Мой Пушкин А.С.

Мой Пушкин А.С.

Пушкина я очень люблю. У меня несколько изданий собраний его сочинений. И одно издание очень старое – 1882 года, оставшееся мне в наследство от моих предков по отцовской линии, то есть от деда и прадеда. Открываю я его крайне редко. Обязательно сажусь за стол и аккуратно перелистываю страницы, которые, как мне кажется, пахнут еще тем временем.

Когда я учился на первом курсе медицинского института, я играл Пушкина в школьном (то есть в школе, которую я только что закончил) спектакле. Поставлен спектакль был по письмам Александра Сергеевича. Я думаю, что пригласили меня на эту роль по двум причинам. Первая: я был победителем конкурсов чтецов. И вторая: у меня были модные в то время большие кудрявые бакенбарды. В спектакле все было по-настоящему. У меня был настоящий фрачный костюм, бант, а Наталья Николаевна была в белом длинном платье в духе девятнадцатого века. На сцене горели свечи в подсвечниках. Ничего не помню из этого спектакля. Помню только дикое волнение и возникшую любовь к десятикласснице, игравшей Гончарову.

Моя мама в школьном спектакле играла в «Цыганах» Земфиру. Закончила школу моя мама на «отлично». Но в 1939 году золотых медалей не было, их еще не придумали. И ее наградили толстым седьмым томом Пушкина, в котором были его драматические произведения. Это было знаменитое академическое издание к столетию со дня смерти поэта. В 1937 году маминого папу расстреляли. Может быть, Сталин так решил отметить столетие со дня убийства Пушкина? Черный юмор. На книге надпись: «Отличнице Розиной Шуре в память о годах, проведенных в 329-й школе Красногвардейского района г. Москвы. Директор школы (подпись неразборчива, но я думаю, что это Камышов), 23 июня 1939 года». Здесь же стоит школьная печать. К слову сказать, из этого маминого класса с войны не вернулся ни один мальчик. Впрочем, к Пушкину это не имеет никакого отношения.

Эта книга у нас хранится до сих пор, как и еще одна ровно такая же, но с другой надписью. Дело в том, что за три года до награждения мамы в школе и за несколько месяцев до своего ареста мамин папа уже подарил (странное совпадение) седьмой том того же академического издания. На книге надпись: «Любимой дочурке Шурусеньке от папы и мамы».

Удивительно, что вся библиотека маминых родителей после их ареста пропала, а вот эти два одинаковых седьмых тома с драматическими произведениями остались. Драматическая история.

Поэтому этот раздел книги я посвящаю, конечно же, своей маме.

«Унылая пора! очей очарованье!

Приятна мне твоя прощальная краса —

Люблю я пышное природы увяданье,

В багрец и в золото одетые леса,

В их сенях ветра шум и свежее дыханье,

И мглой волнистою покрыты небеса,

И редкий солнца луч, и первые морозы,

И отдаленные седой зимы угрозы…»

Из стихотворения «Осень» (1833). Пушкин A. C. Собрание сочинений: В 10 т. – М.: Художественная литература, 1962. – Т.2. – С.379.

Я помню чудное мгновенье:

Передо мной явилась ты,

Как мимолетное виденье,

Как гений чистой красоты.

В томленьях грусти безнадежной,

В тревогах шумной суеты,

Звучал мне долго голос нежный

И снились милые черты.

Шли годы. Бурь порыв мятежный

Рассеял прежние мечты,

И я забыл твой голос нежный,

Твои небесные черты.

В глуши, во мраке заточенья

Тянулись тихо дни мои

Без божества, без вдохновенья,

Без слез, без жизни, без любви.

Душе настало пробужденье:

И вот опять явилась ты,

Как мимолетное виденье,

Как гений чистой красоты.

И сердце бьется в упоенье,

И для него воскресли вновь

И божество, и вдохновенье,

И жизнь, и слезы, и любовь.

Из стихотворения «К ***» (1825). Пушкин A.C. Собрание сочинений: В 10 т. – М.: Художественная литература, 1962. – Т.2. – С.89.

