VI.

VI.

Таксист рассказывал, что девушка плакала.

Но на другой день она придет к подругам веселая, ровная, с щедрыми орифлеймовскими дарами - и скажет одной, что она «зарезала мужика», и та не поверит ей, потому что невозможно так говорить о смерти, и вплоть до ареста будет уверена, что все это шутка, хохма такая, подумать только - зарезала мужика.

Она стоит на фотографии в полный рост, в вещах вдовы - брюки серые вельветовые 600 рублей, куртка женская с мехом 5000 рублей, - и смотрит в объектив удивленно и даже немного застенчиво. Довольно хорошенькая анфас, она очень неприятна в профиль - словно две разных девушки, две личности, и, сойдись они вместе, - им не о чем было бы говорить. Первая - милая среднерусская простушка, вторая - с тупым, оплывшим, почти дегенеративным лицом, - персонаж известного труда Чезаре Ломброзо «Женщина преступница и проститутка». Я только не знаю, из какой главы - то ли «Врожденные преступницы», то ли «Преступницы по страсти». Ломброзо, впрочем, писал, что часто бывает затруднительно определить категорию, бывает, что к ним принадлежат одновременно, но еще у него, на всякий случай, есть категория «Преступницы по эгоистической страсти». Может быть, может быть.

Когда за ней пришли, она выскочила в окно, побежала по двору с криком: «Помогите, помогите, убивают!», забилась в сарай и отчаянно, пронзительно визжала.