мадам Солженицыной, что без препарированной ею книги наше представление об истории страны будет неполным. Совершенно верно, ибо несправедливости действительно были при Советской власти, как и при царской, как при Рамзесе Втором, как и при всех властях в мире. Как неполно представление о царской России без «Мертвого дома» Достоевского, «Сахалина» Чехова, «Деревни» Бунина…

Надо полагать, Вы уже принялись за чтение улучшенного мини-«Архипелага». Но мне кажется, что Ваше представление об этом сочинении и его авторе будет неполным, если Вы не полистаете мою статью «Жизнь, прожитая во лжи» в журнале «Политическое просвещение», которую посылаю Вам.

Может быть, Вас заинтересуют и другие публикации в этом журнале, например, статья «Грозящая катастрофа, и как с ней бороться», написанная незадолго до Великой Октябрьской революции Вашим коллегой по образованию и должности В.И.Ульяновым-Лениным. Он-то знал, как надо бороться с катастрофой и победил ее. Статейка очень злободневна и ныне, когда в России что ни день, то новые и новые страшные катастрофы, грозящие слиться в одну — во всеобщую.

С пожеланием всего наилучшего жму державную мозолистую руку.

В.Бушин».

Ответа на это письмо я, естественно, не получил. И неудивительно! Несколькими годами раньше, выступая на заседании Думы, депутат от КПРФ Виктор Тюлькин обозвал президента трусом. Нет, нет, если точно, то не обозвал, а выразился достаточно деликатно: «Президент играет роль труса». Играет! Должны же депутаты соображать, что это иносказание, аллегория.

Но все-таки Грызлов, Слиска, Жириновский и другие пламенные путинисты вздумали наказать депутата Тюлькина, невзирая в данном случае даже на то, что он ленинградец, земляк их обожаемого босса. Сперва предложили отправить Тюлькна в наручниках и с кляпом во рту на две недели в вытрезвитель. Наручники у Слиски в ридикюле нашлись, народный заботник Исаев из газет с текстом закона № 122 — навык! школа! — изготовил отличный кляп. Но тут кто-то сказал, что вытрезвители в процессе демократических реформ ликвидированы как пережиток, как символ сталинизма и переоборудованы под квартиры для депутатов фракции ЛДПР. И тогда Тюлькина на месяц лишили слова в Думе.

Но я бы лично надел на него смирительную рубашку, наручники, вставил бы кляп и запретил крякать. В самом деле, да неужто государственный муж не понимает, что сомнительные аллегории в отношении президента недопустимы, что даже слова «президент» и «трус» в любой их комбинации непозволительно ставить в одной фразе, даже на одной странице. Ах, Виктор Аркадьевич, как же не учитывать подобные вещи! Только слепой может не видеть, только тупой не понимать, что президент наш герой, рыцарь, богатырь. Это можно было уразуметь с первых дней его правления.

Вспомните, подумайте. На его месте какой-нибудь мямля, став президентом, под напором темных сил ограбленного народа первым делом в страхе перед гневом соотечественников отдал бы под суд кровавую образину из Свердловска. А он? И не дрогнул. Смело пошел против народа и не только грудью своей закрыл образину, но еще и Указом № 1 обеспечил ему и его родственникам, включая внуков, пожизненную неподсудность, неприкасаемость и обеспечил их резиденциями, дачами, машинами, охраной, если бы мог, даровал бы всему их кагалу даже бессмертие. И на все это он ежегодно и аккуратно выкладывает полтора миллиона долларов (правда, по рассеянности не из своего кармана, а из нашего).

