Карлос Кастанеда Безмолвное знание

Карлос Кастанеда

Безмолвное знание

Введение

Безмолвное знание было неотъемлемым аспектом жизни и деятельности шаманов, или иначе говоря магов, живших в древней Мексике. Согласно дону Хуану Матусу, магу-учителю, который представил мне мир знания этих магов, безмолвное знание было наиболее желаемым конечным результатом, которого, при помощи каждого из своих действий и идей, они стремились достичь.

Дон Хуан определял безмолвное знание, как состояние человеческого сознания, в котором полностью проявляется все то, что имеет отношение к человеку, и не для ума или интеллекта, а для всего существа. Он объяснял также, что во вселенной существует полоса энергии, которую маги называют человеческой полосой, и что эта полоса присутствует в человеке. Он уверял меня, что для мага-видящего, который может видеть энергию непосредственно, так как она течет во вселенной, и который может видеть человека, как конгломерат энергетических полей в виде сферы, человеческая полоса — это полоса компактной светимости, проходящая под некоторым углом с левой стороны светящейся сферы на правую. Вся светящаяся сфера имеет размеры равные длине вытянутых вверх и в стороны рук, находящаяся в ней человеческая полоса имеет в ширину около 30 сантиметров. Как объяснял дон Хуан, безмолвное знание — это взаимодействие энергии внутри этой полосы, взаимодействие, которое тотчас же открывается шаману, как только он достигает состояния внутренней тишины. Дон Хуан говорил, что обычный человек подозревает о существовании этого взаимодействия. Человек чувствует его интуитивно, и пытается проследить источник его происхождения и отслеживать его перемещения. Маг, с другой стороны, получает всю целостность этого взаимодействия каждый раз, когда необходимо его истолкование.

Дон Хуан уверял меня, что преддверием безмолвного знания является состояние человеческого восприятия, которое маги называли внутренней тишиной, состояние, в котором отсутствуют мысли и та безмолвная вербализация, которую маги называют внутренним диалогом.

Вне зависимости от того, насколько дон Хуан Матус старался сделать для меня доступными свои объяснения безмолвного знания, они оставались для меня непонятными, таинственными и непостижимыми. В дальнейшем, пытаясь прояснить мне свою точку зрения, дон Хуан дал мне серию конкретных примеров безмолвного знания. Одним из них, который мне понравился больше всего из-за его возможностей и применимости, было то, что он называл читателями бесконечности.

Читатели бесконечности — это звучит словно метафора, но это скорее феноменологическое описание, которое дон Хуан дал шаманским способам восприятия. Он сказал мне, что эти шаманские способы имеют много общего с целями и ожиданиями современного человека, и что человек двадцатого века это читатель, который читает написанный текст с особым предрасположением. Такой текст может быть в форме книги, компьютерной распечатки, литературы, инструкции, технического описания и.т.д.

В своем постоянном поиске решений и ответов на свои исследования, маги древней Мексики обнаружили, что из состояния внутренней тишины осознание человека может легко перейти к прямому восприятию энергии в пределах любого обозримого горизонта. Они использовали в качестве горизонта небо, горы или даже более ограниченные пространства, например стены своих жилищ. Они были способны видеть, как энергия отражается от этих горизонтов, словно они находились бы в кино. Они кратко описывали это явление как визуализацию энергии в виде цвета — или если быть точным, как красную точку на горизонте, точку гранатового цвета. Они называли ее гранатовым пятном.

Эти маги утверждали, что это гранатовое пятно в некоторый момент превращается в образы, которые они могли видеть, как будто бы они смотрели кино. Это достижение восприятия превращало их в так называемых наблюдателей бесконечности.

Дон Хуан считал, что для меня было бы более приемлемым вместо того, чтобы наблюдать бесконечность, читать ее, так как я относился к чтению с той же, если не с большей страстью, чем шаманы древней Мексики относились к созерцанию. Дон Хуан ясно дал мне понять, что чтение бесконечности, не означает того, что кто-то читает энергию, словно он читает газету, но что слова становятся четко сформулированными в тот момент, когда он их читает, как будто одно слово ведет к другому, формируя целую концепцию, которая проясняется и затем исчезает. Искусство магов состоит в наличии способности собирать и сохранять эти слова, прежде чем они уйдут в забвение, и их заменят другие слова, это новая концепция бесконечного потока графического сознания.

В дальнейшем дон Хуан объяснял, что шаманы, жившие в Мексике в древние времена, и которые основали его линию, были способны достигать безмолвного знания после достижения его основы: внутренней тишины. Он говорил, что внутренняя тишина была для них достижением такой степени важности, что они считали ее главным состоянием в шаманизме.

Дон Хуан придавал такое большое значение безмолвному знанию, что я захотел достичь его. Я хотел напрямую достичь внутренней тишины. Я чувствовал, что я не могу терять времени. Когда я попросил дона Хуана дать мне краткие объяснения необходимых приемов, то он рассмеялся надо мной.

"Делать что-то в мире магов, — сказал он, — это не все равно, что научиться управлять автомобилем. Для того, чтобы научиться управлять автомобилем, тебе необходимы руководства и инструкции. Для того, чтобы войти в состояние внутренней тишины, тебе необходимо это намеревать.

"Но как я могу намеревать это?" — настаивал я.

"Единственным способом, которым ты можешь это намеревать — это намеревание этого." — заявил он.