Гастарбайтер (от немецкого «gast» – гость и «arbeiter» – работник). Наемный иностранный рабочий, как правило, приезжающий на заработки из слаборазвитой страны в более развитую. Учитывая, что у нас в стране много гастарбайтеров, можно сделать вывод, что мы по сравнению с какими-то другими странами более развитые. В то же время, приезжая в более развитые страны, мы иногда чувствуем себя гастарбайтерами.

Рэп – это такие музыкальные ритмичные речевки, пришедшие в Россию от афроамериканцев, то бишь негров. Это еще раз подтверждает нашу глубинную связь с ними. Так что Пушкин, если бы он был жив, в рэпе точно был бы первым.

После медицинского института я ушел в плавание. В Тихом океане мы ловили скумбрию под Японией. Мы – это «плавбаза Наталья Ковшова». 150 рыбообработчиц и 150 рыбаков. Скумбрию тут же обрабатывали и закатывали в консервные банки с оливковым маслом. Осень. Шторма. Хмурое небо. В судовой библиотеке я взял «Евгения Онегина». Книга была зачитана до дыр. И, казалось, пахла рыбой. Это отдельное ощущение – читать «Евгения Онегина», когда вокруг тебя только серая вода, под тобой 10 тысяч метров, а над тобой – серое небо.

«Всем в каюты, надеть спасательные жилеты, задраить иллюминаторы, опустить бронячки, туго завернуть барашки». Я кинулся к рундуку – спасательного жилета нет. Лег на свою верхнюю полку и открыл этого самого «Евгения Онегина».

И страшно ей; и торопливо

Татьяна силится бежать:

Нельзя никак; нетерпеливо

Метаясь, хочет закричать:

Не может…

Я лежал и думал, что если будет качать, то в положении лежа меньше будет тошнить. Но нас не качало. Нас просто клало на бок под углом 90 градусов. Когда положило первый раз, я вылетел из своей норки и упал на противоположную переборку.

Им овладело беспокойство,

Охота к перемене мест

(Весьма мучительное свойство,

Немногих добровольный крест).

Кто-то прибежал и дал мне спасательный жилет. Спасибо. В каюте одному находиться было невозможно, я выполз в столовую команды, в которой уже собрались все в оранжевых спасательных жилетах.

Был вечер. Небо меркло. Воды

Струились тихо...

Если бы тихо, Александр Сергеевич, если бы тихо...

Это было 17 сентября 1978 года. Моему сыну исполнилось 4 месяца. Мы попали тогда в глаз тайфуна «Джуди». Мы чудом спаслись. Может быть, Александр Сергеевич Пушкин нам помог? А вот 45 японских маленьких судов утонули. Наверное, они не читали «Евгения Онегина».

ЕВГЕНИЙ ОНЕГИН

Роман в стихах

«Мой дядя самых честных правил,

Когда не в шутку занемог,

Он уважать себя заставил

И лучше выдумать не мог.

Его пример другим наука;

Но, боже мой, какая скука

С больным сидеть и день и ночь,

Не отходя ни шагу прочь!

Какое низкое коварство

Полуживого забавлять,

Ему подушки поправлять,

Печально подносить лекарство,

Вздыхать и думать про себя:

Когда же черт возьмет тебя!»

Из романа «Евгений Онегин» (1833). Пушкин A.C. Собрание сочинений: В 10 т. – М.: Художественная литература, 1962. – Т.4. – С.5.

Откуда фраза «А работать за тебя Пушкин будет?», я так и не нашел. Но существует она очень давно, думаю, с 30-х годов. У Булгакова в «Мастере и Маргарите» Никанор Иванович Босой – председатель жилищного товарищества дома 302-бис по Садовой, где была расположена «нехорошая квартира», эту фразу говорит.

Думаю, что так как Пушкин в СССР был официально признан поэтом № 1, и его вспоминали и к месту и не к месту и те, кто его читал, и те, кто его не читал, эта фраза и родилась. Все же точно знали, что Пушкин много работал.