А как Путин поступил с Черномырдиным, которого даже американский президент всесветно объявил взяточником, над которым хохотала вся Европа, Америка и Африка, когда он вернул французским гобсекам 400 миллионов долларов царских долгов позапрошлого века? Этого балаганного шута, которому как раз заведовать бы вытрезвителем (конечно, после отбытия срока с конфискацией всего наворованного имущества), он, ничего не боясь, упрятал, скрыл от народа: направил Чрезвычайным и Полномочным послом на Украину, в республику, отношения с которой для нас важнее, чем с Америкой. Незаменимый, видите ли, дипломат выискался. Разглядеть в вороватом хмыре нового Чичерина, а то и князя Горчакова наших дней, — разве это не прозорливость ума, разве не душевная отвага? Такое назначение по смелости можно сопоставить разве что только с поступком патриарха Алексия II, в свое время назвавшего Ельцина не как-нибудь, а Владимиром Святым, Владимиром Красное Солнышко новой России. Или с откровением Марка Захарова, уподобившего писания этого «солнышка» романам Льва Толстого. Путин — из этой плеяды храбрецов.

Столь же бесстрашно укрыл президент и Павла Бородина, на которого в США в виде прикидки разок уже надевали наручники и приковывали к тюремной коечке. Его Путин отправил на кормление и для сохранности в Белоруссию. Помните, как он лез в мэры Москвы? «Да я! Да мы!..» Но оказался в спасительном Минске.

Перед поездкой в Китай беседовал Путин с журналистами. Они спросили: «Что вы считаете основным, главным, определяющим в деятельности политика?» Он, не моргнув глазом, ответил: «Главное, основополагающее — не врать!». Так и сказал: не следовать правде, не признавать ошибки, а именно не врать. Ах, как красиво! Но Боже милостивый, какая нужна еще и безумная отвага, чтобы на весь мир объявить это! Ведь все годы, что мы его видим и слышим (кажется, уже лет восемь), он только и делает, что напропалую врет как прямо, так и путем умолчаний, — ив мелочах, и в частностях, и в большом.

Вспомните хотя бы, что он сказал, когда чеченцы вторглись в Дагестан? «Они там бегают, как зайцы, но мы их быстро загоним куда надо». И куда загнал? В старинный Московский манеж, и там всех зайцев до единого живьем зажарил. Правда, после этого зайцам удалось растерзать президента Кадырова, а позже кто-то устроил кровавое побоище в Беслане. Конечно, тут больше хвастовства и незнания дела, чем чистого вранья, но бесспорно то, что слабый духом человек не назвал бы чеченцев зайцами, не посмел бы.

А заметили вы, что Путин очень любит побалакать о прозрачности. Власть, политика, принимаемые решения — все, говорит, должно быть абсолютно прозрачно. Ну, как детская слеза, как речь того самого Черномырдина. И однажды, когда посадили в кутузку Гусинского, а президент был в Испании, его журналисты спрашивают, как, мол, и что. Он мог послать их ко всем чертям, не президентское, мол, это дело — сажать в тюрягу, но перед лицом цивилизованного сообщества опять не дрогнул и ответил так: «Я не могу связаться с генеральным прокурором». Ну, на кого это было рассчитано? Если уж прокурор, допустим, наклюкался до положения риз и лыка не вяжет, то ведь у него, как во всем мире, поди, полдюжины осведомленных замов, и это все знают. Где же прозрачность? Ее нет, но президента это не испугало, он смелый.

Нельзя забыть и такое: перед упомянутой поездкой в Китай взял и подарил китайцам 302 квадратных километра на Амуре. А с кем посоветовался? Кого хотя бы заранее известил? Думу? Правительство? Органы власти края? Местное население? Три адмирала шлют ему открытое письмо: «Кто вам дал право? Как вы смеете? Это нарушение Конституции! Это предательство!». А он? Наплевал он самым героическим образом с Ивана Великого на всех, включая трех адмиралов, и поступил так, словно это не земля, оставленная нам предками, политая их потом и кровью, а его родовое поместье. Вот это прозрачность! Перед ней бледнеет мрак, под покровом которого Хрущев, потом Горбачев и Ельцин отдали Украине жемчужину Российской короны — Крым, опять же неоднократно омытый кровью наших дедов и отцов, а позже опять Горбачев, Ельцин и приблудный шельмец Шеварднадзе подарили Америке кусок шельфа Берингова моря размером с Францию, богатейший ископаемыми и рыбой? Хруща-мазницу и кацо иностранных дел понять еще можно, но ведь эти-то все трое — русские. И теперь жители Хабаровского края, у которых оттяпали указанные 302 кв. километра, негодуют, пишут гневные письма, выходят на митинги: у них там угодья, покосы, грибные и рыбные места, но демократское телевидение не смеет сообщать об этом: запрет! Да, телевидение у нас трусливое, но президент — храбрец!