Одной из самых сложных вещей для современного человека является отсутствие процедур. Похоже, что современный человек бьется в силках инструкций, практик, методов, постепенных шагов, которые к чему-то приводят. Современный человек постоянно делает записи, чертит диаграммы, он глубоко вовлечен в "ноу-хау". Но, как говорил дон Хуан, в мире магов процедуры и ритуалы — это скорее средства для привлечения и фокусировки внимания. Это средства для того, чтобы сфокусировать интерес и решимость. У них нет другой ценности.

Дон Хуан считал, что современные люди очарованы словом, как будто они до сего дня сохранили то чувство, которое они испытывали, когда говорили в первый раз. Это кажется основанием того, что мы придаем такое большое значение слову. Похоже, что вербальные чары отбрасывают нас назад в то состояние бытия, в котором мы очарованы словом. Маги верят, что в большом количестве произносимых вслух слов содержится гипнотизирующая сила.

Маги, посредством силы своих практик и задач, опровергают силу слова. Они называют себя навигаторами в океане неизвестного. Для них навигация это практическая вещь, навигация означает перемещение из мира в мир, без потери рассудка, без потери силы, для того, чтобы совершить этот подвиг навигации, не нужны процедуры или последовательность шагов, только одно абстрактное действие, которое определяет все: действие, направленное на усиление нашей связи с силой, которая пронизывает всю вселенную, силой, которую маги называют намерением. Пока мы живы и сознательны, мы уже тесно связаны с намерением. Маги говорят, что все что нам нужно — это сделать эту связь частью нашего сознательного действия, и что это действие по осознаванию нашей связи с намерением — это еще один способ определения безмолвного знания.

В течении того времени, что я провел с доном Хуаном Матусом, в отношении практик и процедур я осознал одну вещь. Если и существует что-то, что необходимо человеку для того, чтобы получить безмолвное знание, то оно заключается в усилении здоровья, ясности и решительности. Для того, чтобы намереваться, человек должен обладать физической и умственной силой, а также ясным духом.

Согласно дону Хуану, маги древней Мексики придавали огромное значение физической доблести и умственному здоровью, такое же значение придается им и современными магами. Я мог бы подтвердить справедливость этого утверждения, наблюдая его и 15 его соратников магов. Великолепное состояние физической и умственной уравновешенности было их главной чертой.

Когда я прямо спросил дона Хуана, почему маги придают такое значение физической стороне человека, то его ответ был для меня полной неожиданностью. В те годы я верил в духовную сторону человека, в сторону, в существовании которой я был даже если и не полностью убежден, то по крайней мере был склонен предполагать возможность ее существования, и поэтому дон Хуан был для меня духовным человеком.

— Маги вообще не духовны, — сказал он. — Они очень практичные существа. Это широко известный факт, что маги, или так называемые шаманы в общем считаются эксцентричными или даже сумасшедшими. Возможно это и заставляет тебя думать, что они духовны. Они кажутся сумасшедшими, потому что они все время пытаются объяснить вещи, которые не могут быть объяснены. Пытаясь сделать это они теряют согласованность и говорят бессмысленные вещи, которые если их воспринимать с точки зрения магов, вообще не являются бессмысленными, а скорее тщетными попытками дать развернутые объяснения, что не может быть сделано ни при каких условиях."

Дон Хуан сказал мне, что маги древней Мексики обнаружили и разработали огромное число процедур, которые они называли магическими пассами, эти процедуры приводили их в состояние физического и умственного здоровья. Он также говорил, что эффект магических пассов был для них настолько потрясающим, что с течением времени эти движения стали одним из наиболее важных компонентов жизни этих магов. Дон Хуан объяснил также, что так как они были склонны к ритуальному поведению, то они скрыли магические пассы среди ритуалов, и искусство обучения и практики этих движений находилось за завесой строгой секретности. Он подчеркнул, что эти ритуалы были бессмысленными как ничто иное, но чем с большим упрямством им следовали, тем более возрастала их способность скрывать все это от других.

Обучение и практика магических пассов в то время, когда я пришел в мир дона Хуана, были столь же секретными как и всегда, хотя в них было уже гораздо меньше ритуалов. Дон Хуан комментировал это, говоря что ритуал потерял свое былое значение, так как новое поколение практикующих стало больше интересоваться функциональностью и эффективностью. Тем не менее, он рекомендовал мне ни при каких обстоятельствах не говорить о магических пассах с кемлибо из его учеников, и с людьми вообще. Его аргументами было то, что пассы подходят исключительно определенному человеку, и что их эффект настолько серьезен, что их может практиковать только тот, кто серьезно решил встать на тропу воина.

Дон Хуан научил меня и трех своих учеников, Тайшу Абеляр, Флоринду Доннер-Грау и Кэрол Тиггс большому числу магических пассов, но помимо этого знания, он оставил нас один на один с тем несомненным фактом, что мы являемся последними в его линии. Принятие этого наследства автоматически потребовало от нас найти новые пути, которыми можно распространить знание его лини, так как ее продолжение болле не имело значения.

Я должен внести ясность и прояснить этот момент: дон Хуан никогда не был заинтересован в том, чтобы обучать своему знанию. Его интересовало продолжение своей линии. Мы — его четверо учеников, были элементами, средствами — выбранными, как он говорил, самим духом, ведь он не принимал в этом активного участия, для того, чтобы продолжить его линию. Поэтому он предпринял титаническую попытку научить нас всему, что он знал о магии, или шаманизме и развитии нашей линии.