«Я к вам пишу – чего же боле?

Что я могу еще сказать?

Теперь, я знаю, в вашей воле

Меня презреньем наказать.

Но вы, к моей несчастной доле

Хоть каплю жалости храня,

Вы не оставите меня.

Сначала я молчать хотела;

Поверьте: моего стыда

Вы не узнали б никогда,

Когда б надежду я имела,

Хоть редко, хоть в неделю раз,

В деревне нашей видеть вас,

Чтоб только слышать ваши речи,

Вам слово молвить, и потом

Все думать, думать об одном

И день и ночь до новой встречи.

Но, говорят, вы нелюдим;

В глуши, в деревне все вам скучно,

А мы… ничем мы не блестим, Хоть вам и рады простодушно. "

Из романа «Евгений Онегин». Пушкин A.C. Собрание сочинений: В 10 т. – М.: Художественная литература, 1962. – Т. 4. – С. 67.

«Зима!.. Крестьянин, торжествуя,

На дровнях обновляет путь;

Его лошадка, снег почуя,

Плетется рысью как-нибудь;

Бразды пушистые взрывая,

Летит кибитка удалая;

Ямщик сидит на облучке

В тулупе, в красном кушаке.

Вот бегает дворовый мальчик,

В салазки жучку посадив,

Себя в коня преобразив;

Шалун уж заморозил пальчик:

Ему и больно и смешно,

А мать грозит ему в окно. "

Из романа «Евгений Онегин». Пушкин A. C. Собрание сочинений: В 10 т. – М.: Художественная литература, 1962. – Т. 4. – С. 94.

В петербургский магазин «Старая книга» влетела стайка старшеклассниц. С порога продавцу: «Вот у нас список книг. Подберите их нам, пожалуйста. Но особенно и срочно нам нужны «Евгений Онегин» и какая-нибудь работа Ленина». Никогда не думал, что у Ленина и Ленского так много общего. Одна река. И того и другого настигла пуля. И там и там шерше ля фам.

В каком-то интервью художник Илья Сергеевич Глазунов сказал, что ударит того, кто будет смеяться над Пушкиным. Не показывайте, пожалуйста, эту книгу народному художнику.

Спасибо за понимание.

Exegi monumentum

" Я памятник себе воздвиг нерукотворный,

К нему не зарастет народная тропа,

Вознесся выше он главою непокорной

Александрийского столпа.

Нет, весь я не умру – душа в заветной лире

Мой прах переживет и тленья убежит —

И славен буду я, доколь в подлунном мире

Жив будет хоть один пиит.

Слух обо мне пройдет по всей Руси великой,

И назовет меня всяк сущий в ней язык,

И гордый внук славян, и финн, и ныне дикой

Тунгус, и друг степей калмык.

И долго буду тем любезен я народу,

Что чувства добрые я лирой пробуждал,

Что в мой жестокий век восславил я Свободу

И милость к падшим призывал.

Веленью божию, о муза, будь послушна,

Обиды не страшась, не требуя венца,

Хвалу и клевету приемли равнодушно

И не оспоривай глупца. "

«Я памятник себе воздвиг нерукотворный…» (1841).

Пушкин A. C. Собрание сочинений: В 10 т. – М.: Художественная литература, 1962. – Т. 2. – С. 460.

Во время Великой Отечественной войны перед боем многие вступали в компартию. Мой папа стал коммунистом во время Сталинградской битвы. Будучи, кстати, крещеным в детстве. Те, кто в партию вступить перед боем не успел, говорил, что «если я погибну, считайте меня коммунистом».

В советских фильмах про войну такие эпизоды были часто показаны с пафосом и очень фальшиво.

«Уж полночь близится,

А Германа все нет, все нет.

Я знаю, он придет, рассеет подозренье.

Он жертва случая

И преступленья не может,

не может совершить!

Ах, истомилась, исстрадалась я!..

Ах, истомилась я горем…

Ночью ли, днем, только о нем

Думой себя истерзала я…

Где же ты, радость бывалая?

Ах, истомилась, устала я!»