А ведь эту территорию, между прочим, можно было бы, в крайнем случае, использовать для захоронения останков российских демократов во главе с их президентами, гайдарами-чубайсами и вдохновителями солженицынского образца. Какой роскошный погост мог бы получиться на берегу Амура! Там можно было бы и групповой памятник соорудить в виде хоровода. Вот взялись за ручки Хрущев, Горбачев, Ельцин, Шеварднадзе, Чубайс, Швыдкой, Путин, Солженицын и пляшут на русских косточках, и пляшут…

Как известно, от прямых открытых встреч с оппонентами Путин решительно увиливает, храбро плюет на вызовы. За все годы президентства ни одного поединка даже во время выборной кампании! В Америке такого обмочили бы и заморозили. Но зато он обожает отеческие «беседы с народом», подстроенные прохиндеями телевидения, знающими, что надо отсеять и отобрать из множества тысяч вопросов. И вот во время последней задушевной беседушки с виртуальными ходоками какой-то безымянный дагестанец сказал ему, что в ходе думской предвыборной кампании кто-то по телевидению провозгласил: «Россия для русских!» Президент тут же вскинулся: «Безобразие! Как посмели? Я укажу прокуратуре!» Сказано было очень решительно, однако странно. Он же разведчик, да и любой руководитель, если считает такой лозунг недопустимым, должен бы спросить: «А кто так говорил? Представитель какой партии? По какому каналу телевидения?». Ведь, может быть, его просто шантажируют перед лицом всего народа. Но президент-разведчик не спросил даже имени этого дагестанца, а сразу, как известный титулярный советник Макар Девушкин, чиновник 9-го класса, известный своим простодушием, все принял за чистую монету, всему поверил. И хотя признался, что сам не слышал злокозненный лозунг (я, кстати, тоже), но уже смело и сурово грозит прокуратурой. Какая быстрая и нервная реакция при слове «русский». В США таких называют minuteman, т. е. человек ежеминутной готовности к подвигу отпора.

А какова ситуация ныне у нас? Фабрики, заводы, в том числе военные, целые отрасли хозяйства захватывают иностранцы. Более четырехсот жителей деревни Давыдово Орехово-Зуевского района Московской области (Московской! Столичной!) криком кричат со страниц «Советской России»: «На территории обанкроченного завода сельхозмашин появилось несколько новых иностранных предприятий (ООО «Мишлен», «Реквис», «Акватон», «Тегола Руфинг» и др.), но устроиться на работу там смогли только пятьсот человек местных, остальные — иностранцы». Вот в чем дело-то, Макарушка: родину закабаляют и грабят чужеземцы. А ты протестующим против этого храбро грозишь прокуратурой. Значит, ты подручный этих пришельцев-захватчиков, проводник закабаления Родины. И обрати внимание, что уже довел русских людей до того, что многие, как упомянутые жители деревни Давыдово, смирились с закабалением и возмущаются только тем, что нет рабской работы.

Ко всему этому не так давно показали по телевидению беседу президента с группой полярников. В ней участвовал Герой Советского Союза заместитель председателя Думы А. Н. Чилингаров. Рассказывая об одном мужественном эпизоде на Северном полюсе, он заметил: «Это только мы, русские, могли выдержать, выстоять и одолеть». И как опять взвился, как вскинулся Путин: «Почему русские? Кто вам сказал, что только они могут?». Прочитал Герою нотацию и чуть ли не обвинил в национализме. Видно по всему, что он всегда настороже по этому вопросу и в любой момент готов его задушить. При слове «русский», как Геббельс при слове «культура», тотчас хватается за пистолет.