В ходе моего обучения, он обнаружил, что моя энергетическая конфигурация настолько отличается от его, что это не может означать ничего, кроме как конец его линии. Я сказал ему, что меня крайне возмущает его интерпретация какой-то невидимой разницы между нами. Мне не нравилось нести на себе груз ответственности быть последним в его линии, и я не понимал его аргументов.

"Хотя и кажется, что маги ничего не делают кроме принятия решений, на самом деле они вообще не делают решений, — объяснил он. — Они только реализуют что либо. Я не решал выбрать тебя, и я не решал каким ты будешь. Так как я не могу решить, кому я могу передать свое знание, я должен принять того, кого предлагает мне дух, и этим человеком был ты, и энергетически ты способен только на окончание, а не на продолжение.

Он сказал, что конец его линии не имеет ничего общего с ним или его усилиями, или с успехом или поражением мага, ищущего полной свободы. Он понимал это как нечто, что зависит от выбора находящегося за пределом человеческого уровня, не на уровне существ или сущностей, но на уровне безличных сил вселенной.

По анонимному соглашению, три женщины ученицы дона Хуана и я приняли то, что дон Хуан называл нашей судьбой. Приняв это, мы столкнулись лицом к лицу с другой проблемой, которую он называл закрытием двери за нами. Иначе говоря мы приняли на себя ответственость решать, что нам делать со всем, чему он нас научил и сделать это безупречно.

Сначала, мы задали себе серьезный вопрос, что делать с магическими пассами: аспектом знания дона Хуана, наиболее наполненном прагматизмом и функциональностью. Мы решили использовать магические пассы и обучать им всех, кто захочет им научиться. Наше решение положить конец той секретности, которая окружала их на протяжении огромной протяженности времени, была следствием того, что мы находимся в конце линии дона Хуана. Для нас стало непостижимо, как мы можем нести секреты, которые даже не являются нашими. Это было не наше решение держать магические пассы в секрете. Тем не менее — это наше решение, прекратить такое положение вещей.

Мы четверо приложили все усилия, чтобы свести воедино четыре разных линии движений, движений, которым нас обучали по отдельности, индивидуально и в соответствии с нашими специфическими физическими и умственными свойствами. Мы поставили свой целью добиться общей формы каждого движения, формы, подходящей для всех.

Результатом такого слияния стала конфигурация слегка модифицированных форм каждого из пассов, которым нас обучали. Мы назвали эту новую конфигурацию движений Тенсегрити, этот термин относится к архитектуре и означает "свойство скелетных структур, включающих в себя элементы работающие на сжатие и на растяжение таким образом, что это обеспечивает работу каждого элемента с максимальной эффективностью и экономией."

Для того, чтобы объяснить тот факт, что магические пассы были открыты магами в древние времена, я должен прояснить следующее: древние времена для дона Хуана означали период от 7000 до 10000 лет тому назад; это данные, которые кажутся чем-то неуместным с точки зрения классификационных схем современных ученых. Когда я стал спорить с доном Хуаном и говорить ему о несоответствии между его утверждением и тем, что я считал более реалистичной точкой зрения, то он остался непоколебим в своем убеждении. Он верил в непреложность того факта, что люди, жившие в Новом Мире 7000-10000 лет тому назад так глубоко интересовались сутью вселенной и восприятия, что современный человек никогда даже и не приближался к такому пониманию.

Вне зависимости от разницы наших мнений, секретность, которая окружала магические времена в течении веков, и тот непосредственный эффект, который они на меня оказали, глубоко повлияли на то, как я имел с ними дело. То, что я хочу представить в этой работе — это точное отражение этого влияния. Я чувствую себя обязанным объяснить суть предмета в той же манере, в какой она была представлена мне; для этого я должен вернуться к началу моего ученичества у дона Хуана Матуса.

Он начал с того, что заявил о том, что маги древних времен обладали физической доблестью. Он бесконечно делал акцент на необходимости обладать легким, подвижным телом, он утверждал, что его живость и сила — это верное средство для того, чтобы достичь наивысшего достижения жизни магов: безмолвного знания.

— Уравновешенность и физическая доблесть были самыми главными элементами жизни этих мужчин и женщин, — однажды сказал он мне. — Трезвость и прагматизм — это единственные необходимые условия для достижения безмолвного знания — для вхождения в другие реальности восприятия. Для того, чтобы осуществлять навигацию в неизвестном необходимо чувство вызова, но не безрассудства. Для того, чтобы достичь равновесия между смелостью и безрассудством, маг должен быть невероятно умеренным, предусмотрительным, искусным и находиться в великолепной физической форме.

Дон Хуан говорил, что в жизни этих магов было пять пунктов, на которых был сосредоточен их поиск безмолвного знания.

Эти пять пунктов были следующими: 1- Магические пассы; 2 Энергетический центр в человеческом теле под названием центр принятия решений; 3 — Перепросмотр: способ расширения границ человеческого осознания; 4 — Сновидение: искусство преодоления параметров обычного восприятия; 5 — Внутренняя тишина: состояние человеческого восприятия из которого эти маги достигали всех своих способов восприятия.

Магические пассы

Впервые дон Хуан серьезно заговорил со мной о магических пассах в тот момент, когда он самым унизительным образом принялся комментировать мой вес.