Ариозо Лизы из оперы П. И. Чайковского «Пиковая дама» (1890). Либретто М. И. Чайковского на сюжет одноименной повести А. С. Пушкина.

«А Пушкин – наше всё: Пушкин – представитель всего нашего душевного, особенного, такого, что остается нашим душевным, особенным после всех столкновений с чужим, с другими мирами. "

Аполлон Григорьев. «Взгляд на русскую литературу со смерти Пушкина». Впервые: в «Русском слове», 1859, № 2 и 3.

Вот еще одна мистическая история, связанная с моим любимым Николаем Васильевичем Гоголем. Оказывается, не Достоевский произнес фразу «все мы вышли из «Шинели» Гоголя», а французский литературовед Вогюэ, который написал в 1885 году статью о Федоре Михайловиче. «Все мы вышли из гоголевской «Шинели» – справедливо говорят русские писатели». Так у Вогюэ. Я здесь могу лишь добавить, что не все, далеко не все оттуда вышли. Француз заблуждался.

«Ветер весело шумит,

Судно весело бежит

Мимо острова Буяна,

К царству славного Салтана,

И желанная страна

Вот уж издали видна.

Вот на берег вышли гости;

Царь Салтан зовет их в гости,

И за ними во дворец

Полетел наш удалец.

Видит: весь сияя в злате,

Царь Салтан сидит в палате

На престоле и в венце

С грустной думой на лице;

А ткачиха с поварихой, С

сватьей бабой Бабарихой,

Около царя сидят

И в глаза ему глядят. "

Из «Сказки о царе Салтане, о сыне его славном и могучем богатыре князе Гвидоне Салтановиче и прекрасной царевне Лебеди» (1832). Пушкин A. C. Собрание сочинений: В 10 т. – М.: Художественная литература, 1962. – Т. 3. – С. 319

" И привез гонец хмельной

В тот же день приказ такой:

«Царь велит своим боярам,

Времени не тратя даром,

И царицу и приплод

Тайно бросить в бездну вод».

Делать нечего: бояре,

Потужив о государе

И царице молодой,

В спальню к ней пришли толпой.

Объявили царску волю —

Ей и сыну злую долю,

Прочитали вслух указ,

И царицу в тот же час

В бочку с сыном посадили,

Засмолили, покатили

И пустили в Окиян —

Так велел-де царь Салтан.»

Из «Сказки о царе Салтане, о сыне его славном и могучем богатыре князе Гвидоне Салтановиче и прекрасной царевне Лебеди» (1832). Пушкин A. C. Собрание сочинений: В 10 т. – М.: Художественная литература, 1962. – Т. 3. – С. 314

«Пошел старик к синему морю;

(Не спокойно синее море.)

Стал он кликать золотую рыбку.

Приплыла к нему рыбка, спросила:

«Чего тебе надобно, старче?»

Ей старик с поклоном отвечает:

«Смилуйся; государыня рыбка!

Пуще прежнего старуха вздурилась;

Не дает старику мне покою:

Уж не хочет быть она крестьянкой,

Хочет быть столбовою дворянкой».

Из «Сказки о рыбаке и рыбке» (1835). Пушкин A. C. Собрание сочинений: В 10 т. – М.: Художественная литература, 1962. – Т. 3. – С. 338.

«Смилуйся, государыня рыбка!

Что мне делать с проклятою бабой?

Уж не хочет быть она царицей,

Хочет быть владычицей морскою;

Чтобы жить ей в Окияне-море,

Чтобы ты сама ей служила

И была бы у ней на посылках».

Ничего не сказала рыбка,

Лишь хвостом по воде плеснула

И ушла в глубокое море.

Долго у моря ждал он ответа

Не дождался, к старухе воротился —

Глядь: опять перед ним землянка;

На пороге сидит его старуха;

А пред нею разбитое корыто.»

Из «Сказки о рыбаке и рыбке» (1835). Пушкин A. C. Собрание сочинений: В 10 т. – М.: Художественная литература, 1962. – Т. 3. – С. 338.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.