Дорогой Артур Николаевич, неужели вам, Герою, выслушав эту нотацию, не захотелось послать учителя, куда Макар телят не гонял? А еще лучше — прочитать бы ему наставление в таком духе: «Да, сударь, представьте себе, история свидетельствует, что именно только русские оказались способны устоять против иных вихрей и бурь ее, совершить то, что другим было не по силам. Неужели не слышали, что именно русский народ спас Европу от орд потомков Чингисхана и полчищ Наполеона. А советский народ, стержнем которого, извините за грубость, был русский народ, разгромил Гитлера, под которым опять распростерлась та же прогрессивная Европа со всею музыкой своей?»

На моем юбилейном вечере в ЦДЛ (между прочим, я посылал Путину пригласительный билет на два лица в третьем ряду — не снизошел, ему важнее сбегать на могилу того же Собчака или нагрянуть в гости к Хазанову) меня спросили: «Вы уверены, что Путин русский?» Я ответил, что уверен: у Бога всего много. Уверен, хотя он за все время не сказал ни одного доброго слова о русском народе и советском времени с его великими свершениями. Наоборот, то и дело поносит. И не может сообразить, что ведь до сих пор и дышит свободно вместе с супругой, дочками да собачками только благодаря атомному оружию, созданному советской властью, коммунистами.

Не только, говорю, не соображает это, но еще и заявил, например, что хватит, мол, болтать о нашей тысячелетней истории (которую он знает на уровне Хакамады), а надо добиваться конкурентоспособности каждого города, каждого предприятия, каждого отдельного человека, т. е. призвал нас стремиться не к содружеству, не к единению, не к взаимопомощи, а только к конкуренции, к тому, как обогнать, а то и задушить другого. Иначе говоря, русский по духу коммунистический девиз «Человек человеку друг, товарищ и брат» Путин смело хочет заменить и решительно заменяет девизом капиталистических джунглей «Человек человеку — волк».

А раньше он вырвал из контекста статьи и контекста истории слова Ленина «русский человек — плохой работник» и сунул народу под нос. Понюхай, мол. А это все равно, что взять слова Пушкина «черт догадал меня родиться в России» и на этом основании великого национального поэта объявить русофобом. У Ленина речь о том, что в развитых странах работают лучше, т. е. эффективней, ибо там высокая техника, которой не было в царской России. Хоть почитал бы воспоминания Горького о Ленине, узнал бы, как он действительно думал о русском человеке.

Но где там читать Горького, он Грызлова слушает, а это думское чучело вслед за Троцким долдонит: «Ленин был за поражение России в Первой мировой войне». В августе 1915 года, когда война уже разразилась, Ленин специально для Троцкого и Грызлова писал: «Во всех империалистических странах пролетариат должен теперь желать поражения своему правительству». Не в России только, а ВО ВСЕХ! Такое решение было принято социал-демократическими партиями воюющих стран. В конкретных исторических условиях того времени это было формой борьбы против мировой войны. И Ленин настаивал на последовательном выполнении всеми этого решения, но, увы, в Европе нашлись отступники и ренегаты…

Конечно, есть вещи, которые Путин хотел бы сделать, но не может; и есть вещи, которые он не хотел бы делать, однако вынужден. Но зачем клеветать-то на свою Родину?

Вот еще пример такого же следования зову души. На встрече с президентами республик СНГ Путин сурово и смело отчитал одного русского министра, заикнувшегося было о лидерстве России на постсоветском пространстве. И думать, дескать, не смейте!.. Можно ли найти в мире еще хоть одного президента, который и сам не желал бы лидерства своей страны в том или ином регионе, в той или иной области, но еще и осмелился бы запретить своим министрам думать об этом? Такое впечатление, что в припадке храбрости просто не соображает, что лепечет при всем народе. Но хочет того Макар Девушкин или нет, а с нашими 17 миллионами квадратных километров территории и их недрами, с населением под 150 миллионов человек, с нашим духовным потенциалом, с нашей культурой и наукой Россия была в СССР и осталась в СНГ ли-де-ром. Хоть ты лопни, Макар!