— У тебя слишком круглое лицо, — сказал он, оглядывая меня с головы до пят и неодобрительно покачивая головой. — Ты уже близок к тому, чтобы быть толстым. Изношенность и усталость уже начинают сказываться в тебе. Как и любой другой представитель твоей расы, ты отращиваешь слой жира на своей шее, словно у быка. Пришло время, когда ты должен принять всерьез одну из величайших находок магов: магические пассы.

Так как раньше он говорил о магических пассах лишь мельком, то я даже не помнил, когда мне он о них говорил.

— Дон Хуан, о каких это магических пассах ты говоришь? — спросил я, будучи действительно раздраженным. — Как я могу относиться к ним всерьез, если я раньше о них ничего не слышал?

— Ты наверное пытаешься меня обмануть, не так ли? — сказал он с неприятной улыбкой. — Я не только много раз говорил тебе о магических пассах, но и ты уже давно знаешь многие из них. Я все время учил тебя им.

Он был прав в том, что я вел себя отвратительно. Я был удивлен предметом разговора, о существовании которого я не подозревал, но то, что он все время обучал меня магическим пассам было явной ложью. Я стал страстно протестовать, как будто от его заявления зависели моя жизнь и смерть.

— Не будь таким страстным, защищая свое замечательное Я, — пошутил он. — Я не хотел оскорблять тебя — он сделал смешной жест бровями, изображая извинение. — Все что я хотел сказать, это то, что ты пытаешься имитировать все то, что делаю я, поэтому я воспользовался твоей тягой к имитации. Я показывал тебе различные магические пассы, и ты всегда воспринимал их как тот способ, которым я для развлечения похрустываю своими суставами. Мне нравится то, как ты их интерпретируешь: способ хрустеть суствавами! Мы будем и впредь относиться к ним тем же образом.

— Я показал тебе десять разных способов хрустеть суставами. Каждый из них — это магический пасс, который предназначен для совершенствования твоего и моего тела.

Магические пассы, о которых говорил дон Хуан, были, по его словам, теми способами, которыми, по моему мнению, он хрустел своими суставами. Для этого он особым образом двигал руками, ногами, туловищем и бедрами, как я считал, для того, чтобы добиться максимального растяжения своих мышц, костей и связок. С моей точки зрения, результатом таких растягивающих движений было то, что он становился способен издавать хрустящие звуки, которые он издавал к моему удивлению и удовольствию, и времени от времени он просил меня имитировать его поведение.

Таким удивительным способом, он подзадорил меня запомнить движения и повторять их дома до тех пор, пока я не смогу извлекать из своих суставов такие же звуки, как и он. Мне никогда не удавалось издать такие звуки, но тем не менее я определенно, хотя и непреднамеренно выучил все движения.

— Почему они называются магическими пассами? — спросил я.

— Они не только называются магическими пассами, — сказал он, — они и есть магические! Они производят эффект, который нельзя обьяснить обычным способом. Эти движения не являются физическими упражнениями или позами тела, они являются действительной попыткой достичь оптимального состояния бытия. Намерение тысяч магов пропитывает эти движения. Если практиковать их, даже иногда, то это приводит к остановке разума.

— Что ты имеешь в виду под тем, что разум приходит к остановке?

— Все, что мы делаем в мире, — сказал он, — мы узнаем и идентифицируем, превращая это в линейность подобия и сходства.

Похоже, что дон Хуан очень старался найти способ объяснить то, о чем он говорит. Он сделал большую паузу, словно для того, чтобы найти правильные слова или подходящую последовательность мыслей. Я оставался в молчании. Я так мало знал о предмете нашего разговора, что я даже не пытался думать обо всем этом. Все, что у меня было, это мое любопытство, я хотел узнать что такое эти магические пассы.

Дон Хуан поднялся. Похоже, что с него было довольно. Мы сидели в столовой комнате и пили травяной чай, который он сделал из ароматных листьев с кустов, которые росли у него во дворе. Он извинился и сказал, что для него пришло время вздремнуть. Дон Хуан засыпал на небольшое время днем и ночью. Он спал небольшими промежутками, не более двух часов, это был его распорядок сна. Если он был очень усталым, то он спал по шесть часов, с перерывом на два часа на бодрствование.

Долгое время мы не затрагивали тему магических пассов. Однажды, он продолжил свое объяснение, неожиданно для меня, но не для него, похоже, что он осознавал, что объяснение было прервано, а я уже об этом полностью забыл.

— Как я тебе уже говорил, для людей существуют линии подобия, — сказал он, — линии вещей, подобных друг другу и связанных между собой какими-то целями. Например когда ты говоришь слово "вилка", то немедленно воссоздаешь в себе идею ложки, ножа, скатерти, салфетки, тарелки, чашки и блюдца, бутылки вина, суп с фрикадельками, банкет, день рождения, фиесту. Ты можешь до бесконечности продолжать перечислять вещи, связанные вместе своими целями, своим смыслом. Все, что мы делаем, связано таким образом. Что касается магов, то они видят, что все эти линии взаимосвязей, все эти линии вещей, связанных вместе целями, ассоциируются с представлениями человека о том, что вещи неизменны и вечны как слово Бога.

— Дон Хуан, я не понимаю почему ты привносишь в это объяснение слово Бога? Что слово Бога делает с тем, что ты пытаешься объяснить?

— Все! Кажется, что в наших умах, вся вселенная похожа на слово Бога: абсолютное и неизменное. Это тот способ, которым мы себя ведем: в глубине наших умов есть контролирующее устройство, которое не позволяет нам прекратить считать, что слово Бога, то, как мы его принимаем и в которое мы верим, имеет отношение к мертвому миру. С другой стороны, живой мир находится в состоянии постоянного изменения. Он движется, он изменяется, он изменяет сам себя.

— Магические пассы шаманов являются магическими, потому что в ходе их практики, тело понимает, что все является потоком, изменением, вместо того, чтобы быть неизменной связью подобий. А так как все во вселенной — это изменение, поток, то этот поток можно остановить. Можно поставить на него плотину и это остановит или исказит этот поток изменений.

Слова дона Хуана вызвали во мне странную реакцию. Я почуствовал себя странным образом испуганным, но этот страх был на самом деле не страх за себя, это был скорее страх того, что было наложено на меня. Я впервые ясно почувствовал, что дон Хуан приводит в раздражение ту часть меня, которая на самом деле не является мной.

Я был очень смущен, после некоторого времени мучений, вызванных его заявлением, я услышал что я говорю против собственного желания. Я услышал как я говорю, — Но, дон Хуан зачит ли это, что ты говоришь мне, что каждый раз, когда ты хрустишь суставами, или каждый раз, когда я пытаюсь тебя имитировать, я действительно что-то меняю внутри себя?

— А, нечто внутри тебя, что на самом деле тобой не является сейчас разозлилось, — смеясь, парировал дон Хуан.

Для меня наступил еще один момент сильных внутренних противоречий. Что-то во мне было очень обозлено, хотя это не могло быть мной. Дон Хуан сильно потряс меня за плечи. Я почуствовал, как моя шея болтается взад и вперед, так сильно он меня схватил. Это меня мгновенно привело в себя. Он усадил меня на низкую кирпичную стену. По этой стене всегда ползали цепочки муравьев, поэтому я никогда не любил на ней сидеть. Муравьи немедленно залезали ко мне в одежду. Я всегда очень хорошо чувствовал, как муравьи ползают по мне, но на этот раз, как только я сел, муравьи прервали свою линию. Я видел как они ползают вокруг моего тела, словно они смущены чем-то или запутались. Я очень заинтересовался, какой окольный путь они выберут, по моей спине или по животу. Я хотел увидеть, каким путем они пойдут. Но тут мое внимание привлекли слова дона Хуана и я забыл о муравьях.

— Не беспокойся о муравьях, — сказал дон Хуан, читая мои мысли. — В настоящий момент ты переполнен необычной энергией, продуктом твоих внутренних диллемм. Муравьи будут считать тебя непроходимым и опасным, и они будут блуждать вокруг тебя до тех пор, пока твоя энергия не нормализуется или пока ты не встанешь и уйдешь. А теперь, отвечая на твой вопрос, который твой разум намеревал как неприятное возражение, я могу сказать тебе, что действительно, каждый раз когда мы выполняем магический пасс, мы на самом деле меняем основную структуру нашего существа. Мы ставим плотину на поток, который мы приучились воспринимать как неизменную связь вещей.

Запинающимся голосом, который казалось не мог принадлежать мне, я попросил дона Хуана дать мне пример того, как ставится плотина на тот поток, о котором он говорит. Я сказал ему, что я хочу представить это в своем уме.

— В твоем уме? Тебе лучше научиться называть вещи своими именами. То, что ты называешь своим умом — это не есть твой ум. Маги убеждены, что наши умы — это чуждые вещи, которые были вложены в каждого из нас. Прими это, без каких либо дальнейших объяснений того, кто вложил его в нас или как он был вложен.

По мне прошла новая волна пугающих чувств, такая же как и раньше. На этот раз я почувствовал это более четко. Это волна происходила не из меня, хотя и была связана со мной. Дон Хуан что-то делал со мной, таинственное и доброе, и в то же время невероятно негативное. Я чувствовал это как попытку прервать какой-то фильм, который был приклеен ко мне. Его глаза были зафиксированы на мне, он смотрел не моргая, пристальным взглядом.

Он перевел взгляд и больше не глядя на меня, продолжил. — Я дам тебе пример, — сказал он. — Например, в моем возрасте я должен страдать от высокого кровяного давления. Если я пойду к доктору, то доктор, даже не глядя на меня, может предположить, что я старый индеец, который болеет неизвестно чем по причине жизненных трудностей и плохой диеты; все это должно было бы естественным образом привести меня в ожидаемое и естественное состояние, в котором у меня было бы высокое кровяное давление, естественное положение вещей для моего возраста.

— У меня нет никаких проблем с высоким кровяным давлением, не потому что я сильнее чем обычный человек или таково мое строение тела, а потому что благодаря магическим пассам мое тело разбило все шаблоны поведения из-за которых у меня может быть высокое кровяное давление. Я могу честно сказать, что каждый раз, когда я похрустываю своими суставами, выполняя магический пасс, я блокирую поток ожиданий и поведения, которое в моем возрасте обычно сказывается как высокое кровяное давление.

— Другим примером, который я могу тебе привести, является подвижность моих коленей. Неужели ты не замечал насколько я подвижнее тебя? Когда дело доходит до движения коленями, то я становлюсь словно ребенок! При помощи магических пассов я создаю плотину в потоке поведения и физического состояния, которые делают колени мужчин и женщин негибкими, когда они достигают определенного возраста.