Путин не знает ни прошлого страны, ни настоящего. Потому и речи его всегда пусты, в них ничего конкретного, одни поучения, прописные истины, призывы да обещания. Сравните их с речами Лукашенко. У того всегда упоминаются конкретные предприятия, заводы, колхозы, учреждения, имена руководителей. Это речи хозяина и работника, а тут — ходока по ковровым дорожкам.

Был еще и такой умопомрачительный факт. Когда в 2001 году после воздушных атак в Нью-Йорке и Вашингтоне американцы вздумали устроить военные базы в бывших среднеазиатских республиках СССР, то туда поехал Путин. Естественно, все нормальные граждане России были уверены, что их любимый президент хочет поддержать эти республики в их сопротивлении американской наглости. Оказалось, совсем наоборот! Об этом, будучи позже в США, заявил сам министр обороны Иванов, такой же тертый смельчак. По одному вопросу у него тогда зашел спор с американцами, и он брякнул прямо в телевизионную камеру: «Эх, вы! А ведь наш президент уговаривал и уговорил президентов Узбекистана, Киргизии и Таджикистана предоставить вам базы!» Значит, те сопротивлялись и ждали поддержки от Путина, а тот. Да ведь это же прямое предательство своей страны, интересы которой он клялся защищать.

Но каков уровень и министра! Он и не понял, что сморозил, что проболтался о предательском лакействе своего президента, которое от граждан родной страны, да и от всего мира, лучше бы скрыть.

Напомню, что вскоре после того, как Ельцин сбежал из Кремля, он дал большое интервью «Комсомольской правде». Среди многих вопросов был у корреспондента и такой: «Борис Николаевич, есть ли люди, перед которыми вам сейчас хотелось бы извиниться?» Ельцин обалдел, у него отвалилась челюсть: ему — извиняться?!

Но, очухавшись, сказал: «Я всегда расставался с людьми нормально, по-человечески». Он, конечно, считал, что по-человечески расстался и с теми, кто в результате его живодерских реформ «нормально» уходили в мир иной по миллиону в год.

А корреспондент опять об этом: «Часто ли испытываете угрызения совести за дела своей жизни? Стыдно ли вам за что-нибудь?». Журналист был уверен, что все нормальные люди в той или иной мере разделяют чувство Пушкина:

И с отвращением читая жизнь мою,

Я трепещу и проклинаю.

И горько жалуюсь, и горько слезы лью,

Но строк печальных не смываю.

Но ответ был таков: «Никаких угрызений не испытываю. Совесть моя чиста!» Как стеклышко от бутылки «Столичной». Ни одну страницу своей жизни он не читал с отвращением или хотя бы с сожалением, но все — с восторгом! Ни единого дня не проклинал, а только любовался всеми. А уж жалобы, слезы — можно ли вообразить это у него на устах и в очах ясных!..

Минуло десять лет, и во время очередной душевной беседы Владимира Путина с народом, уже в конце беседы, на листочке из какой-то специальной папки ему анонимно был задан вопрос: «Неужели вам не стыдно перед нами?» Вот такое, простите за выражение, дежавю, перекличка времен. Путин мог, перебирая бумажки, отложить столь дерзкий вопрос, не отвечать, и никто бы не заметил, но он внятно огласил вопрос и быстро, твердо, с вызовом, как его великий учитель, ответил: «Нет, не стыдно!».

Для тех, кто не знал или забыл ответ Ельцина, это было поразительно. Да неужели не стыдно уж если не за лакейство перед Западом своих учителей и создателей от шкурника Собчака до того же ЕБНа и ныне чтимых им, как национальных героев, то как может быть не стыдно за свое собственное угодничество и трусость перед Америкой, в интересах которой и скрыл истинную причину гибели подводного крейсера «Курск», и утопил в океане нашу добротную космическую станцию «Мир», и ликвидировал на Кубе и во Вьетнаме бесподобные военные базы, с советского времени и еще при Ельцине позволявшие видеть все, что происходит в обоих полушариях, и за то, что без согласия парламента отправил в США под символические проценты чудовищно огромные народные средства, — неужели за все это ему?.. Ни в одном глазу.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.