Одно из самых раздражающих чувств, которые я когда либо испытывал вызывал у меня тот факт, что дон Хуан Матус, хотя он и годился мне в дедушки, был бесконечно моложе, чем я. По сравнению с ним я был негибким, мнительным и повторяющимся. Я был дряхлым. Он, с другой стороны, был свежим, изобретательным, подвижным, полным ресурсов, короче говоря, он обладал тем, чего не было у меня, хотя я и был молод, он обладал молодостью. Он с удовольствием постоянно повторял, что юность отпугивает дряхлость.

Следуя той вспышке энергии, которая казалось взорвалась во мне я открыто выразил свою досаду, — Дон Хуан, как это может быть, — сказал я, что ты можешь быть моложе чем я?

— Я победил свой ум, — сказал он, широко открыв глаза, для того чтобы выразить недоумение. — У меня нет ума, который мог бы сказать мне, что пришло время становиться старым. Я не соблюдаю соглашений в которых я не участвую. Запомни это: для магов это не просто лозунг, что они не соблюдают соглашений в которых они не участвуют. Быть пораженным старостью — это одно из таких соглашений.

Долгое время мы молчали. Похоже что дон Хуан чего-то ждал. Я думаю, что он ждал эффекта, который должны были вызвать его слова. То, что я считал свои внутренним психологическим единством, было расколото на две четких ответных реакции, возникших внутри меня. С одной стороны, я всеми силами отказывался признавать ту чепуху, которую говорил дон Хуан; тем не менее, с другой стороны, я не мог не согласиться с тем, насколько точны были его замечания. Дон Хуан был стар, и в то же время вообще не был старым. Он был моложе чем я. Он был свободен от обременительных мыслей и привычных шаблонов поведения. По своей воле он странствовал по невероятным мирам. Он был свободен, в то время как я был пойман своими шаблонами поведениями и привычками, моими мелкими и бесполезными представлениями о себе, которые, как я впервые почувствовал, даже не были моими.

Я нарушил тишину после того, как сумел добиться некоторого контроля над своими противоречивыми соображениями. — Дон Хуан, а как были изобретены эти магические пассы? — спросил я.

— Никто их не изобретал, — сурово сказал он. — Думать, что их изобрели, значит обязательно предполагать вмешательство разума, а это к магическим пассам никак не относится. Маги древней Мексики, посредством своих практик сновидения, открыли, что если они движутся определенным образом, то поток их мыслей и действий останавливается.

— Магические пассы — это результат состояния без разума. Или скорее результат разъединения с умом. Для того, чтобы сновидеть, практикующие должны следовать настолько мощной дисциплине, что результатом ее становится избегание ума.

— Дон Хуан, что ты называешь избеганием ума?

— Главным трюком магов древних времен было то, что они загружали свои умы дисциплиной. Они обнаружили, что если нагрузить свои умы вниманием, особенно тем типом внимания, который маги называют вниманием сновидения, то они избегают ума, что дает практикующему, вовлеченному в этот маневр, тотальную уверенность в чуждом происхождении ума.

Я стал очень взолнованным, я хотел знать больше, но странное чувство внутри меня потребовало от меня остановиться. Оно намекало мне на мрачные последствия и наказание, что то похожее на гнев Бога, который пал на меня за вмешательство в то, что было скрыто самим Богом.

Я сделал огромное усилие, чтобы позволить моей любопытности победить. — Что ты имеешь в виду? Что — что ты имеешь в виду, — услышал я собственные слова, — говоря о том, чтобы нагрузить ум?

— Дисциплина нагружает ум, — сказал он, но под дисциплиной я не имею в виду строгое следование определенному поведению. Маги понимают дисциплину, как возможность ясно воспринимать те странные вещи, которые не включены в наши ожидания. Для них дисциплина — это волевой акт, который позволяет им принимать все, с чем они сталкиваются на своем пути без сожалений или ожиданий. Для магов дисциплина является искусством, искусством созерцать бесконечность без испуга, не потому, что они очень крепкие, а потому что они полны благоговения. Если все это свести воедино, то я могу сказать, что дисциплина — это искусство испытывать благоговение. Так, посредством своей дисциплины, маги устраняют свой ум, чужеродное явление, внедренное извне.

Дон Хуан сказал, что посредством своих практик сновидения, маги древней Мексики открыли, что определенные движения способствуют тишине и дают необычное ощущение самодостаточности и благополучия. Они были так очарованы этим чувством, что они стали настойчиво стремиться к тому, чтобы повторить это ощущение в часы бодрствования.

Дон хуан объяснил, что поначалу они считали, что это чувство благополучия создается сновидением, но когда они попытались повторить это состояние, то обнаружили, что это невозможно. Затем они обнаружили, что в их сновидении в тот момент, когда у них возникает такое чувство, они всегда были вовлечены в движение. Мало по малу, они стали собирать вместе движения, которые им удалось запомнить. Их усилия были вознаграждены. Они смогли повторить движения, которые казались автоматической реакцией тела на состояние сновидения. Дон Хуан сказал, что результатом всех этих усилий стали магические пассы.

Ободренные своим успехом, они смогли вспомнить сотни движений, которые они делали, даже не пытаясь их классифицировать и подогнать под какую-то схему, которая могла бы быть понята. Их идея состояла в том, что в сновидении эти движения возникают спонтанно, и что существует сила, которая направляет их эффект вне зависимости от их воли. Они объясняли эту силу, как связующий фактор, который удерживает наши поля энергии вместе и делает нас единым существом.

С точки зрения практики для магов древней Мексики эти магические пассы были главным способом подготовиться к их навигации в неизведанное. Они установили главный критерий для их практики, этот же критерий применим сегодня и в отношении Тенсегрити. Этот критерий называется насыщением — это означает, что они бомбардировали свои тела огромным количеством магических пассов, для того, чтобы позволить силе, которая связывает нас воедино добиться наибольшего возможного эффекта.

Центр принятия решений.

Вторым предметом серьезного интереса магов древней Мексики был центр принятия решений. Вследствие практических результатов своих усилий, эти маги были убеждены, что в человеческом теле существует место, которое ответственно за принятие решений, — это V-образное пятно в основании шеи. Они говорили, что этот центр обладает невероятно тонкой сущностью и что в нем хранится особый вид энергии, которую они не могли определить, возможно потому, что она не поддавалась определению. Тем не менее, они были глубоко убеждены, что они могут чувствовать эффект этой энергии и ее присутствие. Они утверждали, что в ранние годы жизни человека, эта особая энергия была вытеснена из этого центра и что она никогда не возвращалась обратно, лишив тем самым людей того, что возможно более важно, чем энергия всех остальных центров взятых вместе.

На протяжении веков шаманы указывали на неспособность людей принимать решения. Они указывали, что люди создали огромные институты, которые приняли на себя ответственность за принятие решений. Таким образом, люди ничего не решают сами, а позволяют социальному порядку решать все за них, и они просто выполняют решения, сделанные в их интересах.

V-образное пятно в основании шеи было для них местом настолько важным, что они редко прикасались к нему, а если они и касались его, то это касание было ритуальным и всегда осуществлялось при помощи какого-нибудь предмета. Дон Хуан говорил мне, что для этого они использовали тщательно отполированные куски дерева, кости животных или даже людей, они использовали закругленный край камня того же размера, что и углубление в основании шеи. Они надавливали этими костями или кусками дерева для того, чтобы создать давление на краях этого углубления. Дон Хуан говорил, что эти предметы также использовались, хотя и не часто, для массажа в лечебных целях.

— Как они смогли узнать, что это углубление — это центр отвечающий за решения? — спросил я.

— Каждый центр энергии в теле, — ответил он, — показывает концентрацию энергии; что-то наподобие завихрения энергии, с точки зрения видящего, который смотрит на него это выглядит как воронка, которая вращается против часовой стрелки. Сила каждого центра зависит от силы этого движения. Если он едва-едва движется, то он истощен, его энергия опустошена.

Дон Хуан объяснил, что в человеческом теле существует шесть больших завихрений энергии, с которыми можно работать и возможно ими манипулировать. Первый из них находится в районе печени и желчного пузыря, второй в районе поджелудочной железы и селезенки, третий на уровне почек и надпочечной железы, и четвертый в углублении, которое находится в основании шеи с передней части туловища. Описывая этот центр он сказал, что этот центр обладает особой энергией, для глаза видящего она выглядит как нечто прозрачное, что-то похожее на воду, энергию, настолько текучую, что она кажется жидкой. Он также сказал, что тот факт, что эта особая энергия выглядит жидкой, является следствием ее фильтрующих свойств, благодаря которым вся энергия, которая поступает извне просеивается и отбирается лишь та ее часть, которая похожа на жидкость. Это жидкое свойство является неизменным и постоянным для этого центра. Пятый центр, которым обладают только женщины — это область матки. Он говорил, что у некоторых женщин в области матки, похоже находится сходная жидкая энергия, но что это свойство характерно не для каждой матки. Также существует центр на вершине головы, с которым маги древних времен вообще никогда не имели дела. Все их магические пассы относились к пяти другим центрам, но не с шестым на верхушке головы.

— Дон Хуан, а почему такая несправедливость по отношению к этому центру? — спросил я.

— Этот шестой центр энергии, — сказал он, — не совсем принадлежит человеку. Мы, люди, находимся, если можно так выразиться, в осаде. Это выглядит так, словно этот центр захватил невидимый враг. И единственный способ победить — это укрепить остальные пять центров.

— Дон Хуан, разве это не паранойя, чувствовать, что мы находимся в осаде?

— Ну, может быть для тебя это так, но уж точно не для меня. Я вижу энергию и я вижу, что энергия над центром головы движется не так как над другими центрами. Она движется взад вперед, выглядит отвратительно и чужеродно. Я также вижу, что у мага, который смог избежать ума, который маги называют установленным чем-то чуждым, движение энергии над этим центром становится таким же как и движение над другими центрами. Вращение энергии в центре принятия решений самое слабое из всех. Вот почему человек редко может что либо решать. Маги видят, что после того, как они практикуют определенные магические пассы, то эти центры становятся активными и они могут принимать решения, которые им подсказывает сердце, хотя раньше они ничего не могли сделать.

Дон Хуан настойчиво подчеркивал тот факт, что эти шаманы испытывали отвращение, которое перешло у них в фобию, к тому, чтобы дотрагиваться до углубления в основании шеи. Единственное взаимодействие с этим центром, которое они допускали, было использование магических пассов, предназначенных для его укрепления путем привнесения в него рассеяной энергии, таким образом они устраняли какую-либо нерешительность при принятии решений, которая вызывается естественным рассеянием энергии вследствие трудностей повседневной жизни.

Основной идеей этих магов было то, что человеческое тело с точки зрения видящего, выглядит как целостный и взаимосвязанный набор энергетических полей. Никакая энергия не может быть введена в этот набор взаимосвязей и никакая энергия не может из него уйти. Для шаманов линии дона Хуана, чувство потери энерги, которое мы все время от времени испытываем, означало то, что энергия рассеивалась и уходила из пяти естественных центров, описанных выше. Эти шаманы считали, что эта энергия выходит из этих центров и распределяется по нашим внешним границам.

Когда шаманы древней Мексики говорили о внешних границах человека, то они имели их в виду с точки зрения восприятия человека в том виде, как его видели шаманы-видящие, иначе говоря они воспринимали человека как набор энергетических полей в виде светящейся сферы. Они утверждали, что эта сфера энергии и есть наша действительная самость, действительная в том смысле, что она неизменна для них как энергия.

Иначе говоря, они были способны расширить пределы своего восприятия до того, что они могли видеть энергию так, как она течет во вселенной. При таких условиях, люди выглядят как светящиеся сферы, и это "видение" неизменно, кажется что эти видящие использовали все возможности человеческого восприятия и восприятие чистой энергии в виде светящейся сферы было конечным результатом таких попыток.

Эти маги считали, что единственным способом приобрести энергию может быть концентрация ранее рассеяной энергии в вышеперечисленных жизненных центрах. Они называли этот маневр "перераспределением ранее рассеянной энергии". Для того, чтобы выполнить это перераспределение, они использовали магические пассы, которые за тысячи лет доказали свою эффективность. Тенсегрити, современная версия магических пассов, преследует ту же цель, эти движения прераспределяют рассеяную энергию, но не содержат в себе затруднительных шаманских ритуалов.

Перепросмотр.

Третим объектом пристального интереса магов древней Мексики был Перепросмотр. Эти маги считали, что так же как и магические пассы, он подготавливает основу для безмолвного знания. Перепросмотр был для них актом оживления опыта прошлого для того, чтобы достичь двух трансцедентальных целей. Первая из них являлась попыткой согласовать свои общие взгляды на вселенную, жизнь и осознание, вторая же была крайне прагматической целью — они стремились добиться гибкости восприятия.

Их общие взгляды на вселенную, жизнь и осознание состояли в том, что во вселенной существует неописуемая сила, которую они метафорически называли Орлом, и которую они понимали как силу, которая наделяет осознанием все живые существа, начиная от вируса и заканчивая человеком. Они верили, что Орел наделяет осознанием новорожденное существо, и что это существо увеличивает это осознание посредством своего жизненного опыта до тех пор, пока эта сила не потребует вернуть осознание обратно. В понимании магов, все живые существа умирают, потому что что-то вынуждает их возвращать осознание, которое было им дано на некоторое время. Это обогащенное осознание возвращается к тому, кто его дал.

Дон Хуан говорил, что нет способа, которым наше линейный способ мышления мог бы объяснить это, потому что нет объяснений, почему дается осознание или почему оно должно быть возвращено, это является фактом во вселенной, и не все факты во вселенной могут быть объяснены с точки зрения причины и следствия, или причинами, которые могут считаться само собой разумеющимися.

Маги древней Мексики считали, что сделать перепросмотр, означает дать этой силе, Орлу, то, что он ищет: наш жизненный опыт, но дать его при той степени контроля, которая позволяет отделить осознание от жизни. Они утверждали, что жизнь и осознание не являются нераздельно связанными вещами и что они объединены вместе только под воздействием обстоятельств. Они считали, что Орел не хочет забирать наши жизни, ему нужен только наш жизненный опыт. Но недостаток дисциплины в человеческих существах не позволяет им отделить их жизненную силу от их жизненного опыта, и они теряют свою жизнь, когда они могли бы потерять только свой жизненный опыт. Перепросмотр — это процедура, посредством которой маги дают Орлу замену своим жизням. Они дают Орлу свой жизненный опыт, подробно рассказывая о нем, но они сохраняют свою жизненную силу.

Цели восприятия магов, если говорить о них в терминах линейной концепции нашего мира, вообще не имеют смысла. Западные люди отбросили все попытки серьезного философского обсуждения вопросов связанных с утверждениями шаманов Нового Света. Например, идея Перепросмотра кажется им скорее связанной с психоанализом. Каждый ученый, который сталкивается с этой идеей может подумать, что Перепросмотр — это психологический метод, что-то вроде техники помощи самому себе. Согласно дону Хуану, человек всегда теряет из-за своих упущений. Дон Хуан верил в то, что есть иные способы своего отношения ко вселенной, жизни, осознанию и восприятию потому что все то, чем мы в настоящее время обладаем — это только разнообразие выбора. Для практикующих шаманов перепросмотр — это спсоб отдать непостижимой силе — Орлу — то, что она ищет; их жизненный опыт, или иначе говоря осознание, которое они увеличили посредством своего жизненного опыта. Дон Хуан не мог объяснить мне этого явления с точки зрения обычной логики или в терминах необходимости найти объяснимые причины. Он говорил, что все это находится в области практики, и все что мы можем делать — это практиковать, обойдясь без объяснений. Он также сказал, что тысячи магов смогли добиться успешно сохранить свою жизненную силу после того, как они отдали Орлу силу своего жизненного опыта. Дон Хуан говорил, что они не умерли в том смысле, в каком мы обычно понимаем смерть, но они превзошли ее сохранив свою жизненную силу и исчезли с лица Земли, отправившись в окончательное путешествие восприятия.